Няня для дочери тирана. Стань моей мамой

Глава 5

Машина подъезжает как по расписанию. Останавливается около моего подъезда, и стекло со стороны водителя опускается. За рулём не сам Михаил. Ну да, личная повариха, личный водитель, личные ищейки.

– Здравствуйте, вы Софья? – спрашивает молодой человек и после моего кивка выходит, чтобы открыть мне заднюю дверь.

Вот это сервис! Я девушка простая, к подобному не привыкла. Да и привыкать не стоит. Это одноразовая акция.

Всю дорогу водитель спрашивает, нравится ли мне музыка, потише, погромче, не холодно ли мне, не жарко ли. Мне кажется, в первом классе самолёта не такие услужливые стюардессы. Сама не летала, не знаю, могу лишь предполагать.

Авто останавливается перед шлагбаумом на въезде в элитный жилой комплекс. Боже, может, надо было вечернее платье надеть? А то я тут такая в спортивном костюме, причем не самом новом. У водителя костюмчик и то поприличнее будет.

Да ладно, плевать. Если Михаил узнавал обо мне, то понимает, что я обычный бухгалтер, так что с носками от Луи Виттона придется повременить, пока не разбогатею.

Водитель снова открывает мне дверь и даже подаёт руку. Какой дрессированный парень. Интересно, Михаил сам в роли дрессировщика выступает, у него весь персонал такой вышколенный? Ни капли этому не удивлюсь.

Водитель провожает меня до самой двери, единственной на этаже. А так бывает? Боюсь даже представить размеры тех хором, которые за ней.

– Свободен на сегодня, Денис, – говорит Михаил водителю, открыв дверь. – Утром позвоню.

Эм… а я? Или это только доставить меня сюда приоритетно? А обратно, Софья, добирайся как хочешь. Ладно, мы сами с усами, такси никто не отменял.

Водитель кивает и идёт к лифту, а Михаил отступает, приглашая меня войти. Переступаю порог, и сразу открывается вид на огромную и дорого обставленную гостиную. У него ещё и двухэтажная квартира – замечаю лестницу. Михаил принимает мою ветровку, почти как норковую шубу, и определяет в шкаф-купе.

– Где Маша? – спрашиваю я, понимая, что наше молчание затягивается.

Признаться, от этого немного неловко становится, хоть я девушка и не из робких.

– Наверху, я провожу, – кивком указывает Михаил на лестницу, и я иду за ним.

Пусть сейчас он и не в костюме, но выглядит все равно впечатляюще. И вправду, не одежда красит человека.

По пути бросаю взгляд направо – там отгороженная неполной стеной кухня, тоже внушительных размеров.

Вообще никогда таких планировок не видела. Это же сколько чиновников надо было подкупить, чтобы одобрили подобный проект?

Поднявшись на второй этаж, мы попадаем в коридор с несколькими дверьми. Михаил открывает первую справа.

– Мария, ты где? – как меняется его интонация, когда он разговаривает с дочерью, а не со своими сотрудниками.

Как вспомню его слова, адресованные бывшей няньке, так оторопь берет.

– Маша, – зову я, не видя девочки в комнате.

– Софья Антоновна? – недоверчивый голос доносится со стороны кровати, а потом из-под нее появляется светленькая макушка. – Это правда ты?

– И зачем ты туда залезла? – усмехается Михаил. – В знак протеста, что я не хотел звонить?

Не хотел, но все же позвонил. Кажется, только один человек на всем белом свете может вертеть этим мужчиной. И то в меру.

– Ты теперь останешься с нами? – радостно спрашивает Машка, выбираясь полностью, и, подойдя, заглядывает мне в глаза.

Не ведись, Сонька, на этот умоляющий взгляд. Я приехала, чтобы прояснить ситуацию и больше подобные звонки не повторялись.

– Давайте все обсудим как взрослые люди, – может, чуть строже, чем хотела, произношу я. – Ты ведь, Маша, уже взрослая, должна меня понять.

Малышка грустнеет и идёт к кровати. Садится на нее, опустив голову, и тяжело вздыхает.

– Мария, я предупреждал, но ты мне не верила, – Михаил устраивается рядом с дочерью и гладит ее по спине. – Разве я обманывал тебя когда-то? – спрашивает, и малышка качает головой. – Сейчас Софья… Антоновна тебе повторит то же самое.

Не знаю, что он говорил до этого, могу только предположить. Но думаю, что здесь наши мысли совпадают.

– Ты не останешься, – печально констатирует Маша.

– Ты же должна понимать, что у меня есть работа, – осекаюсь, заметив, как Михаил вздергивает бровь на этих словах. – Я не могу приезжать каждый раз, когда ты капризничаешь. У тебя скоро появится новая няня, хорошая, и вы обязательно подружитесь.

– А сегодня почитаешь мне? – снова спрашивает с надеждой. – Только сегодня, – и так невинно хлопает глазками.

Михаил кивает, как будто даёт разрешение. Вот же… Ладно, высокомерные замашки его меня не должны волновать.

– Только сегодня и недолго, – соглашаюсь я. – Время уже сколько, все спят.

Маша шустро забирается под одеяло, я сажусь в кресло и беру с прикроватной тумбочки книгу.

– Я буду внизу, – сообщает мне Михаил и выходит из комнаты.

Малышка засыпает быстро, всё-таки у нее день был почти такой же насыщенный, как и у меня.

– Ты на фею похожа, – бормочет, перед тем как засопеть.

Я только улыбаюсь. Феей меня никто не называл, только если ведьмой, да и то мнение тех субъектов меня ни капли не волновало.

Выключив свет, спускаюсь в гостиную. Михаил сидит на диване, перед ним на столике ноутбук, открытая папка.

– Нехорошо лгать, Софья, – едва ли не нравоучительно замечает он. – Вы сегодня уволились с работы.

– А вам какое дело? – не выдерживаю я, надеясь, что звукоизоляция здесь хорошая.

Что вообще этот сноб себе позволяет? И какого черта он лезет в мою жизнь? Пусть со своей разбирается.

– Мое предложение о работе все ещё в силе, – пожимает плечами.

А сейчас он мне одолжение, что ли, делает? До встречи с ним сама находила работу и сейчас найду.

– Вы всегда получаете что хотите? – этот вопрос Михаилу даже нравится, хотя тон мой оставляет желать лучшего.

Мужчина даже улыбается, оказывается, он и это умеет делать, а я думала, что ему эту функцию не добавили в заводские настройки.

– Чаще всего, – спокойно отвечает он.

– Так вот, – подхожу ближе, сама не замечая, что почти нависаю над ним, только впечатлительностью Михаил тоже не отличается. – Ценника на мне нет, я не продаюсь. Надеюсь, вы это уясните.

– Поверьте, Софья, – откидывается он на спинку, скрестив руки на затылке, – у всего есть цена. Может, когда-нибудь и вы это уясните.

Глава 6

Вот точно высокомерный сноб!

И толку стоять перед таким и распинаться? Зачем я вообще это делаю?

Да, импульсивная, эмоциональная я. Зато Михаил просто каменная глыба. Нет, каменная глыба, покрытая льдом. Даже бровью не повел – бесстрастный, на лице только лёгкая полуулыбка, даже полуухмылка.

Раздражает. Вот не знаю же человека, а раздражает. И ничего не могу с этим сделать.

– Кофе хотите? – обескураживает он меня своим вопросом и поднимается.

Теперь мне приходится поднять голову, чтобы смотреть на него, потому что… мы непозволительно близко. Я почти утыкаюсь носом ему в ключицу.

– Да, – отвечаю на автомате, даже словно кто-то другой соглашается, а не я.

Какой к черту кофе ночью? Я домой хочу, а не находиться и дальше в обществе этого человека.

– Прошу, – слежу за движением мужской руки с наверняка золотыми часами на запястье и, будто под гипнозом, иду в кухню.

Странно, что он сам становится к плите. Неужели даже знает, как ею пользоваться? Но движения уверенные, отточенные, я бы сказала. Сижу за большим столом и наблюдаю за Михаилом, вместо того чтобы отправиться восвояси и пить кофе на своей кухне.

– Вы спину мне прожжете своим взглядом, – усмехается этот мужчина с глазами на затылке.

Я ничего не отвечаю и взгляд не отвожу. Спина, конечно, не то чтобы красочная, но видно, что Михаил не только просиживает штаны в офисном кресле, но и про себя любимого не забывает, держит в форме. А вот правую руку выше локтя сзади украшает безобразный шрам, как будто хирург зашивал рану тупой иглой и в полевых условиях.

Странно, мне кажется, при современных технологиях и за деньги его можно было бы убрать или хотя бы сделать не таким заметным.

Что-то я так задумываюсь, что упускаю момент, когда вместо спины уже грудь, и продолжаю пялиться.

– Софья, ей-богу, я могу решить, что вы влюбились, – вырывает меня из задумчивости, произнося фразу с усмешкой.

– Может, я думаю, как у вас попросить номер вашего водителя. Мне больше такие парни нравятся, – нахожусь я с ответом.

Вот не хотела язвить – странная у меня реакция на каждое слово этого человека.

Михаил ставит передо мной чашку с ароматным кофе, и я делаю маленький глоток, поражаясь вкусу. Не понимаю. Странный, но мне нравится.

– Что вы туда добавили? – с подозрением спрашиваю, видя, что Михаил наблюдает.

– Соль, перец, – удивляюсь ответу. – В Марокко научили.

Естественно… А в Греции наверняка научили мариновать оливки, в Италии – готовить пасту, в Испании – паэлью, а в Чехии – кнедлики. Боже, откуда все эти названия в моей голове? Наверняка от Аньки слышала, вот и засело где-то на подкорке.

Ну, в любом случае лучше про кофе и Марокко, чем пререкаться и спорить. Насчёт тех тем, что мы поднимали недавно, у нас разные мнения. И никто никому ничего не докажет. Я упрямая, а Михаил вообще непробивной.

– Мне нравится, – киваю я, делая ещё один глоток.

– Правда? – и снова удивление. – Или вы просто не хотите меня обидеть и пьете через силу? Хотя нет, – отвечает сам на свой вопрос. – Вы бы точно не стали молчать, если бы вам не понравилось.

Это он сейчас намекает, что я много говорю? Вроде бы ничего особенного не сказал, а звучит как упрек. Или же я пытаюсь найти подвох в каждом его слове, потому что он меня раздражает. Хотя сейчас не особо. Сидим вот, кофе пьем, обмениваемся ничего не значащими почти вежливыми фразами.

Может, Михаил ответит и на не дающий мне покоя вопрос. Ладно, как говорится, за спрос…

– Скажите, зачем вы наводили справки обо мне? – стараюсь добавить непринуждённости в голос, но возмущение все же проскакивает.

– Мне стало любопытно, – даже не задумывается, сразу отвечает.

И все? Так и вертится на языке, что любопытство не порок, а большое свинство.

Любопытно ему стало. И ведь даже не отнекивался, хотя не дурак, понимает, что ни адрес не спросил, когда отправлял за мной машину, про увольнение тоже не я ему сказала. Но вряд ли он подумал, что мне может быть неприятно, что в моей биографии кто-то копается.

– Надеюсь, вы удовлетворили свое любопытство, – недовольно говорю, с сожалением глядя на почти пустую чашку.

И нет, сожаление никак не связано с тем, что мне придется вскоре избавиться от общества этого любопытного. Кофе-то действительно вкусный.

– Вполне, – совершенно спокойно кивает Михаил.

И вот ни капельки же не раскаивается, что влез в частную жизнь малознакомой женщины. Может, в ответку попросить Славу узнать об этом мужчине? Хотя на кой черт мне это надо? Ещё тратить свое и чужое время на него.

Да и я больше как-то привыкла общаться с людьми, пусть сами расскажут, что посчитают нужным, а не лезть к ним под одеяло. Только если я попробую сейчас объяснить свою позицию Михаилу, он наверняка снова усмехнется. Конечно, зачем же так заморачиваться, если можно дать отмашку и получить все, не опускаясь до общения с простыми смертными.

– Мне пора, – поднимаюсь я, и Михаил кивает.

– Я вас отвезу, – да он сама вежливость.

Стоп!

– Вы с ума сошли? – моему возмущению нет предела. – Машу одну оставите?

– Она не одна. Я попросил остаться Люду, она в соседней с Машей комнате, – даже пускается в пояснения, что удивительно. – Они хорошо ладят, да и Машка не просыпается среди ночи.

Не знаю, кто такая Люда, только помню, что готовит отменную пиццу. Так что, скорее всего, я не ошиблась, она здесь на кухне хозяйничает.

– Так если они хорошо ладят, – начинаю, когда мы с Михаилом оказываемся в лифте и чувствую я себя с ним в запертой кабине так себе, – то почему бы ваша Люда не стала няней для Маши?

– Это невозможно по ряду причин, – короткий и непонятный ответ.

Ну что ж, это вообще не мое дело, я всего лишь озвучила свою мысль, которая мне показалась вполне логичной. И, видимо, лимит развернутых ответов на сегодня закончился. Опять отделался размытой фразой, которая ничего не объясняет.

Выходим мы на подземной парковке, и я ожидаю, что сейчас подойдем к какому-нибудь внедорожнику стоимостью в две мои квартиры.

Но приветливо моргает обычный седан, каких тысячи на российских дорогах. Та машина, на которой за мной приезжал водитель, явно раза в три дороже этой.

Что же вы за человек такой, Михаил Дмитриевич? Мне неожиданно даже интересно становится.

Глава 7

– Вы о чем-то хотите спросить? – Михаил открывает мне дверь и, бросив на меня взгляд, кажется, моментом понимает, о чем я думаю.

Может, я бы и хотела, но не факт, что услышу вразумительный ответ. Манера Михаила виртуозно ускользать только заставит меня снова язвить.

– Нет, – качаю головой и ныряю в салон.

По дороге мы молчим, я смотрю на ночной город и удивляюсь странному повороту судьбы в который раз за сутки. Жила девочка Соня, ходила на работу, проводила иногда время с друзьями – самая обычная жизнь. И тут решила прогуляться Соня в парке, в итоге познакомилась с очень загадочным Михаилом и его дочкой Машей. И ведь на первый взгляд он ей таковым не показался. Богатей с замашками хозяина жизни и явным нарциссизмом, но… А в чем, собственно, это «но»?

В том, что он ездит сам на простой машине? Для него простой, я-то себе на такую все равно не накоплю.

В том, что сам варит кофе? Ну это не так сложно.

Иди, может быть, в том, что отвечает так, как будто пытается поддерживать вокруг себя этот флер загадочности? Так наверняка человек собаку съел на переговорах, вот у него и развилась профессиональная деформация.

– Софья, мы приехали, – от голоса Михаила краснеют, кажется, кончики ушей, как будто меня застукали за чем-то неприличным.

Ну, мысли он наверняка читать не умеет, так что просто совпадение. Не мог же знать, что я о нем думаю, мы просто подъехали к моему дому.

– Спасибо, – вежливо отвечаю и, выходя из машины, слышу в спину:

– Был рад помочь.

Ну, не сказать, что Михаил светился от радости, озаряя своим ликом салон авто. Да что я придираюсь вообще к его словам? Обычная, самая банальная фраза в ответ на благодарность.

– Так, – шепчу сама себе под нос, доставая ключи, – все мысли оставляй за дверью, Соня.

Старательно так и делаю, но почему-то утром просыпаюсь с мыслью: как там Машка?

Не думать, Софья Антоновна, не думать. Занимаю себя работой. Проверяю ещё раз вчерашний отчёт, сохраняю и отправляю Ане на почту. Хочу снова посмотреть вакансии или позвонить по тем, которые вчера отметила, но в последний момент решаю, что заслужила маленький отпуск.

И стоит об этом подумать, как… Звук входящего сообщения, бросаю взгляд на экран телефона и хочу протереть глаза. Может, у меня галлюцинации начались из-за того, что не выспалась? Открываю СМС из банка полностью и гипнотизирую его минут пять. Никуда не исчезает. Да тут не на маленький отпуск хватит, можно пару месяцев лежать на диване. Только откуда? Возможно, это какая-то ошибка.

Или же?..

Злость ударяет в голову и, я свернув сообщения, звоню по номеру, который последний в журнале вызовов.

– Слушаю, – раздается в трубке деловой голос Михаила.

Действовала я импульсивно, в голове много нецензурных выражений.

– Да вы!.. Да это что за выходки?.. – удается выдавить из себя только что-то бессвязное.

– Может быть, если вы мне точнее объясните, то я смогу ответить на ваш вопрос, – не меняя тон, говорит этот сноб, как будто ничего не понимает.

– Заберите свои деньги! – чувствую, что уже подхожу к точке кипения и сейчас взорвусь.

– Софья, я не понимаю, о каких деньгах вы говорите, – его спокойствию мог бы позавидовать любой удав.

– Ещё скажите, что это не ваших рук дело! – перехожу на крик. – Узнали всю мою подноготную, даже до банковских счетов добрались. Это вмешательство в частную жизнь! Это вообще законно?

Остапа понесло… Сейчас во мне говорят эмоции. Это он так заплатил за то, что я приехала среди ночи к Маше, чтобы доказать свою правоту? Да он не просто сноб! В нем вообще ничего человеческого нет.

– Если у вас какие-то проблемы со счётом, то предлагаю вам обратиться в ближайшее отделение банка, – Михаил вносит в хаос моих эмоций вполне разумную мысль. – Или вы просто искали повод позвонить мне? Девушки бывают в этом плане очень изобретательны.

А вот сейчас я готова задохнуться от возмущения. Только открываю и закрываю рот, у меня, кажется, даже сосуды начинают лопаться и кровь кипит – так меня задели последние слова. Он думает, что я на него запала? Или на его деньги, а все мои вчерашние слова просто выбранная тактика?

– Да вы!.. Да как можно?.. – снова не нахожу подходящих слов. – Да вы не в моем вкусе.

Какая банальщина, Софья Антоновна. Но как вообще можно было подобное предположить?

– Если у вас все, то мне надо идти, – усмехается Михаил. – Я из-за вашего звонка отстаю от графика. Всего доброго.

Бросаю телефон на диван и потираю переносицу. Я ещё и виноватой осталась. Отвлекаю важного мужчину от важных дел.

Вдох-выдох. Ещё один.

Черт возьми! Вот сначала сделала, теперь думаю. И почему я сразу подумала про Михаила?

А ведь он прав. Надо ехать в банк и там разбираться, а не набрасываться на человека с обвинениями.

Через час сижу в ближайшем отделении и в нетерпении постукиваю каблуком. Наконец раздается механический голос, приглашающий мой номерок к специалисту. Объясняю ситуацию, девушка просит мой паспорт, начинает что-то проверять, при этом не забыв упомянуть, что данный перевод может быть одной из схем участившегося мошенничества. А потом она называет юрлицо, совершившее операцию, и я вспыхиваю от стыда.

Ну что, новый день, ты мне на этот раз приготовил?

Еду в ресторан, откуда вчера уволилась, и без стука врываюсь в кабинет Геннадия Ильича.

– Вы от меня откупиться решили или это очередная подстава? – упираю руки в стол и сверлю шефа гневным взглядом.

– Здравствуйте, Софья Антоновна, – от вежливости этого махинатора сводит зубы. – Это, скажем так, моральная компенсация.

– Засуньте себе свою компенсацию… – не заканчиваю фразу, но Геннадий Ильич прекрасно понимает, что я имею в виду.

Деньги я не сняла, надо, чтобы все было проведено через банк, хотя очень хотелось их свернуть бывшему шефу в рожу. Сейчас проведем расчеты. Отрываю лист для заметок, беру ручку, тянусь за калькулятором. Так, зарплата, надбавка, премия пусть останется, неиспользованные дни отпуска. Нормальная сумма получается, жить буду. Кладу перед изумлённым шефом свой перерасчёт.

– Софья Антоновна… – хочет он что-то сказать, но я останавливаю жестом руки.

– Теперь вы точно попали. И да, – стучу ногтем по телефону, – я все записала.

С этим решено. Это было даже легко. Теперь остаётся самое сложное. Мне надо как-то извиниться перед Михаилом…

Глава 8

Кто же знал, что все так совпадет? Бывший шеф, кажется, всерьез воспринял мои слова и поверил в мое знакомство со Славой, вот и решил откупиться. Я бы в жизни не подумала, что Геннадий Ильич расщедрится на такую сумму. И тут к этому примешался наш вчерашний разговор с Михаилом о том, что у всего есть цена. Вот я и подумала на него.

И что сейчас ему сказать? Да самое простое. Михаил, извините, что набросилась на вас, я была не права.

Ой, как представлю его самодовольную ухмылку…

А может, вообще не звонить? Кажется, мои слова его ни капли не задели. Но мне-то спокойно не дадут спать муки совести, набросилась на человека ни за что. А он ещё и подсказал обратиться в банк.

Выдохнув, достаю телефон и все равно сомневаюсь. Может, попозже? Михаил же ясно дал понять, что он весь такой деловой и занятой, а я его отвлекаю какими-то глупостями.

Ладно, что уж лукавить? Я просто оттягиваю неизбежное. Лучше сейчас взять и отрезать. Набираю Михаилу, но через пару длинных гудков слышатся короткие. Он меня сбросил.

Ну и черт с ним! И только успеваю об этом подумать, как приходит сообщение: «Если вы хотите извиниться, то жду вас через полчаса».

Далее следует адрес и название какого-то заведения, как я понимаю. Серьезно? Может, в ответ тоже отправить сообщение с извинениями, и на этом все. В принципе, мою совесть это успокоит.

А каков, однако… И ведь понял, зачем я звоню. Ну, хоть опять не намекал, что просто ищу повод. И на том спасибо.

Три раза начинаю писать сообщение, но все стираю и стираю. Что-то не то, не находится подходящих слов.

И это у меня-то не находится?

Поднимаю глаза на подъехавший автобус и думаю, что вселенная снова решает надо мной пошутить. Конечная этого маршрута как раз недалеко от того места, адрес которого мне прислал Михаил. Меня будто в спину кто-то толкает, когда я в последний момент, уже слыша, что двери закрываются, запрыгиваю в салон.

И на кой черт, Соня, тебе это надо? Живётся скучно? Так уже вроде бы нет.

Через двадцать минут выхожу из автобуса и иду в сторону виднеющегося светлого здания. Сегодня за мной машину не прислал, хорошего понемногу. Нечего привыкать к таким удобствам, а то потом буду нос воротить от общественного транспорта.

Не знаю, что это за место, но на ресторан не похоже. Скорее на какой-то клуб для избранных или публичное заведение. Господи, что за мысли-то опять?

Тяну на себя массивную дверь и попадаю в холл, напоминающий гостиничный. И все здесь, начиная от той же двери, просто орет о больших деньгах.

Мне даже хочется выскочить обратно, пробормотав, что я ошиблась адресом. Да Михаил это специально сделал! Ну уж нет.

Вздернув подбородок, уверенно направляюсь к мужчине, который уже некоторое время за мной наблюдает.

– Добрый день, – вежливо говорит мне и даже улыбается.

– Здравствуйте, меня ждёт Михаил Дмитриевич, – отвечаю ему.

Если пригласил сюда, то наверняка должен был предупредить.

– Софья Антоновна? – уточняет мужчина и после моего кивка указывает рукой в уходящий в сторону коридор: – Я вас провожу.

– Спасибо, – благодарю и иду за ним мимо вычурных дверей, из-за которых не доносится ни звука.

Наконец мы доходим по последней по коридору, и этот швейцар, администратор, или кто он там, нажимает на ручку, пропуская меня вперёд.

– Проходите, Софья, – второй раз уже слышу это приглашение из уст Михаила и снова оказываюсь в помещении, где чувствую себя не по фасону, так сказать.

Не знаю, где мы, но это даже не випки ресторана. Да, столик есть, диванчики, но больше похоже на комнату. И большой диван у стены, и телевизор на противоположной.

За моей спиной закрывается дверь, а я все ещё осматриваюсь, краем глаза замечая, что в это время Михаил разглядывает меня.

– Что это за место? – нарушаю тишину.

– О, это большая тайна, – он забрасывает руку на спинку диванчика и садится вполоборота. – Боюсь, если я вам ее открою, то мне придется или жениться на вас, или убить вас.

– Что? – я едва не подпрыгиваю.

Ни один из вариантов мне категорически не нравится. Да он насмехается надо мной и моим растерянным видом!

– Пообедаете или просто кофе? – спрашивает, приглашая меня присесть. – Здесь, правда, не делают такой, как делаю я.

Не забыл и себя любимого похвалить. Но про мои извинения даже не вспоминает.