Попаданка на отборе. Побег от трона

Нет у меня ни стыда, не совести. И головы мне не надо, пустая все равно. И шампанское тоже происки врагов и нечистой силы.

— Ма-а…

И работы нет. Уволили по сокращению, чтобы к ним налоговая ходила так же часто, как шеф меня штрафовал за лишнюю минуту в туалете. Козел! Так и живем. Макароны, овощи и подработки. А кому, скажите, сейчас легко?

— Ма-а?..

Так, стоп, и детей у меня тоже нет, какая «ма-а»? Святой дух не залетал, полотенцами проверенными вытиралась, а Андрей уже третий месяц как выселен к своей маме. Тьфу три раза через плечо, чтобы там так и жил. И чтобы его мама обо мне не вспомнила и не вернула дитятко в мои ручки.

Одна моя радость и отдушина — хобби. Когда вокруг разброд и шатания, лучше нет, чем нацепить на себя орочьи шмотки и отыграть роль. Ну и пофоткаться, и в инстаграм все выложить, и в прямой эфир видюшек бросить, а потом у костра песни петь… А ребенок не знаю чей, в нашей тусовке вроде такого не было. Новых игроков, кроме меня, за последний год точно в списках не добавилось.

— Матти?

— Что тебе, дитя? — нежно прокаркала я, разлепив кое-как глаза. Шампанское вчера было лишним, особенно после пива и по жаре. Внутри черепа будто кувалдой лупили, а еще говорят — мозга нет, болеть нечему. Врут.

А главное — чье ты дитя. Перед глазами перестало двоиться, я даже бровью не шевельнула. Все-таки ролевик — это почти что диагноз, так что пацаненок лет восьми при полном параде меня не удивил.

— Матти, — трагически повторил ребенок, вылупив на меня синие глазищи. — Матти, тебя родители срочно зовут. Срочно-срочно. Сию секунду.

Мальчишка сидел на кровати совсем по-хозяйски, с ногами, и одет был как паж. Я таращилась на него и пыталась сообразить, что вообще происходит, во-первых, в голове было соответственно не очень свежо, во-вторых…

Как только я чуть повернула голову в сторону, до меня тут же дошло. Караул! Это я вчера после нашей фотосессии с возлиянием все перепутала. Пошла на автопилоте и свернула в чужой коттедж. И как только автопилот мог так ошибиться?

Впрочем, я его понимала. Стоило осмотреться, как тут же меня охватила дичайшая зависть: вот это у них антураж! Мы все по буеракам, шалашам и деревянным срубам играем, заброшенные замки еще бывают, в смысле новорусские недострои конца девяностых. Одежду большинство себе сами шьют. А здесь мало того, что ребенок одет на половину моей зарплаты, так еще и номера в коттеджах декорированы профессионалом. Любопытно, где хозяин этого великолепия…

И балдахин, и потолок разрисованный, не Леонардо, конечно, но тоже сойдет. Офигеть не встать! Ну и я, разумеется, обнаглела настолько, что облачилась в чужие шмотки.

Как бы фигово мне ни было, но сначала меня подкинуло на кровати, а потом попустило. Теперь пошевелиться было страшно. Неизвестно, сколько за эту ночнушку платили, порву еще ненароком, на ощупь дорогая — хороший смартфон купить можно. Но раз пацан сидел на кровати, значит, все это добро его матери принадлежит или сестре, можно попробовать договориться. И извиниться, а то, может, мы в одной кровати еще спали.

Совсем как-то нехорошо. Проще — кошмар. Даже руки затряслись. Хотя это шампанское виновато.

— Малыш, — изрекла я и побледнела от звука голоса. Играть я не брошу, но со спиртным буду впредь осторожнее. — Малыш, а где твоя мама? Приведи ее, пожалуйста. Честно, мне… — Да-да, и одеялом прикрыться не помешает. Честно — мне нехорошо. — Мне неудобно, но если я что испортила, я оплачу.

Пацан отодвинулся и захлопал глазами.

— Матти? Мама сказала, чтобы ты пришла к ней!

Точно что-то испортила. Если на этой самой «маме» была шмотка по цене крыла «Боинга», придется отдать все свои накопления. Это уже не кошмар — катастрофа. Тем более если «сказала», то список моих прегрешений уже ждет. Кто тут еще кроме нас играл? В голове, как назло, дыра. В прошлый раз половину леса отжала какая-то нефтяная компания, а уж тачки стояли…

И в этот раз мы, когда шли с автобуса, то протискивались мимо выставки тачек по три миллиона. Охрана нас чуть ли не пинками погнала мимо.

Господи, что же мне так везет?! Попала я хорошо...

— Выйди, что ли, — неуверенно попросила я, чувствуя, как бледнею. Причем не от ожидаемой тошноты. Расслабилась, как же, поиграла. Доигралась. Наши меня, наверное, ищут уже, потеряли орчиху-колдунью, а я тут на бабки попала. Знать бы хоть на какие, а то еще возьмут и не выпустят. Придется почками расплачиваться, печень, кажется, уже никто не возьмет. — Ага, да, я… сейчас приду.

Мальчишка слез с кровати, и вид у него был как у наследного принца. Бог всех ролевиков, только пусть его мать будет не жена олигарха! Я еще жить хочу лет пятьдесят, и хорошо бы все это время не на одних макаронах!

Мальчишка подошел к двери, я смотрела ему вслед с содроганием. А вдруг я с его отцом тут спала? Это, конечно, приличней, чем с матерью, ну наверное, но ведь его мать сейчас с меня шкуру сдерет. Лучше и не выходить из комнаты. А может, удрать? В окно выпрыгнуть? Но не в ночнушке же прямо под камеры.

Я заозиралась. Где-то тут должны быть мои орочьи тряпки — штаны из старой шубы, безрукавка, накидка, куча амулетов и добротные кожаные сапоги… Полгода потратила на пошив. Но шмоток не было вокруг кровати. Куда я их дела?

А мальчишка тем временем обернулся и ехидно на меня посмотрел.

— Матти, мама сказала — без фокусов!

И свалил. Вредный, стервец, что из него только вырастет.

А это уже была угроза. Я даже протрезвела.

Я ощупывала свою шелковую ночнушку — ее трогать было страшно, не то что носить — и думала, как дальше быть. Может, мне повезет, посмеемся и все? Богатые люди же в принципе странные. Если уронят «айфон» последней модели, расстроятся, что опять настраивать все, а не сто тысяч платить.

Хотя бывает, что такие вот миллионерши заставят всю кассу снимать, если случайно ценник на три рубля не соответствует. Я знала, о чем говорила, следила ведь за ними в социальных сетях. Интернет, он все про всех знает!

Так что, поржем или касса? От неопределенности я пожевала палец, но не помогло.

Я спустила ноги, прислушиваясь к ощущениям. Они говорили — секса с мужчиной не было, это уже хорошо. Значит, за совращение чужих мужей отвечать не придется. Наверное. Но где мои шмотки, в конце-то концов?

Шмоток не было. Была комната, огромная, полулюкс, а то и круче, плотные шторы, и я не стала их раздвигать, чтобы узнать, что там, за окном. И так понятно — виллы с бассейнами. Это мы с ребятами еще в первый раз выяснили, подглядывали через забор. Был шкаф с резными дверцами, пара изысканных стульев — из натурального дерева, не иначе, приоткрытая дверь в чужую ванную и халат. Тоже шелковый, и, подумав, я решила, что это меньшее из зол. Как-нибудь разберемся, все мы люди, со всеми бывает.

Правда, как-то сердечко нехорошо застучало! Не хотелось встречаться с какой-то там «мамой», но выбора не было. Ну поорут, не в бетон же закатают. Хотя все может быть.

За дверью был коридор. Завязывая проклятый халат — неудобный, и чего только эти миллионеры так тащатся по шелку, — я осмотрелась. Голоса слышались где-то поблизости, и мне сразу расхотелось туда идти. Мужской голос и женский, или два, и… недовольные, черт.

Все-таки где-то я накосячила. Ну в кого я такая несчастливая?! То роль попадется скучная, то элемент костюма отпадет или краска с лица посыпется, а то по пьяни залезу в чужой дом. Сказка «Маша и медведи» на современный лад!

Можно было бы, конечно, сбежать, но эту мысль я подумала и откинула. Здесь наверняка куча камер, найдут в два счета, до своих добежать не успею. Шлепая босыми ногами и путаясь в подоле ночнушки и халата, я подошла к двери, откуда доносились до меня голоса, глубоко вздохнула и сунула голову в щель.

— Ой, извините, пожалуйста, а? Честно, я очень нечаянно.

Я вошла целиком, предварительно убедившись, что в меня ничего не летит, в меня не стреляют и даже не собираются громко орать. Возможно, в среде миллионеров это было не принято.

— Матти?

— А? — переспросила я, потому что до меня только что дошло, каким именем меня называют. «Матти»? Может, я по пьяни что-то наговорила не то? Или меня не так поняли. Я уже открыла было рот, чтобы объяснить все суровому мужику, стоящему у окна, красивой женщине в длинном платье — если я такое же умудрилась порвать, можно уже выставлять на продажу бабушкину «однушку» и молиться, что хватит, и заплаканной девчонке лет двадцати. — Я сейчас все…

— Что это за вид, дорогая? — поинтересовалась женщина, склонив голову набок. Ух, каким свирепым взглядом меня одарили. Но хоть не матом с порога, а то я уже как-то настроилась.

Вид как вид. Что нашла, то и надела, пожала плечами я, хотя намек ее был понятен. Нечего рядиться в чужое. Ну, извините, не в одеяле же идти…

— Погоди, Лаура, — остановил ее жестом мужчина. Я никак не могла понять, что за эпоха и что за канон. Платье на женщине вроде бы близко к концу восемнадцатого века, а мужчина одет в сюртук. Может, не историческая реставрация, а фэнтези какое-нибудь? — Ты еще не готова, Матти?

— Или у тебя опять какие-нибудь отговорки? — перебила его женщина и поднялась. Вид у нее стал еще более недовольный, она обернулась к девушке и резко окликнула ее: — Дженна, хватит реветь! Ты сама виновата!

— Не будем сейчас выяснять, кто в чем виноват, — поморщился мужчина. — Что Дженна сделала, все равно не воротишь. Думаю, никто ничего не заметит. Формально мы выполним указания — отправим дочь. К тому же еще не факт, что Матти вообще пройдет на отбор.

Дженна взглянула на меня потрясающе красивыми глазищами — почему-то с жалостью. А я… На что у мальчишки были синие глаза, но это… меня даже зависть скрутила. Такие линзы, наверное, стоят как моя годовая зарплата. А, зараза, меня же уволили, теперь даже сравнить не с чем! И сама Дженна была хоть на обложку, слишком идеальная.

Вокруг все было слишком идеально, и присутствующие на меня смотрели так, будто я должна была что-то сделать.

И в этот момент до меня наконец-то дошло.

Это вообще не хозяева моей комнаты! Это игроки, ролевики, только богатые, естественно, и они понятия не имеют, что в комнате Матти спал не тот человек. От облечения я едва удержалась на ногах.

— Я вам сейчас все объясню, — я покашляла. — Видите ли, я… ну… в общем, я здесь оказалась случайно. Перепутала коттеджи, мы вчера… слегка… ладно, не очень слегка… но со всеми бывает… но если я что-то испортила, я все возмещу. Может, в рассрочку.

Вышло у меня неубедительно, и я сама поняла, что блеяние мое на извинение не тянет. Мужчина нахмурился, Дженна облизала губы — и они у нее, черт, хоть сейчас на рекламу помады, — а Лаура скривилась так, будто я ей лимон в рожу сунула.

— Ну, поймите, это случайность… Я вам номер паспорта оставлю, да? — попыталась я второй раз. — Извините, если...

— Это тебе не поможет, Матти, — оборвал меня мужчина. — Мы все обсудили уже и не раз. Твоя сестра старше, она отличный маг, но она… — он бросил на Дженну косой взгляд, и бедняжка стала одного цвета со своим салатовым платьем. — Но отказать королю — нет, увольте. Едут сто двадцать кандидаток, сколько из них изберут, никому не известно, но будь уверена, секретари пересчитают. Ты хочешь, чтобы меня лишили поста, дома и содержания?

Я помотала головой, хотя хотелось закатить глаза и топнуть ногой. Упертые же люди! Или это я в сценарий попала? Черт, как разобраться? Но мне ничто не мешало покивать, когда надо, а потом отыскать свои шмотки и тихо уйти, раз на бабки меня пока что не ставят. И да, до этого хорошо бы найти, где мобильник.

— Иди одевайся. У тебя есть час, экипаж будет подан к этому времени. И никаких выходок на пути в столицу!

— Магия не выпустит тебя из экипажа, я позабочусь об этом, — вмешалась Лаура. Дженна ахнула, а мужчина ухмыльнулся и кивнул:

— Матти, это для твоего блага. Если все обойдется, то завтра к вечеру будешь дома.

— А если нет? — подала голос Дженна, и я готова была от зависти взвыть. Хорошо, если она — результат ста пластических операций, а если она такой родилась? Мать-природа, ты совсем озверела? Или у тебя тоже совести нет? — Матушка, если Матти… если она все же…

Лаура и мужчина переглянулись. Я так и не поняла, они то ли роли забыли, то ли им надоела эта прелюдия. Они ничего не сказали, а Дженна подошла ко мне и виновато попросила:

— Пойдем?

Я тут же схватилась за ее руку. Ну слава богу, сейчас я все объясню этой красавице на горошине. Может, и вещи свои найду.

Глава вторая

— Матти, я не хотела, ты знаешь.

Не успела за нами закрыться дверь, как Дженна схватила меня за вторую руку и опять зарыдала. Мне стало не по себе. Ролевки — это ведь хобби, кто-то лучше играет, кто-то хуже — запинается, роль забывает или переигрывает. Но вот это — то, как Дженна плакала — было странно. Очень правдоподобно! Я смотрела на нее и гадала — то ли она такая актриса прекрасная, то ли на каких таблетках сидит. Или я на таблетках? Может, мне все это кажется, а так я уже в дурке лежу? Захотелось проснуться. Ну или хотя бы чтобы слегка отпустило.

— То есть я не хотела и не хочу, чтобы ехала ты. Но я… ты…

— Так, ладно, — оборвала ее я. — Это все замечательно, но я, серьезно, не из вашей тусовки. У вас тут что за игра?

Дженна перестала реветь, только всхлипнула, а потом отпустила мои руки и опять уставилась на меня.

— Перестань на меня так смотреть. Это бесит, — сказала я. Еще чуть-чуть — и я с криком выпрыгну из окна, так мне надоело все. И голова разболелась сильнее. — Я случайно сюда попала и…

— Матти, правда, тебе не поможет, — вздохнула Дженна и посмотрела с укоризной, что ли, как на несмышленого ребенка. Она картинно выдержала паузу и серьезным тоном продолжила: — Да, я виновата. Но это не повод вести себя так…. недостойно. Сначала ты заболела, потом что-то съела, потом тебя укусила лошадь, теперь что? Потеря памяти? Я на твоем месте тоже бы не хотела ехать. Но поехала бы, если бы не Бриан…

Пол под ногами поехал, а может, это меня качнуло. Что за прикол? Мне резко захотелось куда-нибудь сесть. Попутно я дала себе слово больше не пить, смотреть, куда иду ночевать, и стараться обходить стороной всяких психов. У нас хоть тусовка нормальная, а эти какие-то чокнутые. Интересно, они игрокам головы по-настоящему рубят? А как отмазываются потом?

Дженна тянула меня в мою комнату. В ту, которую я занимала. Я не сопротивлялась, вспомнив, что с психическими лучше делать покорный вид и соглашаться. У них, если что, имеется справка, а у меня только голос, и то какой-то не мой. Ори, не ори, а врач тут вряд ли дежурит. Но комната меня устроила полностью, тем более что первой задачей было отыскать телефон.

— Мы ведь похожи с тобой, — заявила уже переставшая реветь Дженна. Издевается, что ли? Да, перепады настроения для психов тоже весьма характерны, но я бы так нагло все-таки не врала. — Никто ничего не заметит. Конечно, я маг, а ты — неодаренная, но на отборе нельзя использовать магию.

Я кивала, между делом обшаривая кровать. Там мобильника не было, в тумбочке тоже, зато я нашла какую-то книгу в кожаном переплете и пару перьев. Достойное оружие! Воткнуть бы их сейчас кому-нибудь в подходящее место. Но мне было некогда, и я встала на колени, заглянула под кровать, пытаясь хоть там увидеть несчастный телефон, а Дженна все тарабанила:

— Тебя могут и не отобрать. Шанс очень маленький. Совсем. Ведь сто двадцать невест, а выберут три, четыре. В прошлый раз вообще было две…

— И что с ними стало? — зачем-то спросила я. Мобильника не было, и я с досадой поднялась и уставилась на Дженну.

— Ничего, — пожала она плечами, — они вернулись. Ты же это прекрасно знаешь. Иногда погибают, но это редко. Но даже если ты и дойдешь, тебе надо заставить…

— Ой, все, — вот теперь мне уже надоело по-настоящему. — Слушай, у вас здесь все круто, и гейм-мастер, наверное, сценарист с центральных каналов. Правда, круто. И платьишко у тебя стоит как хорошая тачка. Не знаю, кто ты такая, но….

— Я твоя сестра, Матти, — Дженна наклонила голову, оценивающе меня рассматривая. — И платье мое стоит гораздо дороже тачки и даже дороже лошади. Хорошо, я отдам тебе весь свой гардероб, если ты такая… завистливая. Но раньше я за тобой этого не замечала. — Она подумала. — Впрочем, я все равно через два месяца в эти платья уже не влезу, так что…

Дженна нежно погладила свой живот, а я села на кровать, закинула ногу на ногу и подперла подбородок рукой. Пока эта красотка не выскажет все, что ей написали в сценарии, наверное, от меня не отцепится.

— Знаешь, я бы даже хотела, чтобы ты успела на свадьбу, — сказала Дженна.

— И когда? — вяло спросила я.

— Через три дня. Ты же знаешь.

Знаешь, знаешь, вот заладила! До нее, похоже, не доходило, что я этот сценарий даже в руках не держала. Правду говорят, видимо, что если на лице красота, в голове абсолютно пусто.

— Я очень люблю тебя, Матти. — По ее тону мне показалось, что это уже конец опостылевшей мне сцены. — Мне жаль, что так получилось. Мне даже жаль, что отбор дошел до нашей семьи. Никто не рассчитывал, что невесты будут без титулов.

— А у нас титул есть? — так же вяло поинтересовалась я и все чаще косилась на окно. Может, выпрыгнуть, а? Тошно-то как!

— Ты только при отце такое не выдай! — поморщилась Дженна, а потом хихикнула: — Но вот же будет смешно, если и сейчас никто не понравится королю! А следующими будут купчихи. А потом, представляешь, крестьянки. Как в глупой сказке. Отец говорит, что секретари будут подменять купчих аристократками, может, придворный маг ничего не заметит, он же старый.

— Ага.

А ведь если бы нормально попросили, то я бы осталась. Ребятам бы только позвонила, отбрехалась, что в гостях. Потому что игра-то интересная! Орком-шаманкой тоже неплохо по лесам шастать, но я всегда готова к новенькому.

Тут вот отбор невест, короли, аристократы. Дома украсили дорого-богато, полигон, небось, отгрохали! Вроде бы ничего особенного, но хоть не эльфы и орки. Эльфов вообще в тусовке каждый второй. А здесь платья красивые. Почему бы потихоньку не пристроиться? А наши там без меня доиграют.

Оказывается, меня просто мучила неизвестность. Оттого и раздражение. Ну и от похмелья, конечно.

Но найти телефон было нужно, хотя у меня уже закралось сомнение, что я его просто-напросто потеряла, и это было обидно. Он был не новый, но не только миллионерам не нравится тратить кучу времени на настройки. Я задумчиво посмотрела на Дженну — спросить у нее насчет компьютера или нет, может, стоит заблокировать телефон, но потом решила — скорее всего, его найдут и принесут на ресепшн, пароль, отпечаток пальца, распознавание лица, а сама по себе модель не такая, чтобы радостно ее прикарманивать.

— Я попрошу собрать тебе платья, — улыбнулась тем временем Дженна и вышла.

Ну и чудненько. Она начинала мне надоедать.

Я поискала стационарный телефон — позвонить на ресепшн, узнать, не приносили ли мобильник, а если совсем повезет, то и завтрак сюда прямо в номер. Но эти чокнутые были помешаны на правдоподобии. Даже розеток и выключателей нигде в стене не торчало.

Потом я сунула нос в шкаф, убедилась, что воистину, каждый тратит свои миллионы как хочет. Не то чтобы шкаф походил на приличную гардеробную, но платья там висели шикарные. И даже если их взяли в прокате, это какой же размах на игре?

В ванной комнате мое восхищение масштабом работы гейм-мастера и чуть ли не киношных костюмеров сменилось раздражением. Я понимала, что правдоподобие это все на игре, но это уже перебор! Вместо нормальной ванны — лоханка без подключенных кранов, а вместо раковины — аналог деревенского умывальника. Что вместо унитаза, я не хотела и проверять. Как же жаль, что мобильный я где-то посеяла, потому что это все стоило бы срочно заснять. И выложить в сеть, пусть у меня всего сотка подписчиков, да и вряд ли хозяевам понравится, если увидят. Хотя скорее не увидят.

Чтобы не скучать, я занялась гардеробом. То, что я была одна в комнате и не принимала участия в действии, могло значить, что сценарий написан паршиво, но, судя по антуражу игры, кто-то просто приехал раньше, а кто-то, может, еще был в пути, поэтому начало откладывалось. Ну и хорошо, было время узнать, что тут и как.

Я кинула платья на кровать и стала их примерять, заодно вспоминая, в какой стороне эти крутые коттеджи. Выходило, что на самом краю леса, ближе к реке. Точно, те самые виллы с бассейнами! Это значило, что я в режиме пьяного орка-разведчика вчера пробралась мимо охраны, которая никого с нашей территории сюда не пускала. Проскользнула в дом и окопалась в кровати. Вот это вжилась в роль!

Снаружи было тихо, если не считать голубей, которые уселись на окно с той стороны и принялись страстно рыгать. Мне тоже поплохело немного, но обдумать это все я не успела, потому что открылась дверь и вошла очередная ряженая красавица.

Я пялилась на нее, она — на меня. Она, скорее всего, пыталась меня просто вспомнить, ну а я по привычке подсчитывала, во сколько ей обошелся пошив костюма. А ведь это всего лишь костюм служанки! Нормальный человек бы сам что из старых занавесок состряпал, а не по ателье бегал! Я себе на последнюю игру даже набор игл для кожи покупала.

— Привет, ты не знаешь, где моя одежда? А то как-то… — спросила я у девушки и жестом указала на платья. Но служанка молча поставила поднос с едой на столик и прошла к шкафу, распахнула его и сделала книксен.

Я хлопнула себя по лбу. Игра игрой, но это уже слишком! Но по лицу служанки было видно, что просто так меня отсюда не выпустят. Мол, одевайся так, как в сценарии прописано. Я скрипнула зубами и пошла вживаться в роль. Знать бы еще какую!

Глава третья

Я понемногу входила во вкус. Каждая девушка хотя бы раз — один малюсенький раз в жизни — мечтала побыть принцессой. Платья, драгоценности, служанка, реверансы и всякая другая ерунда. Даже если не понравится, то печали никакой. Зато галочка будет — роль принцессы отыграна. Я по жизни, конечно, больше орчиха-колдунья — дуну, плюну и в глаз дам, но раз жизнь этак повернулась, то почему бы не расслабиться и не получить от ситуации все?

Немного раздражала служанка. Как ей такое невозмутимое лицо удается? Но девушка притащила не только еду, но и запотевший графин с водой, а за это я ей много что могла простить. Я присосалась к графину как есть, даже не заметив стакана. Вода с легким земляничным привкусом упала в мое иссушенное похмельем тело, и мир заиграл новыми красками. Мне стало хорошо.

Лучше могло быть только в том случае, если бы мне отдали телефон. Но чуда не случилось. Зато служанка скривилась, хотя и тщательно это скрывала. Хех, видимо, принцессы не пьют из носика графина. Но я решила шокировать служанку еще сильнее — проигнорировать столовые приборы. А если кому не понравился мой отыгрыш, то пусть придет и мне об этом скажет!

Еда была вкусная: какие-то мелкие бутеры и канапешечки, сладкие и соленые штучки, которым я даже названия не знала. Вообще в голову не лезло, зачем куча вилок и ножей, если и так все приготовлено маленькими порциями и кусочками. Я проглотила предложенное за считанные минуты и облизнулась. Очень хотелось добавки. Но, смерив взглядом служанку, я оценила ее волчий оскал и немного притормозила: все-таки хотелось и вырваться из странной игры, и одновременно чуть-чуть в ней задержаться. Кормят вкусно, одевают во все готовое.

Пришлось смилостивиться, не перечить сценарию и стать перед шкафом. Все равно все эти корсеты с платьями самостоятельно не натянуть. Особенно вот то — самое красивое, с голыми плечами, лифом с кружевами и пышной юбкой.

Служанка мне отомстила. Она дождалась, когда я выдохну, а потом потянула за шнуры на платье так, что я ухнула. От зараза!

Платье поймало меня в свой плен, и теперь было стойкое ощущение, что меня пытались сожрать. Корсет сжимал ребра и предлагал вернуть бутербродики обратно в тарелку. От кружев чесались нос и кожа, юбка увивалась вокруг ног, а на бедре пульсировали царапины — я неудачно дернулась, когда служанка попыталась взять меня за ногу.