- -
- 100%
- +
На том конце провода женский голос извиняющимся тоном начал пространно объяснять проблемы, из-за которых компания не сможет вовремя провести платёж за услуги «Адали-Системс».
– Андрей Владимирович, мы хотели бы попросить вас об отсрочке на два месяца, не внося изменений в договор. И без санкций в отношении нас. Сейчас сложная обстановка с продажами и у нас недостаточно средств на счете. Уверяю вас, это временная ситуация. Мы впредь в полном объёме будем исполнять свои обязательства в отношении вас и вашей компании.
Знакомая ситуация. Кто-то кому-то всегда должен денег. Но не хочет или не может отдать. Причём, зачастую и то, и другое. Причин множество, но суть всегда одна – денег не будет. Каждый контракт «Адали-Системс» имеет индивидуально вычисленную степень риска. В счёт идёт специфика и конъюнктура рынка, на котором работает клиент. Его активы и пассивы, потенциал кадров и его мотивированность (вычисляется, в том числе, уровнем зарплат, премий и всякого рода бонусов). Немаловажное значение имеет и статистика развития фирмы, количество успешных сделок, а также имидж. В «Адали-Системс» всеми этими вопросами занимается Отдел анализа, подчиняющийся директору по маркетингу.
– Девушка, простите, забыл…
– Виктория Михайловна.
– Виктория Михайловна, позвольте поинтересоваться, вы какую должность занимаете?
– Я секретарь Германа Юрьевича Оторопшина, генерального директора компании «Смоленский Трикотаж».
– Виктория, мне бы хотелось этот вопрос обсудить с Германом Юрьевичем лично. Свободное время для встречи вы можете уточнить у моего секретаря. Хорошо?
– Да, Андрей Владимирович, хорошо. Извините.
Нет, нехорошо.
Нехорошо прятаться за спиной секретарши, заставлять её вести подобные переговоры… За окнами снова начался дождь. Дорожные рабочие в оранжевых светоотражающих жилетах сгрудились возле ям с водой, в которые вываливали свежий дымящийся асфальт. Проку от такой работы немного. Через год ямы вернутся в большем количестве и размере. Вместе с пробитыми колёсами и проклятиями автомобилистов. Зато такой подход к делу обеспечивает строительного подрядчика постоянной работой. А работа – это те же самые деньги. Если посмотреть выше по «дорожной лестнице», интересная картина получится. Стремительно разрушающиеся дороги заставляют каждый год вносить в бюджет статью на их содержание, ремонт и строительство новых. А это охеренные суммы. Имеющие тенденцию к увеличению. В свою очередь, этот бюджет можно «пилить». Судя по полуэлитарному образу жизни и дорогим машинам дорожнодепартаментных чиновников, «слуги народа» этим успешно и занимаются. Хотя, если верить их официальной статистике доходов…
Заделав наскоро очередную яму, дорожники принялись за следующую. Андрей напряг зрение, пытаясь прочесть название организации, но расстояние не позволило. К неправильно припаркованному пассату подъехал эвакуатор. Кому-то очень не повезло под дождём ловить такси домой. Пока несчастную стальную жертву загружали на спину грузовика, мимо проехал ещё один, с серебристой «Калиной». Уличные потоки людей и машин резко контрастировали: маленькие разноцветные кругляши зонтиков внизу скоростью перемещения и хаотичностью напоминали муравейник; ряды же автомобилей передвигались относительно медленно и подолгу останавливались на светофорах. Два зонтика остановились друг напротив друга. Остальные их плавно огибали, впрочем, иногда огибали резко и недовольно. Пару или тройку раз один начинал крутиться вокруг своей оси, но резко останавливался. Так продолжалось минут пятнадцать. Затем один зонтик продолжил движение вперед, слившись с остальными, второй же продолжал стоять на месте. Внезапно зонтик опустился вниз, обнаруживая под собой девушку в серебристом с красным лёгком пальто. Кажется, она плакала. Голова опущена вниз, плечи подергиваются. Зонтик снова взмыл вверх, скрывая картину. Девушка медленно побрела в своём направлении. Андрей мысленно представил её лицо. Растёкшаяся тушь, слезы на щеках вперемежку с дождём. Опухшие глаза и обкусанные губы.
– Кто-нибудь будет торт? – Надя обвела всех присутствующих взглядом. Перед её носом собралась внушительная куча конфетных фантиков и пустая чашка из-под чая.
– Что, объелась конфетами? – Данила что-то искал в портфеле.
– Нет, просто сейчас нет настроения его есть.
– А пиццы у тебя нет случайно? – Данила перелистывал записную книжку, краем глаза посматривая на собеседницу.
– Данила Евгеньевич, для вас я могу заказать пиццу.
– Спасибо, Наденька. У меня два Биг Мака в сумке.
– Неправда. Нет у вас никаких Биг Маков, – она отвернулась, манерно поправила волосы и уставилась на свой Just Cavalli. Видимо, считая количество кристаллов Rich на циферблате.
В этот момент Андрей понял, куда подевалась пицца, которую он искал. Никуда не подевалась. Ведь сегодня ночью он не открыл дверь её разносчику.
Надя встала и поставила блюдце с куском торта на стол перед Димой.
– Это за то, что я вытащила твою заначку. Между прочим, вкусный торт.
Данила подошел к продолжавшему рассматривать улицу Андрею и понизил тон так, чтобы никто посторонний не мог услышать:
– Забыл сказать. Антон вчера обнаружил в сети чей-то повышенный интерес к нашим базам. Интересовались даже рекламными кампаниями. Кто-то нас очень тщательно изучает и анализирует.
– Откуда идет активность? – Андрей оторвал взгляд от улицы, посмотрев на Данилу.
– Пока непонятно. Куча зеркальных серваков и плавающих IP-адресов.
Дверь офиса отворилась пинком ноги, с грохотом ударившись об стену. Антон Сметанин, программист с вечно всклокоченной копной нечёсаных волос, ввалился в помещение, держа перед собой принтер из ремонта, ещё какую-то коробку и несколько пачек офисной бумаги.
– Всем здрасьте, – он остановился посреди помещения, уперев взгляд в стоящих у окна Андрея и Данилу. – Андрей Владимирович, я вчера вам звонил по поводу…
– Антон, Андрей Владимирович уже в курсе. Иди, работай! – перебил его Данила.
Марина с Вероникой продолжали разговаривать и пялиться в монитор, только теперь у каждой в руке было по незажженной сигарете, которыми они периодически тыкали в картинки на экране. Глядя на них, Андрей осознал, что хочет курить. Похлопав по карманам, вытащил пачку. В ней оказалась последняя. В курилке стояли две девушки, седой господин с надменным взглядом и три разнорабочих из дружественной республики. Андрей закурил, повернувшись к публике спиной. Надменный мужчина в дорогом костюме нервно закашлял и вышел из курилки. Судя по состоянию сигареты и времени, в течение которого он курил, она осталась наполовину недокуренной. Либо очень спешил, либо таджики, негромко лепетавшие на родном языке, действовали на его самооценку угнетающе. Немного спустя вышли и они. Андрей впервые обратил внимание на разговор двух подруг:
– А я вчера купила новый Dior, Dolce Vita.
– И давно он стал новым? Нее, подруга, он даже совсем не новый.
– А мне сказали, что это коллекция этого года.
– И ты им веришь? Я точно знаю, продавцам верить нельзя. Они все хотят нас обмануть. Они живут этим, живут за наш счет.
– Не преувеличивай.
– Вот сколько стоит твоя туалетная вода?
– Тысячу восемьсот.
– И после этого ты продолжаешь считать, что приобрела оригинальный Dior, а не фэйк?
– Ты неправильно меня поняла, сейчас на мне не Dior. А Dior стоит шесть тысяч. Знаешь… я решила, что я этого достойна.
– Хм… ну говорю же, что все продавцы сволочи. Твой Dolce Vita стоит максимум четыре двести.
– Откуда ты знаешь?
– Как откуда? Сама на официальном сайте смотрела. И если бы решила обновить парфюм, заказала через инет. Так всегда дешевле и удобнее.
– Так ты же сама сказала, что все продавцы жульничают. Откуда тогда уверенность, что не всучат подделку?
– Нее, Жень, на таких сайтах держат только оригинал.
– Значит, не все продавцы сволочи?
Пауза. Кто-то из них сплюнул.
– Наверное, не все. Да, точно, не все.
– Ну, значит, в таком случае мой Dior из новой коллекции этого года.
Снова пауза.
– Молодой человек, огоньку не найдётся?
Андрей обернулся к ним. Судя по голосу, это была не Женя. Он подошёл, доставая позолоченную Second Empire. Они закурили по новой сигарете каждая, сначала разглядывая декор зажигалки, потом оценивающе рассматривая его самого.
– Вы зажигалку тоже через интернет заказывали? – Женя выпустила тонкую струю дыма в сторону.
Презент бизнес-партнёра, дура.
– Подарок друга. Твоя подруга права, не каждый продавец хочет обмануть клиента. А на подделку можно нарваться и заказывая товар в интернете.
Он щелчком отправил окурок в урну и закрыл за собой дверь курилки, успев услышать, как они принялись его обсуждать.
Купив в буфете сигареты и бутылку воды, Андрей поднялся в офис. Дима задумчиво рассматривал распотрошённый системный блок компьютера. Ира с тоскливым видом рылась в бумагах. Из переговорной вышли Данила и Антон.
Света посмотрела на Андрея:
– Андрей Владимирович, в среду в десять часов у вас встреча с Оторопшиным из «Смоленского Трикотажа».
– Надо было на одиннадцать писать. После планёрки у меня в последнее время голова плохо соображает.
– Перезвонить ему?
– Не надо.
– Хорошо.
Телефон позвонил, Света подняла трубку. Андрей открыл бутылку, поискал глазами стакан. Не найдя, сделал несколько жадных глотков из горлышка.
– Света… – он повернулся и осёкся, забыв, что Света всё ещё разговаривает по телефону.
В поле зрения попала закончившая телефонную трепотню маркетолог Ира.
– Иришка, напугай дядю таблеткой от головы.
Иришка оторвала голову от бумаг и с участливым видом полезла в сумочку.
– Андрей Владимирович, вам какую? Есть найз, есть парацетамол и но-шпа… ой, но-шпа не от головной боли. У вас от погоды разболелась?
– От Arran.
– Что?
Андрей ещё отпил воды.
– От Arran болит голова.
– Это коньяк такой?
– Почти. Это виски. Но лучше тебе этого не знать, – он театрально покачал головой, изображая, как она болит.
– Поняла. Тогда парацетамол тоже не подойдёт. Если его использовать как средство от похмелья, то слишком вредно для печени.
– Какая ты у меня умная.
– И красивая. В соседнем доме есть аптека, идти недалеко, – Ира рукой показала направление. – Лучше не вредить здоровью, прогуляться и купить Алка-Зельтцер или Зорекс… ну или что там в аптеке посоветуют.
– Чего хочет женщина, того хотят боги. Так и сделаю. Если не появлюсь сегодня, значит, таблетка не подействовала, – и он подмигнул ей.
Андрей взял сумку, зонт и вместе с бутылкой воды направился к выходу. Света опустила трубку, прикрыв рукой:
– Андрей Владимирович, это по поводу собрания арендаторов. Подойдите, пожалуйста. Андрей с заговорщическим видом поднёс палец к губам, показывая, что совершает действие, которое хотел бы сохранить в тайне, и обеими руками показал на Данилу, помогающему Диме собрать системник.
– Меня нет.
– Стрелочник, – сказала Света беззвучно, выразительно шевеля губами.
Проходя мимо стола, на котором сидел Данила, Андрей увидел лежащую визитку. Остановился и из интереса взял её. Пластиковая карточка гласила: «Акционерный коммерческий банк „Прогресс – Стандарт“ (ОАО). Евгений Евгеньевич Смыков. Начальник Отдела информационной безопасности». Владелец визитки либо полный однофамилец одноклассника Андрея, либо…
Глава 8
Время тянулось мучительно медленно. Креславе казалось, что стрелки на настенных часах совершили уже миллион оборотов. Где-то из-под стола периодически оживала рация, дробя голосами пространство кабинета. Кофе оказался невкусным, и она отставила недопитую чашку в сторону. От нечего делать начала рассматривать окружающую обстановку. Широкое чёрное кожаное кресло Неелова чуть косило в сторону. Это не бросалось в глаза, но если внимательней приглядеться… А вот что бросалось в глаза, так это большая, на полстены, комбинированная карта Москвы. Она состояла из двух половин: на одной наземная, на другой подземная схемы столицы.
Зачем она ему?
В углу расположились два массивных шкафа, один со стеклянными дверями. На трёх его полках – множество толстых разноцветных папок. Второй шкаф, видимо, использовался для одежды. Вплотную к шкафу с папками стоял большой сейф без ручки на дверце. Сверху какое-то устройство, напоминающее принтер. На подоконнике сансевиерия высотой с пол-окна. В кабинете постепенно теплело, но Креславу начал бить противный озноб.
Может, что в кофе подмешали?
Она поднесла чашку к губам, попробовав напиток. Вроде нет, обычный вкус, только уже остыл.
Кабинет наполнился голосами из рации.
– Седьмой первому.
– Слушаю, первый.
– На ворота едет груз, МАН 240.
– Понял. Приму.
– Нет, седьмой. У него отсутствуют документы на выезд, накладная и маршрутная карта. Проводи в накопитель и пусть ждёт. Документы подвезут на пикапе. Как понял?
– Всё понял. МАН 240 – в накопитель до дальнейших указаний.
– Конец связи.
Рация стихла. Первым, судя по голосу, был Неелов. К воротам контрольно-пропускного пункта неторопливо подкатывал красный МАН с логотипами «Ньюсити-Фарм». Сзади на дверях кузова крупными буквами продублирован номер 240. 64 регион. Креслава машинально вспоминала расстояние от Москвы до Саратова. Вроде восемьсот с хвостиком км. Когда грузовик подъехал к воротам и остановился, к кабине подбежал охранник, что-то сказал водителю, показывая рукой на небольшую стоянку в стороне. И побежал обратно в будку, ловко перепрыгивая через лужи. МАН сдал назад и припарковался. Через несколько минут водитель выпрыгнул из кабины с небольшой канистрой голубого цвета и, ёжась от дождя, стал наливать её содержимое куда-то сбоку в грузовик. Затем несколько раз сморкнулся и взобрался обратно, размашисто хлопнув дверью. Приспустил окно кабины и закурил. Креславе тоже вдруг захотелось это сделать, хотя она не курила и не собиралась. Докурив, водитель выкинул окурок «бычок» на дорогу, но стекло поднимать не стал. Поднимая тучи брызг, на большой скорости к грузовику подъехал пикап «Тойота», посигналив несколько раз. Из МАНа вылезли и сели в легковушку. Через некоторое время водитель вышел, запрыгнул в свой МАН и медленно покатил к воротам, на ходу перебирая документы. Пикап развернулся и помчался обратно.
В кабинет вошли без стука.
– Это я, – Неелов широкими шагами подошёл к столу, мельком бросив взгляд на недопитый кофе. – Надеюсь, не заставил вас долго ждать?
– Всё в порядке. Только я не смогла осилить кофе.
– Бывает. Ничего страшного.
Распечатав несколько документов, он протянул один лист.
– Вот заявление на замену по сроку действия пропуска. В принципе, вам его распечатали и предложили бы заполнить в Бюро пропусков, но можно это сделать прямо сейчас, чтобы не терять рабочее время.
– Благодарю.
– Тут нужны данные старого пропуска и паспортные. Если не помните последние, я подскажу. У меня база данных всех сотрудников компании.
– Спасибо, я, кажется, всё помню.
– Кроме даты замены пропуска.
Креслава почувствовала, как заливается краской.
– Когда подойдет ваш руководитель?
– Не знаю, мы не договаривались на точное время. Он был занят.
– Тогда как заполните, позвоните ему… хотя, впрочем, не надо. Мой сотрудник проводит вас до Бюро пропусков.
Креслава, заполняя бланк, снова автоматически хотела ответить «спасибо», но осеклась, осознав, что слишком часто использует этикетное междометие. Собеседник немногословен, и это её вполне устраивало.
– Окей.
Неелов протянул небольшой лист розового цвета, с несколькими степенями защиты:
– Распишитесь в правом нижнем углу. И рядом расшифровку подписи.
– Когда я устраивалась сюда, у меня был временный пропуск серого цвета.
– Да, раньше были такие. Но времена меняются.
По рации вызвал охранника, взял файл, вложил в него все документы, включая старый пропуск, и протянул пакет Креславе:
– Возьмите. Желаю хорошего рабочего дня.
– Спасибо.
Глава 9
Преодолев несколько коридоров и лестниц, они вышли к лифту. Подъём на третий этаж. Светло-зелёные стены с большими фотографиями столиц мира. Холл с удобными мягкими диванами. Столики с журналами. Автомат для приготовления кофе и кулер. На диванах – трое мужчин со скучающим видом, в одинаковых черных пиджаках.
На сотрудников не похожи… Может, крупные клиенты, оптовые закупки. Но коммерческий отдел не здесь. Да и крупному клиенту или его представителю не грех кофе сварить…
Все трое, как по команде, повернули головы в их сторону. Один мужчина нехотя поднялся и подошёл. Высокого роста, даже выше сопровождавшего Креславу охранника.
Они, должно быть, тоже охранники.
– У вас есть документы, подписанные Сергеем Геннадьевичем, – охранник кивнул головой в сторону файла, который она держала.
– Ах, да… сейчас…
– Разрешите, я сам? – у Высокого был низкий приятный голос. Креслава протянула файл, и Высокий начал внимательно изучать его содержимое. Остановившись на временном пропуске, долго его разглядывал. Затем засунул обратно в файл и вернул его.
– И ваши тоже, – эта реплика была обращена уже к охраннику. Тот молча вытащил служебное удостоверение, предоставив возможность Высокому прочесть его полностью.
– Прямо по коридору, – Высокий сделал жест рукой. – Девятый этаж.
– Спасибо.
Они прошли через холл по другому коридору, длинному и со множеством дверей по обеим сторонам. Большинство просто пронумеровано. Техотдел, Начальник техотдела, Связь, Аппаратная, Хранилище, Связь 2 и Учёт. Эти названия ничего не говорили Креславе. Она семенила рядом с охранником, едва поспевая за его широкой поступью. Откуда-то раздавался мерный негромкий гул.
Электрическая подстанция? Почему бы и нет!
С тех пор, как она узнала, что в подвале «Ньюсити-Фарм» есть морг, уже ничему не удивлялась. Ковалёв сначала отнекивался, мол, ну какой здесь может быть морг, это же не больница. Но когда она показала ему накладные на ввезённое оборудование Tantec, в частности, холодильные камеры для морга, сдался, сказав, что это «исключительно в научно-исследовательских целях».
– Можно вопрос?
– Можно.
– А что означают эти надписи на кабинетах?
– Названия.
– Названия чего?
– Названия кабинетов.
– А, понятно, как я сама не догадалась.
Охранник покосился на неё, сказав уже мягче:
– Это крыло технического обеспечения деятельности «Ньюсити-Фарм». Не путать с технологическим и лабораторным крылом.
– Не спутаю. Я там работаю.
– Ну и отлично, – охранник невозмутимо продолжал вещать. – А здесь инженеры, аппаратчики, программисты. Хотя нет, программисты в другом крыле. Здесь они есть, конечно. Но в малом количестве и несерьёзном качестве. Работают на подхвате, короче.
– И кого они хватают?
– Не кого, а чего. Люлей хватают в изрядном количестве. Каждое утро на разводе, на оперативке… Короче, Сергей Геннадьевич каждому раздаёт свою порцию люлей. Всем своим подчинённым. Доза подбирается индивидуально, с учётом особенностей организма, организации деятельности головного мозга и нервной системы, а также широты или узости мировосприятия. Так, чтобы хватило до конца смены.
Креслава внимательно смотрела на охранника. Тот был серьёзен и, похоже, не шутил. Интересно, они все здесь такие? Или только этот?…
– А зачем нужны эти… каждому по утрам?…
– Люли?
– Они самые.
– А чтобы работалось веселее, продуктивнее и эффективнее.
– Вы без них уже не можете… работать?
Охранник похмурел и замолчал. Лишь ускорил шаг. Креслава уже почти бежала за ним. Пытаясь как-то разрядить обстановку, сказала первое, что пришло на ум:
– Вам не кажется странным, что никого не видно, ни одной живой души? Может, они все заболели?
Глава 10
Здание «Ньюсити-Фарм» состояло из двенадцати этажей. Согласно старой традиции, первый – белого цвета, второй – жёлтого, третий – нежно-зелёного, а стены четвёртого – серого оттенка. Согласно старой, но странноватой легенде, основатель корпорации, Джон Стэнли, плохо запоминал, на каком этаже находится, и по его распоряжению стены первого в истории фирмы четырёхэтажного офиса раскрасили разными цветами: белым, жёлтым, зелёным и серым. Было это ещё в начале 20 века. С тех пор здания «Ньюсити-Фарм», разбросанные по всему миру, имеют подобное цветовое оформление первых четырёх этажей. Кроме, кажется, польского отделения, расположившегося в трёхэтажном здании. Но есть и другая точка зрения, согласно которой просто не вовремя закончилась краска. Про название тоже говорят разное. Например, что тщеславный, амбициозный аптекарь захудалого американского городишка Стэнли как-то во всеуслышание заявил, что впишет своё имя в историю города и штата. Отсюда «Ньюсити», что означает «Новый город». Креслава размышляла о том, что многие открытия, великие достижения и решения, изменившие ход истории, принадлежали людям эгоистичным и целеустремлённым. Это ведь почти одно и тоже.
Таким, как Джон Стэнли.
Пройдя коридор технического обеспечения, они оказались перед другим лифтом. Охранник нажал на кнопку с цифрой девять. Двери распахнулись, они вошли в очередной холл. Освещение здесь ярче, чем в крыле техотдела. Пересекли холл, зашагали по длинному коридору. Здесь были люди. Женщина средних лет в сиреневом платье несла поднос с грязной посудой. Двое мужчин негромко разговаривали у открытой двери кабинета. Немного поодаль, около другого, сидело несколько человек, мужчин и женщин. Преимущественно строго одеты, некоторые в руках держали сложенные зонты.
Похоже на очередь.
На стенах висели плакаты с плановой информацией, техникой безопасности и путями эвакуации в случае возникновения чрезвычайного происшествия.
– Мы пришли. 916 кабинет.
Некоторые из сидящих с интересом рассматривали Креславу и охранника, другие лишь вяло скользнули по ним взглядом.
– Спасибо за экскурсию.
На слове «экскурсия» все в очереди уставились на Креславу.
– До свидания, – охранник развернулся и отправился в обратном направлении.
– Кто последний?
– Вы, кажется, – полный мужчина средних лет погладил пышные усы, улыбаясь ей. – За мной будете.
– Хорошо, как скажете.
– Да вы присаживайтесь. Очередь в лучших советских временнозастойных традициях. Тянется хорошо, но долго.
– Главное, не под дождём, – она поправила волосы и расстегнула жакет.
– Так-то да, – согласился мужчина.
Дверь открылась, из кабинета вышел мужчина с новым пропуском в зубах, файлом в одной руке и барсеткой в другой. Бросив по сторонам торжествующий взгляд, направился к холлу с лифтами.
– Мужчина, у вас бумага выпала! – кто-то из очереди показывал ему рукой на лежащий на полу небольшой лист типа справки, выпавший из файла.
– О, да… – немного замешкавшись, он поднял справку, краснея. – Спасибо… – И пошёл дальше обычной походкой, без напускного величия.
– Один откинулся. Счастливчик, – прокомментировал толстяк.
Креслава обернулась к нему.
– Давно сидите?
– Второй час. Уже подсчитал: каждого они обслуживают за двадцать минут. Следовательно… – тут он про себя подсчитал всех в очереди. – Следовательно, раз вы восьмая, торчать вам тут не меньше двух часов.
– Не нагоняйте панику, – включилась в разговор женщина, сидящая рядом. – Очередями сейчас никого не удивишь. Да и не очереди это, а разгильдяйство работников, – она привстала и снова села поудобнее. – Сами же видите, каждые пятнадцать минут бегают то чай попить, то покурить.
– Да я не спорю же, – тон у усатого был примирительным. – Режимный объект, да только на бумаге… Он тяжело вздохнул, уставившись в точку.
– Сначала здесь мучаемся, – женщина начала распаляться, – а вечером в пробках. Ну, сколько это будет продолжаться?
Креслава примерно оценила её возраст.
– Думаю, максимум лет сорок. Не больше.
– Правда? – женщина повернулась к Креславе. – А что будет через сорок лет?
Усатый хмыкнул.
Рядом лежало несколько номеров корпоративной газеты «Ньюсити-Фарм. Медревю». Чтобы скоротать время, Креслава открыла самый свежий. Блоки социальной политики корпорации. Награждение отличившихся специалистов. Обзор предстоящего собрания, посвящённого Дню медицинского работника. Советы о том, как вести здоровый образ жизни. Погода…
«В будущее с Лейковазаном или как творится История»
«Благодаря самоотверженной работе и таланту специалистов всех уровней нашей компании, стало возможным создание препарата, излечивающего ВИЧ. Не побоимся заявить, что Мы смогли изменить мир! Через два месяца Лейковазан будет представлен Специальной правительственной медицинской комиссии, и сегодня все наши усилия должны быть направлены на подготовку этого. С тех пор как компания официально объявила о создании вакцины, излечивающей ВИЧ, мы получили множество предложений сотрудничества от медицинских компаний и организаций других государств. В настоящее время прорабатываются все аспекты…»