Ребенок от предателя. Второй шанс

Глава 11

Тимур

Моя речь Леру не впечатляет. Ни слова про любимую женщину, ни про свидание. Наверняка уже придумывает, как отказаться. Но я настойчив. И это не просто мое эго страдает — я нутром чувствую, что между нами ещё что-то осталось. Надо просто растопить эту глыбу льда, в которую превратила себя моя жена.

Кстати, тоже момент. Хотела бы вычеркнуть полностью меня из своей жизни — развелась.

— Думаю, вам помогут карты, они сейчас есть в любом смартфоне, — сдержанно кивает Лера.

Да, она быстро взяла себя в руки. Вчера, когда увидела меня, испугалась. Нет, она даже была в ужасе. Только почему — ответа у меня так и нет. Если бы эта паника была продиктована наличием меня в непосредственной близости, то Лера бы ещё вчера отправилась снова на другой конец страны.

— Поужинаешь со мной? — не собираюсь отступать, но тут выплывает за стойку ресепшена этот… в костюмчике.

Вадим, точно!

— У вас какие-то вопросы, вас что-то не устраивает? — от его вежливости даже зубы сводит.

Не мужик, а сахар в шоколаде. Лера упорно продолжает делать вид, что не слышала моего вопроса, ее больше заботит экран компьютера. Пасьянс, что ли, раскладывает там?

— Все в порядке, — тоже добавляю приторности в голос. — Приглашаю свою жену на ужин.

— А вы бы могли это делать не в рабочее время? — Вадим нарушает все возможные личные границы, едва ли не прижимаясь плечом к Лере.

И она не отходит. Даже не вздрагивает, когда этот хлыщ кладет руку ей на спину. Так и чешутся руки взять его за галстук и приложить улыбчивой рожей о стойку.

Ничего не ответив, разворачиваюсь, чтобы точно ничего не сделать с этим Вадимом, и слышу за спиной его голос, который менее чем за сутки стал меня раздражать:

— Лера, планы на сегодня в силе?

Жена что-то ему отвечает, но очень тихо — я не разбираю слова. Планы у них? А ничего, что Лера замужем? Я до сих пор ее муж!

Значит, между ними что-то есть или намечается? От этой мысли ревность горячей волной прокатывается от груди к голове и там взрывается.

«Надеюсь, я хорошо вписалась в твой спектакль», — вспоминаю вчерашние слова жены.

А если то, что я сейчас видел, тоже представление? Боже, я тогда боюсь даже думать, что чувствовала Лера, когда я… И ведь надеялся, что она поймет. Идиот, чертов идиот!

Я лишь на секунду поверил, что между моей женой и этим в костюмчике что-то есть, и чуть не сошел с ума. А она живёт с моими словами столько времени.

Звонок Аделины застаёт меня, когда я заезжаю на подземный паркинг. Совсем забыл про тётушку, которая уже должна была приехать.

— Да, Лина, — отвечаю, заняв ближайшее свободное место.

— Тимур, у тебя совесть есть? — возмущению ее нет предела. — Я же предупредила, что приезжаю. Ладно, думаю, дела у племянника, но его все нет и нет.

— Стоп, — прошу я. — Лина, я нашел Леру.

Молчание. Надо же, как быстро я смог остановить поток слов всего лишь одной фразой. Наконец к Аделине возвращается дар речи, но говорит она теперь тише.

— Боже, как она? — первым делом спрашивает. — Где она? Можно я к вам приеду?

Ох, Лина… К нам? Да что-то пока это «мы» очень призрачно и далеко. Я, конечно, и не рассчитывал, что Лера, увидев меня, сразу бросится на шею. Но думал, что поговорим, все проясним, а потом уже будем дальше решать. Только вот жене все мои объяснения не нужны, она упорно повторяла, что теперь это не имеет никакого значения и у нее теперь новая жизнь.

— Тимур? — зовёт меня тетушка.

— Лина, — говорю я как можно увереннее, но мягко, чтобы не разволновать ее, — не надо никуда ехать. С Лерой все хорошо, она сейчас живёт в другом городе. Мы только встретились, нам ещё о многом надо поговорить.

— Да, — немного отрешённо соглашается Аделина, а потом вздыхает и говорит: — Тимур, ты только не дави на нее. Неизвестно, как она жила все это время. Пообщайся, пригласи куда-нибудь. Пусть она заново привыкнет к тебе, поймет, что ты все ещё любишь ее.

— Спасибо, Лина, за советы, — тетя не замечает проскочившего в моем голосе сарказма и прощается.

Аделина не в курсе всего, что произошло тогда. А если бы знала, то наверняка не советовала бы действовать по шаблону. И поговорить пытался — слушать не хочет. И пригласил на ужин — у нее с Вадимом планы. Да, вряд ли в нашей ситуации цветы, рестораны и прочие конфетно-букетные прелести помогут.

На автомате делаю мелкие покупки, а сам все думаю, как бы достучаться до Леры. Она говорила о каких-то фотографиях из Смоленска, где я якобы с Оксаной. Пожалуй, от этого и начнем плясать. Только отсюда я ничего не смогу сделать, а мотаться в Москву… Нет, я не вынесу такую потерю времени. Пора снова подключать нашего серого кардинала.

Подъезжаю к гостинице и звоню Артёму. Странно, что ни он, ни Марат так и не позвонили мне. Ну, они люди занятые, это я вроде как безработный.

— Тимур, срочно? — опустив приветствие, отвечает Артем на звонок.

— Надо найти Харитонову, — тоже перехожу сразу к делу. — Марат тебе расскажет, кто такая и где искать. Но предупреждаю сразу, она работает на Баринова.

— Час от часу не легче, — ворчит Лазарев. — Ладно, разберусь. Что от нее надо?

— Фотографии, которые она присылала Лере, — тоже с недовольством отвечаю я. — Надеюсь, эта стерва их сохранила на память. Только желательно все сделать тихо.

— В общем, как обычно, — усмехается Артем. — Ладно, работаем.

Доказательства того, что я говорил правду про Смоленск, надеюсь, скоро у меня будут. Только все равно это не обелит меня полностью. Та гребаная командировка, когда я проснулся утром, ни черта не помня, все равно остаётся камнем преткновения.

Откидываюсь на сиденье, пытаясь воспроизвести в памяти тот вечер. Вот ничего! Неужели можно быть настолько в беспамятстве, что даже ни одного кадра не осталось? Ни из коридора, когда мы поднимались, ни из самого номера. Да и был ли я вообще способен хоть на какие-то действия с женщиной, если находился в черт знает каком состоянии?

И я настолько был поглощён чувством вины, что раньше почему-то об этом не задумывался. А ещё по этой же причине начал терять Леру. Ей ведь шестое чувство подсказывало, что со мной происходит что-то непонятное. Если бы я был внимательнее, если бы понимал, что мучаю не только себя, но и жену. Но вот это «если бы» мне сейчас не поможет. Толку воду в ступе толочь? Зато это должно послужить уроком на будущее. Я признаю свои ошибки, и из них надо вынести урок.

Забрав из багажника пакеты, вхожу в холл гостиницы и морщусь. Может, квартиру снять? А то видеть ежедневно этого Вадима — заработать изжогу.

Подхожу к стойке, где он заканчивает оформлять нового постояльца. А улыбается же так, будто любимый родственник приехал.

— У вас что-то опять? — переключается на меня.

— А Лера?.. — хочу спросить, где моя жена, потому что впереди выходные и торчать два дня в гостинице или кататься по городу так себе перспектива.

— Ну, поскольку вы муж, — решает снизойти Вадим, а я едва ли не зубами скриплю от злости, — то я вам скажу. Валерия Константиновна плохо себя почувствовала, я отпустил ее домой.

Домой… И где, черт возьми, этот дом? Вряд ли этой информацией со мной поделится костюмчик — по роже вижу. Ну и ладно, идея у меня уже появилась. Дожился, собираюсь в детектива поиграть.

Глава 12

— Лера, планы на сегодня в силе? — довольно громко спрашивает Вадим, пока я сверлю взглядом удаляющийся затылок мужа.

— Какие планы? — не понимаю, но говорю тихо, а потом доходит.

Вадим Валерьевич устроил эту сцену и задал вопрос специально так громко, чтобы Тимур услышал.

А бумеранг-то существует. Видит бог, я не хотела, чтобы все так обернулось. Но сейчас мы словно поменялись местами. Тимур на моем месте, как я в офисе, когда муж размазывал меня словами. Да, это больно.

Но я вижу через стекло, как он подходит к машине, садится. Не скажешь, что Тимуру больно, он скорее зол.

— А он, кажется, поверил, — замечает Вадим Валерьевич, тоже наблюдая. — Может, всё-таки расскажешь хоть что-то? А то чувствую себя любопытной соседкой, — усмехается он. — Я уже понял, что ты мужа не рада видеть.

— Мы не очень хорошо расстались, — произношу фразу, которая ничего толком не описывает.

Не очень — это мягко сказано. Я была сломлена и уничтожена. Бросила родных, уехала в другой город далеко от Москвы, тогда ещё совсем одна. Но теперь у меня есть Кристина и новая жизнь. Думала, что у Тимура тоже, но он зачем-то явился с запоздалыми объяснениями.

— Сегодня за ужином надеюсь услышать хоть немного, — улыбается мне начальник.

— Вадим Валерьевич… — осекаюсь, не зная, как отказать.

Но ведь это просто ужин? Маленькая благодарность за поддержку, за квартиру, куда начальник ни разу не наведался как хозяин. А почему бы и нет? Общаюсь я только с коллегами и с Ириной Михайловной, да и то недолго. Такими темпами скоро вообще стану асоциальной.

— Давайте в семь, — наконец решаюсь. — Только Кристина в это время не спит, если она вам не помешает…

— Лера, ну что ты такое говоришь? — даже возмущается Вадим Валерьевич. — Как ребенок может мешать? И хватит уже мне выкать.

Как любая женщина, я понимаю, что нравлюсь ему. Но он не настойчив, никаких ухаживаний с его стороны нет — просто рабочее общение. До этого дня никаких приглашений не было. Но я бы и не согласилась.

— Хорошо, Вадим… — опускаю отчество и улыбаюсь.

— Кстати, Лера, — уже отойдя на несколько шагов, начальник оборачивается. — Можешь уйти сегодня пораньше. Я сам постою на ресепшене. А то ты после встреч с мужем сама не своя.

Даже не спорю. Это единичный случай, и вряд ли кто-то скажет, что у начальника ко мне особое отношение. Я и сама никогда раньше не отпрашивалась, даже на больничные не ходила. Кристинка, слава богу, не болеет, да и я тоже. Даже первые зубки режутся только с капризами — никакой температуры или других сопутствующих.

Скоро Вадим возвращается и отправляет меня домой. На улице я первым делом оглядываюсь, чувствуя себя уже конкретным параноиком. Машины Тимура поблизости нет. Значит, действительно поехал в торговый центр. Вещей у него с собой не было, поэтому неудивительно.

В квартиру вхожу тихо, стараясь не шуршать пакетами. Или Кристина только уснула, или в это время Ирина Михайловна ее укладывает. Дверь в комнату прикрыта, я туда не иду, а то не уляжется дочка, увидев меня.

Переодеваюсь в ванной и иду в кухню. Надо хоть заготовки для ужина сделать, пока Кристина спит, а то потом не будет времени.

— Лерочка, рано ты, — появляется в кухне Ирина Михайловна. — Помочь? — спрашивает, глядя на гору продуктов. — Ты решила на неделю вперёд приготовить или гостей ждёшь?

— Гостей, — не отрицаю я. — Точнее, гостя. Думаю, сама справлюсь.

— Это правильно, Лера, — кивает соседка. — А то все работа да Кристинка. Ты же молодая, красивая девушка.

Кажется, Ирина Михайловна думает, что у меня свидание. В принципе, не осуждаю ее за поспешные выводы — мне бы, наверное, это тоже первым делом пришло на ум.

— Мы просто коллеги, — зачем-то уточняю, принявшись за нарезку мяса.

— Лерочка, оправдания такой девушке не к лицу, — улыбается соседке. — Ты как будто вину чувствуешь за ужин с коллегой.

Ирина Михайловна не знает, что я замужем. Она никогда не спрашивала, где отец Кристины, не интересовалась и личными вещами. Говорим мы в основном о дочке, о каких-то бытовых мелочах. Соседка, конечно, заметила, что в последнее время со мной что-то происходит, даже намекнула на это, но пустить кого-то в душу я пока не могу.

В ответ на замечание Ирины Михайловны я лишь неопределенно пожимаю плечами и продолжаю заниматься мясом.

— Помогу я всё-таки тебе, — уже бодрее говорит соседка. — А то что дома сидеть? Может, вечером Кристинку забрать на прогулку?

Очередной намек. Не думаю, что со зла, скорее Ирина Михайловна решила, что я стесняюсь ее попросить.

— Нет, не надо, — решительно отвечаю. — Я сама с ней выйду на прогулку, заодно и гостя встретим.

Больше о предстоящем ужине мы с ней не говорим. Я же все равно думаю о словах соседки. Чувство вины? Перед Тимуром, что ли? Да мы столько времени не виделись, живём отдельно. Женаты мы только по документам. Я не знаю, сколько у него женщин было за это время — вряд ли жил монахом.

И эта неожиданная мысль, которой я пыталась себя успокоить, бьёт прямо в сердце. Даже воздуха не хватает. Открываю окно и высовываюсь почти по пояс. Делаю несколько жадных вдохов, и осенний воздух отрезвляет. Поворачиваюсь под удивлённым взглядом соседки и поясняю:

— Что-то… Наверное, давление, — и выдавливаю из себя улыбку.

— Посиди немного, — указывает ножом Ирина Михайловна на табуретку. — А лучше полежи, пока Кристинка ещё спит.

— Нет-нет, все хорошо, просто посижу, — заверяю я. — Мне уже лучше, — говорю скорее сама себе.

Зря я вообще согласилась на этот ужин. Но кто же знал, что простые приготовления потянут за собой подобные мысли? Так, надо сосредоточиться и стараться не думать о Тимуре.

В начале седьмого у меня уже всё готово, и я на самом деле успеваю немного прогуляться с Кристиной. Далеко не пойдем, сделаем пару кругов вокруг дома, как раз и приезд Вадима не пропустим. Конечно, у него есть запасные ключи от этой квартиры, но он не настолько бестактен.

Полчаса на улице пролетают незаметно. Посмотрев на время, жду у подъезда. Кристинка не капризничает, с интересом рассматривая свои ручки, лёжа в коляске. Я улыбаюсь дочке, даже не заметив, что Вадим уже припарковался и подошёл к нам.

— Гуляете? — вопрос заставляет отвлечься от любимого личика.

— Тебя ждём, — отвечаю, замечая в руках начальника пакет из детского магазина и букет.

— И вот я здесь, — кажется, и Вадим себя чувствует немного неловко.

— Тогда идём, — разворачиваю коляску к двери.

Да, действительно какие-то странные ощущения. Мы поднимаемся в квартиру, и я, пригласив Вадима в кухню, иду раздевать дочку.

— Ну, малышка, идём, — шепчу, поцеловав пухлую щёчку. — Нельзя заставлять гостя ждать.

Кристина моего начальника рассматривает с интересом. Сейчас, когда она не в коляске, а у меня на руках, и он может ее рассмотреть. Вижу, что Вадим поражен сходством дочери и моего мужа, но ничего не говорит.

В общем, знакомство можно назвать состоявшимся. Тем более когда начальник чуть протягивает руки вперёд, спросив, можно ли, Кристинка без сомнений идёт к нему.

— Я пока на стол накрою, — неуверенно говорю.

Так непривычно мне, что дочка не на моих руках или не на руках Ирины Михайловны, но если я изолировала себя, не значит, что должна и дочь оградить от любых контактов.

Вот смотрю и понимаю, что дочь с Вадимом, кажется, уже подружились.

Глава 13

Тимур

Поднимаюсь в номер и швыряю пакеты на кровать. Хотелось бы швырнуть Вадима, чтобы так мило не улыбался, но работаем с тем, что имеем. Куртка летит следом, а я ищу пульт от телевизора. Что за дурацкая система? Только входишь в номер, как срабатывает автовключение. Нажав на кнопку, слышу, что с кровати доносится мелодия звонка.

Достаю из кармана куртки телефон, не веря, что Артем так быстро мог достать Оксану из ее норы, но нет. Это не он.

— Слушаю, Марат, — резко отвечаю на звонок и вздыхаю.

Уж он-то точно не виноват, что у меня всё идёт через одно место.

— Дела, я так понимаю, не очень? — догадывается друг и продолжает: — Ты бы хоть позвонил, рассказал, что там у тебя и как.

— Не очень, — спокойнее произношу, взяв из мини-бара бутылку минералки. — Лера меня знать не хочет, к ней тут подкатывает управляющий.

— Эй, дружище, только без рук, — просит Марат. — А то я тебя знаю. Тем более ты прекрасно понимал, что просто не будет. Да и времени столько прошло, вряд ли Лера… Впрочем, не важно.

— Ни черта ты меня сейчас не успокаиваешь, — говорю сквозь зубы. — И не трогал я этого парня, больно надо.

Да, желание огромное, но я же не неандерталец какой. И сейчас не те времена, когда можно закинуть на плечо свою женщину и утащить в пещеру.

— Вы хоть поговорили? — спрашивает Марат, а в голосе такая вселенская тоска, будто мой друг собирается взять награду за лучшую драматическую роль.

— Разговор особо не задался, но ничего, я все ещё наверстаю, — уверенно говорю скорее для себя.

Как раз будет возможность поговорить в неформальной обстановке. Хотя чем мне кафе было формальным?

— Перейдем к другим баранам, — меняет друг интонацию. — Зачем тебе вдруг понадобилась Харитонова? Когда Артем о ней начал спрашивать, я чуть кофе не подавился.

— Поэтому кофе надо пить в меру, а то ещё и с сердцем могут проблемы начаться, — поучительно инструктирую Марата. — Ладно, немного сарказма помогает остыть, — поясняю, слыша возмущённое дыхание в трубке и объясняю, зачем мне нужно найти Оксану.

Может, это ничего и не изменит для Леры, но мне самому не нравится быть в неведении. Что за фотографии из Смоленска, если их в принципе не может быть? Разберемся по факту, а то предполагать могу что угодно.

— Ну она и… — Марат не заканчивает фразу, но я прекрасно понимаю, что он хочет сказать. — Черт, наворотили дел, теперь приходится разгребать последствия. И сейчас снова ворошим улей, который только затих.

— Философ, — не выдерживаю я и усмехаюсь.

А беседа с Маратом помогает. Руки уже не так чешутся, даже злость отступает. Холодная голова мне не помешает. Сгоряча я уже нарубил дров.

— Ага, — не отрицает друг. — Уволюсь к черту, достало все. Заведу блог в интернете и буду писать милые цитатки. Так, поболтали и хватит. У меня встреча через десять минут.

— Работай, — напутствуя напоследок, прощаюсь с Маратом и иду в душ.

Если этот Вадим управляющий, о чем свидетельствует его бейдж, и каждый день я его здесь вижу, то вряд ли он работает сутками или двенадцатичасовыми сменами. Значит, торчит в гостинице часов до пяти-шести. Впрочем, это легко узнать.

После обеда спускаюсь на ресепшн, где уже вместо улыбчивого хлыща стоит молоденькая кудрявая брюнетка.

— Здравствуйте! — облокотившись на стойку, стараюсь излучать добродушие по максимуму. — А где Вадим?

Лёгкий испуг мелькает в глазах девчонки. Так, наверняка подумала, что я недоволен сервисом. Но ходить вокруг да около нет времени — боюсь проморгать управляющего.

— Может быть, я могу вам помочь? — сохраняя профессиональную выдержку, интересуется девушка.

Дина — читаю на бейджике. Главное, чтобы она прямо сейчас не побежала меня сдавать Вадиму, а то все старания пойдут прахом.

— Очень даже можете, Дина, — демонстрирую лучшую из своих улыбок. — Я хотел с ним поговорить по личному вопросу, но если он уже закончил работу…

— Вадим Валерьевич, как обычно, до шести, — немного расслабляется девушка. — Но сейчас у него важный звонок.

Наконец-то! Спасибо тебе, Дина, большое. И пусть рассказывает этому в костюмчике. Что она скажет? Вас спрашивал какой-то постоялец, вряд ли слово в слово передаст.

— Тогда зайду позже, — киваю и, оставив девушку в недоумении, иду к выходу.

Вот машина, конечно, может меня подвести. Сев на водительское место, ищу в интернете прокат машин и чертыхаюсь сквозь зубы. Городок небольшой, но вроде всё есть, а вот проката автомобилей нет. Придется быть максимально осторожным.

Заехав в кафе, где мы сидели с Лерой, беру кофе навынос и что-то вроде обеда. Возвращаюсь к гостинице и осматриваюсь в поисках наиболее выгодной позиции. Шпион, блин, недоделанный.

Чуть дальше через дорогу есть небольшой «рукав», туда и заезжаю, припарковавшись за самой габаритной машиной. Служебный вход просматривается, так что не пропущу.

Через час я уже готов сдавать экзамен по наружному наблюдению. И как люди сутками сидят в засадах?

Вадим выходит через пять минут после окончания рабочего дня. Видимо, он и не подумал, что я могу его пасти… Уже даже думаю, как провинциальный мент.

Следую за сменившим костюмчик на более удобную одежду аккуратно, держусь на расстоянии. Так, детский магазин, рядом обувной. Решил прикупить себе пару новых туфель? Нет, идёт в детский. И что бы это значило?

Выходит с пакетом, а я так за это время накрутил себя мыслями, что едва не проморгал. В голове самые худшие сценарии. Худшие для меня, естественно.

Следующая остановка около ряда цветочных ларьков. И выбирает же так придирчиво, будто букет на свадьбу. Ох, снова руки чешутся.

А может, он вообще не к Лере? Я не узнаю, где она живёт, но хотя бы смогу убедиться, что фраза Вадима про планы была специально для меня.

Букет, детский магазин… Одно понятно: едет этот хлыщ точно не домой после тяжёлого трудового дня.

Наконец мы начинаем крутиться во дворах. Тут надо быть предельно осторожным, несмотря на то, что уже темно. Вадим сворачивает за угол дома, я за ним, но тут же сдаю назад. Остановился. Заглушив мотор, иду пешком. Лишь бы успеть.

Лера… Я вижу ее в свете, Вадим рядом. Значит, всё-таки к ней. Так, стоп! До меня только доходит, что жена стоит с коляской. С коляской, черт возьми!

«Спокойно, Тимур, может, она присматривает за ребенком соседки», — думаю я.

Ага, и Вадим купил подарок соседскому ребенку. Подойти бы и спросить, но меня настолько парализовало, что я даже упустил момент, когда около подъезда стало пусто.

— Твою же! — говорю себе под нос и шарю по карманам.

Телефон остался в машине. Возвращаюсь и понимаю, что у меня руки дрожат. Сколько этому ребенку? В такой коляске может быть и новорожденный, и полугодовалый.

Господи… Да у меня сейчас точно крыша поедет!

— Я бы позвонил, если бы были новости, — слышу в трубке голос Артема и срываюсь.

— Ты знал? Ты знал и не сказал мне? — спрашиваю, после того как произношу пару непечатных выражений.

— О чем? — сохраняет хладнокровие Артем. — Выражайся яснее и прекрати орать.

— Ребенок, — говорю и понимаю, что яснее не получается, надо собрать мысли, которые разбегаются как тараканы. — У Леры есть ребенок.

— Скоро перезвоню, — быстро понимает меня Лазарев. — Сейчас всё узнаю.

Ох, это скоро… Для меня сейчас секунды — это часы.

Глава 14

— А ты ладишь с детьми, — замечаю я, все посматривая на Вадима с Кристиной.

Пока накрываю на стол, они заняты друг другом. Улыбаются, разговаривают, если это можно так назвать. Слова начальника о том, что дети не могут помешать, судя по всему, были искренними, а не обычной вежливостью.

— Я же говорил о своих племянниках, — напоминает Вадим. — Мы с ними друг друга просто обожаем. Вот и с этой девочкой мы поладили, — смотрит на Кристину. — Мы же будем дружить, да?

Дочка отвечает громким возгласом. И это, надо полагать, согласие. Я так переживала, что дочка испугается нового человека, что вместо ужина я буду ее успокаивать. Даже не раз думала позвонить Вадиму и все отменить. Но все опасения оказались лишь моей личной фобией. Все пока идёт как нельзя лучше. Я уже не так напряжена, как первые минуты, когда отдала Кристину в чужие руки.

Ставлю на стол миску с салатом и оцениваю наши с Ириной Михайловной труды.

— В принципе, все, — подхожу, чтобы забрать дочку, но она так увлеченно хочет дотянуться до волос Вадима, что даже не протягивает мне ручки.

— Оставь, Лера, — улыбается он. — Я справлюсь.

А если бы сейчас на месте моего начальника сидел Тимур? Я хоть и боялась их с Кристиной встречи, но не раз представляла ее. Если бы все сложилось по-другому…

Нельзя об этом думать. Я убиваю себя этими сожалениями. Все случилось так, как случилось. Жизнь не карточная партия — не переиграешь.

Сажусь за стол, наблюдая, как Вадим ловко управляется одновременно и с дочкой, и с ужином. При этом не устает нахваливать мои кулинарные способности.

— Просто пальчики оближешь, — с восторгом говорит он. — Обязательно дашь мне рецепт.

— Ты готовишь? — удивляюсь я.

А ведь я ничего о Вадиме не знаю. Наверное, мне лишь известно, что у него есть племянники. Все. Меня не интересовала никогда личная жизнь коллег, и я была рада, что их не интересует моя. Но раз уж сегодня у нас не совсем рабочая обстановка, то надо же о чем-то разговаривать.

— Лера, я живу один, — отвечает Вадим. — Конечно, я сам себе готовлю. И представь себе, — понижает голос, — даже рубашки сам глажу.

Он специально говорит таким тоном, будто открывает мне страшную тайну, и я улыбаюсь.

С Вадимом просто. Он и как начальник вполне лоялен, и как человек неплох. Лёгкое, непринужденное общение, я даже забываю, что он просил хоть немного рассказать о том, почему я так не рада видеть мужа.

Я не готова говорить об измене Тимура — мне не нужна жалость или слова о том, какой мой муж козел. Да и вообще проговаривать это вслух — словно сыпать соль на раны. Да, они уже затягиваются, я стараюсь их залечить, но шрамы останутся со мной навсегда.