- -
- 100%
- +
– Я как-то задела тебя? – осторожно спросила я.
– Нет-нет, всё хорошо… Я просто думаю, как буду добираться в наши шатры.
– Проводить?
– В этом нет необходимости, правда! – он тут же насторожился – Не стоит на меня тратить столько времени. Я, я смогу найти безопасный путь.
– Ага, я видела, как ты это делаешь. – нахмурилась я – Там по любому мой отец вылез, злой как тварь из недр Кромайла. Так что советую от меня не отставать.
С этими словами я поднялась на лапы, и направилась в сторону площади. Крыши то и дело менялись во время моей пробежки. Из-за тишины мне показалось, что он так и остался стоять на месте. Я уже было собралась остановиться, как вдруг я уловила хлопок крыльями. Похоже, он решил особо не думать о своей безопасности. Как опрометчиво.
– Спустись обратно на черепицы… – снова зашипела я, уже скаля клыки – Ты сейчас похож на живую мишень. Не дай декроны после гувеев за нами отправятся разведчики.
Наконец-то он начал снижаться.
– Я не уверен, что могу бесшумно перепрыгивать по крышам… – ответил он.
– Поверь, прыгая по ним ты будешь куда незаметнее… – буркнула я, не поворачиваясь к нему.
– Эх, ладно, твоя правда…
После этого он действительно спустился на черепицы. Но всю дорогу мы провели в полном молчании. Он будто закрылся в себе после того, что произошло. Я не могла перестать думать о том, что я могла такого сказать.
В конце концов, мы допрыгали до самой площади. Но, к нашему несчастью, нас уже там ждали, хотя и не видели. Высокий, алый как пламя артасикая в статном костюме проползал мимо фонтана, осматривая улицы, словно кринаш12. Я ни с кем не спутаю этот оттенок чешуи в комбинации с золотистыми глазами. Это был Карванест.
– Rhas… Помяни тьму, она вылезет из низин. – прошипела я едва слышно, пригнувшись к черепице.
– Как нам пройти мимо него…? – едва дыша спросил Хорфил.
– Есть идея… – тут же ответила я, спрыгивая с крыши.
К моему несчастью, край черепицы был сколот. Край юбки был нещадно подорван. Хотя отец за это меня покусает, но зато у моего нового знакомого будет новое преимущество: пока старый Карванест шипит на меня, певец хотя бы успеет улизнуть к шатрам.
– Вот ты где, мелкая бестия! – как только отец заметил меня, он тут же повысил голос – Где тебя носило?! Твой старый дворецкий настолько слеп, что позволяет себе упускать тебя из виду?!
– Мне 30, отец. – шикнула я, скаля клыки – Я не собираюсь перед тобой отчитываться ни о том, куда я ходила, ни тем более зачем! И нечего скалить свои кривые зубы на моего дворецкого! Он делал то, что должен был!
– Как ты смеешь перечить мне?! – хвост отца тут же начал трястись, угрожающе гремя при этом – Ты даже не доросла до престола, чтобы сметь открывать передо мной свою пасть… А это что такое…
Как только он увидел оборванный край моего платья, его морда вытянулась настолько, что он выглядел как глиняный. Будто он сейчас растянется до неимоверных размеров. При этом его глаза заблестели с новой искрой ярости, когда он ухватил меня за руку.
– Посмотри на себя, дрянь! Во что ты себя превратила! – продолжил шипеть он – Ты стала ничуть не лучше простака, обычная грязь, смешанная с дорожной пылью!
Я грубо выдернула свою руку из отцовской когтистой лапищи, блеснув глазами.
– Ну уж извините, сударь, что вы настолько печётесь о моём виде, что мне уже самой стало плевать, во что я одета и как! – бросила я небрежно, переходя отцу за спину. Мне нужен был обзор на путь Хорфила.
Хорошо, что отец в порыве гнева не отрывал от меня глаз. Иначе бы он заметил, как салгаркад пытался рывками переходить от короба к коробу, чтобы добраться до своего места.
– Неблагодарная девчонка… – шикнул он – Поразительная дерзость. Ты даже не пытаешься быть похожей на знать. Какой из тебя наследник, если ты не можешь вести себя подобающе?!
– говори за себя… – буркнула я, отводя взгляд ещё дальше.
В этот момент он больно вцепился в мою челюсть, разворачивая меня обратно к себе.
– Смотри в глаза отцу, когда я разговариваю! – заорал он – Как наследница рувильперского престола, ты была обязана обговорить дальнейшие проведения мероприятия со знатью! Ты должна была исполнить МОЙ приказ! И ты его не выполнила.
Моё сердце застучало ещё сильнее, но я не подавала виду, что он меня пугал. Я продолжала скалиться, даже осознавая, что его палец сейчас на моём пульсе.
– И, если ты думаешь, что я позволю отныне выходить из поместья с этим старым слабаком, ты очень ошибаешься… – Карванест аж задыхался от злости – Попомни мои слова, ты не вылезешь из поместья до тех пор, пока я не найду тебе нового телохранителя. А этот старик останется в поместье, и путь благодарит декронов, что не останется в темнице тухнуть до скончания тысячелетий!
Мне было обидно до слёз за его слова. Он мог и без этого спокойно запирать меня. Или лишать чего-то. Но чтобы так? Мало того, что он заставил меня сидеть как прокажённую, так ещё и без моего мнения решил найти нового телохранителя. Не удивлюсь, если это окажется какой-нибудь зазнайка, или бугай вроде того, что есть у отца. Он и так лишил меня возможности связаться с матерью, а теперь ещё и ЭТО?!
– Ты не посмеешь… – едва слышно выдохнула я.
Отец отпустил мою челюсть, возвысившись надо мной, пока я потирала подбородок. Уж больно сильно он цеплялся за меня. Ещё чуть-чуть, и его когти могли бы процарапать мою чешую.
– Ты находишься в моей части континента. – фыркнул он, не теряя гневного пыла – И пока ты здесь, ты не имеешь права даже рта раскрывать в мою сторону, пока я сам того не разрешу.
Пока он говорил, я метнула взгляд к шатрам. Чёрный хвост Хорфила уже мелькнул за тканью. Миссия выполнена успешно. Но какой ценой…
– А теперь марш в карету, пока я не устроил тебе куда более худшее наказание… – рыкнул Карванест, не пряча клыки. Его хвост так и продолжал играть угрожающую дрель.
Поскольку у меня больше не было смысла перечить отцу, я угрюмо потопала в сторону кареты. Душа упала ниже океана Вечности, если вообще такое может быть. Мысленно я продолжала спрашивать декронов, почему они так легко закрывают на это глаза. Это какой-то суровый урок за мою прошлую жизнь? Или же вы уже готовите грандиозный план, который затянулся на столь продолжительное время? Если да, то можно уже закончить мои мучения? Я больше не могу жить в его удавке. Я надеялась, что с появлением столь необычных гостей праздник улучшится хотя бы немного. Но, видимо, этому не бывать. Меня ведь даже не пустят на фестиваль в честь Дня Переплетённых Сердец. А если и пустят – то с новым телохранителем, и, возможно, напыщенным богачом, который тут же скривит морду при виде лингамурнцев…
Как только я забралась в карету, я сразу же заметила рыжую морду Борнамиса. Он выглядел настолько мрачным, что, казалось, его липараяде тоже начало тускнеть.
– Мне жаль, что я так подвёл вас, моя леди… – прошептал он, не поднимая глаз – Я хотел остановить его, наплести неправду на его голову…
– Нет, Бор… – мне было больно видеть дворецкого в таком состоянии – Ты сделал всё, что мог. Даже столь ненавистная мне ложь не смогла бы сработать против него. Нам остаётся только надеяться на визит матери, если он вообще хоть когда-нибудь свершится.
Какое-то время мы сидели молча. Но как только карета тронулась с места, Борнамис поднял голову.
– Ради чего вы покинули площадь, если не секрет? – вдруг спросил он – Тот салгаркад что-то знал?
– Скорее, наоборот – он не знал. – вздохнула я, выглядывая в окно – Он не знал, что мой отец так суров по отношению к музыкантам вроде него. Я не хотела оставлять его одного с теми гувеями. Я не хочу для него такой же участи, как та, что навалил на наши плечи Карванест…
С моим голосом замолкло и окружение. Лишь топот зуфуранов снаружи нарушал эту оглушительную тишину. Мне ничего не хотелось в этот момент. Сейчас меня не спасёт даже собственная комната. Хотя раньше мне там удавалось найти хоть какое-то утешение. Никогда прежде я не чувствовала себя так паршиво…
Но внезапно в моём сознании заиграло сочетание двух инструментов. Прямо как на том выступлении, где пел Хорфил. Его голос так хорошо запомнился, что даже под осквернённым сегритом я бы не смогла его ни с кем спутать.
– Поют с тобой лигпармы, вспоминая о том дне… – начала тихо петь я – Где морские гаммы… Дали шанс побыть наедине…
Дворецкий даже поднял уши от удивления, когда он вновь посмотрел на меня.
– Вы так хорошо запомнили слова из песни мистера Хорфила? – негромко проронил он.
– Да… – почти без эмоций проронила я – Они так и не выходят из моей головы. Они будто действительно позволяют что-то вспомнить. Как бы мне хотелось их закрепить в своей памяти, переслушивая снова и снова…
Я услышала со стороны Бора продолжительный звук, говорящий о его задумчивости.
– Ваш сон. – это было всё, что он сказал.
Не поняв сразу, что он хотел этим сказать, я отвлеклась от созерцания пейзажей. Я проморгалась несколько раз, но даже это не помогло мне понять суть его слов.
– Что ты имеешь в виду?
– Лигпармы. – напомнил он – Они были упомянуты в песне. Они также были в вашем сне, не так ли?
С моим кивком осознание накрыло меня с головой. Тирсапи Хорфила была лигмелитовой. Он по любому как-то связан с ней не только особой связью. Если он архлигмелит – значит, он каким-то образом поймал мой сон, изменив его под мотивы своей песни. Не знаю, случайность ли это, но… Мне понравилось.
– А вдруг это знак… – едва слышно пролепетала я.
– Простите? – Борнамис вскинул брови.
– Я видела его тирсапи. – уточнила я – Это не может быть простым совпадением. Неужели, это и есть тот самый знак? Что, если сами декроны указали ему путь сюда, а декрон их континента подсказала мне о возможности встретиться с ним?
Пока я говорила об этом, я чувствовала, как внутри меня, где-то очень глубоко, разрасталось странное ощущение. Как будто я действительно готова воспарить снова. Не только как во сне, но как в песне. Я хотела следовать не только за голосом. Я всерьёз задумалась подробнее об этом салгаркаде из Лингамурна. Такой пёстрый, душевный… А его песня до сих пор греет сердце. Если бы я только могла пообщаться с ним подольше…
Начиная с этого вопроса, мой настрой начал стремительно падать всё ниже, пробивая земляную почву. Мой титул страшным приговором пригвоздил меня к земле. Что, если он даже пытаться не будет, если вообще заинтересуется? Теперь даже начинает казаться, что это невозможно – если моему отцу он уже не нравится, то от заявления о желании встречаться он с ума сойдёт. Тогда от бедолаги Хорфила вообще ничего не останется. Даже намёка на его существование.
– Леди Арканфара. – вдруг изумлённо воскликнул Борнамис – Ваш браслет!
Я ошеломлённо посмотрела в сторону дворецкого. Затем мой взгляд стремительно перешёл на мою руку.
– Который из них? – спросила я – У меня из несколько штук.
– Флюстриксовый. Он пропал.
На секунду я впала в ещё больший ступор. С чего вдруг его заинтересовал браслет? И где я могла его вообще потерять? Но всё, что я вспомнила – это побег Хорфила. Ради его спасения от гувеев я бросила какой-то из своих браслетов в одно из мест, чтоб им пошуметь.
– Ну и что? – рассеянно пробормотала я – Их и без того бесчисленное множество…
– Но именно этот был на вас каждый выход за пределы поместья, вы не заметили? – луурамурна хмуро посмотрел мне в глаза – Его дизайн я ни с чем не спутаю…
После своих слов он быстро выглянул в окно, будто пытался кого-то высмотреть. Насколько я помню, с нами теперь ехала ещё одна карета – отцовская. Даже если он пытался увидеть её, зачем ему это?
Спустя напряжённые секунды выслеживания, Борнамис снова повернулся ко мне, наклоняясь ближе.
– Я не должен об этом говорить… – шептал он – Но тот браслет… Не просто так был сделан с флюстриксовыми бусинами. Они привязаны к вашей энергии. И ваш отец использует одно устройство сомнительного производства, чтобы отслеживать ваше местоположение…
По мере его высказывания моё капюшон вздымался всё больше от шока. Отец вдобавок ещё и пытался выслеживать меня?! Неужели он настолько одержим мной?! Вот безумец!
– Я понимаю ужас на вашей морде… – продолжил луурамурна – Я сам был повергнут в сильнейший шок, когда увидел то, чего не должен был. Я тогда еле остался незамеченным. Но надеюсь, это того стоило: теперь он не сможет нас так просто найти.
– Правда вряд ли это останется незамеченным… – с грустным вздохом подметила я – По любому он потом создаст новый.
– Для этого понадобится время. А до тех пор мы можем выдохнуть. Пока что.
– Надо будет придумать, как бы к ней пробраться. – вздохнул я, запуская в поясную сумку свою руку – Что-то я начинаю переживать…
Но как только моя рука полностью заполнила сумку, ужас поглотил меня с новой силой. Рус не было в сумке. На её присутствие не было даже намёка. Она даже не отзывалась, когда я попытался несколько раз позвать её. Я был уже готов выпрыгнуть из собственного шатра, когда вошёл Каросс. Его перья были пропитаны водой, что говорило о том, что он уже окунулся после жары на выступлении.
– Ты чего расчирикался? – негромко спросил он, хлопая глазами – Рус из виду пропала?
– Именно! – вскрикнул я сильнее прежнего – Я не видел её с момента, как разговаривал с наследницей рувильперского престола… Она бы сразу же показалась по первому зову!
Рус всегда стремилась находиться рядом, ещё с самого начала нашей с ней связи. Она была полностью ручной тирсапи, обожающей близость хозяина. Если её не было в шатре – то, скорее всего, она должна быть где-то в городе. Возможно, она уже поймана кем-то из гувеев. Эта мысль пугала меня до дрожи. Но тут друг хватает меня за плечи, как следует встряхивая.
– Так, остынь, пожалуйста. – он сурово щёлкнул клювом – Вряд ли она сейчас может быть в опасности. Откуда гувеям знать, что она именно твоя? Скорее всего, она просто летает по городу, и скоро вернётся. Она же всегда находила путь к тебе, верно? Не пускать же за ней небесный патруль Котарра, хотя такая возможность у нас есть.
Меня всегда удивляла такая собранность друга. Какая бы ситуация не происходила, он всегда выглядел так, будто у него на всё есть свой план действий. Если бы он хотя бы раз поддавался панике – то север Шедриона давно бы уже стал жарким. Более того, он даже упомянул ту самую скрытую возможность, которую нам даровали наставники наши старшие, ради нашей же безопасности.
Внезапно я услышал знакомое трещание. Звук становился всё ближе, отчего я даже замер, прислушиваясь к окружению.
– «Хорфил, братик!» – наконец-то я смог разобрать тон Рус вдалеке – «Ты в каком из шатров? Лечу! Несу! Несу! Хорфи-ил!»
– Тирсапи сложно отличать, но что-то мне подсказывает, что это наша Рус! – усмехнулся Каросс, встряхивая всё ещё мокрые крылья.
– Ты мне сейчас забрызгаешь весь реквизит. – со смешком бросил я, прежде чем пулей выбежать из шатра.
Рус выглядела так недовольно, будто она очень долго уже пытается найти меня. В зубках она держала за бусину какой-то браслет. Судя по цвету и узорам камня, это флюстрикс.
Тирсапи приземлилась мне на ладони сразу же, как я их поднял. Отпустив браслет, она начала усердно пыхтеть, высовывая язычок.
– «Ненавижу что-то таскать в зубах!» – ворчала она – «Почему я просто не закинула его себе на шею?»
– Для меня главное, что ты цела и невредима. – выдохнул я, осторожно почёсывая лобик моей маленькой подруги.
Я не помню ни одного момента, когда я так сильно переживал за Рус. Даже когда мы были в битвах, я знал, что она будет рядом. Да и потом, она, как тирсапи, тоже неплохо владеет магией лигмелита. Чего только стоило та битва, когда она одним своим магическим трещанием смыла всех врагов, будто цунами. Никогда бы не подумал, что в Котарре мы оба окажемся в такой тревожной ситуации. Тем более – что само правительство окажется против нас. Не все его представители, правда, но всё же…
– Нашлась? – из-за спины послышался задорный голос друга – Что я говорил! Она тебя бы по любому отыскала, даже если бы её унесло на другой конец Шедриона!
– Да, но… – мой взгляд тут же переместился на браслет – Напомни, ты у нас архифлюстрикс, да?
– О-он самый! – я не видел его, но был уверен, что он выпятил свою пышную от перьев грудь – Кому в нашей труппе, кроме меня, не знать о такой тонкой магии, как узы и связи?
Наконец-то я решил повернуться. И действительно – он гордо стоял в проходе, будто готов воссиять.
– Ты даже не спросил, к чему был вопрос. – усмехнулся я.
– А я мог бы и сам догадаться! – Каросс подошёл поближе – Интересная безделушка. Где украл?
– «Что значит украл?!» – Рус возмущённо нахмурила мордочку – «Она сама его выбросила!»
– Она? – переспросил я.
– Что она? Кто она? – тут же расчирикался Каросс – О ком речь? О-о-о, кажется, понял! Это та девушка, с которой ты разговаривал?
Меня будто окатило ледяной водой от его слов. Он что, подсматривал за мной? Но посмотрев на его безмятежную морду, я решил перекрыть эту мысль. Может быть, он, как и я, вышел проветриться после выступления. Мы с Арканфарой даже не прятались. Но вопрос был в другом: неужели он почувствовал на расстоянии энергию камня связи? Поразительная чувствительность архифлюстрикса, вроде него.
– Можешь не спрашивать, откуда я знаю! – Каросс лишь махнул рукой, увидев на моей морде немой вопрос – Начну просто с того, что я видел такой у неё на руке. А ещё он буквально пропитан её энергией. Такое ощущение будто она для чего-то его хранила.
– Тогда как она могла так просто его выкинуть ради моего спасения? – добавил я, не меняя выражения морды.
– А вот тут другой вопрос, но-о это уже надо задавать ей лично.
Закончив говорить, он без зазоров совести выхватил из моих рук браслет, начав изучающе рассматривать его.
– Кстати, помнишь, ты по дороге сюда песню одну писал? – вдруг начал он, не отрывая взгляда от бусин – Ты её закончил? Нам с чем вообще выступать потом в этом месте?
Я смутился от его вопроса. Я знал, о какой песне он говорил: до сих пор незаконченный мной текст. Я писал его во время всего переплава на другой континент. В голове на тот момент было около сотни примеров, кому могла бы подойти эта песня, но ни одна из них не подошла на роль музы. Лингамурнцы были для меня чем-то слишком… Банальным. Настолько знакомым, что даже родным. Как о родне вообще можно писать песни про любовь? Нет, я хотел чего-то иного. Чего-то, что отсутствовало на нашей родине.
– Судя по твоему молчанию, ты так её и не дописал… – вздохнул Каросс – Что же, будем надеяться, что у тебя есть и другие текста в рукаве.
– Есть, не волнуйся на этот счёт. – я не смотрел другу в глаза – Но ты пойми: я вряд ли в скором времени напишу ту песню. Я даже не могу представить, о ком она будет.
– Что, ни одна из лингамурнских красавиц тебе не подошла?
– Я просто не могу подобрать кого-либо к песне. Вот и всё.
– А вдруг ты тут кого-нибудь найдешь?
– Навряд ли…
Следующим его ответом стал только короткий, задумчивый звук. Я надеялся, что он что-то ещё добавит. Он любил со мной устраивать словесные дуэли. Но на этот раз он сам прервал её. Он сдался? Или же ищет другой аргумент для продолжения? Не выдержав столь долгого молчания. Я решил к нему повернуться. Что-то же должна выражать его морда.
Вместо ожидаемой задумчивости я получил хмурую сосредоточенность. Он внимательно вглядывался в магические плетения внутри камня, словно опытный ювелир.
– Хм-м-м, интересно… – бормотал он – Очень интересно…
Смирившись с окончанием разговора, я остался стоять в стороне, ожидая итог его наблюдения. Я даже не заметил. Как подобрался слишком близко к нему. Моё дыхание вздымало пышные перья на его плече. Я по сфере своих знаний мало что знал о флюстриксах, но любопытство сжирало меня изнутри. Может быть, я надеялся, что я хоть что-то увижу через эти с виду хаотичные переплетения внутри камня?
Не успел я опомниться, как Каросс резко взял меня за руку. Я тут же почувствовал сквозь кожу тёплые, но колючие путы, что оплели меня от запястья до локтя. С перепугу я начал пытаться вырваться, не замечая, что этим я обеспечил себе позицию напротив друга. Глаза салгаркада наполнил пурпурный свет, пока он продолжал высматривать что-то в камнях. Невидимые путы начали плестись дальше по моей руке, пробираясь через неё к грудной клетке. На секунду мне показалось, что стало трудно дышать. Но в какой-то момент ощущение смягчилось. Теперь это больше походило на обволакивающее моё тело приятное одеяло, прячущее от жестокого мира. К чему такие перемены энергии? Я не знал. Приходилось ждать ответа Каросса. Но он не спешил с выводами, что уже заставляло меня терять терпение.
Наконец, мой друг мягко отпустил мою руку. Уголки его клюва растянулись в довольной улыбке.
– Всё проходит, как я и предполагал… – проурчал он – Ты не представляешь, как тебе повезло. Ухватить себе саму элиту? Ну ты молодец.
Ответ Каросса меня обескуражил. Так и не сумев подобрать слова, я остался неподвижно стоять на месте, с перекошенной мордой смотря на друга.
Он лишь усмехнулся.
– Ну смотри: я решил проверить вашу совместимость. – пояснил он, и прежде, чем я успел возмутиться, добавил – Просто из интереса, честно! И я даже сам удивился, когда узнал проценты.
– Ты… Только для этого и замолчал во время своей словесной перестрелки…? – насторожился я, переглядываясь с Рус – И… Сколько?
– Почти все сто! – радостно чирикнул он – А это считай полная совместимость! Если вы решите сойтись, считайте, что судьба соединила ваши сердца! Неплохой подарок на День Переплетения Сердец, а?
– Погоди, какие сто?! – я опешил от такого заявления – Не может же быть настолько идеально!
– Девяносто семь процентов, дурачок! – посмеялся Каросс.
– А… А как же разница в статусе?!
– Это всего лишь три процента.
– Бред какой-то. Не может такого быть.
– Да я честен как архисегрит!
– Она ПРИНЦЕССА, брат! Наследница рувильперского престола всего Котарра! А я кто?!
– Три. Процента. Титулы занимают именно столько в этой статистике. Всё остальное предначертано самой судьбой. Тебе бы то же самое наши старшие сказали!
Всё ещё не имея возможности верить словам Каросса, я закрыл голову руками.
– Всё, хватит! Можно я хотя бы переварю всё произошедшее?! – я был даже для самого себя слишком громким – Я хочу побыть один.
– В обнимку с тирсапи – это не один. – Каросс будто издевался надо мной.
Это было моей последней каплей. Неся бессмысленную тарабарщину, чтобы заглушить его голос, я быстрым шагом направился обратно в шатёр. Как только шторки, заменяющие дверь, снова сомкнулись, наступила оглушающая тишина. Я получил то, что хотел на данный момент. Теперь никто не будет давить мне на мозг.
Я уселся за свой стол, чтобы сосредоточиться на следующей песне. Их и без того было где-то около десятка запланированных на выступления в Котарре. Но на этот раз я решился взять тот самый лист. После морского путешествия тёмно-бордовая бумага выглядела волнистой. Отсырела, как я понял. Хотя это и интересный способ красиво состарить бумагу, мне всё равно хотелось, чтобы до окончания написания она выглядела поновее. Чтобы уже потом её можно было хоть как-то деформировать.
Я сам не знал, зачем я снова взялся за ту романтическую песню. Моя рука сама как-то к ней потянулась. Возможно, на это повлиял разговор с Кароссом. А может, и что-то иное. Как бы то ни было, ни одна рифма не шла ко мне в голову. Мысли спутались в огромный клубок узлов. При этом сознание рисовало уже знакомую фигуру. При одном только взгляде на свечу я уже представлял перед собой пару узких глаз сегритового цвета13.
Поняв, что таким темпом текст снова не будет продолжен, я отбросил перо в сторону, поднимаясь снова на лапы. Пытаясь отогнать лишние образы, я начал расхаживать по пространству своего же шатра, то и дело цепляясь за перья на голове. Но при представлении того самого капюшона я ощущал странное тепло по всему телу. Я буквально начал слышать своё сердцебиение, стучащее из загривка.
Всё ещё сопротивляясь этим ощущениям, я опрокинулся на диванчик, расправив одно крыло аж до самой земли. Я не мог себе позволить закрыть глаза. Я знал, что за этим последует полное представление той длинной фигуры. Тонкой и изящной, как лезвие кальперского меча…
– «Братик, ты же так совсем измучаешься…» – охнула Рус прямо около моего уха – «Может, поговорим об этом?»