Только Ты

ГЛАВА 6.

Все остальные лекции пронеслись просто незаметно, я даже не вникала в суть, хоть и очень старалась. Все мысли были только о нем, и я даже написал его фамилию вместо одного термина, чем окончательно убедила себя в том, что сосредоточиться на учебе сегодня явно не получится, и не стоит себя даже больше мучить.

Вспоминая предыдущий опыт, я создала образ спортивной девочки и ровно в шесть вышагивала, чуть ли ни пританцовывая, в сторону ожидающего меня Грекова. Который обалденно выглядел во всем черном, и, как и в прошлый раз, оглядев меня с ног до головы, иронично улыбался.

На что моя улыбка, естественно, стала угасать, предчувствуя опять что-то неладное.

– Формат сегодняшнего мероприятия как раз исключает спортивный стиль. Мы едем в клуб, – произнес он с улыбкой, и даже вид улыбающегося Грекова не мог спасти всю нелепость ситуации.

Сначала меня накрыло стыдом, так как я облажалась. Уже второй раз. На втором свидании. Но довольно скоро стыд сменился на гнев, ведь меня никто про формат мероприятия не предупреждал. Кулачки сжались до боли, был бы на его месте сейчас кто-нибудь другой, отлупила бы так, что мало не показалось бы.

И как и в прошлый раз, как только я развернулась в попытках быстро сбежать, сразу же была поймана в капкан стальных объятий. Поцелуй был такой страстный и нежный, что по его завершению мой чайничек успел совсем остыть.

– Признаю, мой косяк, поэтому я сейчас отъеду ненадолго, а ты быстренько рокировочку в своей внешности сделаешь. Лады? – произнося эту фразу, он водил кончиком носа по моей шее, от чего я с трудом вникала в ее смысл, но все же кивнула, соглашаясь.

– Часа тебе хватит?

– Да, – ответила, не узнавая свой голос.

Эти две буквы прозвучали уж слишком хрипло.

Отведенного мне времени вполне хватило для того, чтобы преобразиться из спорти в секси. Платье, которое я выбрала, было, конечно, коротеньким, но зато декольте более чем скромное, так как Греков там уже все видел, а остальным туда смотреть и не полагается.

– Молодец, мелкая, справилась, – наградили меня комплиментом по прошествии отведенного времени.

А вот я в своей привлекательности усомнилась, как только вошла в VIP-ложу в сопровождении Грекова. Компания из молодых людей и девушек вальяжно раскидали свои ухоженные тела по кожаной мебели. Парни были приблизительно одного возраста с Грековым, а значит, в среднем лет на десять меня старше. А вот возраст девушек определить было нельзя по понятным всем причинам, так как молоденькие очень хотели казаться старше, а девушки в возрасте отчаянно стремились выглядеть помоложе.

К нашему совместному появлению отнеслись по-разному. Молодые люди Грекова встретили радостно и дружелюбно, а девушки – заискивающе-восторженно. Мужская половина меня обсмотрела, оценила и больше внимания не обращала, а вот женская … охо-хо! Так на меня смотрели только один раз, в детстве, с завистью и злостью, когда на дне рождения мальчика, сына друзей моих родителей, помимо всего прочего угощения подавали мороженное, а его, кроме меня, никому нельзя было, так как все остальные дети были после простудного заболевания.

Я сюда не подруг заводить пришла, поэтому на их мнение было вообще наплевать. Меня волновал только человек, сидящий рядом, рука которого на первый взгляд обманчиво-небрежно покоилась на моей талии, но стоило мне только пошевелиться, как захват усиливался. Он ловил мой взгляд, чтобы узнать причину, и если мне никуда не нужно было, сразу отворачивался. Мне очень нравилось такое его внимание, хотя кроме меня этого никто и не замечал.

Когда мужчины вышли, и за столом остался только женский коллектив, я тут же зависла в телефоне, мельком улавливая тупые девчачьи разговоры.

– У него на этой неделе девки по убывающей идут …

– Ага, все хуже и хуже …

– Позавчера еще ничего так была, а вчера вообще кикимора, с длинным носом …

– Он ее когда выбирал, походу, до лица не дошел, так на титьках и завис, потому что она ничем больше его удивить не могла …

– А сегодня уж вообще детский сад …

Я до последнего надеялась, что разговор все-таки не про Грекова. Подслушивать, конечно, очень неприлично, да я, собственно, этим и не занималась. Но здесь явно никто от меня ничего скрывать и не собирался. Каждой своей фразой они будто проверяли меня на прочность. Провоцировали, и я велась. Дело было совершенно не в том, какая я. Меня возмущало другое. Греков не звонил мне не потому, что у него были неотложные дела, о которых я должна была в первую очередь поинтересоваться, а не млеть от его божественного вида как дура, а потому что в моем обществе не было нужды. Меня заменяли другие. И вот теперь и про меня вспомнили для разнообразия.

Чувствовала, как гнев нарастает, абсолютно неконтролируемый. И смех накрашенных куриц только добавлял дровишек в мою печку.

Не желая больше слушать девиц и разозленная на всех и вся, я вылетела из VIP-комнаты. Музыка моментально оглушила, и я стала двигаться без направления, просто шла и все. Но в этот момент меня кто-то одернул за руку, и я, покачнувшись, чуть не упала  назад.

– Привет. Тебя Лиля вроде зовут? – услышала веселый голос в самое ухо, так как молодой человек наклонился ко мне совсем близко. – А меня – Никита.

– Я знаю, – ответила, стараясь отстраниться, узнав в молодом человеке Никиту Борзова – борца из центра, в который я хожу на плавание.

– Идем танцевать, – и он, не дожидаясь моего согласия, буквально потащил меня на танцпол.

Не то чтобы я не хотела танцевать, просто такое поведение мне показалось слишком самоуверенным, а на данный момент я была и так, мягко говоря – не в духе.

Меня сразу же втянули в довольно непристойный танец, вырваться из которого не было никакой возможности. Парень был довольно крупным, да и могу ли я вообще конкурировать хоть с каким-нибудь мужчиной. Его руки на моей талии лежали стальным захватом, и, отчаявшись вырваться, попыталась донести эту информацию до него словесно.  Но не успела. Из мужских объятий меня жестко вырвали другие сильные руки того, который был теперь зол не меньше, чем я.

– Руки от нее убрал, – прогремело где-то над моей головой.

– Воу, воу, не кипишуй, Грек. На ней же не написано, что она твоя, – молодой человек даже и не пытался больше предъявить на меня свои права, подняв руки в примирительном жесте, но в его тоне не было и тени уважения.

– Я тебе это сейчас на лбу напишу, – голос Грекова звенел от злости, и было сразу видно, что между ними личный конфликт.

– Ну, попробуй, – он сделал шаг вперед, и я реально испугалась что сейчас что-то будет, но оказавшиеся поблизости друзья отчаянного парня быстро стали уводить его, и конфликт не разросся.

Меня быстрым шагом возвращали в VIP-комнату, грубо удерживая за руку, и страх от того, что я чуть не стала причиной конфликта, моментально перерос в злость. Злость на Грекова за то, что он попытался сейчас запретить мне общение, причем сам этим не страдал нисколечко.

– Где ты был все это время? – задала  вопрос, повышая голос, и вырвала свою руку из его захвата.

– Выходил с парнями … – удивленно уставился он на меня, останавливаясь.

– Я не об этом. Где ты был все эти несколько дней, пока не звонил мне? – перебила.

– Я же тебе уже говорил, у меня были дела, – и он продолжил движение, не забыв опять подцепить меня за руку, и я чувствовала, как градус его возмущения увеличивается.

Я не успела продолжить свою гневную тираду, потому что мы уже зашли в комнату, и недовольно плюхнулась в свое кресло. Вся женская половина сразу же обратила внимание на мое состояние, я прямо чувствовала, как они прожигают меня своими наглыми глазищами.

– Держи, будешь еще? – я подняла взгляд и наткнулась на ехидный.

Девушка протягивала мне трубку от кальяна, отчего я непонимающе подвисла слегка. Что значит, будешь еще? Я вообще-то этим и не занималась. Ни сейчас, ни вообще.

Но за меня в очередной раз решили, не спросив.

– Она больше не будет, – произнес Греков, перехватывая протянутую мне палочку.

– Никогда, – а вот это он произнес уже мне в самое ухо, зловеще так, добавляя в свой голос леденящих ноток для устрашения.

Но образовалось одно большое «но». Это был мой предел на сегодня. Последний запрет в череде остальных, выставленных Грековым, тем более абсолютно не по моей части. Но меня это взбесило, и, резко подорвавшись с кресла, я направилась к выходу. Он просто ничего не успел предпринять, руки были заняты, и сейчас меня даже не волновало, пойдет он за мной или нет.

Бывают такие моменты, когда злость перечеркивает все остальные чувства, заглушает их напрочь, и именно в этом состоянии я сейчас и находилась. Я даже не задумывалась о том, что уже завтра об этом пожалею.

Но далеко мне уйти не дали, почти у выхода Греков нагнал меня.

– Далеко собралась, мелкая? – произнес он, фиксируя меня в своих объятьях.

– Домой, – выкрикнула, пытаясь вырваться, даже будучи уверенная в том, что не получится.

Он почему-то только улыбнулся и, больше не говоря ни слова, поцеловал меня. Честно скажу, сопротивлялась я недолго, это же вообще запрещенный прием. Все мысли в момент разлетелись, и возмущаться уже не хотелось совершенно.

– Поехали домой, – произнес он, когда поцелуй закончился, и повел меня за собой.

Весь остаток вечера Греков убеждал меня в том, что ему нужна только я, всеми доступными способами. Ну, по крайней мере, мне именно так и казалось.

ГЛАВА 7.

Этой ночью я не ночевала у Грекова, так как на следующий день мне нужно было на учебу, и пусть и поздно, но все же он вернул меня домой, пообещав позвонить, правда, не уточнил, когда.

Утро вернуло мне трезвую голову и ясный ум. И обида на него вернулась бумерангом. Вернее, она никуда и не девалась, просто он искусно заставил уйти ее на задний план. А чего я, собственно, и хотела от него? Он ничего не обещал, а то, какой он, мне и так известно, и не только мне. Я вообще должна была радоваться, что удостоилась второго свидания, и я радовалась, только получалось плохо. Сложно было убедить себя в том, что мне совсем не нужны отношения навсегда, чтобы в них была только я, и точка.

Я ждала его звонка, хотя ловила себя на мысли о том, что лучше бы он больше не звонил мне никогда. Потому что с каждым разом я буду лишь сильнее и сильнее привыкать к нему, и, как следствие, тем больнее будет, когда он уйдет.

Подругам, с которыми я была во время нашей первой встрече с Грековым, я ничего решила не говорить про наши отношения, да и о чем там говорить. Сказала, что он покатал меня по городу и отвез домой. Они, конечно же, не поверили, но допытываться не стали, так как каждая была бы рада оказаться на моем месте, а мне только обидней стало от того, что они наверняка знали, что я пополнила ряды побед, которые он брал в честной борьбе. И мне даже смешно стало от мысли о том, что борьбой там и не пахло. Боец, в моем лице, сдался без боя.

Учебный день подошел к концу, и, выходя из здания, я почувствовала какую-то легкую тревогу. Она стала нарастать параллельно гулу женских голосов. Я сразу поняла, что все идет не так, как обычно, но не могла понять, в чем дело.

– Да нет, не он …

– Точно он, я тебе говорю … – стала улавливать я фразы, почти спустившись с лестницы вместе с потоком студентов, заинтересованно оглядываясь, чтобы узнать, о ком так интенсивно идет перешептывание. И поняла.

Греков, собственной персоной, стоял возле своего автомобиля, небрежно облокотившись на него, и вел беседу с двумя парнями. Несмотря на то, что он разговаривал, взгляд его был прикован ко мне. Я даже остановилась от неожиданности. Он так пристально на меня смотрел, что я даже не смогла взгляд отвести. Я просто не могла проигнорировать эту негласную команду с повелением подойти к нему. Шла, медленно сгорая со стыда. В это время здесь находилась куча студентов, и вся эта куча наблюдала за Грековым, и мне сейчас нужно было к нему подойти, тем самым во всеуслышание объявить о своей репутации. Репутации легкодоступной девушки, которая не устояла перед обаянием Грекова. В этот момент я не думала о том, что мне многие могут завидовать, а скорее всего даже все, меня накрывали только стыд и злость на него за то, что он заставляет меня пройти через это унижение.

Стараясь быстрее дойти до него, я шлепала прямо по лужам. Не говоря ни слова, я пронеслась мимо, обошла автомобиль и шмыгнула на пассажирское сиденье спереди, не замечая удивленных взглядов парней и Грекова в частности.

Буквально через пару секунд все они тоже забрались в машину. Парни на заднее сиденье, а Греков на водительское. Я как-то немного напряглась от того, что мы не вдвоем, это чувство не покидало меня всю дорогу, пока мы не высадили их около спортивного клуба.

– Ну, привет, мелкая, – произнес Греков, как только за парнями закрылась дверь.

– Как ты узнал, когда у меня пары заканчиваются? – спросила, а у самой уже закрадывалось неприятное предположение.

– Никак. Мне просто парней забрать нужно было, – произнес он ровным тоном, от которого я стала сдуваться, как воздушный шарик, и медленно сползать с кресла, становясь все меньше и меньше, испытывая только одно желание в этот момент, провалиться сквозь землю.

– Я просто подумала … – прошептала еле слышно.

– А даже если и так, что в этом такого? – спросил уверенным тоном, приводя машину в движение.

– Просто не хотелось, чтобы все знали, что я … и ты … – я мямлила себе под нос, раздражаясь на себя за это, и на него за то, что он и так все понимает, но все равно спрашивает.

– Не хочешь, чтобы все знали, что ты спишь со мной? Так тебе наоборот все завидуют, – произнес самоуверенно, и тут меня прорвало.

– Да на фиг мне эта зависть не сдалась! А то, что меня теперь все шалавой считать будут, ничего так? Ну, конечно, тебе же на это наплевать, – я видела, как его лицо напряглось, машина набирала обороты, а сильные руки сжимали обшивку руля до характерного скрипа.

Я знала, что он злится, но меня это не останавливало.

– А ты меня спросил, хочу ли я, чтобы об этом все знали? Хочу ли я вообще быть одной из твоих … – я все говорила и говорила, вдохновленная тем, что он молчал, как будто заранее признавал свою вину.

Автомобиль резко затормозил, засвистев шинами, и я еле успела выставить руки вперед, чтобы не треснуться о панель.

Повисла зловещая тишина.

– Не хочешь – выходи, – процедил сквозь зубы, а я лишь непонимающе уставилась на него, не двигаясь с места.

– Пошла вон! – прогремело мне в лицо, и я, подпрыгнув от неожиданности, стала поспешно выбираться из машины.

– Будет она еще мне мозг выносить, сопля мелкая! – услышала я вдогонку, после чего дверь с грохотом закрылась перед самым моим носом, и автомобиль моментально скрылся из вида, обдав меня напоследок брызгами из лужи.

ГЛАВА 8.

Я стояла вдоль дороги, не до конца понимая, что произошло. Как назло, в этот момент стал накрапывать мелкий дождик, отражая мое внутреннее состояние. Постояв так пару минут в надежде, что он все-таки вернется, побрела в сторону остановки, благо она была совсем близко. Греков не вернется, я бы и сама не вернулась. Что на меня вообще нашло? Я как будто за всех обманутых им девчонок отдувалась, не понимая, что никто нас не обманывал. Мы сами рады были обманываться, принимая желаемое за действительное. Он предлагал мне только одно, даже не намекая на отношения, и он мне ничего не должен.

Наверное, так даже лучше. Ну, зачем мне такая идеальная по всем пунктам проблема? Ведь сама себя изведу, и ему все нервы вымотаю, успокаивала я себя, но легче не становилось. Тяжесть, поселившаяся в районе моего сердечка, не проходила никогда. Сменялась череда похожих друг на друга дней, в которых менялись люди и события, не менялась только я – бедная и несчастная, так называли меня подруги, успокаивая. Они все прекрасно понимали, хотя я ничего им не рассказывала, и мне даже пришлось резко осадить одну, так как в их глазах было не только сочувствие, но и радость. Типа: «На что я надеялась-то? Где Греков и где я».

Самое обидное было то, что я не могла себе позволить ходить в бассейн из-за опасения встретить его там, и это жутко меня расстраивало. Как-то мне позвонила подруга и позвала присоединиться к поздравлению нашего тренера по плаванию. В секцию я уже давно не ходила и посещала бассейн исключительно для себя, но не поздравить своего любимого тренера, которая занималась со мной на протяжении стольких лет, просто не могла.

Ребята организовали целое мероприятие с ведущим, сняв зал в одном из ресторанов. Все проходило в веселой и дружеской обстановке, вспомнили все смешные моменты, которые происходили в нашей дружной спортивной семье. И про то, как одному мальчику пришлось выступать на соревнованиях в женских плавках, так как его разошлись в  ответственный момент, перед самым выходом, а ни одни из предложенных наспех мужских ему не подошли, и то, как у одной девочки был сильный метеоризм, который просто не могли не заметить все остальные, занимающиеся в бассейне. Кстати, смешно было только нам, а она вообще потом из секции ушла.

Все мероприятие я ловила на себе откровенные взгляды Никиты Борзова, изначально он тоже ходил в мою секцию, но это было недолго и до меня, поэтому я не удивилась его присутствию здесь. Наша шумная компания решила продолжить веселье, поднявшись этажом выше, где можно было потанцевать. Мне, честно говоря, идти не очень хотелось.

– Чего ты ломаешься, Лиль. Время-то детское еще, – уговаривал меня Никита, и в основном только он.

И я согласилась. Действительно, что я – старая дева, что ли? Но как только переступила последнюю ступеньку, сразу поняла, что что-то не так. Было какое-то волнение, которое я никак не могла преодолеть. Мы нашли столик, и большая часть компании сразу же ринулась танцевать, а я решила сходить в дамскую комнату.

– Лилия?! Привет, – мне мило улыбался тот, кого я не ожидала здесь увидеть.

– Привет, – ответила, быстро оценивая ситуацию.

Передо мной стоял и добродушно улыбался друг Грекова – владелец лошадиной фермы, которую мы посещали не так давно.

– Ты с кем здесь? Присоединяйся к нам.

– Нет!

От моего резкого ответа на его приглашение он только удивленно уставился на меня с улыбкой. А мне вот было совершенно не до смеха. Испытывать судьбу в виде нежданной встречи с Грековым я не собиралась, поэтому быстрым шагом уже спешила в сторону лестницы на выход, игнорируя вежливое прощание. Благо сумочка у меня была с собой, и, я думаю, мало кто про меня вспомнит за нашим столиком, даже если я сейчас внезапно потеряюсь.

Сердце отстукивало чечетку. Сколько времени понадобится для того, чтобы информация о моем присутствии здесь добралась до того, кого видеть сейчас я просто не могла и не хотела? Разум мне перечислял вполне разумные вещи о том, что никто за мной в погоню не кинется, когда вскроется факт моего присутствия. Да и, собственно, его здесь может просто не оказаться. Все доводы были очень даже логичными, но отчего же тогда меня что-то как будто подгоняет, и трепет внутри унять просто невозможно?

Я нервно вытопывала каблучком, пропуская компанию молодых людей, поднимающуюся по лестнице, и сразу же метнулась вниз. Но неудачно, сильная мужская рука, ухватившаяся за перила, перегородила мне дорогу. Я буквально врезалась в нее и тут же отпрянула назад.

Косого взгляда было достаточно, чтобы узнать обладателя этой руки. И в голове замелькала только одна мысль: «Не успела!»

Я испугалась, даже сама не понимая, чего. Моя реакция на Грекова красноречиво отражалась в сбивчивом дыхании и дрожи во всем теле.

– Куда так торопишься, мелкая? – интонация такая небрежная и в то же время манящая.

Он произносит это негромко, только для меня, и его голос словно ласкает мои звуковые рецепторы.

– Домой, – выдыхаю лишь одно слово, боясь заглянуть ему в глаза, и это максимум, на что я сейчас способна.

– Ты же только что пришла, – произносит, наклоняясь ко мне так близко, что я слышу его дыхание, хотя его лицо до сих пор находится вне зоны моей видимости.

На переваривание его фразы понадобилось несколько секунд. Откуда он знает об этом?! И не задумываясь, я ныряю по его руку, которая загораживала мне путь. Несусь по ступенькам без оглядки, чувствуя, что он идет за мной. Чтобы догнать меня, ему понадобилось совсем немного времени. Он обвивает мою талию своей рукой, заставляя остановиться.