Путь I. Рука судьбы

«За какой период нам доступны записей видеокамер, и что дали результаты анализа записей?» – продолжил опрос консультант.

«Доступны видеозаписи за период с двух недель до двух месяцев, сделанные камерами возле четырёх из семи взорванных опор. По остальным опорам видеозаписей нет. Анализ видеозаписей и опрос свидетелей не выявили ничего необычного, происходившего вблизи опор в последнее время. Определить по записям наличие взрывного устройства на опоре также не удалось – угол обзора камер недостаточен. Детальный анализ компонентов устройства и коррозии металла с целью определения периода изготовления устройства и установки на опору дал смешанные результаты – от 3–4 месяцев до 5 лет» – завершила отчёт Людмила.

«А теперь, коллеги, обобщим вышесказанное» – предложил консультант, допив свой кофе – «Взрывное устройство весьма простое по конструкции и изготовлению, но, надо отдать должное, весьма функциональное – даже с подзарядкой, которая обеспечивает его непрерывную работу в течение не то, что месяцев, а даже лет! Зачем?».

«Чтобы его незаметно смог установить даже одиночка?» – спросил Сергей.

«Именно, майор! Но к чему такие сложности?» – усомнился консультант – «Разве нельзя этому человеку было просто сесть на машину и расставить все устройства разом за один вечер и провести теракт одним днём?».

«Так ведь рискованно же. Опоры, хотя и не охранялись особым образом, но 6 из 7 опор были в зоне жилой застройки, и установить устройство даже ночью никем незамеченным было проблематично» – подключился Александр.

«Да, а он, по всей видимости, рисковать совсем не собирался» – резюмировала Людмила – «Поэтому в течение месяцев спокойно выбирал время и место для установки очередного устройства!».

«Да» – уверенно ответил консультант – «Поэтому у нас ничего нет на видеозаписях – на это могли уйти месяцы или даже год – два».

«Но как был осуществлён подрыв?» – поинтересовался Сергей – «Если ставить устройства на протяжении двух лет, то, как обеспечить их срабатывание в одно и то же время?».

«Это скорее технический вопрос – те же кварцевые генераторы имеют достаточную точность, чтобы обеспечить синхронность единожды установленных таймеров в течение целого ряда лет без существенных расхождений» – резонно отметил консультант и продолжил – «Для нас это означает совсем другое. Этот одиночка начал готовился к этому акту 5–7 лет тому назад. Он достал взрывчатое вещество, далее, разработал схему устройства и электроники, затем опробовал макет устройства, потом синхронизировал таймеры, выбрал наиболее уязвимые опоры, обследовал цвет металла опор и в течение года – двух незаметно установил покрашенные под цвет опор устройства… Это потрясает воображение!».

Консультант задумался на минуту и продолжил – «И всё это время этот человек чётко видел свою цель…, а мы работаем по делу 4-ый день и всё ещё не имеем никакого понятия об этой цели…».

«И что нам делать дальше?» – спросил уже на этот раз генерал.

«Искать факты, ещё раз анализировать имеющиеся данные. Версию с терактом закрываем – у этого человека были иные мотивы, далеко отличные от текущей политической и/или религиозной конъюнктуры» – задумчиво произнёс консультант – «Но его целью было не погрузить весь город во тьму, а нечто большее – надо ждать! Он точно должен сообщить о себе! Это дело становится всё более и более интересным! А пока, коллеги, расширьте временной горизонт для поиска – нас интересуют все случаи хищения и попытки приобретения взрывчатки за последние 5–7 лет».

В этот момент в зал вошёл Виталий с бледным лицом в сопровождении двух высокопоставленных чинов его ведомства. Не тратя время на представление коллег, Виталий сразу перешёл к делу – «Генерал, у нас проблемы – нам необходимо срочно переговорить с Вами и консультантом, наедине».

Генерал кивнул вошедшим коллегам – «В этом случай – пройдёмте мой кабинет».

«Виталий, это касается нашего дела?» – полюбопытствовал консультант, всё ещё стоя у окна с очередной чашкой свежесваренного кофе.

«Нет, хотя, возможно…» – неуверенно ответил Виталий.

«Александр, Сергей – идёте с нами» – проинструктировал коллег консультант.

Через пару минут участники встречи собрались в кабинете генерала.

Виталий начал издалека – «У нас чрезвычайное происшествие. Генерал, мы бы хотели временно прикомандировать консультанта к своей группе. При необходимости мы будем просить об этом Ваше руководство…».

Генерал поднял брови и посмотрел на Виталия с искренним удивлением. С одной стороны, он недолюбливал консультанта за его своенравие и манеру вести дела. Но с другой стороны за последние пару дней Пухов убедился в том, насколько в действительности полезным может быть данный юнец, особенно в расследовании столь запутанного и необычного дела. Впрочем, ссориться с коллегами также не входило в его планы.

«Он у нас консультант независимый» – мягко ответил генерал – «Мы не можем его прикомандировать, но Вы сами можете попросить его об этом».

Виталий вопросительно посмотрел на консультанта.

«Виталий, Вам хорошо известен мой подход к делу – я не берусь за дело, о котором не имею никакого представления» – ответил консультант – «Выкладывайте, что произошло, в противном случае мы зря теряем время».

Виталий оглянулся на своих высокопоставленных руководителей и, по всей видимости, получив необходимое одобрение начал – «Это строго секретная информация не должна покинуть пределы этой комнаты. Примерно за час до взрывов на энергообъектах Москвы была взломана база данных центрального банка».

Эффект на присутствующих был сопоставим с ударом молнией.

«Так вот для чего потребовался блэкаут! Это тот самый недостающий мотив!» – понимающе воскликнул Сергей.

«Не будем спешить с выводами, майор!» – отрезал консультант – «Виталий, что взломали, что с информацией? Была модификация данных или просто слив?».

«Взломали серверы основной базы данных банка с целью хищения информации. По нашим оценкам им удалось выкачать до полутора терабайт информации. Это гигантский объём данных! Никаких изменений в базы данных банка не вносилось» – продолжил Виталий.

Сергей с Александром воодушевлённо следили за разговором, предвкушая быстрое завершение расследования своего достаточно запутанного и странного дела.

«Откуда был взлом?» – поинтересовался консультант – «Где сами данные?».

«Взлом шёл с одного из зарубежных сайтов, разумеется, это был всего лишь промежуточный сервер. Поиски первичной точки взлома не увенчались успехом – за рубежом наши возможности ограничены тем, что нам бы очень не хотелось огласки факта взлома российского банка банков. Только представьте, какой это будет скандал!» – посетовал Виталий – «Данные были перекачаны, по всей видимости, на точку, дислоцированную в Москве. До настоящего времени точку ещё не нашли».

«Когда обнаружен взлом? Они ведь не могли просто извне взломать такую систему? Инсайдера нашли?» – продолжил допрос консультант.

«Из-за проблем с энергоснабжением и повсеместным отключением информационных сетей факт взлома обнаружили только вчера» – виноватым голосом отчитался Виталий – «Мы также полагаем, что инсайдером был один из системных администраторов сети банка. Данный человек покинул банк за полчаса до начала взлома, после чего улетел из страны первым же рейсом по заранее приготовленным поддельным документам с открытой Шенгенской визой. До настоящего времени его поиски по разным каналам не увенчались успехом».

«Таким образом, в течение трёх дней в городе не было введено ни одной меры для противодействия вывозу информации? А весь объём информации, при современном уровне развития цифровой техники, мог вывезти любой экспат из числа спешно улетавших в это время из Москвы иностранцев на своём ноутбуке или в багаже полностью незамеченным?» – подвёл неутешительные итоги консультант.

«Мне не знали о взломе. Мер не было предпринято» – с отчаянием признался Виталий.

«Вы установили, какой объём и какую информацию они пытались скачать, но не скачали? Они пытались скрыть или затереть следы взлома?» – неизменно спокойным тоном поинтересовался Алик.

«Да, по нашим оценкам, исходя из запросов с удалённого сервера, всего они планировали выкачать более 4 терабайт, но фактически смогли выкачать менее половины этого объёма. Они также внедрили вирус для затирания следов с активизацией при обрыве соединения» – оживился Виталий.

«Зачем кому-то потребовалась информация центрального банка?» – недоумевающе спросил Алик – «Это ведь какие-нибудь банковские взаиморасчёты между собой? И из них нельзя извлечь прямой выгоды, ведь так? Не проще ли хакерам было попытаться добавить пару нулей на корреспондентском счёту своего банка при взломе? Или там было что-то ещё?».

«Нет, там были только остатки по счетам и информация по взаиморасчётам по всей банковской системе в течение ряда лет. Тем не менее, это очень конфиденциальная и чувствительная информация – потенциально возможное применение – шантаж руководства банков или скупка активов».

«Шантаж руководства какого-нибудь банка или скупка активов вряд ли достаточное основание для взлома базы данных центрального банка» – резонно подметил Сергей.

«Именно» – согласился Алик – «Так что в данном случае, уважаемые коллеги, Вы хотите от меня?».

«Найти группу хакеров и, по возможности, избежать распространения информации» – быстро ответил один из высокопоставленных чинов ведомства.

«Виталий знает мои принципы – я никогда не занимаюсь двумя делами одновременно – это прямой конфликт интересов» – ответил консультант.

«Но ведь это дело имеет прямое отношение к Вашему делу – вероятно, что целью взрывов было замаскировать факт взлома» – проронил другой высокопоставленный чиновник.

«Не имеет никакого отношения» – резко отметил консультант – «Как только что нам поведал Виталий, хакерам не удалось скачать и половины того объёма информации на который они рассчитывали, а значит заказчик заплатит им намного меньше оговорённой суммы, а затирание следов было инициировано разрывом соединения, а не сознательными действиями хакеров. Это значит, что для них блэкаут был такой же неожиданностью, как и для всех нас».

«Взлом осуществлялся из-за рубежа, инсайдер также покинул страну, три дня в Москве вообще не было никаких барьеров на пути вывоза информации…» – медленно протянул консультант и, допивая кофе, добавил – «Коллеги, я не знаю чем Вам помочь – я всего лишь консультант следственных органов, а не какой-нибудь маг или демон, исполняющий желания… Ищите точку в Москве – все информационные хранилища данных, нежилые помещения, квартиры – везде, где есть широкополосный скоростной доступ в Интернет и компьютеры. Возможно, это прольёт свет на особенности происшествия, но уж точно не позволит ничего изменить. Вероятнее всего, данные уже у заказчика взлома, а самой информации на компьютерах в указанной точке уже нет… Я не возьмусь за это дело»…

Высокопоставленные чиновники, не привыкшие к подобного рода отказам, быстро откланялись и покинули кабинет. Участники следственной группы вернулись в общий конференц-зал, где до самого вечера продолжилась работа по повторному анализу материалов дела…

На четвёртый день аварии ситуация в городе в целом нормализовалась – энергетикам удалось обеспечить бесперебойное энергоснабжение всех линий московского метрополитена, транспортный коллапс в городе сменился размеренным плановым веерным включением и выключением света в жилых домах и промышленных предприятиях по всему городу. Москвичи, ранее не знавшие проблем с нехваткой энергетических мощностей, активно заучивали расписание включений и выключений электроэнергии на ближайшую неделю…

Ситуация в городе пришла в некую норму, но напряжённость и нервозность не спадала, а скорее наоборот – по мере того, как всё больше людей осознавало, что режим веерной подачи электроэнергии может затянуться на месяцы, протестные настроения в обществе усиливались… Москвичи с недоумением ждали объяснений – любых пригодных объяснений от кого угодно. От местных или федеральных властей, от энергетиков, да хоть от самих исполнителей теракта. Простых ответов на простой вопрос – «За что?».