Изгой Бездны

«Тридцать секунд!» – закричал Варлок. «Держитесь!»

Двигатели «Гробика» взревели на пределе, пытаясь погасить чудовищную скорость. Перегрузка снова вдавила всех в кресла. Земля стремительно приближалась. Черная, блестящая, пульсирующая. Они неслись к небольшой, условно «чистой» площадке у подножия одного из меньших кристаллических строений – зоне высадки Гамма-7. Но она не была пуста. Ее уже заполняли угловатые тени ксилонов.

«УПОР!»

Капсула ударилась о поверхность Кодекс-Майора. Не посадка. Удар метеорита. Сотрясение было чудовищным. Амортизаторы кресел завизжали, но выдержали. Корпус «Гробика» скрежетал, деформируясь от удара. Внешние камеры на мгновение ослепли от тучи черной грязи и биолюминесцентных осколков. Сигнальная сирена внутри капсулы завыла пронзительно: «ПОСАДКА! ПОСАДКА! ДЕСАНТИРОВАНИЕ! ВРАГ ВБЛИЗИ!»

Люк с шипением пневматики отстрелился наружу. Запах ворвался внутрь, густой и удушающий – гниль, озон, химия и нечто неописуемо чуждое. Вместе с ним – дикий визг, щелканье и гулкий рев ксилонов.

«ОТДЕЛЕНИЕ! ВЫСАДКА! ПОРЯДОК «МОЛОТ»!» – заревел Деймос, первым вырываясь из кокона и прыгая в открытый люк.

Его сапоги «Тирана» с глухим хлюпом увязли в черной, вязкой жиже, покрывавшей землю. Фиолетовый свет чужого солнца, пробиваясь сквозь ядовитые облака и светящийся «лес», заливал все мертвенным сиянием. Воздух дрожал от гула боя, криков, взрывов и нечеловеческих звуков ксилонов. Вокруг – хаос. Другие «Гробики» и «Дротики» дымились, некоторые перевернуты, некоторые горели зеленым пламенем. Имперские десантники выскакивали из уцелевших, открывая огонь по угловатым теням, выскакивающим из-за кристаллических структур и светящихся зарослей.

Прямо перед их капсулой стояли три ксилона. Двое – низкорослые, с множеством щупальцев вместо рук, вооруженные эмиттерами зеленой энергии. Третий – крупнее, похожий на биомеханического скорпиона с кристаллическим жалом на хвосте. Они развернулись к только что открывшемуся люку.

«ОГОНЬ!» – рявкнул Деймос, не целясь, просто направляя ствол своего «Молота» в общую массу врага.

Залп тяжелых болтерных снарядов, предназначенных для пробивания танковой брони, ударил по ближайшему щупальценосцу. Эффект был ужасающим, но не мгновенным. Снаряды не просто пробили хитин – они разорвали существо изнутри. Кусок туловища взлетел в воздух, черная вязкая «кровь» и осколки биомеханики разлетелись веером. Существо издало пронзительный, вибрирующий визг и рухнуло, дергаясь.

Остальные десантники высыпали из капсулы, открывая шквальный огонь. Ребекка выстрелила из плазменного пистолета – ослепительный сгусток энергии превратил голову второго щупальценосца в дымящийся кратер. Кастор и другие осыпали «скорпиона» градом болтерных выстрелов. Его хитиновая броня трескалась, но выдерживала. Существо подняло переднюю пару конечностей, на концах которых зажглись зеленые энергетические когти, и рванулось вперед с невероятной скоростью.

«ЩИТ!» – скомандовал Деймос, активируя дробящий кулак на спине.

«Скорпион» врезался в него. Зеленые когти скользнули по адамантиевой стали нагрудника, оставив дымящиеся царапины. Чудовищная сила толкнула Деймоса назад, его сапоги глубоко увязли в грязи. Но он устоял. Его броня «Тиран» ревела протестом, сервоприводы работали на пределе. Он уперся и рванул на себя, используя массу и импульс врага. «Скорпион» потерял равновесие. В этот момент Кастор прыгнул вперед, вонзив свой боевой нож в стык в броне у основания «головы» существа, и нажал на спуск вибра-лезвия. Хитин и металл затрещали, зашипели. Существо дернулось и замерло.

«Плацдарм! Очистить сектор!» – Деймос развернулся, ведя огонь из «Молота» по группе ксилонов, выскакивающих из-за угла кристаллического здания. Болтерные снаряды разрывали их, но их было слишком много. Они двигались странно, нелинейно, используя все конечности, чтобы карабкаться по стенам, прятаться в тенях, появляться внезапно. Их тактика была непостижимой – не атака волнами, а хаотичные, смертоносные выпады из укрытий.

«Они повсюду!» – крикнул Ребекка, отстреливаясь от твари, похожей на оживший кристаллический кактус, стреляющей иглами.

«Строим периметр! Кастор, левый фланг! Ребекка, правый! Варлок, связь с командованием! Остальные – огневая поддержка!» – Деймос отдавал приказы на автомате, его разум был холоден, как сталь его брони. Он видел потери. Неподалеку десантник в более легкой броне кричал, упав в лужу черной жижи – его нога была пробита насквозь зеленым лучом, превратившим плоть и броню в дымящуюся, кристаллизовавшуюся массу. Еще двое отстреливались спиной к спине от трех ксилонов, один из которых испускал волны искажающего пространство поля, заставляя болтерные снаряды отклоняться.

«Командование, это Альфа-1!» – докладывал Варлок в микрофон, прячась за оплавленным корпусом их «Гробика». «Плацдарм Гамма-7! Высадились! Потери тяжелые! Враг везде! Плотность огня запредельная! Запрашиваем…» Его голос прервался. Статика зашипела в наушниках. «Связь мертва, сержант! Помехи! Эта проклятая атмосфера! Или их оружие!»

Деймос выстрелил очередью в прыгающего по стене здания ксилона, сбив его вниз. «Держимся сами! Зачищаем зону высадки! Готовимся к движению на «Некротекион»!»

Бой длился вечность и мгновение. Каждая секунда стоила крови. Десантники гибли – от зеленых лучей, растворяющих броню и плоть; от кристаллизаторов, превращающих их в дымящиеся статуи; от кислоты, разъедающей до костей; от искажающих полей, ломающих кости внутри брони. Ксилоны тоже падали под шквальным огнем «Стальных Ангелов», но их казалось не убавлялось. Они вылезали из черной земли, сползали со стен, появлялись из биолюминесцентных зарослей.

Деймос чувствовал себя как в центре бури. Его броня «Тиран» работала безупречно, поглощая удары, которые убили бы десантника в обычной броне. Его «Молот» ревел, разнося в клочья биомеханических чудовищ. Но что-то было не так. Не только бой. Ощущение. Оно вернулось. Сначала слабое, как эхо. Потом сильнее. Давление на виски. Холодок вдоль позвоночника. И… шепот. Тот самый, из варпа. Но теперь он звучал не в голове. Он звучал вокруг. В визге выстрелов. В реве двигателей разбитых лэндеров. В скрежете ксилонов. В самом воздухе, насыщенном ядом и радиацией. Многослойный, бессмысленный гул, сливающийся в один навязчивый фон.

Он пригнулся за обломком кристаллической стены, перезаряжая «Молот». Рядом с ним упал молодой десантник, Орен. Зеленый луч прожег его наплечник, задев шею под броней. Он не кричал – его горло было частично кристаллизовано. Он хрипел, хватая ртом отравленный воздух, глаза за визором широко открыты от ужаса и боли.

Деймос потянулся к нему, чтобы оттащить в укрытие. Его рука в бронированной перчатке коснулась оплавленного края раны на шее Орена.

Контакт.

Не физический. Ментальный. Волна чужой агонии, страха, предсмертного ужаса хлынула в Деймоса. Но за ней… не только это. Он увидел вспышку. Не картинку. Чувство. Глубоко под землей. Глубоко под «Некротекионом». Нечто огромное. Древнее. Холодное. Голодное. Оно спало. Или ждало. И черная пирамида была не просто зданием. Она была печатью. Алтарем. И лучи ксилонских ПВО, их атаки… это была не просто оборона. Это была часть ритуала. Защита святыни.

Видение длилось микросекунду. Оно вырвалось из умирающего сознания Орена и ударило в трещину разума Деймоса. Он отшатнулся, как от удара током. Орен затих, его глаза остекленели. Шепот вокруг стал громче, навязчивее.

«Сержант?» – Кастор посмотрел на него, отстреливаясь. «Что с тобой?»

Деймос тряхнул головой, стараясь стряхнуть наваждение. «Ничего!» – рявкнул он, поднимая «Молот». «Продолжаем зачистку! Виднеется свободная зона у подножия скалы! Туда!»

Он снова ринулся в бой, но видение не отпускало. Оно висело черной тенью над его сознанием, смешиваясь с шепотом планеты и криками умирающих. «Некротекион» был не просто целью. Он был ключом к чему-то гораздо более страшному. И они летели прямиком в пасть этого кошмара.

Стальные Ангелы падали. Не все с неба. Но все – в бездну.