- -
- 100%
- +
– Постой, – я дернула Аида за рукав.
– Что такое?
– Я не странно выгляжу для современных людей? Они, наверное, жутко испугаются, если увидят живого купидона с крыльями…
– Вообще не парься, – лениво подмигнул Аид. – В городе полным-полно всяких чудиков. Прохожие подумают, что ты подрабатываешь аниматором на детских праздниках. Или ещё хлеще – тамадой на свадьбе.
– Там…тамадой? – повторила я новое слово.
Аид легонько подтолкнул меня в спину:
– Идём, госпожа-купидон. Не робей.
– Я не робею! – храбро приосанилась я.
Мы завернули за угол. В уши ударил шум городских голосов, а ещё странных колесниц, которые мчались по дорогам без лошадей! Эти колесницы фыркали, жужжали и издавали резкий звон, когда не могли проехать вперёд.
– Автомобили, – кратко пояснил Аид.
– А где лошадки? – тихо спросила я.
– Лошадки под капотом, – улыбнулся парень.
– Земля такая гладкая и удобная! – притопнула я сандалиями.
– Это называется асфальт, – ответил он.
– А что там за угловатые башни на горизонте?
– Небоскребы. В них на каждом этаже живут люди.
– Им там не тесно? – ужаснулась я.
– Тесно. Но ко всему можно привыкнуть, – пожал плечами Аид.
Он терпеливо объяснял мне устройство современного города. Рассказывал, что такое кофейня, остановка и заправка. Подземный переход, метро и ларьки. А ещё, зачем они нужны и как там себя вести.
Мы остановились перед странным столбом, на котором мерцали три огня разного цвета: красный, желтый и зелёный.
Аид наклонился ко мне и многозначительно пояснил, как маленькой девочке:
– Запоминай. Через дорогу можно переходить только на зелёный свет.
– А иначе что? – спросила я.
– А иначе из светофора вылетит фея и настучит тебе по голове молоточком.
– Вранье! Феи и купидоны – дружные народы.
Аид усмехнулся:
– Шучу конечно. Машина тебя собьет! Вот что случится. Современные лихачи даже кентавра размажут, как комара.
– Жуть какая, – поёжилась я.
Загорелся зеленый свет. Аид аккуратно взял меня под локоть и перевел на другую сторону улицы.
Мы зашагали вдоль небольших зданий, передняя стена которых состояла из чистого стекла! За стеклом сверкали полочки, уставленные всякой всячиной.
– Это витрины магазинов, – ответил Аид, опередив мой вопрос.
На одной витрине выстроились восхитительные штучки из слоёв, крема и фруктов.
– Это пирожные и торты. Словом, сладости, – сказал Аид.
– О! Сиаре бы здесь понравилось. Она такая сладкоежка! Постоянно жуёт финики или пчелиные соты.
– Кто такая Сиара?
– Моя младшая сестренка.
– У тебя есть сестра? – лицо Аида заметно смягчилось.
– Да. Она совсем малышка. Её пятьсот лет.
– Ничего себе, малышка! – изумился Аид.
– Ну… в человеческом летоисчислении, это лет пять.
– А, понял, – задумался парень. – Получается, если тебе две тысячи лет, то в человеческом летоисчислении… тебе всего двадцать?
– Вроде того.
– Кстати о сладостях. Купидоны тоже едят еду?
– Конечно. Мы едим и пьем, спим и работаем, выходим замуж и женимся.
– Вот как? – Аид почему-то оживился и пригладил свои черные волосы. Поправил одежду, кашлянул, а потом украдкой глянул на меня: – А с обычными людьми вступаете в отношения?
– Это не запрещено купидонским законом, – простодушно ответила я. – После смерти супруги купидонов перерождаются и превращаются в бессмертных существ – купидонов либо…
– Либо?
– Демонов. Если это были подлые люди, которые использовали брак с купидоном в корыстных целях – чтобы получить бессмертие.
– Вот поганцы!
– К счастью, существует Арка Любви.
– Ты говоришь о Дуге, которая в нашем парке?
– Да, о Дуге, – кивнула я. – Это священный портал. Он благословляет вечную любовь. Когда истинная пара проходит через него, то получает благословение Небес и исполнение любого желания. Если же пара создана по расчету, то Арка сжигает корыстного человека до пепла.
– Жестко вы обходитесь с брачными аферистами, – Аид приклацнул языком.
Мы прошли мимо витрины со светящимися коробочками и квадратиками.
– Ого! А это что? – прилипла я к стеклу.
– Смартфоны, ноутбуки и планшеты, – ответил Аид.
Он деликатно взял меня за плечи и оттянул от стекла:
– Лапать витрины запрещено. Равно как и вздыхать над адскими ценниками.
– Цены устанавливают в аду? – изумилась я.
– Очень похоже на то, – улыбнулся Аид.
Он достал из одежды такую же коробочку:
– Смотри, у меня тоже есть смартфон. Правда, красота? – почти с любовью сказал парень. – Это последняя модель! Три месяца копил на него, даже у моего босса такого нет!
Я жадно протянула руку:
– Э нет! – отодвинул мою ладонь Аид. – Я его никому в руки не даю. Даже родному отцу.
Я разочарованно фыркнула.
– Но для тебя сделаю исключение. Будешь себя хорошо вести – дам подержать. Потом, когда-нибудь, – великодушно пообещал Аид.
Я облизнулась, глядя на диковинную вещицу.
– А что смартфон делает? – с интересом спросила я.
– Что угодно! По нему можно звонить… то есть связываться… то есть разговаривать на расстоянии с друзьями и родными.
– А не родными?
– С не родными тоже можно, – ответил Аид. Уголок его губ дернулся улыбкой. – В смартфоне есть часы, календарь, компас, камера, ежедневник. В заметках можно распланировать весь день до минуты!
– Какой кошмар! До минуты? Зачем собственноручно загонять себя в клетку? Кто захочет планировать весь день?
– Я хочу, – твердо ответил Аид. – Я обожаю порядок. Чтобы всё было четко, ясно и структурировано. По полочкам. По инструкции. Как полагается.
Я улыбнулась.
– Я уж и забыла, – кивнула с пониманием.
– Что забыла?
– Жрецы смерти всегда помешаны на порядке. Это позволяет сохранять жесткие границы загробного мира.
– Сколько раз тебе говорить? Я не жрец смерти!
– Гробовое наследие течет в твоих жилах и влияет на твой характер, хочешь ты того или нет. Твой цинизм, рассудительность и приземленность – всё оттуда.
– Ну вот… Кому-то предки оставляют поместья, угодья и яхты, а у меня «гробовое наследие», – фыркнул Аид.
– Гордись этим! – похлопала я парня по плечу. – Тебе представилась такая увлекательная миссия! Разве не захватывает дух?
– Пока что, эта миссия захватила только мой зад, – справедливо заметил Аид.
– Риск наполняет жизнь яркими красками! – возразила я.
– Для меня вершина риска – это заплатить за интернет в последний день месяца. Или купить шаурму на остановке. Или выйти в пасмурную погоду без зонта. На этом всё! – отчеканил Аид.
– Да ладно тебе! – с энтузиазмом воскликнула я и пощекотала пальчиком его подбородок. – В каждом мужчине живет мальчик, который жаждет приключений.
– Во мне этот мальчик давным-давно умер, – отмахнулся Аид. – Кстати, не первая смерть внутри меня. В той же могиле почивают романтик, мечтатель и супергерой.
– Кто о чем, а жрец смерти постоянно говорит о смерти, – залилась я смехом.
– Ну всё!
Аид схватил меня и затолкал в тесный переулок. Он прижал меня к стене, так что даже крылышки немного смялись.
– Ещё раз назовешь меня жрецом смерти и я накажу тебя со всей строгостью! – прошипел Аид.
Он навис надо мной, как скала, почти коснувшись кончиком носа моего носа. Теплое кофейное дыхание защекотало моё лицо. Вкусное. Ароматное.
Аид обжег меня горячим взглядом, который остановился на моих губах. От парня исходит жар, как от печки.
Я нервно сглотнула и предупредила:
– Учти, что я умею драться!
Аид изогнул бровь.
– Речь сейчас вообще не о драке, – бархатистым, низким голосом ответил он.
– А о чём?
– Сама как думаешь? – улыбнулся Аид.
Его взгляд рассредоточился, а зрачки заволокло мечтательным туманом. Аид нежно убрал прядку волос с моего лба. Кончики пальцев скользнули вниз по моей шее до самых ключиц.
Мои крылья затрепетали от волнения и предвкушения.
Аид наклонился совсем близко. Нас разделяют миллиметры.
Как вдруг! Перед глазами сверкнула фиолетовая вспышка. Я оттолкнула Аида и погрузилась в пугающее видение.
Глава 6. Сфинкс
Это купидонское чутье проснулось внутри меня. Оно было похоже на маяк, на сирену, на вспышку. Как звенящая струна, оно вибрировало и сообщало об опасности, которая скоро накроет землю.
Перед глазами красочной лентой пронеслись влюбленные парочки, населяющие планету. Внутренний купидонский взор обозревал вселенную и улавливал грядущий перевес сил тьмы.
– О нет! – завопила я, продолжая пробегать глазами по ситуации. Тяжелое, грозное ощущение завертелось под сердцем.
– Что случилось? – беспокойно подскочил Аид.
– Моё купидонское чутье кричит об угрозе! – вынырнула я из видения. – Отношения по расчету скоро перевесят истинную любовь! Остались считанные минуты!
– Купидоны потеряют подпитку любовью? Сейчас барельеф станет уязвимым? – подытожил Аид.
– Да! – кивнула я в отчаянии. – Что же делать? Что делать?
Я судорожно запустила руку в колчан, но он был пуст.
– Будь у меня стрелы любви, я бы тут же подстрелила несколько истинных парочек. Их любовь возобновила бы равновесие. Но у меня нет оружия!
– Сочувствую. Но ничем не могу помочь, – развел руками парень.
На его беду и на моё счастье, судьба распорядилась иначе!
Внезапно бёдра Аида снова пустились в пляс. Одно покачивание. Второе. Третье…
Задница снова разыгралась на полную мощь и потащила его прочь из переулка, к толпе людей.
– Что это? Как это? Куда это? – бормотал парень, еле-еле поспевая за собственным задом. Всё его тело задрожало. Плечи, руки и поясница тряслись, будто их тормошили невидимые силы.
Я побежала следом за Аидом.
Он рванул к ближайшей кофейне. Его зад качнулся и толкнул парня, стоящего со стаканчиком кофе. Парень пролетел вперед и опрокинул напиток на случайную девушку.
– Простите! Мне очень жаль! – извинился Аид. – Я споткнулся!
– Смотрите, куда идёте! – в один голос возмутились парень и девушка.
А потом встретились взглядами и смущенно улыбнулись, залившись румянцем.
– Я Марк, – протянул руку парень.
– Я Алиса, – кокетливо ответила девушка.
Я подбежала к Аиду и радостно шепнула на ухо:
– Твой зад чувствует истинную любовь и соединяет парочки, не хуже, чем купидонская стрела!
– Сколько ещё функций откроется? Могу я ознакомиться с полным списочком? Может, я и золотые яйца нести умею? А?– сердито проворчал Аид.
Но сердиться ему было некогда.
Зад снова потащил бедолагу-менеджера в неизвестные дали. На этот раз Аид помчался к остановке и… задницей толкнул девушку под машину!
Блондинка вылетела на проезжую часть, но автомобиль вовремя остановился, с визгом затормозив. Девушка вскрикнула и закрыла лицо руками. Из машины выскочил парень и принялся успокаивать бедняжку.
Создалась пробка.
Аид с ужасом рванул с места происшествия, потащив меня за собой. Вдогонку ему летели проклятья, машины яростно бибикали, а водители сыпали руганью.
Аид заволок меня в очередной закуток, чтобы спрятаться.
– Молодец! Ты соединил ещё одну парочку! – похвалила я парня. – Вдобавок несколько людей познакомятся в образовавшейся пробке!
– Молодец?! Я толкнул человека под машину! Это преступление! – завопил Аид в сердцах. – А если бы девушка пострадала?
– Исключено, – помахала я пальчиком. – Стрела любви всегда знает меру.
– Ага. Она знала меру, когда вонзилась в мою пятую точку, – пробурчал он.
– Отдышись и успокойся, – мягко сказала я, глядя на безумие в его глазах и быстро вздымающуюся грудь. – Как бы то ни было, ты отсрочил победу тьмы и выиграл нам немного времени. Барельеф снова в безопасности.
Я игриво шлепнула Аида по попе.
– Что ты делаешь? – подпрыгнул он от неожиданности.
– Хвалю стрелу любви, которая сидит в тебе, – улыбнулась я с озорством.
– Небеса! За что мне всё это? – жалобно простонал Аид, вскинув руки. – За то, что я стыбзил степлер из офиса себе домой? Я его верну. Обещаю! И фирменную ручку с карандашом тоже! Я случайно прихватил! Честное слово!
Я сложила руки на груди, глядя на разыгравшуюся драму.
– Закончил нытье? Полегчало?
– Немного, – кивнул Аид.
– Сфинкс, – напомнила я. – Нам нужен сфинкс.
Задница Аида снова завибрировала и повлекла его в северном направлении.
– Идём, – с неохотой ответил парень и поплёлся по магическому указанию.
***
Мы плутали по лабиринтам улочек. Огибали клумбы, магазины и детские площадки, пока не вышли к огромному роскошному зданию.
– Театр, – со знанием дела сообщил Аид. – Самое древнее здание в нашем городе.
– Театр? Хоть что-то знакомое осталось в современном мире, – приятно удивилась я.
Белоснежное здание с арками, скульптурами и ступенями возвышалось над всей остальной площадью, как храм. Храм искусства. Извечный. Прекрасный. Спасительный.
– Нет времени любоваться! Мы ещё не добрались к месту назначения, – одёрнул меня Аид. – Ягодицы упорно пляшут вон туда. Идём!
Мы обогнули театр и очутились в его теневой стороне. Колоны, ступени и арки здесь заросли мхом, а лепнина раскололась крупными трещинами.
Вокруг царила безлюдная, замогильная атмосфера.
– Говорят, эта часть здания более древняя, – сказал Аид. – Она постоянно разваливается и работникам надоело её ремонтировать.
Территория была огорожена кованой оградой. Ажурные ворота были закрыты на замок и перевязаны ржавой цепью, которая скрипела при каждом порыве ветра.
По обе стороны от ворот почивали скульптуры сфинксов. Они сидели на каменных ступенях, зарывшись когтями в мрамор. Глаза пытливо сощурены, а крылья распахнуты.
– Мы нашли их! – радостно завопила я и подбежала к скульптурам.
Я медленно провела пальцами по одной. Сначала погладила крылья, потом кудрявую макушку, потом изогнутую спину. Под слоем камня не пульсировало магической энергии.
– Подделка, – прошептала я.
Перешла ко второй. Не успела поднести руку, как ощутила мощную, кипящую ауру, стремящуюся прорваться наружу.
– Настоящий! – благоговейно произнесла я и встала перед сфинксом на колени.
– И что дальше? – недоуменно спросил Аид. – Нужен какой-то ритуал?
– Нет. Не обязательно будить сфинкса. Его энергия сильна и в спящем состоянии.
Я достала из складок платья хрустальную сферу, в которой хранилось послание демоницы Раксы. Затем я медленно, аккуратно и не дыша положила сферу между лапами сфинкса. Замерла в немом ожидании.
Сфера затрещала искрами и полыхнула серебристым светом. Из неё начал доноситься далёкий, скрипучий голос демоницы Раксы:
«Мой верный слуга Аракан. Слушай внимательно! Когда силы тьмы перевесят любовь, немедленно разбей барельеф. И ни в коем случае не позволь пробудить лунное дитя! Только она способна освободить мерзавцев-купидонов из каменного заточения. У нас лишь один день! Нет права на ошибку».
Сфера погасла. Серебристый туман внутри неё перегорел и осыпался пеплом.
Моё сердце оборвалось от услышанного. Невидимый груз придавил плечи свинцовой тяжестью. Только лунное дитя способно освободить всех купидонов. Только лунное дитя…
– Лунное дитя? – вскинул брови Аид. – И кто это?
– Я, – пересохшим губами прошептала я.
Глава 7. Лунное дитя
Внезапная догадка ошеломила меня, как удар молнии.
– Вот почему я ожила! А никто другой не смог…
– Объясни толком! – озадаченно воскликнул Аид.
– Я – лунное дитя, потому что родилась в Розовое Полнолуние.
– Допустим…
– Это не всё! Я родилась в Розовое Полнолуние, а битва между купидонами и демонами случилась в Серебряное Полнолуние. А сегодня… Лиловое Полнолуние! Все эти дни – особенные в магическом мире. Они пропитаны особой силой и мощью, которую вселенная накапливает каждые две тысячи лет.
– А можно простым, человеческим языком? – спросил Аид, почесав бороду.
– Проще говоря… Сегодня единственный день, когда можно либо убить купидонов, либо освободить из каменного заточения. Иначе придётся снова ждать две тысячи лет, – торжественно изрекла я.
– Пу-пу-пу, – тревожно пробормотал Аид и глянул на часы.
– Сколько там? – спросила я с нехорошим предчувствием.
– Сейчас уже два часа дня. До полночи… десять часов.
– Какой ужас! – воскликнула я, заметавшись из стороны в сторону. Даже крылья сжались от страха. – Времени в обрез! А я даже не знаю, как пробудить родных!
– Как не знаешь? Ведь Ракса в послании сказала, что только ТЫ можешь это сделать.
– Могу! Но не знаю как.
– К счастью, мы находимся рядом с мудрым существом, которое знает ответы на все вопросы, – Аид кивнул в сторону сфинкса.
– Точно!
Я шлепнула себя по лбу, проклиная за глупость.
– Отойди немного, – попросила я Аида. – Энергия сфинксов слишком велика для смертных. Ты можешь обжечься.
Аид послушно отошёл назад.
Я растерла ладони и поднесла их к ушам сфинкса. Потом нажала на ключевые магические точки: глаза, нос, крылья и кончик хвоста.
По камню пробежал хруст. Сфинкс зарычал и потянулся, будто ленивая кошка на солнышке. Женская голова тряхнула кудрями и сощурилась.
– Твою ж матрешку! – раздался сдавленный возглас Аида за спиной.
Я сердито шикнула.
– Тс-с!
– Молчу-молчу, – виновато поднял он руки.
Сфинкс зарычал ещё громче.
– Кто посмел меня беспокоить? – прогремел суровый женский голос.
– Это Кьяра. Дочь верховного купидона.
Я почтительно поклонилась, молитвенно сложив ладони. Отец учил, что сфинксы любят уважительное отношение.
– Лунное дитя? – уточнила ожившая скульптура.
Сфинкс окинул меня оценивающим, изучающим взглядом. Узкие глаза загорелись волшебным огнём, который мог испепелить любого недостойного просителя.
Мою кожу подогрело теплом, но я выдержала этот магический взгляд.
– Хорошо, – довольно кивнула женская голова. – Ты достойна. Спрашивай, что хочешь.
Я упала на колени и взмолилась:
– О мудрый сфинкс! Как мне освободить всех купидонов из каменного заточения? Укажи путь.
– Хм… – сфинкс склонил голову, погрузившись в мысли. – Я вижу единственное средство.
– Я сделаю что угодно!
– Выполни ритуал пяти стихий. Он спасет твоё купидонское племя, – ответил сфинкс.
– Ритуал пяти стихий? – обрадовалась я. Отец много рассказывал о нём. Я точно справлюсь.
– Да. Пробуди все пять стихий до полночи. Этой энергии хватит, чтобы разрушить каменное проклятье, вызванное Глазом Горгоны.
– Поняла. Спасибо большое!
Сфинкс с достоинством кивнул.
– Если это всё, то я возвращаюсь в дрёму, – сообщил он.
– Нет уж. Это не всё! – задиристо крикнул Аид издали. – У меня тоже вопросик имеется!
– А ты кто такой? – прорычал сфинкс, глядя на наглеца.
Аид смело шагнул вперёд, прямиком под обжигающий взор золотых глаз.
– Я Эдик. Обычный менеджер, – галантно поклонился он. – Правда… в прошлом месяце был признан лучшим работником офиса. Такой статус сгодится? Могу ещё грамоту из третьего класса принести. Победитель олимпиады «Орфографический котёнок Школы №5».
Сфинкс прищурил глаза и окатил парня золотыми лучами света.
– У-ф-ф. Припекает, – поморщился Аид. – Но… терпимо!
Сфинкс запрокинул голову и рассмеялся глухим смехом:
– Ты ведь жрец смерти! Почему сразу не сказал?
Аид закатил глаза:
– И вы туда же? Ладно. Проехали, – махнул он рукой. – Скажите, пожалуйста, как извлечь стрелу из моей… моей… плоти.
– Стрела выйдет, когда исполнит свою миссию, – таинственно поведал сфинкс. – Если же ты откажешься помочь Кьяре спасти любовь на земле, то стрела взорвется изнутри.
– Хотите сказать, что в полночь мою жо… разорвет изнутри?!
– Именно, – сфинкс кивнул и медленно застыл камнем.
– Погодите-ка! – окрикнул Аид. Но сфинкс уже не слышал.
Парень схватился за голову и взъерошил волосы, а затем принялся яростно пинать траву:
– Твою ж чертову бабушку, ватрушку и матрешку! Проклятье! Зараза! Етишника кочерыжка! За что мне всё это?
Аид перевел на меня кипящий взгляд. Его глаза полыхали, как два костра.
– Я не виновата! Ты сам подставился под стрелу! – вскинула я руки.
– Ладно-ладно. Нет времени искать виноватых. За дело! – опомнился парень. – Что там за пять стихий? Выкладывай.
– На свете существуют тысячелетние реликвии. Это опоры, на которых держится мир, – объяснила я. – В каждом уголке земли есть такие. Через них проходят магические потоки.
– Ясно.
– Каждая реликвия воплощает определенную стихию. Огонь, землю, воду, воздух и… про пятую расскажу позже, – запнулась я. Решила утаить самое важное, чтобы не пугать парня. Я взволнованно отвела взгляд и добавила: – Для ритуала нужно пробудить реликвии, так как обычно они дремлют.
– Ясно. И где их искать?
– На юге, севере, востоке и западе города.
– Получается, что Арка Любви и барельеф находятся в самом центре стихий? – сообразил Аид.
– Верно.
– А что за пятая стихия? – сощурился парень.
Проклятье! Он заметил, что я кое-чего недоговорила.
– Пятая стихия – это… Это пока неважно! – отмахнулась я. – Нам бы четыре первых найти!
– Чего же мы ждем?! За дело! – воскликнул Аид, подскакивая, как на иголках. – Куда идти?
– Это ТЫ нам скажи, – с озорством улыбнулась я.
– О чем ты?
Я обошла парня со спины и наклонилась к его заднему карману.
– Уважаемая стрела любви, захватившая зад Аида. Укажи нам путь к стихии огня.
– Ты сейчас разговаривала с моей задницей? – ошарашенно вытаращился Аид.
– Именно.
Бёдра Аида дёрнулись и потащили парня прочь от сфинксов и театра.
– Сработало! – обрадовалась я.
– Давай. Не отставай! – спешил за своим задом Аид. – Шевели крылышками, купидонша!
– Хорошо-хорошо! Уже бегу!
Глава 8. Стихия огня. Фонари
Эдик
Мой зад притащил нас в дикую глухомань на юге города. Вокруг раскинулась пустошь, которая заканчивалась обрывом, похожим на глотку великана.
Местность заросла колючками и пучками сорняковых колосьев. Воздух был сухим и терпким, отчего жутко першило в горле. Повсюду воняло едким дымом.
– Теперь вижу, как выглядит пословица «у черта на рогах», – кивнул я. – Даже не подозревал, что в нашем городе есть такие захолустья.
– Побольше уважения! – погрозила пальцем Кьяра. – Это место – святыня!
– Ладно, как скажешь. И где твоя стихия огня?
– Стихию огня воплощают драгоценные фонари Афродиты, – благоговейно улыбнулась Кьяра.
– Что за фонари такие?
– Золотые фонари Афродиты выкованы лучшими мастерами Олимпа, а в роли фитилей – волосы самой Афродиты! – с гордостью заявила купидонша.
– И что будет, если их зажечь?
– Энергия волшебного огня разлетится по свету и исцелит разбитые сердца, зажигая в них новую надежду на любовь.
– И где они? – спросил я.
– Сокрыты в башне.
– А где башня?
– Хороший вопрос, Аид.
– Других не задаю.
– Ты же не думал, что величайшая реликвия будет торчать у всех на виду?
– Нет, но очень надеялся.
Кьяра покачала головой и принялась разглядывать местность.
– Где-то здесь спрятаны символы в виде спиралей, – пробормотала она, сосредоточенно переворачивая каждый камень на земле. – Это волшебные руны, которые поддерживают сохранность подобных мест.
При её словах мой зад завибрировал и понёсся к корявому деревцу, растущему у обрыва.
– Стой! Пр-р! – приказал я заду, стремительно несущему меня в пропасть.
Зад остановился за сантиметр от обрыва.
– Фу-ух! – облегченно выдохнул я, хватаясь за сердце.
Бедро само качнулось влево и стукнуло по деревцу. С коры отлетел кусок мха, обнажив символ-спираль.
– Ты нашёл его! Нашёл! – просияла Кьяра и радостно подбежала к находке.
Девушка уверенно нажала на символ, как на кнопку. Раздался глухой щелчок.
Спираль зажглась, завертелась и взорвалась яркой вспышкой! Этот свет рассеял чары, застилавшие землю. Пелена невидимости спала, как магическое покрывало.
Оказывается, вместо обрыва на самом деле простирался холм! А на его верхушке темнела жуткая башня, покрытая глубокими трещинами.
Башня тонула в черных тучах, а по её стенам вился изумрудный плющ. Окошки были настолько маленькими, что в них даже голову не просунуть.
Отовсюду наползал холодный липкий туман, который клубился по земле. И вообще! От местечка веяло невероятной жутью!
Я поёжился:
– Не говори, что нам надо в эту башню.
– А куда же ещё?
– Слыхал я про людей, которые ищут приключений на свой зад. Но у меня наоборот – зад сам ищет для меня приключений.
– Фонари хранятся на чердаке, – пояснила Кьяра. – Обычно, у подобных башен есть хранитель. Он должен провести нас и отпереть дверь чердака.