Баренцов. Экипаж «Йотуна»

Артур стал мерзнуть – нужно было двигаться дальше. Хватит отдыхать, библиотека уже за следующим углом.

Окончив свой перерыв, Артур двинулся далее по пустой улице. Немного не дойдя до поворота в сторону библиотеки, ему послышались людские крики и стук бегущих стремительно приближающихся ботинок по каменной дороге. Что же будоражит город в такой ранний час?

Не успев толком осмыслить ситуацию, на него тут же вылетает из-за угла некий человек, одетый в длинный балахон, закрывающий всё тело. По размеру и телосложению это был огромный мужчина, но несмотря на свой размер, он нёсся с огромной скоростью прямо на Артура, и, не успев среагировать, герой тут же был сбит с ног. Но неизвестный не позволил удариться затылком об каменную дорогу – несмотря на очевидную погоню за ним, он остановился и смог поймать падающего Артура на спину одной лишь левой рукой, даже не прилагая усилий, что говорило о его огромной силе.

И действительно, в момент, когда падающего героя схватили за куртку, можно было рассмотреть огромную жилистую руку этого мужика. Она была настолько огромной и нечеловечной на вид, что можно было без проблем предположить, что одного движения достаточно, чтобы сломать шею человеку. Столкнувшись с ним, за огромным и глубоким капюшоном было невозможно рассмотреть лицо человека. Даже очертания были не видны. Зато можно было заметить его правую руку, которая сильно отличалась от левой: например – присутствием огромного шрама на всю кисть, будто бы по ней ударили топором с десять раз, а после даже не удосужившись зашить рану. Но, что самое интересное, в руке он очень крепко держал маленькую книгу, которая была немногим меньше его ладони. Держал он её так крепко, что книга смялась практически надвое от количества приложенной силы.

Мужчина медленно опустил Артура на землю и, осмотрев его несколько секунд таким образом, убедившись, что он в порядке, тут же снова пустился в бега. Сам же Артур, ошарашенный от пережитого, продолжал ещё какое-то время сидеть на полу.

«Зачем он меня вообще поймал?.. Очевидно, что было проще всего пробежать мимо, сбивая всех на своём пути, но он не стал. Кто же это был?»

И тут снова послышался приближающийся стук ботинок из-за угла. В этот раз он был значительно менее интенсивный, и чем ближе он становился, тем больше его перебивало по громкости неровное дыхание человека, выдававшее повальное истощение и плохую физическую подготовку. И, через пару секунд, из-за угла выскочил старый мужчина в форме сотрудника безопасности. Его рука крепко держалась за сердце, а сам он задыхался от неостановимого кашля.

– Кха-кха-кха… Сука… постой!.. – мужчина остановился, он был без сил продолжать погоню. Его скрутило от боли и усталости. Артур быстро поднялся на ноги и подошёл к мужчине. Он опознал в нём охранника библиотеки – дядю Васю, с которым был знаком лично, как и все, кто приходил за книгами. Этого мастера в уничтожении спирта на рабочем месте знали все пользователи библиотеки. Его просто было невозможно обойти – он, как таможенник, пропускал всех через себя, нередко беря барыш за свои «старания».

Быстро соорудив из своих сумок подобие табуретки, он усадил Васю на него, дав немного отдышаться.

– Черт, ну я почти догнал его. Ты видел это, Артур? – говорить Вася стал как бы оправдываясь. – Сраный ворюга, всем бы ноги переломал… Чертоколец небось.

Охранник потирал своё слабое сердце, иногда дотрагиваясь до своей больной печени, которую тем не менее сам до такого состояния и довёл.

– Да, я его заметил, даже почувствовал. Он сбил меня на своём пути, но при этом поступил даже благородно – поймал меня, чтобы я не ударился о землю, хоть за ним и гнались. А откуда догадка что он из Чертоколи?

– Пацан, давай я тебе скажу кое-чё, – Седовласый мужчина сел в «уважительную позу» на местный тротуар, будто король. Всё равно спешить уже некуда. Он не стеснялся вести себя так, будто умнее всех, хоть и его образованность объективно говорила об обратном. Несмотря на работу напрямую в библиотеке, что вообще считалось привилегией на станции, он своим шансом не воспользовался. С возможностью взять любую из тысяч книг на полках, он не сумел осилить даже несколько книг за 20 лет работы в главной библиотеке города. Хотя, может именно поэтому его туда и взяли…

– Ничего благородного в этих жителях сраных катакомб нет! И никогда не будет. Будто ты сам не знаешь чё там происходит… Каждый преступник, которого ты встречаешь – это выходец оттуда. Они просто завидуют нам, «верхним», вот и рады украсть у нас всякие ценности. По типу тех же книг… Хотя, чёрт подери, я уверен, что эти мрази даже читать не умеют!

После таких слов ненависти у Васька вытянулась самая широкая улыбка из всех известных Артуром – она была настолько неестественна и жутка, что вызывала лёгкий холодок по спине. Но Вася же испытывал неподдельное удовольствие, рассказывая, как он ненавидит этих людей, наверняка представляя самые изощрённые наказания для объектов своей ненависти. Он был далеко не один такой. У людей на станции в первую очередь важны не поступки конкретного человека, а лишь его родословная и место жительства. А про Чертоколь, подземный район бедняков, наслышаны все. Все, кроме Артура, скорее погружённого в историю древнего Египта, чем в жизнь родной станции.

– Давайте я что ли вас отведу в библиотеку, мне как раз по пути… – Артур с явным непониманием относился к такому мнению, поэтому сказать ему было нечего. Вася был не против, и Артур, взяв того под руку, медленно пошагал с ним к библиотеке.

Завернув за угол, прямиком на горизонте виднелась эта старинная и огромная городская библиотека. Сделанная из белого камня, ещё в самом начале стройки, она напоминала своими колоннами пантеон или любое другое строение древней Греции или Рима. Артур хорошо знал эти архитектурные стили, потому что был в своё время без ума, всматриваясь в старые книжки с иллюстрациями Античности.

Дошагав наконец до входа, на пороге их встретила старушка, хорошо известная всем, а особенно Артуру – это главный библиотекарь сего места – Анастасия Викторовна.

– Ну что, «герой», поймал преступничка? – высмеивая, строго обратилась она к Васе, а после развернулась и к молодому человеку: – И привет, Артур, поздравляю с назначением. Брось этот «мешок» с не самым приятным содержимым возле лестницы, сам как-нибудь дойдёт.

Артур аккуратно посадил его на ступеньки.

– Ну да, ну да, бросайте, к чему уважение старику? Может, и помру здесь. – давя на жалость трезвонил Васёк.

– Ты, «уважаемый старик», сидел и с горла хлебал бутылку со спиртом, пока прямо возле твоего лица прошёл этот вор, дошёл до самой дальней полки библиотеки, а после украл Библию. И ты бы его так и не заметил, если бы ты не высосал из банки всё содержимое в момент, когда он прошёл прямо возле тебя. – Даже не смотря на Ваську, проговорила Анастасия Викторовна. Ему было нечего сказать, и он с недовольным лицом уставился в пол.

– Библию? – поинтересовался Артур. – Причём судя по всему, он целенаправленно пришёл именно за ней. Иронично.

– Да, именно Библию, причём самую маленькую из тех, что была. Странный вор очень. Наверное, самую малую, чтобы было удобно прятать её, хотя всё равно в их подземелье никто никогда не спускается – себе дороже. – с безнадёжностью в голосе ответила Викторовна, она уже навсегда попрощалась с книгой. – Они же крадут их, чтобы сжигать где-то у себя в логове, костёр сделать, дикари.

– Ничего, я уверен, что вашу книгу найдут. Ужасно так поступать с литературой… Я уверен, его ждёт достойное наказание. – И Артур помялся на месте, как будто забыл, зачем пришёл. – Кстати, я сам вам принёс книги, которые брал ещё давно, они в этих сумках на моих плечах.

– Хорошо, заноси, сейчас посмотрим.

Артур уже хотел зайти в библиотеку, но, слава богу, посмотрел на часы. Уже 9:30, и оставалась всего полчаса до отплытия. Этого времени как раз хватало, чтобы добежать до стыковочного шлюза.

– Мне уплывать через уже через полчаса, я не успею остаться с вами. Мы можем продолжить потом? Я оставлю книги вам, а после за них распишусь, хорошо?

– Хм. Ну беги, Баренцов. Я бы тебе сделала выговор, но раз уж у нас такая ситуация не простая образовалась, то ладно. Обязательно зайди, иначе больше никаких книг не получишь. – сказала библиотекарь и моментально обратилась к охраннику: – А ты чего уселся!? Живо взял его сумки и тащи в здание, алкоголик.

Васёк без промедления тут же выхватил сумки из рук и побежал с ними вовнутрь, желая угодить Викторовне, а сам Артур, после прощального жеста рукой, поправил свою сумку на спине и побежал в «Гавань», настолько быстро, насколько мог.

К тому моменту как он забежал в «Гавань», как раз было почти десять часов – как раз самый разгар продаж на рыбном рынке. Улицы и площади наполнены сотнями людей, а на самом рынке, занимающем огромную площадь, количество людей доходило до тысяч. Вонь рыбных продуктов, машинного масла и металла доносилась из каждой щели, ведь всего-то в каких-то сотнях метрах от рынка находилась огромная стоянка для множества подлодок, на которую и нужно было попасть Артуру.

Пробираясь через толпы людей, было слышно крики «зазывал» на весь район, предлагающих купить свежую партию сельди или скумбрии – рыб, пользующихся самым большим спросом. Герой же, умело маневрируя среди людей, прошёл через гущу людей и вышел прямиком к транспортному терминалу – административному зданию, ведущему учёт моряков и судов.

Огромное здание было пропускным пунктом между станцией и рядом погрузочных платформ на подлодки, а также представляло собой главное логическое здание всей станции, ведь именно в нём происходила разгрузка судов, везущих почти весь товар в город. В этом здании работало порядка полтысячи рабочих, грузчиков, бухгалтеров и прочих важных членов бюрократического аппарата. Здание было похоже чем-то на вокзал огромных масштабов, впрочем, функционал у них был схож.

Артур направился к стойке регистратуры, за которой сидела милая девушка, заполняющая что-то в старом терминале. Чем-то он был схож на очень старый ламповый компьютер.

– Здравствуйте! У меня отплытие на 10 часов, шестой шлюз.

Девушка подняла глаза и взглядом оценила молодого моряка.

– Добрый день, вы Артур Баренцов? Вас уже ждёт команда, вам налево через турникет, выйти к причальному сектору. Дальше на пятый уровень, и на вывесках вы сможете увидеть шестой шлюз. А да, и не теряйте «это» ни в коем случае.

Девушка взяла ключ, висящий у неё на шее, и открыла один из шкафчиков в своём столике. Оттуда она достала серебристое выгравированное удостоверение личности и отдала его Баренцову. На нём был изображён уникальный код, приписанный к конкретному человеку, а также графический ключ, с помощью которого можно было получить положенный тебе доступ к разным хранилищам и дверям. Удостоверение являлось своеобразным «жетоном» и паспортом одновременно – его категорически нельзя было терять. Если ты не хотел, конечно, пройти бюрократический ад для восстановления пропуска. Этот паспорт хранил в себе разного рода информацию о истории твоих путешествий, выговоров и заслуг, которые ты можешь получить во время плаваний.

Артур повесил своё первое морское удостоверение на шею. Приятная на ощупь сталь обожгла холодом всю его кожу.

– Спасибо большое, это всё?

Работница администрации кивнула и жестом указала, что он может идти, после чего снова уставилась в ламповый монитор терминала, продолжив усердно что-то заполнять. Баренцов уверенным шагом прошёл через турникет в причальный сектор и направился на пятый уровень. Всё здание напоминало собой вокзал, но место отправки подлодок больше всего выделялось в этом плане.

Весь причальный сектор занимал собой огромную площадь и имел 10 уровней. Чем ниже уровень, тем ниже он находится относительно города. Это своего рода этаж. Десятый уровень находится на уровне города, и чем выше уровень, тем больше подлодка там может причалить. Южная сторона города находилась на своеобразном аномальном «обрыве» морского дна. Ущелье, углублявшееся на многие километры, позволило построить самые нижние этажи Гавани, углублённые на сотни метров вниз. В эту расщелину и заплывали подлодки, чтобы войти на станцию.

Интеграция ландшафта стала успешным решением, ведь строить огромные «башни», выше самого города, было опасным и дорогим в обслуживании делом. Поэтому спрятанные в ущелье этажи, хоть и приносили некоторый дискомфорт капитанам больших подлодок, обречённых маневрировать многие часы, чтобы пристыковаться, но при этом всём сэкономили множество денег на обслуживание станции и подлодок и сделали сам процесс стыковки более безопасным.

Самые маленькие, разведывательные подлодки, занимающиеся поиском косяков рыб, находились на самом низком уровне. В основном они имели длину не более 20 метров и занимали довольно мален0 комнаты. Работала эта система очень просто. Комната, в которой должна находиться подлодка, наполняется водой, после чего открываются ворота, и, после регулировки давления, в комнату заплывает подлодка и становится на «сошки» – крепления, держащие подлодку над землёй. Комната закрывается, и вода из неё откачивается, давление снова нормализуется, сошки опускают подлодку почти к самому полу, и только тогда корабельная команда может безопасно из неё выйти, а сотрудники станции могут эту же подлодку обслужить, загрузить и разгрузить при необходимости. Этот процесс называется «причаливанием», и он разнится от уровня к уровню.

Вышеописанный метод применяется лишь к уровням с первого по восьмой. С восьмого же уровня, когда габариты подлодки часто превышают более 50—70 метров, невыгодно и долго откачивать причальные комнаты, поэтому вместо «причаливания» существует процесс «стыковки». Вместо полного захождения подлодки в станцию, стыкуется лишь одна конкретная комната, обычно складское помещение, после чего рабочие станции разгружают подлодку, а команда подлодки спокойно выходит из неё. Процесс же ремонта таких подлодок происходит за пределами станции. Несколько десятков механиков, надевая специальные костюмы, способные выдержать огромное атмосферное давление воды, выходят через шлюз за пределы станции. И, вооружившись подводными глайдерами, фонариками и кислородной сваркой, они ремонтируют всю повреждённую поверхность подлодки. Обычно этот процесс занимает чуть больше недели, но если серьёзно повреждались наружные системы подлодки – как система эхолокации, или двигатель, или антенны для радиосвязи – то процесс мог затянуться на многие месяцы.

Весь сектор пропах машинным маслом, а шум гудящих моторов разносился по всем этажам причала. И это, можно сказать, пустующий причал, ведь почти все подлодки находятся на вахте.

Чем больше приближался Баренцов к пятому уровню, тем отчётливее можно было услышать чьи-то крики.

– Да где этот чёртов новичок!? – уже стал отчётливо различим хриплый ор старого мужчины – старого, но не усохшего. Даже по голосу можно было понять, что он человек, у которого ещё есть «порох в пороховницах».

А ведь действительно, было уже начало 11. Артур ускорил шаг и, спустившись по бесконечно идущей лестнице, он вышел на пятый уровень, а после по узкому коридору побежал в сторону шестого шлюза. На этаже почти никого не было, лишь несколько уборщиков, лениво играющих в кости на последнюю зарплату, были своеобразным украшением этажа. На этаже было множество входов в причальные комнаты для самых разных подлодок и команд, грузовой лифт на несколько тонн, ведущий куда-то на склад, а ещё парочка комнат для персонала с разнообразным обслуживающим снаряжением.

Но, кроме грустных уборщиков, на этаже были ещё люди. Пять человек, стоящих прямо возле входа в «причальную», с огромными сумками, как у Артура, добавляли немного жизни на пустующий этаж. Это и была его команда.

– А я говорю тебе, Златочка, раньше такого не было. Помнишь, как мы приходили ещё за час до отплытия подлодки и уже полная команда стояла на стрёме. Помнишь? А сейчас что? Молодняк приходит на лодку, как, мать его, сам капитан, а ты его ждёшь, как послушный щеночек. До чего мы докатились, а?

Статный седой бородатый мужчина в капитанском длинном пальто великолепного качества яростно обсуждал интересующую его тему со своим протеже и телохранителем – офицером службы безопасности, женщиной на голову выше самого капитана, ростом примерно 190 см, крупной, мускулистой формы, напоминающей мужскую. Её лицо было хоть и разукрашено шрамами, а прическа хоть и была неприлично коротка даже для мужчины, всё равно яркие черты лица эффектно выделяли её, и было сразу понятно – несмотря ни на что, она красивая девушка. Одета она была в чёрную рубашку с короткими рукавами, с бронежилетом поверх. Чёрные кожаные перчатки, высокие ботинки, закрывающие ногу до половины икры, были вычищенные до блеска. На карго штанах был пояс под цвет и кобура. А ещё электрическая дубинка, пара наручников – для особо буйных членов экипажа, решивших нарушить покой на корабле. В кобуре был пистолет-шокер – в целом для похожих случаев, но в особенности если цель была чем-то вооружена. На голых жилистых предплечьях виднелись множество татуировок – чёрно-белых и цветных. Они указывали на пройденный опыт и обычно набивались раз в тысячу километров пройденного пути. У неё же было набито их… множество, и это только те, которые она захотела набить – ведь это всего-то традиция, а не какое-то правило.

Что пышные губы, что большие глаза, что аккуратный, не по её размерам нос – ничего не выражало никакой заинтересованности в диалоге с капитаном. Лишь редкое кивание головой выдавало хоть какую-то отдачу. Капитан же, напротив, потягивая раз за разом трубку в зубах, активно жестикулируя, был крайне заинтересован в заданной им же теме. Постоянная смена интонации, риторические вопросы, нервные дрожания голоса – словно он актёр театра – эффектно компенсировали всё видное безразличие его собеседника, к которому он явно привык. Ведь говорил он только с ней, когда остальные трое членов экипажа стояли непричастно и молча поодаль этой парочки. Было ясно – они давние товарищи, и интонации, и ласковые обращения, такого грубого на вид человека, лишь подчёркивали эту связь. И несмотря на всё видимое безразличие, Злата слушала капитана очень внимательно, и хоть ничего и не говорила, она всё равно активно участвовала в диалоге, насколько вообще могла.

– А вот и он! Объявился, чёрт тебя дери, Баренцов Артур! – громко заявил капитан, как только увидел того в поле зрения.

Артур, задыхаясь, еле сдерживая сердце в груди, подбежал к своей команде:

– Прощу прощения, капитан… меня немного, фух, задержали…

– Да мне не нужны твои извинения, и тем более – оправдания! Я уже придумал тебе наказание, а теперь живо встал к этим салагам. Мы с офицером будем вам рассказывать, кто и что будет делать, и как себя ведут на подлодке уважающие себя моряки.

Артур подошёл к трем бедолагам, стоящим в нескольких метрах от капитана и его помощника. Два парня и одна девочка внимательно слушали капитана и наблюдали за происходящим со стороны. Как только Баренцов подошёл к ним, первый, самый смелый парень, вышел на контакт:

– Добрый день, меня зовут Сергей. Я – будущий механик-ремонтник данного судна.

Парень, ростом с Злату, но намного шире, стукнулся своей огромной рукой об руку Артура в рукопожатии. Хоть и размеров он был колоссальных, в его лице читалась некая мягкость, задумчивость несмотря даже на присутствующие грубые черты. Одет он был крайне просто и бедно – футболка с длинными рукавами, перчатки, довольно тёплые протёртые штаны и дырявые ботинки. Верхней одежды у него не было совсем, лишь небольшая шапка не по размеру, даже не скрывающая его уши. Выбрит он был идеально чисто – что не ожидалось от такого человека.

– Ого, ну, привет, Сергей, а тебе не холодно, случаем?

– Ха, нет, вовсе нет, у меня горячая кровь, – одним уголком улыбнулся Серёжа.

Он соврал. Его красная от переохлаждения кожа говорила об обратном, хотя, не исключено, что это могло быть его обычным состоянием, и он уже просто не ощущает холод. Пока парни перекидывались словечками, к ним подошла пара ребят, стоявших рядом.

Небольшая девочка, укутанная в сотню слоёв одежды, и странного рода бледный тощий парень, похожий скорее на трость, тоже подошли познакомиться. Первым заговорил парень:

– Даров, Артур. Я Никита. Моя должность, и я бы даже сказал – призвание: врач, медик, доктор. В общем, как удобно, так и называй.

Кожа Никиты была бледна и больна, только синяки, гематомы и прыщи разукрашивали его кожу в разные цвета. Такое чувство, будто он был трупом. Неаккуратная редкая щетина покрывала его лицо, однако же, разного рода язвы не могли скрыться за такой бородкой. Нервно перебирая пальцами рук по одежде, он даже не знал, что сказать. Пустой взгляд был где-то там, вдалеке, совсем не тут, со всей командой. Но спустя недолгого молчания, он всё-таки выговорил:

– В общем да, короче… Вот эта девка – это Полина. Она стеснительная очень, поэтому я сам расскажу. Она вроде как спелетолог.

– Спелеолог имеешь в виду? – поправил его Баренцов.

– Я… я… спелеолог-геодезист и рулевой – тихо добавила девочка.

– Самый важный член команды. Без неё мы бы добирались на ощупь, так ещё и в два раза дольше, – Сергей тепло улыбнулся, смотря на девушку, после чего на секунду остановился на Никите, бросив на него обеспокоенный взгляд.

И без того красная от смущения девушка покраснела ещё больше. Было такое чувство, будто она получила обморожение всего тела. Но, учитывая все слои её одежды, краснела и тряслась она вовсе не от холода.

– П-приятно познакомиться…

Она отвернулась и отошла на несколько шагов от команды, чтобы не испытывать ещё больший стыд. Её очки запотели от учащенного дыхания. И невозможно было увидеть её глаза, как впрочем, и всё остальное, ведь несколько шарфов, огромная шапка и милый толстый пуховик, надетый на несколько свитеров, варежки, по размеру рук Сережи, не позволяли увидеть даже маленькую частичку её кожи.

Капитан не переставал затягивать в себя дым от любимой трубки, наблюдая за своей командой. Достаточно длинные седые волосы были зачёсаны и зализаны назад, а борода была аккуратно выстрижена им же. Длинное, кожаное на вид пальто тёмно-синего, почти чёрного цвета, покрывало всё его тело. И хоть ухоженно оно было так, что можно было спутать его с новым, если внимательно присмотреться, можно было заметить следы, приобретённые за множество лет службы. Капитан держал в левой руке свою фуражку, оформленную под ушанку, чтобы не мерзнуть во время долгих путешествий. Она такого же цвета, что и пальто, но вот мех у неё был настоящий, тоже кролик, как и у губернатора. Кирзовые сапоги плотно облегали его ногу, они были так же чётко вычищены помешанным на порядке капитаном, но они от этого точно не страдали, ведь блестели эти сапоги ярче любых, что видел Артур в своей жизни.

– Довольно болтаться без дела, матросы! – крикнул капитан. Его голос отрекошетил по всем стенкам и так узкого коридора. Все тут же повернулись в его сторону и стали внимательно его слушать, – Я – Васильченко Николай Иванович, для вас просто – Николай Иванович, отныне и навсегда. Рядом со мной стоит офицер, её зовут Злата. Она мой голос и моя правая рука. Оказывать ей уважение вы должны так же, как и мне!

Злата ответила еле заметной ухмылкой, слегка подняв один уголок губ.

– Будем плыть мы на этой новенькой красавице! – капитан указал рукой на подлодку, которую было видно через дверной проём. Все тут же обернулись на неё посмотреть. Старая, собранная «по сусекам» огромная и толстая подлодка гордо стояла на сошках и смотрела прямо на команду. Такое чувство, будто она готова гордо прямо сейчас и развалиться.

«35х20 метров, пузатая подлодка „Йотун“ формы овала. Грузовой класс.» – вспомнил Артур уроки судостроения, – «25—30 км/ч скорость полного и обратного хода, скорость погружения и всплытия 10—15 км/ч. Энергопотребление 2300 киловатт в состоянии „ожидания“, при полном ходе – 6300 киловатт. Три палубы, три балласта, один огромный грузовой отсек, занимающий половину подлодки и находящийся внизу в „пузе“. Между палубами перемещаются с помощью вертикальной лестницы. Первая палуба (слева направо): моторный отсек, реакторная, каюты (с лестницей на третью палубу), комната снаряжения, обзорная комната (выглядит в виде отдельной комнаты, в виде колбы из закалённого стекла, оснащена мощным прожектором и нужна для подробного анализа морского дна в случае необходимости). Третья палуба (слева направо): кухня, комната отдыха, комната управления (с лестницей на первую палубу). Вторая палуба является сепаратной и разделённой на отдельные комнаты, в которые можно попасть только из первой палубы. Энергетический блок находится над реакторной, в нём находятся проводные коробки и несколько батарей. Медицинский отсек находится над комнатой снаряжения, имеет при себе все необходимые медицинские принадлежности и, что самое главное, генератор кислорода. Балласт А находится прямо под комнатой снаряжения, Балласт Б – под двигателем, Балласт В – под кухней и над двигателем (прохода из него нет). Но странно, что у этой подлодки, в отличие от остальных моделей такого класса, прицеплены две пушки прямо возле смотровой площадки.»