- -
- 100%
- +
И мне совершенно не хочется признаваться даже самому себе, что внутри-то что-то неприятно царапает от понимания, что, оказывается, Лиза-то была того, в положении, когда мы с ней… А ведь я же решил тогда, что нашел одну-единственную.
– И ты возьмешь ее?
– Куда? – устало выдыхаю. – У нее ребенок. Наш темп работы она не потянет. Да и больничные эти вечные…
– Ты прав, конечно, – мурлычет Илона, прижимаясь все ближе. – Ты у меня самый умный.
Ее лесть давно не цепляет. Но привычка выслушивать это отпечатана во мне слишком глубоко. Пусть отрабатывает роль. В конце концов, этот брак нужен не только мне.
Нас прерывает звонок телефона.
– Слушаю, – отвечаю я.
– Давид, твоя гостья уехала с Марком, – говорит Минаев.
– Чего?! – рявкаю тут же. – Как это с Марком? – я напрочь забываю, что рядом стоит Илона, и что вообще-то этот разговор совершенно не для ее ушей.
– А вот так. Парень мой позвонил, сказал, что тот вцепился в нее и грозился охрану позвать. Я дал добро, чтобы отпустил. Ну, не шоу же устраивать перед офисом.
– Ты совсем меня не слушал?!
– Остынь. Наружку я оставил. Но зачем тебе скандал? Это не то, что сейчас нужно.
Я шумно выдыхаю, понимая, что друг прав. Это ни к чему. В очередной раз Николай прикрывает меня.
– Как она вообще оказалась с ним?
– Узнаю. Но, Давид, Бекетов выглядел очень решительно, – многозначительно добавляет друг.
– А ты откуда знаешь?
– Камеры, – усмехается он. – И кстати, представители “ЭрлКорр” пожаловали. Только что отметились в системе.
– Принял. Спасибо.
Кладу трубку и тут же натыкаюсь на внимательный взгляд Илоны.
– Давай не сейчас, – говорю сразу. – Мне уже пора.
– Конечно, – покладисто соглашается она. – Вечером поужинаем вместе? Отметим твой успех?
– Посмотрим по результатам переговоров, – ухожу от ответа, еще не понимая, что это первый звоночек, который стоило бы заметить и распознать. – Идем, провожу тебя.
Но у лифта невеста вдруг резко выдает, что вообще-то не хочет отвлекать меня от работы. Да и она – девочка самостоятельная.
– Давид, ты иди. Я сама спущусь. Позвони, как будешь свободен – поужинаем, – воркует она. Подозрительно, и мне бы насторожиться, но у меня дел сейчас под завязку, так что этот вопрос оставляю на потом. Киваю и возвращаюсь к себе. Знал бы, чем обернется подобная беспечность, лично бы отвез Илону домой и под замок посадил…
По дороге в переговорную меня перехватывает Иван Мазурин – главный представитель “ЭрлКорр”. Давно с ним знакомы, и как бы мне ни хотелось избежать сотрудничества, увы, это нереально. Устав бодаться на одном сегменте рынка, мы, наконец, решили заключить перемирие.
Переговоры проходят планово. Хотя ощущение подставы меня не покидает. Но пока Мазурин действует предсказуемо – выбивает преференции, как и любой на его месте. Мы оба выиграем, если подпишем договор, однако получить дополнительные бонусы хочет каждый.
Казалось бы, все перепроверили, и не раз. Но что-то меня все равно беспокоит.
– Как прошло? – спрашивает Николай, заходя ко мне в кабинет.
– Все как ожидали.
– То есть через неделю новый раунд.
– Да. Возможно, он же последний.
Ослабляю узел галстука – всегда ненавидел эти удавки. Но что поделать – дресс-код!
– Что по Филатовой?
– Добралась до дома в компании Бекетова.
Раздраженно фыркаю. Вот куда он лезет? Может, что-то прознал? Но как? Или то письмо – его рук дело? Теперь я готов подозревать всех и каждого. Лиза словно добавила в копилку причин, почему никому нельзя верить.
– А что по ребенку?
– Скоро узнаем. Но предварительно – ему и правда полгода.
Стискиваю зубы, чувствуя что-то странное. Неужели разочарование? Да с чего бы? Девчонка сделала все, чтобы ясно показать свою позицию. А теперь вставала в позу обиженки – дескать, это ты виноват?
Знавал я таких. Нет уж, увольте. Тем более была еще и в положении.
Тогда остается еще вариант, что анонимка – просто попытка отвлечь меня от главного. От контракта с “ЭрлКорр”. И надо сказать, вышло удачно, если так подумать. С того момента, как увидел то фото, в мыслях постоянно Лиза и ее ребенок. Даже на переговорах фоном думал – мой ли он? И если да, то какого она скрывала это?
Впрочем, Лиза так уверенно заявила, что он не мой… И все же стоит перестраховаться.
– Думаешь, Бекетов замешан? – верно понимает мою задумчивость друг.
– Не знаю. Но если да… – сжимаю кулаки, и Колян усмехается на это.
– Что тогда? Ты ведь знаешь, что наше сотрудничество с его компанией – залог определенной стабильности. И лишаться ее сейчас крайне недальновидно.
– Не бывает незаменимых, – мрачно возражаю ему, а сам старательно игнорирую подозрения о том, почему же меня так кумарит, что Лиза уехала с другим мужиком.
– Это верно. Но пороть горячку не стоит, Давид.
– Я и не собираюсь. Пока.
– Ну, добро. Кстати, твоя сегодня заходила к нашим системщикам.
– Илона? – хмурюсь, понимая, что сейчас выплывет еще одна проблема. А мне как будто мало того, что уже есть.
– Она самая. И знаешь зачем? – Минаев многозначительно играет бровями.
– Дай угадаю – решила узнать про Лизу?
– Бинго. Спрашивала, на кого оформлен пропуск, и что за девушка к тебе приходила.
Я только тяжело вздыхаю. Порой ревность Илоны выводит меня из себя. Она нечасто себе такое позволяет, и поэтому я обычно закрываю на это глаза. Она удобная, статусная невеста. То, что надо в моем мире. И наша помолвка – такой же бизнес-проект, как и каждая отрасль, в которой есть интерес у моей компании.
Но, как и у любого проекта, у Илоны всплывают свои “минусы”. Они пока что перекрываются плюсами, которые даст наш с ней брак. Но ее маниакальное желание влезть везде начинает утомлять.
– Надеюсь, она не получила то, что хотела?
– Не уверен, – виновато разводит руками Николай.
– Да что ты? Выходит, плоховато работаете, да? – раздраженно скалюсь я.
– Разбор пацанам я уже устроил. И они так-то не ответили ей, сославшись на конфиденциальность. Но ты же ее знаешь… Твоя дама умеет находить подходы.
– Уже нашла?
Друг молчит, но по лицу я понимаю – нашла. Шикарно, что еще сказать?
– Смертника этого рассчитать.
– Давид…
– Даже не начинай! – злюсь я. – Это моя компания! И люди здесь должны быть ей преданы. А не тому, кто поманит их!
– Ладно, дело твое. Но учти – так ты всех разгонишь. Кто работать будет?
– Найдешь новых, – отрезаю тут же.
– Высокие у вас отношения с невестой, – усмехается друг. Знает ведь, чертяка, почему я согласился на этот брак, и все равно подкалывает. – Ну да ладно. Вопрос решу.
Киваю удовлетворенно. Пусть так. Не потерплю слива информации. Хватило уже и тех лазеек, которые не так давно закрыли. Вроде прошерстили всех, а все равно по итогу – пшик.
Ну, и мне еще иррационально не хочется, чтобы Илона узнала хоть что-то про Лизу. Потому что это – только мое дело. Особенно пока неясно, что там с ребенком на самом деле.
Коля уходит, а я все же ближе к вечеру не удерживаюсь и связываюсь с ребятами из наружки, чтобы узнать – как быстро свалил Бекетов, и уже успокоиться. Вот только все выходит совершенно наоборот.
– 4 Лиза -
Вопрос Марка застает меня врасплох. Я-то понадеялась, что он не понял, от кого эти люди.
– Лиза?
Матвей, как назло, ведет себя тихо и никак не перетягивает на себя внимание.
– Это просто недоразумение.
Не знаю, как трактует мой ответ Марк, но тему не развивает.
Пока едем, я то и дело поглядываю на мужчину. Он ведет уверенно, спокойно. Так, как я люблю. Бывало, что садишься в такси, а уже через пять минут жалеешь, что пешком не пошла.
Так вот Марк ведет так, словно у него в салоне большая ценность. Это позволяет немного расслабиться после непростого разговора с Давидом. До сих пор мороз по коже от его тяжелого взгляда. А ведь я помню его совсем другим…
– Подождешь немного или пойдешь со мной? – спрашивает Марк. Вздрагиваю и понимаю, что мы припарковались возле торгового центра.
Матвей только-только заснул, тащить его куда-то сейчас не очень-то разумно. Но с другой стороны, так у меня будет возможность заплатить самой.
А главное – только сейчас до меня доходит, что дешевле было бы вызвать такси.
– Он ведь уснул, да? – замечает мои сомнения Марк. – Пусть отдохнет. Я быстро.
– Но…
– Если, конечно, тебе будет спокойнее тащить малыша в шумный магазин – не вопрос.
– Марк, я лучше вызову такси. Спасибо, что увез от центра, но дальше мы сами.
Он хмурится и разочарованно качает головой.
– Я тебя чем-то обидел или задел? Спросил лишнее? Прости, если полез не в свое дело. Просто хотел помочь.
Мне до жути неловко. С одной стороны, я и правда трудно схожусь с людьми после предательства Давида. А с другой – не хотелось бы обижать хорошего человека. Но и ошибиться боюсь. Теперь я несу ответственность прежде всего за сына.
– Марк, я привыкла справляться сама. И напрягать тебя не хочу. Ты не обязан тратить время или деньги, так что…
– Лиза, хватит нести чушь. Мне несложно помочь. К тому же когда-то я тоже оказался в непростой ситуации, и мне точно так же помогли неравнодушные люди. Считай, я возвращаю кармический долг.
Я сдаюсь под его требовательным взглядом и робко киваю.
– Хорошо, я подожду в машине.
– Договорились. И что насчет коляски? Я правильно понял – у тебя ее забрали?
Неприятно признаваться в этом. Кажусь себе еще более несостоятельной, раз так легко сдалась. Но в тот момент мне хотелось бежать как можно дальше от Грановского и его дуболомов.
– Нет, все нормально. Ничего такого, – улыбаюсь натянуто, потому что покупку еще и коляски я себе позволить сейчас не могу. Как уж теперь гулять с Матвеем, ума не приложу. Разве что у соседки попросить взаймы, хотя это, конечно, та еще морока будет, но куда деваться? Не к Давиду же с поклоном идти.
– Ладно, – кивает Марк и уходит. Мне вроде бы и спокойнее так, но теперь мысли крутятся вокруг коляски. Может, все же позвонить Грановскому и намекнуть, что его охранники оставили ребенка без средства передвижения? Но это лишний раз напоминать о себе, а привлекать внимание этого мужчины не стоит. Он вроде бы поверил мне сегодня, но что если снова задастся вопросом? Или копнет поглубже?
В общем, в итоге я даже задумываюсь о том, чтобы влезть в деньги, которые откладывала на будущие крупные покупки.
Когда хлопает дверь багажника, вздрагиваю и оборачиваюсь. Марк что-то укладывает, а затем открывает пассажирскую дверь и показывает автолюльку. Матвейка дрыхнет без задних ног, так что выбраться с ним и уложить в кресло выходит без проблем. Усаживаюсь рядом и ужасаюсь, когда вижу сбоку марку нашей обновки. Когда я заявила, что отдам деньги, то вовсе не рассчитывала, что мужчина купит что-то дорогое из лимитированной коллекции. И теперь, кажется, покупка новой коляски меня уже не так пугает, как необходимость расплатиться за вот это…
– Лиз, все в порядке? – настороженно спрашивает Марк, а я медленно киваю и сцепляю пальцы, чтобы унять нервную дрожь. Потому что я в ужасе.
– Точно?
– Ага…
– Адрес-то скажешь? – усмехается он, а мне вот совсем не смешно. Отступить от своих слов я уже не могу. Да и не позволю никому делать такие дорогие подарки. Но и как решить эту проблему, попросту не знаю.
Называю улицу и дом, а сама всю дорогу как на иголках. Решение сложное, но второй раз на те же грабли? Нет, спасибо.
Когда добираемся до места, Марк выходит из машины и помогает вытащить люльку. Матвей по-прежнему спит, и это хорошо.
Пока я подбираю слова, мой спаситель направляется к багажнику, и я решаю воспользоваться этой возможностью, чтобы прояснить щекотливый момент.
– Марк, спасибо тебе огромное. Если позволишь, то деньги я тебе переведу на карту частями, – заикаясь, говорю и при этом смотрю в сторону. Но когда все же рискую поднять взгляд на мужчину, то становится не по себе. А потом замечаю стоящую рядом детскую коляску. Из той же люксовой серии.
Ну все, теперь я точно попала.
– Лиза, ты шутишь?
– 5 Лиза -
Марк неодобрительно смотрит – будто уже знает наперед все, что я скажу.
– Какие еще деньги? – грозно спрашивает он.
– За люльку и… – опускаю глаза на коляску. Боже, сколько же она стоит?
– Знаешь, Лиз, я понятия не имею, кто тебя так обидел, что ты не позволяешь тебе помочь и в простом жесте видишь черт знаешь что, но я ничего подобного не имел в виду. Я не всегда зарабатывал много, и поверь – что такое нужда, и сколько всего нужно ребенку, знаю. Поэтому если простое человеческое желание помочь тебя задевает – извини, но я не умею по-другому. Там, где я вырос, это нормально.
Он говорит негромко, сдержанно, но в каждом слове чувствуется, как задели его мои слова. И мне становится стыдно! Хотя я ведь не просила же, не искала его помощи!
Повисает нехорошая такая пауза, и мне бы уйти. Может, даже гордо задрав голову и оставив все покупки мужчине – пусть сам разбирается. Но, во-первых, Матвей спит в люльке, а во вторых – мне и правда неловко, что мои внутренние страхи обидели, возможно, хорошего человека.
– Давай так – я помогу тебе отнести вещи. И уйду. Не волнуйся, навязываться или проситься в гости не стану. Но подумай о ребенке – для меня эти суммы незначимы. Ты точно хочешь из-за своей гордости ущемить сына в чем-то другом?
Его прямолинейность коробит, но в то же время обескураживает. А еще я понимаю, что Марк прав. Я не располагаю большими финансовыми возможностями. Конечно, для Матвея я стараюсь купить не только необходимое, но и побаловать. Однако пока я не работаю полноценно, это довольно проблематично.
– Ладно, – тихо соглашаюсь в итоге.
Марк кивает, берет коляску и, поймав мой упрямый взгляд, все же не трогает люльку. Мы молча доходим до подъезда, поднимаемся на лифте на мой этаж. Все это время меня грызет чувство вины. Я так привыкла полагаться только на себя, что не верю никому. Если уж даже родители отказались помогать, то с чего бы незнакомому мужчине впрягаться в чужие проблемы без выгоды для себя?
И все же Марк производит впечатление порядочного человека. Или мне просто хочется так думать?
– Помочь? – спрашивает он, когда у меня никак не выходит достать ключи из сумки.
– Да, если несложно.
Все же передаю ему люльку и справляюсь с ключами. Дверь открыта, но Марк тактично ждет, пока я войду первая, и только после этого заносит коляску.
– Извини, если что не так, – скомканно прощается он и выходит из квартиры.
С одной стороны, мне все еще неловко и стыдно за свою реакцию, а с другой – я выдыхаю с облегчением. Нехорошо, конечно, вышло, но лучше перестраховаться.
Подумать об этом не дает Матвейка – просыпается и дает понять, что в люльке ему не так уж и удобно. Я только успеваю достать сына и переодеть, как раздается звонок в дверь.
Уверенная, что это соседка, открываю дверь, даже не посмотрев в глазок. Вот только там оказывается Марк.
С которым мы только что попрощались, и который обещал не навязываться…
Неужели я все же ошиблась насчет него?!
– Извини, ты забыла вот, – мужчина протягивает мне любимую погремушку Матвейки. Вот растяпа-то. – Не знаю, важна ли она…
– Спасибо, – смущенно говорю, но не забираю, а открываю дверь шире. – Проходи – через порог не дают.
Марк понимающе улыбается и совершенно не корит меня за эту, возможно, глупую примету.
Только когда он заходит, забираю вещь, а Матюша радостно агукает, увидев свою игрушку.
– Его любимая, – поясняю тут же. – Извини, что тебе пришлось возвращаться. Я слегка растерялась, вот и не заметила, что она выпала.
– Ничего. Все в порядке.
Мужчина снова делает шаг к двери, а у меня слова сами вырываются:
– Марк, может, чаю?
Тот медленно оборачивается и странно смотрит на меня.
– Если это удобно, – наконец, отвечает Марк. Я осторожно улыбаюсь и делаю приглашающий жест. Сын тоже решает поприветствовать нашего гостя и забавно агукает, да ещё и ручку протягивает к тому. Мужчина растерянно смотрит на него, а затем на меня.
– Он тоже тебя приглашает, – поясняю жест малыша.
Квартира у меня весьма скромная. Однушка, которая досталась мне от бабушки. Если бы не она, выжить нам с Матвеевой было бы куда сложнее.
Но никакого пренебрежения или недовольства на лице гостя я не замечаю.
Пока усаживаю сынишку на стульчик, тот уже ставит чайник. Словно имеет на это право. Но вот что интересно, мне бы возмутиться такому, но я испытываю лишь легкое недоумение. И будто прочитав мои мысли, Марк спохватывается:
– Прости, мне не стоило самому хозяйничать.
– Привык все контролировать? – пытаюсь перевести разговор в шутку. Но мужчина отводит взгляд и, кажется, мрачнеет.
– Пытаюсь.
И снова эта неловкая пауза. Когда чай разлит, а скромное угощение на столе, Марк задаёт очень опасный вопрос:
– Ты работала у Грановского, да?
Я давлюсь от неожиданности и начинаю кашлять. Совсем не этого я ожидала. И тут же жалею, что решила отблагодарить Марка за доброту.
– Прости, – с трудом выдавливаю слова. – Почему ты так решил?
– Потому что просто так к ним не приходят. Либо ты работник в декрете, либо потенциальный клиент.
– Не тяну я на клиента, да? – невесело усмехаюсь. Вроде бы все понятно, не выгляжу я так же, как та девица, которая к Давиду ввалилась, и не должно меня это волновать, а все равно неприятно. Женское самолюбие – штука хрупкая. А Грановский подкосил мою самооценку весьма ощутимо.
– Будь ты клиентом, тебя бы не оставили одну в холле, а обязательно проводили бы до выхода из здания, – легко развеивает мои надуманные обиды Марк. И мне снова становится неловко – опять подумала про него хуже, чем стоило бы.
– Да я так, приходила к знакомому, – туманно отвечаю, надеясь закруглить неприятную тему. – А ты правда – генеральный директор? – спрашиваю, чтобы перевести разговор.
– Успела прочитать табличку? – усмехается Марк.
– Честно говоря, мельком.
– То есть имя и фамилия прошли мимо. – Я смущенно киваю. Да не до этого мне было. – Бекетов Марк, – добавляет он. – Вдруг ещё будешь у знакомого. Сможешь заглянуть в гости. Если захочешь, конечно.
Мы ещё немного болтаем, а потом Матвей начинает капризничать, и Марк тактично говорит, что ему пора. Но уже в дверях останавливается и вдруг спрашивает:
– Я обещал не навязываться, но если ты не против, хочу пригласить тебя на прогулку. Вас двоих.
Нервно сглатываю и теряюсь от его предложения.
– Марк, слушай, я не ищу отношений, у меня сын и…
– Лиз, просто прогулка. Я достаточно взрослый, чтобы понимать, что ребёнок у тебя на первом месте. Просто… – он выглядит немного растерянным и озадаченным. – Мне интересно и приятно с тобой. Я постоянно по уши в работе и, честно говоря, редко куда-то выбираюсь. Но с вами хотел бы. Впрочем, если это неприемлемо для тебя, то просто забудь.
Меня подкупает искренность в голосе Марка. Возможно, я ошибаюсь, но что-то в его голосе располагает, заставляет допустить, что мужчина и правда открыт и честен со мной.
– Ладно, – второй раз соглашаюсь с ним. В конце концов, это же просто прогулка.
– Заеду завтра вечером, идёт?
– Конечно.
Марк подмигивает Матвейке, отчего тот заливается смехом, после чего наш гость все же уходит. И я даже не подозреваю, чем в итоге для меня обернется это согласие.
– 6 Давид -
Илона все же добивается своего – мы идём в ресторан. Можно было бы послать все лесом, но сил ругаться с ней нет. И так весь день на взводе. Да ещё и анонимка эта никак не выходит из головы. Если это не мой ребёнок, то зачем было присылать письмо? И как про Лизу вообще хоть кто-то узнал?
– Давид, ты опять о своих делах думаешь, – обвиняюще говорит Илона.
– Се ля ви, – вяло отвечаю ей, продолжая гадать, кто мог пойти на такое.
– Ты вот ругаешься, что я лезу в твои дела, а между прочим, сам даже не понимаешь, что ходишь по краю, – неожиданно заявляет она.
– Поясни.
Илона победно ухмыляется и откидывается на спинку стула.
– Твоя эта знакомая сегодняшняя, – многозначительно говорит она. – Ты хоть знаешь, кого чуть не пригрел у себя?
Едва сдерживаюсь, чтобы не залепить ей словесного леща. Но зная Павловскую, уверен – сейчас она выдаст что-то еще.
– И?
Однако вместо слов та достает небольшой конверт и кладет передо мной.
– Сам смотри.
Меня накрывает нехорошее такое предчувствие, но я все же забираю тот и вскрываю. Несколько размытых фото, а также выписка со счетов. Ну, и еще пара бумажек, которые отлично укладываются в общую картину происходящего. А именно – несколько утечек информации, слитые конкурентам макеты и не только.
Выходит, Лиза как-то причастна к тем событиям, которые моя служба безопасности расследовала не так давно?
Поднимаю взгляд и вижу триумф на лице невесты. А еще ревность. Уж эту эмоцию, как бы она ее ни прятала, я всегда могу разглядеть. Тоже не особенно понимаю этого – мы же обо всем договорились, и про чувства речи не идет вовсе.
– Что скажешь?
– И когда ты раскопала все это?
– Всего за полдня. Ты же знаешь – у отца полно хороших специалистов в этом деле.
Что есть, то есть. Папаша у Илоны тот еще фрукт.
– А с чего ты вообще стала проверять Лизу?
Меня иррационально тянет ткнуть Илону носом в то, что она ведет себя недостойно, и что ее проверки – то, чего быть не должно. Даже если по факту это вскрыло очень нехорошие вещи – это совершенно точно не ее дело.
Расчет оказывается верным, Павловская дергается и зло хмурится.
– Предчувствие, Давид. Оно меня никогда не обманывает. У меня крайне развита интуиция, так что я знаю, когда и что надо делать, – самоуверенно заявляет невеста.
– А поточнее? Это ты так устраняешь конкуренток?
– Котик, о чем ты? – елейно улыбается она. – Я же знаю, что ты – только мой. Или ты хочешь намекнуть, что эта серая мышь – твоя подстилка?
Несмотря на мое разочарование в Лизе, в этот момент хочется Илону не просто поставить на место, а заткнуть так, чтобы она больше даже имени ее не произносила.
– Не испытывай мое терпение, Илона. И в это, – киваю на бумаги, – больше не лезь. Узнаю – тебе не понравится.
– То есть тебе плевать, что у тебя под носом такое? – возмущенно фыркает она. – Давид, я вообще-то для тебя стараюсь!
– Сходи отцу помоги, – раздраженно осаживаю ее в который раз. – Не вынуждай меня сомневаться в том, что я сделал правильный выбор, согласившись на брак.
Илоне мои слова не по душе, но она молчит. Только губы недовольно поджимает.
В общем, остаток вечера проходит спокойно. Да вот только мысли о Лизе меня никак не покидают. Потому что либо я совершенно не разбираюсь в людях, либо кто-то ведет двойную игру.
На первый взгляд Лиза не производит впечатления ушлой шпионки. Мы познакомились, когда она делала один из дизайнов на заказ для моей компании. Столкнулись случайно, когда она приехала для согласования каких-то деталей.
Все до банальности просто – у нее разлетелись документы, я присел, чтобы помочь собрать.
Никогда до этого не верил в розовую чушь вроде любви с первого взгляда.
А на Лизе вот залип. Да так, что следующий месяц у меня словно крылья выросли. Правда, закончилось все это не менее банально. Стоило бы догадаться – не могло быть все так хорошо. Но увы.
Впрочем, теперь выяснилось, что она не просто нашла мужика побогаче, она еще и крутила с кем-то у меня за спиной. Или уже крутила со мной, зная, что в положении. Черт знает, что у Лизы было тогда в голове.
Разумнее всего просто выбросить из головы и ее, и мысли эти ненужные. Но фото, которые так ловко раздобыла Илона, хотелось бы проверить.
И следующим вечером еду к Лизе домой. Поднимаясь на нужный этаж, прокручиваю, как начну разговор, и как выведу Филатову на чистую воду.
Вот только план мой идет лесом – потому что дверь мне открывает не Лиза, а Бекетов. Тот, с которым у нас довольно плотное деловое сотрудничество, и с кем портить отношения сейчас не просто нежелательно, а очень и очень глупо.
– 7 Давид -
Весь день я нахожусь в легком смятении. Волнуюсь так, словно в первый раз пойду на свидание. А ведь я дала себе слово не рассматривать нашу прогулку в таком ключе. Но все равно волнуюсь. Да, Марк вел себя более чем прилично, однако мужской интерес с его стороны я все же чувствовала. Но настолько сдержанный, что мне могло и показаться. После того, как Давид цинично бросил меня, я ведь даже не смотрела в сторону мужчин.
Матвей весь день капризничает, и я даже уже начинаю сомневаться, что стоит куда-то выбираться, как в дверь настойчиво звонят.