Урожай страха

Глава 1: Дно и Свет в Тоннеле

Дождь хлестал по грязному окну крошечной съемной каморки, где Джейкоб Реннер проигрывал свою жизнь по кадрам. Он сидел на краю продавленного дивана, единственной мебели, кроме шаткого стола, и смотрел, как капли воды сливаются в мутные потоки, искажая вид на мокрый асфальт и тусклые неоновые вывески дешевых баров внизу. Звук дождя почти заглушал назойливую вибрацию комлинка, лежавшего экраном вниз на столе. Он знал, кто звонит. Коллекторы. Опять. И снова. И снова.

Он не стал переворачивать устройство. Что он мог сказать? «Простите, господа хорошие, у меня все еще нет ни единого кредита, чтобы отдать вам хотя бы проценты по тем долгам, которые я набрал, пытаясь спасти маму, а потом пытаясь спастись сам, попав в лапы того стервеца Марлоу»? Слова застревали в горле комком бессилия. Они бы не поняли. Им было плевать. Им нужны были цифры на их счетах. А цифры Джейкоба были сплошь красными, с устрашающими нулями на конце.

Комлинк замолчал. На секунду воцарилась тишина, нарушаемая только шумом ливня и гудением старого холодильника, который, казалось, вот-вот испустит дух. Потом он завибрировал снова. Настойчивее. Джейкоб зажмурился. Хватит. Просто хватит.

Он встал, костяшки пальцев побелели от сжатых кулаков. Голова пульсировала от недосыпа и постоянного стресса. Он подошел к окну, уперся лбом в холодное стекло. Отражение в нем было жалким: впалые щеки, тени под глазами, которые казались чернее самой ночи, небритый подбородок. Ему было всего двадцать семь, а чувствовал он себя глубоким стариком, раздавленным невидимым прессом.

Взгляд упал на единственный предмет на столе, кроме комлинка – толстую папку с надписью «ВЫСЕЛЕНИЕ. ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ». Срок истекал через 48 часов. Куда идти? К кому? Друзья… какие друзья? Они давно отшатнулись, как от прокаженного, когда долги начали душить его и всех, кто был рядом. Семья… матери не стало два года назад. Отец исчез еще раньше, оставив лишь горькие воспоминания и фамилию, которая теперь ассоциировалась только с финансовой ямой.

Комлинк снова затих, но Джейкоб знал – это затишье перед бурей. Они придут. Лично. С бумагами и холодными глазами. Описывать последние жалкие пожитки. Выбрасывать его на улицу. Как бездомного пса.

Отчаяние, густое и липкое, как смола, подкатило к горлу. Он схватился за подоконник, чтобы не упасть. Мысли метались, как пойманные в ловушку птицы. Кредиты Марлоу… медицинские счета мамы… штрафы за неуплату… проценты на проценты… Цифры кружились в голове, складываясь в астрономическую сумму, которую он не смог бы заработать за три жизни. Он был в ловушке. Глубоко под землей, без воздуха, без света. Дно.

Он судорожно вдохнул, пытаясь прогнать панику. Нужно было что-то делать. Что? Взять в долг у тех же коллекторов? Это самоубийство. Ограбить банк? Он даже пистолета в руках не держал. Сбежать? Куда? Его лицо и биометрические данные были во всех системах, красным флажком для любого кредитного сканера на любой планете цивилизованного пространства. Он был приговорен к бесконечному циклу долга, унижений и страха.

Комлинк завибрировал снова. На этот раз коротко – сигнал о новом сообщении. Не звонок. Джейкоб медленно повернулся, не веря, что это может быть что-то хорошее. Скорее всего, очередная угроза в текстовом формате или напоминание о выселении.

Он подошел к столу, с отвращением глядя на устройство. Наконец, перевернул его. Экран светился тускло. Одно новое сообщение. Отправитель… незнакомый ID. Не коллекторское агентство, не банк, не суд. Просто строка цифр и букв, ничего не говорящая.

Джейкоб нахмурился. Спам? Фишинг? Еще один способ вытянуть из него то, чего у него нет? Он почти отложил комлинк, но какое-то упрямое чувство, последняя искра любопытства в мертвом пепле его души, заставило его открыть сообщение.

Текст был формальным, сухим, безличным.

Уважаемый господин Джейкоб Реннер,

Настоящим уведомляем вас о необходимости явиться в офис нотариуса Артура Вэнса (лицензия № NV-7742-Xi) по адресу: Сектор Гамма, Уровень 7, Башня «Силуэт», Офис 714, не позднее 15:00 стандартного галактического времени завтрашнего дня, 5 июля 2525 года.

Цель визита: вскрытие и оглашение завещания покойного Элиаса Торна, в отношении которого вы указаны как потенциальный бенефициар.

Ваше присутствие строго обязательно. Неявка может повлечь за собой утрату прав на наследство.

При себе иметь удостоверение личности с биометрической верификацией.

Автоматизированная система нотариальной конторы «Вэнс и Партнеры».С уважением,

Джейкоб перечитал сообщение три раза. Каждое слово по отдельности он понимал, но вместе они складывались в абсурдную, нелепую картину.

Элиас Торн. Имя едва звенело где-то на задворках памяти. Дальний родственник по материнской линии. Очень дальний. Джейкоб видел его всего пару раз в глубоком детстве, на каких-то скучных семейных сборищах. Вспоминался высокий, сухопарый старик с острым взглядом из-под густых седых бровей, который мало разговаривал и казался погруженным в свои мысли, далекие от окружающей суеты. Ученый? Инженер? Что-то вроде того. Слышал, что он уехал куда-то далеко, на периферию, занимался какими-то непонятными проектами. Умер? И оставил завещание? И Джейкоб… бенефициар? Потенциальный бенефициар?

Он фыркнул, и звук вышел горьким, почти истеричным. Какое наследство? Старый фотоальбом? Коллекцию минералов? Долги самого Торна? Последнее казалось наиболее вероятным. Мир не был настолько добр, чтобы заброшенному родственнику вдруг оставляли что-то ценное. Особенно ему, Джейкобу Реннеру, на которого сама Судьба, казалось, поставила крест.

Отчаяние снова накатило, сильнее прежнего. Эта насмешка – «потенциальный бенефициар» – была последней каплей. Он швырнул комлинк на диван. Он не пойдет. Зачем? Чтобы выслушать, что ему оставили в наследство старые носки или, что еще хуже, еще один груз непогашенных обязательств? Чтобы нотариус посмотрел на него с тем же презрением, что и коллекторы?

Комлинк завибрировал снова. Звонок. На этот раз – неизвестный номер, но не коллекторский шаблон. Джейкоб замер. Сердце бешено колотилось. Он не собирался брать. Но рука сама потянулась. Что, если… что, если это они? Что, если это подстава?

Он принял вызов, не включая видео. «Алло?» – его голос прозвучал хрипло, чужим.

«Господин Реннер? Джейкоб Реннер?» – голос в трубке был мужским, спокойным, профессиональным, но без привычной для банковских служащих ледяной вежливости.

«Да. Кто это?»

«Артур Вэнс. Нотариус. Я только что отправил вам приглашение на завтра. Получили?»

Джейкоб был ошарашен. Личный звонок от нотариуса? Это было… необычно. «Получил. Послушайте, господин Вэнс, я… я не думаю, что смогу прийти. У меня… дела.»

На другом конце провода короткая пауза. «Господин Реннер, я настоятельно рекомендую вам найти время. Речь идет о значительном имуществе. Очень значительном.»

«Имуществе?» – Джейкоб не смог скрыть скепсис. «Что именно? Если это старый дом на Земле, обремененный ипотекой до следующего тысячелетия, или коллекция марок, то спасибо, не надо.»

Вэнс тихо рассмеялся. Звук был незлобивым. «Нет, господин Реннер. Ни дом, ни марки. Речь идет о недвижимом имуществе внепланетного характера. А именно – об орбитальной станции.»

Джекоб замер. Воздух словно выбили из его легких. «С… станции?» – он прошептал. Это была шутка. Жестокая, больная шутка. «Какая станция?»

«Станция «Урожай Тихо». Автономная, модульного типа, класса «Оазис», – голос Вэнса стал чуть более оживленным, как у человека, рассказывающего о редком экспонате. – Принадлежала покойному Элиасу Торну. Использовалась как… ну, как следует из названия, как сельскохозяйственная платформа. Экспериментальная, насколько я понимаю. Но вполне функциональная.»

Джекоб молчал. Его мозг отказывался обрабатывать информацию. Космическая станция. Его? Наследство? Это звучало как бред. Как сон.

«Господин Реннер? Вы меня слышите?»

«Слышу, – с трудом выдавил Джейкоб. – Но… зачем? Почему мне?»

«Господин Торн указал вас единственным наследником. Причины известны только ему. Моя задача – исполнить его волю. Станция находится на удаленной орбите в системе ТК-117, координаты будут предоставлены после оформления бумаг. Она на ходу, на автономном режиме, но требует… внимания. Приведения в порядок, так сказать.»

Джекоб чувствовал, как по спине бегут мурашки. Не от радости. От какого-то странного, леденящего предчувствия. «И что мне с ней делать? Я не фермер. Я не инженер космических станций!»

«Это уже ваша забота, господин Реннер, – ответил Вэнс, и в его голосе снова появилась профессиональная гладкость. – Но у меня для вас есть и кое-что еще. Информация, которая, полагаю, сделает ваше завтрашнее посещение неизбежным.»

Джекоб стиснул комлинк так, что треснул корпус. «Какая информация?»

«У покойного господина Торна был… предварительный договор. На продажу станции «Урожай Тихо». Очень выгодный договор. С консорциумом инвесторов с Элизиума-IV.»

Элизиум-IV. Джейкоб слышал это название. Богатая колония. Перспективная. Дальняя.

«Покупатели, – продолжал Вэнс, – готовы заплатить весьма внушительную сумму. Очень внушительную. Но… есть условия.»

«Какие?» – спросил Джейкоб, чувствуя, как в груди начинает нарастать странное, опасное тепло. Надежда? Или предвестие лихорадки?

«Во-первых, они хотят получить станцию доставленной на орбиту Элизиума-IV. Во-вторых, она должна быть приведена в надлежащий вид. «Облагорожена», как выразился их представитель. Все системы функционирующие, биосистема… презентабельная. Никакого хлама, никаких следов «творческого беспорядка» господина Торна. Чистая, рабочая платформа. Если вы выполните эти условия и передадите станцию в течение оговоренного срока… сумма перевода на ваш счет позволит вам забыть слово «долг» на несколько жизней вперед.»

Тишина в крошечной комнате повисла густая, звонкая. Даже дождь за окном казался приглушенным. Джейкоб слышал только бешеный стук собственного сердца. Забыть слово «долг». Эти слова эхом отдавались в его черепе, смешиваясь с голосом Вэнса и жужжанием холодильника.

«Сколько?» – спросил он шепотом. – «Какая сумма?»

Вэнс назвал цифру. Цифру, от которой у Джейкоба потемнело в глазах. Цифру, которая была больше его совокупного долга в… он даже не смог быстро сообразить, во сколько раз. Цифру, которая означала не просто свободу от кредиторов. Она означала богатство. Настоящее, немыслимое богатство. Возможность начать все с чистого листа. Где угодно. Как угодно.

«За доставку и уборку?» – его голос дрожал.

«За доставку и приведение в товарный вид работоспособной станции, да, – подтвердил Вэнс. – Договор подписан Торном, он легитимен. Покупатели серьезные, деньги гарантированы эскроу-счетом. Вам нужно лишь… выполнить условия. Забрать станцию, привести ее в порядок – на это у вас есть три стандартных месяца – и доставить на Элизиум-IV. Все расходы на подготовку и перелет – за ваш счет, разумеется, но, полагаю, после продажи это будут сущие пустяки.»

За мой счет. Эти слова немного охладили пыл. У него не было ни кредита на топливо, ни денег на запчасти. Но… но это было решаемо. Если есть цель. Если есть этот невероятный шанс. Он мог найти способ. Взять аванс под будущую сделку? Продать душу дьяволу поменьше? Все что угодно!

«Господин Реннер? Вы завтра придете?» – голос Вэнса вывел его из оцепенения.

«Да, – выдохнул Джейкоб, не узнавая собственный голос. – Да, я приду. В 15:00. Офис 714.»

«Отлично. До завтра. И… удачи. Вам она явно пригодится.» Связь прервалась.

Джекоб медленно опустился на диван. Комлинк выпал из его ослабевших пальцев. Он сидел, уставившись в грязную стену, не видя ее. В голове гудело. Цифры долгов смешивались с цифрой возможного богатства. Унизительные звонки коллекторов – с деловым тоном нотариуса. Влажный холод комнаты – с холодом космоса, окружающего какую-то станцию «Урожай Тихо».

Шанс. Единственный. Невероятный. Безумный.

Он вскочил, подошел к окну. Дождь все шел, но теперь он не казался таким унылым. За тучами где-то было солнце. За орбитой Земли – звезды. И где-то там, в глубоком космосе, вращалась станция. Его станция. Ключ к свободе.

Он почувствовал прилив энергии, какого не испытывал годами. Адреналин гнал кровь быстрее. Он начал шагать по комнате, строя планы. Как добраться до сектора Гамма? На чем? У него не было денег даже на общественный транспорт. Нужно продать… что? У него ничего не было. Старый комлинк? Одежду? Он схватил поношенную куртку – может, в ломбард? Или… рискнуть и постучаться к старому знакомому, тому, кто, может быть, еще не до конца его списал? Под залог… чего? Загараживания будущим космическим богатством?

Мысли неслись вихрем. Три месяца. Три месяца на то, чтобы добраться до станции, привести в порядок какую-то космическую ферму (как? он понятия не имел о гидропонике или системах жизнеобеспечения орбитальных платформ!) и дотащить ее через полгалактики на Элизиум-IV. Задача монументальная. Почти невыполнимая.

Почти.

Но это был шанс. Единственный проблеск света в кромешной тьме его существования. И он ухватился за него всеми силами своей измученной души, как тонущий за соломинку. Он должен был это сделать. Другого выхода просто не существовало.

Он поднял комлинк, нашел контакт, к которому не обращался больше года. Дрожащий палец завис над кнопкой вызова. Пожалуйста, – мысленно взмолился он вселенной, судьбе, или тому, что там еще могло слушать. Пожалуйста, пусть он возьмет трубку.

Он нажал кнопку. Сердце бешено колотилось, смешивая страх нового отказа с безумной, окрыляющей надеждой. Звонок пошел. Один гудок. Два. Три…

Глава 2: Первые Шаги на «Тихо»

Корабль, на котором Джейкоб добрался до системы ТК-117, назывался «Ржавый Гвоздь». Название было более чем говорящим. Это был потрепанный временем и бесчисленными прыжками через гиперсвичи грузовик-челнок класса «Мустанг», принадлежавший старому знакомому Джейкоба по техникуму, Лео. Лео был единственным, кто не повесил трубку и, услышав безумный план Джейкоба («Наследство! Космическая станция! Огромные деньги!»), согласился помочь. За обещание десяти процентов от будущей прибыли и под залог… честного слова. Джейкоб был тронут до глубины души и одновременно содрогался от ответственности.

Путешествие заняло три недели. Три недели тесноты в крошечной каюте, запаха перегоревшего масла и старой пластмассы, разговоров с Лео, который то верил в авантюру, то качал головой, называя Джейкоба сумасшедшим. Три недели нарастающего напряжения. По мере удаления от цивилизованных пространств Джейкоба все чаще посещали сомнения. Что если это ловушка? Что если станция – рухлядь, непригодная для полета? Что если покупатели передумали? Что если Вэнс ошибся? Но мысль о долгах, о коллекторах, о выселении, о том, что он должен Лео, гнала страх прочь. Он цеплялся за план, как за спасательный круг.

И вот «Ржавый Гвоздь» вышел на заданные координаты в системе ТК-117. За иллюминатором повисла чернота космоса, усыпанная немигающими звездами. И посреди этой пустоты, подсвеченная далеким солнцем, висела она. Станция «Урожай Тихо».

Первое впечатление – размер. Она была огромна. Значительно больше, чем представлял себе Джейкоб, глядя на схематичные изображения в базе данных «Гвоздя». Не монолитная громадина, а сложная конструкция из соединенных сферами и цилиндрами модулей, похожая на причудливый кристалл, выращенный в невесомости. Центральный цилиндр, вероятно, стержень, вокруг которого все вращалось для создания гравитации. От него расходились «лепестки» фермерских секций, огромные прозрачные купола, внутри которых буйствовала зелень. Другие модули, более технологичные, с антеннами, сенсорными массивами и шлюзовыми портами, выглядели как наросты на этом органичном теле.

«Ну, браток, – проговорил Лео, свистя сквозь зубы, – твой «огород» впечатляет. Древний, конечно, но монументальный. Класс «Оазис»… это же почти музейный экспонат. Как они ее вообще поддерживали?»

«Автономный режим, как говорил Вэнс», – ответил Джейкоб, не отрывая глаз от станции. Она казалась… спящей. Ни огней навигации, кроме тускло мигающих аварийных маячков на корпусе, ни признаков работы двигателей или активных сканеров. Тишина в эфире была абсолютной. Никаких автоматических приветственных сигналов, никаких запросов идентификации. Только холодное молчание металла и стекла в вакууме.

«Автономный, говоришь? – Лео постучал пальцем по экрану сенсоров. – Жизнеобеспечение еле теплится. Атмосфера в норме, гравитация есть, но на минимуме. Энергия – аварийные батареи и, судя по всему, геотермальные скважины на ближайшем астероиде? Хитро. Но все системы в желтой или красной зоне. Запущена, брат. Сильно запущена.»

Джейкоб почувствовал, как под ложечкой засосало. «Но она цела? Может двигаться?»

«Каркас цел. Двигатели… хз. Теоретически должны. Но без детального осмотра и тонны запчастей…» Лео пожал плечами. «Ты уверен, что хочешь туда лезть?»

«У меня выбора нет», – отрезал Джейкоб. Он взял штурвал и аккуратно направил «Гвоздь» к основному шлюзовому узлу на центральном цилиндре. Станция медленно росла в иллюминаторе, становясь все более внушительной и… недружелюбной.

Стыковка прошла на удивление гладко. Автоматика «Тихо» ответила на запрос «Гвоздя», шлюз принял коннектор. С шипением выровнялось давление. Зазеленел индикатор «Шлюз готов».

«Ну, поехали, – сказал Лео, вставая. – Я с тобой.»

«Нет, – резко ответил Джейкоб. – Один из нас должен остаться на корабле. На всякий случай. Если что…»

«Если что – прилетишь на крыльях любви?» – усмехнулся Лео, но в глазах читалась тревога.

«Если что – улетишь и заберешь свои десять процентов с моей могилы», – парировал Джейкоб, пытаясь шутить. Шутка вышла плоской. Он надел единственный скафандр, старый и потертый, проверяя герметичность шлема. «Я быстренько осмотрюсь. Узнаю, что к чему. Возвращаюсь через пару часов. Держи связь.»

Лео кивнул, невесело. «Частоту держи открытой. И если что – орать. Громко.»

Шлюз «Гвоздя» открылся, показав темный проход в шлюзовой отсек «Тихо». Джейкоб шагнул внутрь. Массивная внешняя дверь «Тихо» за его спиной закрылась с глухим, окончательным стуком. Зашипели насосы, выравнивая давление. Он почувствовал, как по скафандру пробежала легкая вибрация. Воздух. Станция дышала.

Внутренняя дверь шлюза открылась медленно, со скрипом, который даже через шлем отдался неприятно в костях. Перед Джейкобом открылся коридор.

Первый вдох воздуха «Тихо» через фильтр шлема был… странным. Не затхлым, как ожидалось, а чистым, почти стерильным, но с едва уловимым металлическим привкусом и чем-то еще. Сладковатым? Травянистым? Трудно определить. Освещение было тусклым, аварийным, льюшимся из редких светильников на стенах и потолке. Длинные участки коридора тонули в полумраке. Стены, пол, потолок – все было из серого, утилитарного металла, местами покрытого слоем пыли, а местами – подозрительно чистого. Провода и трубопроводы висели пучками, кое-где оборванные или аккуратно зачехленные. На стенах виднелись следы креплений, где когда-то было оборудование, теперь снятое.

Тишина.

Это было первое и самое сильное впечатление. Глубокая, всепоглощающая тишина. Не та тишина пустого дома, а тишина гробницы. Звук его шагов по металлическому полу гулко отдавался в пустоте, подчеркивая отсутствие любых других звуков. Ни гула двигателей (они были выключены на орбите), ни жужжания вентиляции (оно было едва слышно, как далекий шепот), ни сигналов оборудования. Ничего. Только его собственное дыхание в шлеме и стук сердца в ушах.

«Лео, ты меня слышишь?» – спросил он по радио, и его голос, усиленный динамиком, громко прокатился по коридору, заставив его вздрогнуть.

«Пятерка, Джейк. Как там?»

«Тихо. Очень тихо. И… пусто.» Он двинулся вперед, свет шлемного фонаря выхватывал из мрака участки стен, люки, таблички с непонятными обозначениями. «Воздух нормальный. Гравитация есть, но слабая, шаги пружинят.»

«Направляйся к центральному узлу управления. Должен быть где-то в основании центрального цилиндра. Поищи указатели.»

Джейкоб пошел, стараясь ступать тише, но его шаги все равно гулко эхом разносились по коридору. Он миновал несколько ответвлений, заглядывая в них. Пустые каюты, складское помещение с ящиками, покрытыми пылью, небольшой медпункт с пустыми шкафами. Все выглядело заброшенным, но не разрушенным. Как будто люди просто ушли, оставив все на своих местах, и время здесь текло медленнее.

Именно эта чистота в некоторых местах начала настораживать. В одном из коридоров он увидел участок пола, отполированный до блеска, в то время как рядом лежала груда пыли и мелкого мусора. Как будто кто-то недавно убирал… только здесь. Странно.

«Нашел что-то интересное?» – спросил Лео.

«Пока нет. Все пусто. Слишком пусто.» Он подошел к люку с надписью «Сектор Альфа. Ферма 1». Люк был закрыт. Панель управления рядом мигала желтым. Он ткнул кнопку. Ничего. Попробовал вручную – штурвал люка не поддавался, словно заклинило. «Хм. Не открывается.»

«Попробуй другой путь. Ищи главный коридор.»

Джейкоб двинулся дальше. Тишина давила. Он начал прислушиваться к звукам станции. Где-то далеко, в глубине металлических стен, что-то тихо щелкнуло. Потом еще раз. Как реле. Потом – едва слышное гудение, которое нарастало и стихало, как дыхание спящего гиганта. Вентиляция? Насосы? Он не мог определить. Звуки были негромкими, но в абсолютной тишине казались значительными. И… не совсем правильными. Не ритмичными. Как будто что-то работало с перебоями.

Он свернул за угол и наконец увидел указатель: «Центр Управления ->». Стрелка указывала вниз по широкому коридору. Он ускорил шаг, облегченно выдохнув. Хотя бы что-то знакомое.

Центр управления «Урожая Тихо» представлял собой просторный зал с полукруглой консолью, уставленной мониторами, клавиатурами и рычагами управления. Большинство экранов были темными. Те, что светились, показывали статичные схемы станции, залитые тревожными желтыми и красными индикаторами. Воздух здесь был чуть прохладнее, пахнул озоном и пылью. Кресло оператора стояло отодвинутым, как будто кто-то встал с него и больше не вернулся.

Джейкоб подошел к главному пульту. Нашел кнопку основного питания. Нажал. Ничего. Попробовал еще раз. Слабый треск, несколько лампочек на пульте мигнули и погасли. «Черт. Лео, главный пульт мертв. Батареи на исходе?»

«Может, рубильник где? Ищи аварийный распределитель.»

Джейкоб осмотрелся. В углу зала он заметил металлический шкаф с массивной ручкой. Надпись: «Аварийное питание. Ручной ввод». Он подошел, с усилием повернул ручку. Раздалось громкое ЩЕЛК-УУУУМММ. Весь зал вздрогнул. Светильники на потолке замигали, а потом загорелись ровным, хоть и неярким светом. На пульте управления ожили десятки индикаторов, зажужжали вентиляторы охлаждения. Мониторы один за другим начали загружаться, показывая сложные графики, схемы и строки диагностики.

«Да! Заработало!» – воскликнул Джейкоб, чувствуя прилив облегчения. Техника жива! Системы отвечают!

Он бросился к главному креслу, смахнул пыль с клавиатуры. На центральном мониторе мигал курсор, ожидая команды. Он набрал: СТАТУС СТАНЦИИ.

Экран заполнился столбцами данных. Джейкоб пробежался глазами. Жизнеобеспечение: атмосфера – НОРМА, давление – НОРМА, гравитация – 0.7G (объясняло легкость походки), температура – 15C (холодновато). Энергетика: аварийные батареи – 18%, геотермальный источник – АКТИВЕН, ПИТАНИЕ СТАБИЛЬНО. Двигатели: ОСНОВНОЙ МАССИВ – ОФФЛАЙН, МАНЕВРЕННЫЕ – ОФФЛАЙН, ДИАГНОСТИКА ТРЕБУЕТСЯ. Навигация, связь – АВАРИЙНЫЙ РЕЖИМ. Биосистемы…

Джекоб нажал на вкладку «Биосистемы». Открылась схема станции, где фермерские модули были подсвечены зеленым. Статус: АКТИВНЫ. УРОВЕНЬ АВТОНОМИИ – ВЫСОКИЙ. ТЕКУЩИЙ УРОЖАЙ – СТАБИЛЬНЫЙ. ПОДРОБНЫЙ ОТЧЕТ…

Он открыл отчет. Графики роста, уровни питательных растворов, влажность, освещенность… Все показатели были в зеленой зоне. Идеально стабильные. Слишком идеальные для заброшенной станции. Как будто за всем этим кто-то пристально следил и поддерживал.

«Лео, биолабы живут! Показатели в норме!» – сообщил он.

«Серьезно? Без присмотра? Вот это автономия… Что за растения там?»

«Не знаю. В отчетах только коды. АА-7, ГГ-12… Никаких названий.» Он переключился на камеры наблюдения фермерских модулей. Изображение было зернистым, черно-белым, но видно было: под куполами бушевала зелень. Густые заросли высоких стеблей с широкими листьями, переплетенные лозы, какие-то кустистые растения. Все выглядело невероятно пышным, здоровым, даже агрессивно жизнеутверждающим. И… неподвижным. Ни малейшего колебания листьев. Как будто застывшая фотография джунглей.