Роса пустыни. 8 Б Бемидбар, Дварим Третье дополнение комментариев к недельным главам Торы

4.1. К недельной главе «Бемидбар»

4.1.6.а

Заметим, что в наш комментарий в параграфе 4.1.6 вкралась ошибка: левитов в возрасте месяца и старше по стиху 3:29 было 22 тысячи, а не 22 300.

В Торе в стихах 3:46—47 сказано: «Что же до выкупаемых двухсот семидесяти трех, лишних против [числа] левитов, из первенцев сынов Израиля, то возьмешь по пяти шекелей с головы, по шекелю священному возьми, двадцать гейр в шекеле». Итого получилось 1365 шекелей (итого 27 300 гейр) по стиху 3:50. Заметим, что гейр, или гера, — мелкая монета, 1/20 шекеля, но не самая мелкая.

Комментаторы вслед за РАШИ предлагали способы выявить тех первенцев, которые должны были за свой выкуп заплатить пять шекелей. Например, предлагались те или иные виды жребия (лотереи).

Но можно предложить и иной подход, помня, что пять шекелей в то время — это крупная сумма (хотя сегодня первенцы выкупаются именно за пять серебряных шекелей. Почти у каждого коэна, который выкупает первенцев, имеются пять серебряных монет по весу того шекеля (примерно 20 граммов в шекеле), и выкупающий своего первенца сначала покупает у коэна эти монеты по текущей современной цене серебра, а затем расплачивается этими же монетами с этим же коэном). По кодексу Хаммурапи (который, естественно, нам не указ; примерно 1750 год до их летоисчисления) годовой (!) заработок наемного работника был как раз пять шекелей. Евреи ежегодно вносили на нужды Мишкана (Храма) по 0,5 шекеля в год (в месяце адаре; иврит: махаци́т hаше́кель), что сильно похоже на положенную к отчислению десятину (хотя она в норме отчисляется левитам, но только от урожая полей, а взнос в Храм являлся дополнительным платежом из средств семьи после отчисления положенных десятин). Поэтому можно предположить, что сумма в пять шекелей была очень большой для обычной семьи.

Но ведь все первенцы были равны, и не представляется особо справедливым возложить на случайную часть из них столь большой платеж. Тогда можно заметить, что справедливее распределить общую сумму почти поровну на ВСЕХ первенцев. И тогда каждый первенец (или его родители) внесет в общую кассу выкупа первенцев по одной гейре (всего десятую часть обязательного налога на Храм), что составит 22 273 гейр; а еще относительно небольшую недостающую часть платежа в 5027 гейр можно собрать либо более мелкими монетами (примерно 1/4 гейры на семью), либо добровольными пожертвованиями более богатых семейств, выкупающих своих первенцев.

4.1.10.1 (между 4.1.10 и 4.1.10.а)

В подстрочном комментарии на комментарий РАМБАНа на стих 18:12 недельной главы «Итро» книги Шмот, обсуждающий время прихода Итро в стан евреев у горы Синай (имеется немало мнений о времени прихода Итро в стан), приводится интересное мнение из трактата Вавилонского Талмуда Йевамо́т 62а, которое однозначно утверждает приход Итро в стан евреев у горы Синай до дарования Торы (мы воспользовались этим комментарием из книги Шмот с комментариями РАМБАНа. Изд. «Парде́с», 2008. С. 83, прим. 20): «… перед дарованием Торы у горы Синай Моше отдалился от Ципо́ры, чтобы в любое мгновение быть готовым к получению пророчества, и Всевышний признал, что он поступил верно. Следовательно, Ципора была в стане, но Моше не возвратился в ее шатер». Отсюда очевидно выводится идея об отдельных шатрах жены и мужа (это же прослеживается в рассказе о шатре Сары в стихе 24:67 недельной главы «Хаей Сара» книги Берешит), что резко увеличивает количество шатров в стане евреев и, соответственно, и так очень большие размеры стана. В дальнейшем, уже при жизни народа в Стране, для соблюдения заповедей чистоты семейной жизни для жены была выделена женская часть дома (или отдельный флигель). Мы не уверены, что в пустыне у всех семейств могло быть такое разделение шатров; возможно, они обходились занавеской внутри семейного шатра или разделялись каким-либо иным способом. Но разделение мужа и жены в определенный период женского месячного цикла (с выделением отдельных помещений мужа и жены или без него) было заповедано уже полученной Торой и строго соблюдалось.

Отметим, что выделение женской половины дома в том или ином понимании встречалось в предыдущие века и в христианской традиции, по крайней мере в тех семьях, которые материально могли это себе позволить.

4.1.10.2

Добавим мнение о расположении стана у горы Синай перед получением Торы (относительно задолго до строительства Мишкана и организации стана по указанию Торы). Как здесь, так и в следующем параграфе, 4.1.10.3, мы не рассматриваем многомерность пространства стана евреев (рассмотренную нами в других разделах комментария), хотя использование этой гипотезы могло резко сократить размеры стана и близость всех евреев к Мишкану.

РАШИ в комментарии на слова «… и стали поодаль» (иврит: мэрахо́к (стиха 20:15 недельной главы «Итро» книги Шмот (народ испугался визуальных и шумовых эффектов при схождении Б-га на гору Синай при даровании десяти заповедей. В переводе Торы р. Давида Йосефона издательства «Мосад рав Кук» в этом месте имеется неверная русская нумерация стихов по отношению к ивритской; нами номер стиха указан по ивритской нумерации) приводит мнение трактата Шаббат 88б и Мехильты: « [В страхе] отпрянули назад на двенадцать милей, [что составляло] длину их стана…». Заметим, что «отпрянуть» на 12 километров должно занять уйму времени, а весь процесс изложения Десятисловия, по-видимому, занял заметно меньшее время. Но воспользуемся данным о длине стана. Миль (не миля!) — еврейская мера длины, включающая 2000 амо́т (локтей), что составляет около километра. Миль является четвертью единицы длины парса́. Ниже, рассматривая размеры площади стана, в которой расположен Мишкан, и станов левитов, мы опять вернемся к переводу «поодаль», но там использовано ивритское слово «минэ́гед», и оценка этого расстояния будет иной по иному источнику.

Стан в то время еще не был организован по указанию Торы в соответствии с указаниями нашей недельной главы (построение стана вокруг Мишкана, которого в то время еще не было) и коленные станы, по-видимому, стояли секторами вокруг подножия горы Синай, чтобы не было стана ближе к горе и стана дальше от горы (см. рис. 1).

Рис. 1

И приведенное мнение указывает на длину секторов стана 12 километров (есть мнение Хазон Иша о длине единицы миль, равной 1,352 м; тогда длина секторов стана оказывается более 16 км). Размеры стана по этому комментарию начали приближаться к размерам, согласующимся с реальностью. Однако колена (еще не пересчитанные) имели заведомо разное количество людей (взрослых мужчин), и, следовательно, разное количество шатров (отвлечемся от мысли, откуда взялись сотни тысяч шатров, как они, их веревки (мейтари́м) и их колышки (йатедо́т) перевозились со стоянки на стоянку (а это нелегкий груз, требующий сотен тысяч телег и тягловых животных), как восстанавливались изношенные веревки и утраченные колышки, и прочих вопросов, касающихся шатров). На самом деле примерная оценка населения была, и она основывалась на примерной оценке численности каждого колена со стороны каждого штаба колена. Тогда нужно было постараться запроектировать (!!!) стан так, чтобы длина каждого коленного стана была примерно одинаковой с длиной остальных коленных станов. Это можно было сделать при предварительном планировании всего комплекса общего стана в шатре (так и хочется сказать: в кабинете или в камеральных условиях), «играя» шириной фасадов, обращенных к горе А, В, и всех других для каждого стана. Вряд ли было целесообразно «играть» углами боковых сторон коленных станов; мы полагаем, что их лучше было оставить в виде расходящихся от некоторого центра лучей.

Добавим, что, во-первых, мы не знаем, сколько было коленных станов — 12 или 13, потому что мы не знаем, были ли на уровне станов разделены колена Эфраима и Менаше или был единый стан колена Йосефа. Во-вторых, явно, что колено Леви еще не получило особого статуса, вытекающего из уникального положения этого колена (по мидрашам), не порабощенного в Египте, не занимавшегося обычным для рабов трудом и постоянно изучающего Тору (в Храме до греха Золотого Тельца должны были служить первенцы всех колен) и стан колена Леви располагался между остальными коленными станами. И в-третьих, не было отдельного стана для неевреев (э́рев рав. В соответствии со многими комментариями примкнувшие к евреям иноплеменники на стоянках располагались вне стана, но нам это трудно принять, так как стан евреев не был явно огорожен, да и ман, по-видимому, выпадал для всех, иначе голод среди неевреев привел бы к кровопролитному восстанию неевреев за пищу еще до прихода к горе Синай), то есть еще на подходе к горе Синай был какой-то неизвестный нам механизм распределения неевреев по коленам евреев (хотя бы для того, чтобы не было особой концентрации неевреев как отдельной части стана, что явно могло привести к проблемам внутри всего населения (еврейского и нееврейского)), хотя о гиюре неевреев, реально осуществленном при Откровении, еще не было речи. Но и нельзя было сохранять столь принципиальные отличия евреев (по мидрашам спустившихся в Египте на 49-ю ступень нечистоты из 50 и мало отличающихся от окружающего идолопоклоннического населения) от неевреев (отнюдь не только египтян, но и многих народов, живших в то время в Египте — рабов и непорабощенных. Но и нельзя сказать, что они находились на 50-й ступени нечистоты, так как по мнению наших мудрецов с 50-й ступени нечистоты нет возврата, а эрев рав принял гиюр во время Синайского Откровения, то есть, поднялся к святости).

Итак, сформулировалась новая мысль: изначальное, до установки стана на местности, было планирование стана в целом и появление специальности проектировщика станов. И шатры в каждом стане должны были устанавливаться по заранее разработанному более частному плану, строгими рядами, с оставлением достаточно широких главных и второстепенных улиц (в сторону которых неизбежно выступали фасадные веревки крепления шатров, что не должно было входить в расчет ширины улиц) и перпендикулярных им переулков для возможности безопасного и удобного подхода к каждому шатру, расположенному так, чтобы, по мнению наших мудрецов, вход в один шатер не был напротив входа в соседний шатер из соображений скромности. Кроме этого должны были быть выделены площади для собраний колена, для совместных молитв и для радостных собраний — пиров (свадьбы и т. д. — несколько площадей, ведь все колена состояли из десятков тысяч только взрослых мужчин и почти все члены колена были родственниками друг другу), ведь, как мы пишем в комментарии на недельную главу «Баалотха», практически каждый день практически все колено садилось за праздничные столы, отмечая многие радостные события в колене (а то еще и приглашая друзей и знакомых из других колен и само посещая пиры у соседей по коленным станам). Вроде бы не заметим, что при передвижении станов нужно было перемещать и оборудование этих площадей — многочисленные столы и скамейки. Ведь «свободное» (беспорядочное) расположение шатров заняло бы намного больше места и не дало бы евреям возможности проходить по стану к Горе. Следствием изложенного было появление еще одной специальности (кроме специальности проектировщика стана) — землемера (сегодня — геодезиста), чтобы переносить на землю разработанные проектировщиками планы. И таких землемеров должно было быть достаточно много для быстрого выполнения работы одновременно по всем коленным станам (скорее всего до прибытия всех евреев на место очередной стоянки). Да и проектировщики станов должны были быть хотя и в меньшем, чем количество землемеров, но в достаточном количестве (да еще, как и землемеры, быть иерархически организованными для составления общих и частных планов).

4.1.10.3

Тора в главе 2 нашей недельной главы задала расположение коленных станов тройками вокруг уже построенного Мишкана. Однако предложить оптимальную схему стана евреев оказалось не так просто.

Для строгого сохранения заповеданных Торой троек коленных станов по сторонам Мишкана первой приходящей на ум схемой является схема, представленная на рис. 2 (мы в наших схемах не учитываем существенной разницы численности колен, полученной при пересчете в нашей недельной главе, и тем более не учитываем изменения этих численностей по пересчету в недельной главе «Пинхас», только указываем цифры количества взрослых евреев в стане по пересчету в нашей недельной главе и в скобках — по пересчету в недельной главе «Пинхас», хотя эти численности евреев в разных коленах существенно влияют на размеры каждого коленного стана).

Рис. 2

Достаточно стандартное изображение стана (с теми или иными небольшими вариациями) приведено нами на рис. 3 (нами взято из книги «Сефер hаМикдаш» рава Исраэля Ариэля (на иврите). Институт Иерусалимского храма).

Рис. 3

Очевидной проблемой подобных изображений являются размеры как коленных станов, так и станов семейств левитов. Ведь на изображении присутствует масштаб — размеры двора Мишкана четко заданы в Торе: 100 × 50 амот, или 50 × 25 м. Из этого следует, что коленные станы, изображенные здесь, вмещают максимум считаные десятки шатров на десятки тысяч семейств в каждом колене. И та же проблема прослеживается в изображенных здесь станах левитов по трем сторонам Мишкана: каждое колено левитов содержало немалые тысячи семейств.

Но эта схема даже при коленных станах, вытянутых на километры в направлении от площади вокруг Мишкана, заведомо не является оптимальной из-за неиспользования больших площадей в угловых частях стана.

Подсчитаем разумный размер площади Мишкана внутри стана. В качестве первого приближения примем размер внутренней площади в соответствии с записанным в книге Йеhошуа (стих 3:4) в отношении расстояния народа от переносимого коэнами Ковчега Завета при переходе через реку Иордан: «Но отдален [Ковчег от народа] будет: между вами и между ним около двух тысяч локтей» (около 1 км). Тогда площадь в середине стана может быть оценена в 4 квадратных километра (2 × 2 км). Площадь самого Мишкана, расположенного в центре этой площади, пренебрежимо мала (100 × 50 амот — примерно 50 × 25 м — реально точка в пределах ошибки землемерных измерений!), и трех сторон площади должно было хватить (или не хватить) для размещения трех станов (по семействам) левитов общим населением 14—15 тысяч шатров (есть подсчет левитов от 30 до 50 лет, и он приведен в Насо стихе 4:48 следующей недельной главы «Насо» — 8580 человек; мы удваиваем это число для учета левитов от 20 до 60 лет, считая, что не все левиты имели отдельный шатер). Места для левитов не хватает, им нужно примерно 6 км2 +25% на улицы для прохода всех евреев к Мишкану (принимаем необходимую площадь для шатра 20 × 20 м, включая растягивающие шатер веревки и хозяйственные площади (понимаем, что эта площадь нереально мала), без учета телег и животных) — итого минимум 7,5—8,0 км2, расположенных по трем сторонам площади Мишкана, с оставлением большой площади с восточной стороны Мишкана для народных собраний. Тогда получается, что сторона квадрата площади Мишкана должна быть около 4 км, что дает площадь участка перед Мишканом также 8 км2 (за исключением весьма малых станов Аарона и Моше), или 13 м2 на семью. Не так уж много, квадратик 3,5 × 3,5 м). Можно чуть выдвинуть северный и южный станы левитов на восток (на 0,65 км), тогда получим сторону квадрата примерно 3,5 км и площадь собрания на семью 6,5 м2 (квадратик 2,5 × 2,5 м — придется стоять достаточно вплотную).

Добавим несколько слов о числе детей у левитов. Мы не скажем здесь ничего нового, так как эта тема уже обсуждена многими комментаторами. Но все-таки еще раз обратим внимание на приведенную Торой численность семейств левитов. Тора в стихах 4:37, 40, 44 следующей недельной главы, «Насо», приводит численность левитов от 30-летнего до 50-летнего возраста (2750 — Кеhат, 2630 — Гершон, 3200 — Мрари). И в стихах 3:22, 28, 34 нашей недельной главы указана численность левитов месячного возраста и старше (8600 — Кеhат, 7500 — Гершон, 6200 — Мрари). Не особо погрешив против истины, мы можем удвоить численность левитов от 30-летнего до 50-летнего возраста (20-летний интервал возрастов), чтобы получить их численность от 20 до 60 лет (40-летний интервал возрастов). Получим: 5500 — Кеhат, 5260 — Гершон, 6400 — Мрари. Далее не очень строго предположим, что дети до 20 лет могли быть только у левитов в возрасте от 20 до 40 лет, а более старшие становились «бездетными», так как их дети уже входили в счет взрослых левитов. Получаем: Кеhат — на 2750 левитов в возрасте от 20 до 40 лет было 8600 — 5500 = 3100 детей, чуть больше ребенка на семью (говоря «ребенок», мы подразумеваем мальчика, так как счет осуществлялся только среди левитов мужского пола. Статистически известно, что половину детей составляют девочки, так что можно считать, что в семье было двое детей — в среднем мальчик и девочка. Девочек могло быть и несколько больше). Гершон: на 2360 левитов в возрасте от 20 до 40 лет было 7500 — 5260 = 2240 детей, чуть меньше, чем ребенок на семью (плюс в среднем еще по одной девочке на семью). Мрари: у них не только вообще не было детей мужского пола в возрасте до 20 лет (но могли быть девочки), но и даже удвоение численности левитов от 30-летнего до 50-летнего возраста для получения их численности от 20 до 60 лет оказывается великоватым для этого семейства; для них (без детей!!) нужно принять коэффициент не 2, а 1,9375.

Некоторое приближение к оптимуму при использовании идеи частично угловых трапециевидных станов мы нашли в изданной очень малым тиражом в 1965 году в Иерусалиме рукописной брошюре «Мишкан и его оборудование» архитектора Яакова Йеhуды (на иврите), хотя и здесь площади коленных станов и площади станов семейств левитов далеки от реально необходимых. Мы приводим эту схему на рис. 4.

Рис. 4

Теперь мы можем предположить одну из возможных компромиссных схем стана, представленную на рис. 5 (задние, далекие от поля с Мишканом границы коленных станов показаны условно: они могли находиться гораздо дальше от Мишкана, чем мы изобразили на схеме).

Рис. 5

Эта схема до минимума сокращает расстояния, которые нужно пройти евреям по пути к восточной стороне Мишкана, но нарушает всеми интуитивно принятую прямоугольную форму коленного стана почти для всех колен. Для достижения равного удаления последнего (самого далекого от площади Мишкана) ряда шатров от площади Мишкана проектировщик мог «играть» размерами фасадов коленных станов (размеры А, В, С — аналогично по всем сторонам стана) и углами между фасадом и краевой линией смежных станов W, Х, Y, Z (с учетом требования площадей коленных станов на смежных сторонах площади Мишкана, то есть проект должен был быть единым и согласованным для всего стана). Заметим, что равенство колен при такой схеме построения общего стана все-таки не было соблюдено. Например, тройке колен, расположенных на западной стороне стана (колена Эфраима, Менаше и Биньямина), до площади народных собраний на восточной стороне площади Мишкана нужно пройти более чем на 2 км больше, чем евреям из колена Йеhуды.

Нам неизвестно, располагались ли весьма небольшой поначалу стан Аарона и постоянно небольшой стан Моше близко к Мишкану (практически закрывая восточный фасад Мишкана от собравшегося народа) или были близки к фасаду коленных станов Звулуна и Иссахара. В наших схемах мы принимаем второе мнение. Причем стан Моше не включал шатров его детей — его сыновья названы среди колена Леви (Диврэ́й hаЙами́м I 23:13, 14).

Мы видим, что работа проектировщиков общего стана была совсем непростой и должна была опираться на знание численного состава каждого колена. Мы полагаем, что такая информация у них была. Легко предположить, что общий подсчет евреев сдачей полушекелей в начале создания элементов Мишкана был проведен по коленам. И хотя Тора не сочла нужным поначалу, для первой организации стана, конкретизировать поколенный подсчет евреев, ограничившись указанием их общего числа, у проектировщиков стана эти данные были. В приведенных Торой подсчетах евреев поколенная конкретизация численности евреев в коленах дана только для начала второго года (наша недельная глава) и для последнего года странствий (недельная глава «Пинхас»). Но легко предположить, что, хотя Тора не сочла нужным это явно указать, данные о поколенной численности евреев поступали проектировщикам каждый год через подсчет полушекелей, сдаваемых евреями в месяце адаре на нужды Мишкана. И тогда проектировщики должны были перепроектировать стан для его нового построения после перемещения стана с учетом изменяющейся численности колен. Не все эти проекты реализовались, потому что были стоянки больше года на одном месте (а изменять план стана с перемещением достаточно заметных групп шатров на одной стоянке при относительно небольшом изменении численности колен вряд ли было целесообразно), но проект стана с актуальными численностями колен обновлялся каждый год. Возможно, новые семьи, которые обзавелись собственным шатром между различными установками стана при его перемещении в пустыне, получали место для своего шатра на самой далекой от Мишкана границе соответствующего коленного стана, но и это должно было быть учтено в планах стана и в дальнейшем, при следующей перестановке стана, молодые пары должны были получить место для своих шатров вблизи от шатров родителей.

Мы не рассмотрели вопрос перехода первичного стана, установленного у горы Синай перед получением Торы в заповеданный стан у той же Горы примерно на том же месте (это изменение стана было одноразовым). У нас нет четкого решения этой задачи, но можно предположить, что существенная часть стана, установленного перед получением Торы была разобрана, отдалена в пустыню от площади построения заповеданного стана и потом заповеданный стан был заново установлен на основании достаточно детальных общих и частных заранее приготовленных планов, опирающихся на знание поколенной численности евреев и перенесенных на местность трудом землемеров.

4.1.10.б

РАШИ в своем комментарии на стих 1:49 в своем втором мнении (иврит РАШИ: дава́р ахе́р — иное мнение, РАШИ часто приводит два весьма различных своих мнения в комментарии на один и тот же стих Торы), обсуждая вопрос о том, что левиты пересчитывались отдельно, пишет (в переводе Фримы Гурфинкель): «Пресвятой предузрел, что всем исчисленным от двадцатилетнего возраста и старше суждено будет умереть в пустыне. Он сказал: «Пусть эти не войдут в счет, потому что они Мне принадлежат, ведь они не согрешили [поклонением золотому] тельцу (Танхума, Бава Батра 121б) «». Эта мысль РАШИ основывается на стихе 32:26 недельной главы «Ки Тиса» книги Шмот: «И собрались к нему [к Моше] все сыны Леви». Но она противоречит изложенному в недельной главе «Шлах» книги Бемидбар. Там в ответ на доклад разведчиков в стихе 14:1 написано: «И подняла вопль вся община, и плакал народ в ту ночь». В этом стихе говорится обо всем народе, без разделения на колена.

В это общее понятие всенародного плача вошло не только колено левитов. Комментаторы говорят, что все колена (кроме левитов) послали в разведку своих руководящих представителей, чтобы узнать результаты разведки именно от «своего человека». Но колена Йеhуды (их представитель — Ка́лев, сын Йефунэ́) и Эфраима (их представитель hоше́а (чаще пишут Оше́а) — Йеhошу́а, сын Нуна), получив от своих представителей положительный отзыв о Стране, все-таки плакали вместе со всеми, больше поверив десяти представителям иных десяти колен, оболгавшим Страну (те не столько оболгали, сколько, дав довольно объективное описание положения в Стране, пришли к неверным выводам о невозможности ее захвата евреями, вроде бы забыв о силе Тв-рца реализовывать Свои желания и указания. В недельной главе «Шлах Леха» книги Бемидбар мы обсуждаем возможные причины столь неправильных выводов десяти разведчиков). Народ принял демократически верное решение: мнение десяти против двух побеждает, но Тв-рец в этом эпизоде в очередной раз плюнул в сторону демократии (что мы подробно обсуждаем в параграфе 2.2.15 недельной главы «Ваера» книги Шмот во втором томе нашей книги «Роса пустыни»), утвердив правду меньшинства против неверного мнения большинства. И четверка лидеров (Моше, Аарон, Калев и Йеhошуа) в стихе 14:7 «… сказали всей общине сынов Израиля…» как о качестве и особенностях Страны, так и о возможности ее завоевания при поддержке Тв-рца, несмотря на превосходящие евреев силы местных народов и укрепленные города. Но это не было воспринято общиной правильно, и стих 14:10 усиливает напряжение уже конкретным предложением против четверки лидеров: «И сказала вся община: „Забросать их камнями!“». И приговор Тв-рца в стихе 14:22 опять описывает всю общину (кроме Калева и Йеhошуа).