За что страдает праведник? Толкование Книги Иова
- -
- 100%
- +
И сказал Господь сатане: откуда ты пришел? И отвечал сатана Господу и сказал: я ходил по земле и обошел ее. И сказал Господь сатане: обратил ли ты внимание твое на раба Моего Иова? ибо нет такого, как он, на земле: человек непорочный, справедливый, богобоязненный и удаляющийся от зла, и доселе тверд в своей непорочности; а ты возбуждал Меня против него, чтобы погубить его безвинно (Иов. 2, 2–3).
Если человек служит Богу не для Бога, то он достоин наказания. А дьявол, оправдывая свое имя («клеветник»), пытается оклеветать человека, показать, что все люди – корыстолюбцы. Кстати говоря, часто и от людей можно услышать такие обобщения: «Все блудят, все пьяницы, все аборты делают, все к колдунам ходят». Слышали такие разговоры? Кто хочет сказать, что все человечество – злое? Чей это голос? Этот голос сатаны – лично его. Это он говорит: «Люди не могут Тебе служить ради Тебя, Боже». Мы и дальше услышим этот страшный голос, которым вещает сатана: «Это же червяки, они же из праха сделаны, как они Тебе служить-то могут? Это Твое неудавшееся творение, Боже, Ты ошибся, Ты плохо сработал». Но Господь говорит, что Иов остался тем, кем он был и раньше: «Я видел это, и ты видел, что каким он был – непорочным, справедливым, богобоязненным, удаляющимся от зла, – таким до сих пор и остался – твердым в своей непорочности, в своей абсолютной преданности Мне. Иов не изменился, хотя ты у него все отнял». Тогда сатана говорит: «Не все еще я у него отнял».
«И отошел сатана от лица Господня и поразил Иова проказою лютою от подошвы ноги его по самое темя его. И взял он себе черепицу, чтобы скоблить себя ею, и сел в пепел [вне селения]…»
И отвечал сатана Господу и сказал: кожу за кожу, а за жизнь свою отдаст человек все, что есть у него; но простри руку Твою и коснись кости его и плоти его, – благословит ли он Тебя? (Иов. 2, 4–5) (Это как раз иллюстрирует ранее уже упоминавшийся лозунг: «Главное – здоровье. Главное – жизнь».) Человек – шкурное существо, настаивает нечистый. Ну, ладно – имущество потерял, но он же живой, здоровый, Ты же его охраняешь. Чего бы ему Тебя не славить? И сказал Господь сатане: вот, он в руке твоей, только душу его сбереги (Иов. 2, 6).
Как говорит Иоанн Кассиан Римлянин, толкуя слова «душу его сбереги»: «Не смей касаться того места, где душа соприкасается с телом, не смей наводить на него безумие». По святоотеческому учению, бесноватые, безумные люди становятся такими тогда, когда дьявол по попущению Божию начинает действовать на точку соединения души с телом.
Как это происходит? Сначала человек совершает некое зло, и Бог, для того чтобы вылечить человека, попускает падшим духам на него напасть (как апостол Павел предал кровосмесника сатане во измождение плоти, чтобы дух был спасен в день Господа нашего Иисуса Христа (1 Кор. 5, 5).
Где находится точка соединения души и тела? Это место, в котором «находится» сознание. Обычно говорят, что она расположена в мозге, в определенном месте. Об этом подробно написано у Иоанна Дамаскина, который говорил, что точка сознания находится в лобных долях. И он оказался прав – более поздние исследования физиологов это подтвердили. (К слову, Церковь благословляет обращаться к психиатрам. Почему в случаях «голосов» советуют пить таблетки? Потому что лекарства блокируют эту точку, разрушая место, через которое действует бес. И в результате у человека появляется возможность вылечиться от безумия. А как же помощь святых, спросите вы? Одно другому не мешает. Помощь святого не предполагает отказ от лечения. Господь благословил медицину.)
Итак, относительно Иова Бог запрещает сатане наводить на того безумие, запрещает ему касаться точки соединения души с телом, говоря: душу его сбереги, ты не имеешь права касаться души его, его разумной деятельности.
И отошел сатана от лица Господня и поразил Иова проказою лютою от подошвы ноги его по самое темя его. И взял он себе черепицу, чтобы скоблить себя ею, и сел в пепел [вне селения] (Иов. 2, 7–8). Искушение Иова не закончилось. Дьявол переходит в следующую атаку. Он не только наказывает праведника, он наводит на него проказу.
Как известно, это страшная болезнь, когда человек гниет заживо. Причем Иова ужасный недуг охватил сразу, с ног до головы. Обычно проказа распространяется постепенно, а тут она поразила тело целиком. Иов выходит за пределы селения и, как написано в славянском тексте, сидит там «на гноище» и черепицей сдирает с себя струпья. «И взя [Иов] чреп, да острогает гной свой, и той седяше на гноищи вне града» (Иов. 2, 8).
Почему за селением? Во-первых, потому что прокаженный считался ритуально нечистым, во-вторых, проказа – заразная болезнь. Поэтому по древним законам, которые вошли в Ветхий Завет, прокаженные не имели права оставаться среди людей. Они жили вне городов, чтобы не заражать других. Даже сейчас больные лепрой находятся в лепрозориях. И это в некотором смысле примечательно. Дело в том, что Православная Церковь считает Иова прообразом Христа Спасителя, Который, будучи праведным, подвергся преследованиям со стороны дьявола, пострадал и был казнен вне города, вне селения, вне стана.
Следует также упомянуть, что некоторые болезни имеют прямое отношение к падшему демоническому миру. Святые отцы прямо говорят, что ряд болезней (не только духовных, но и физических) связаны с действием падших духов. Если вы помните, в Евангелии была скорченная женщина. Господь ее исцелил, наложив на нее руки, после чего она сразу же выпрямилась. Это произошло потому, что Бог изгнал из несчастной нечистого. Действительно, ряд болезней связан с действием злых духов. С этим согласны и святые отцы, и Слово Божие. Одна и та же болезнь может быть вызвана как злым духом непосредственно, так и какими-то естественными причинами.
Слово Божие также признает, что есть болезни, которые, с одной стороны, прямо и непосредственно вызваны злым духом, но, с другой стороны, могут иметь вполне объяснимую причину. Например, лепра имеет микробиологическую природу (точнее, вирусную), но при этом, тем не менее, она происходит от действий дьявола. Врачи вылечить такую болезнь, если она от злого духа, не могут.
Есть очень интересные рассуждения одного ученого, Виктора Тростникова, по поводу вирусных болезней. Вирус – это такой маленький кристаллик, в котором есть молекулы РНК и ДНК. Это не орган, не клетка – это непонятно что, просто кристаллик. Как он действует? Он внедряется в клетку, обманывает ее, выдавая себя за ее часть, и заставляет работать на себя. В результате клетка погибает. Задача вируса как раз – высосать из клетки жизнь. И похоже, есть существа, которые вирусами управляют.
Вот такая теория, и я ее пока не отвергаю.
Но вернемся к Иову. И сказала ему жена его: ты все еще тверд в непорочности твоей! похули Бога и умри. Но он сказал ей: ты говоришь как одна из безумных: неужели доброе мы будем принимать от Бога, а злого не будем принимать? Во всем этом не согрешил Иов устами своими (Иов. 2, 9–10). Подробнее это место дается в переводе семидесяти[1]: По многом времени сказала ему жена его: доколе ты будешь терпеть? Вот, подожду еще немного в надежде спасения моего. Ибо погибли с земли память твоя, сыновья и дочери, болезни чрева моего и труды, которыми напрасно трудилась. Сам ты сидишь в смраде червей, проводя ночь без покрова, а я скитаюсь и служу, перехожу с места на место, из дома в дом, ожидая, когда зайдет солнце, чтобы успокоиться от трудов моих и болезней, которые ныне удручают меня. Но скажи некое слово к Богу и умри (Иов. 2, 9). То есть жена говорит Иову: «Зачем тебе терпеть? Похули Бога, пускай Он умертвит тебя, и ты успокоишься». Мы видим, что снова по дьявольскому наущению жена искушает Иова, как некогда Ева Адама. Сатана решает повторить свой «научный эксперимент» и ударить в незащищенное место. Такое часто случается. Как говорил Господь: И враги человеку – домашние его (Мф. 10, 6). Это действительно так. Больнее всего человека могут ударить только самые близкие люди.
Итак, дьявол, используя жену Иова, предлагает ему похулить, обругать Бога, сказать, что Он несправедлив, возроптать, то есть впасть в отчаяние и умереть. Но он сказал ей: ты говоришь как одна из безумных: неужели доброе мы будем принимать от Бога, а злого не будем принимать? (Иов. 2, 10). Что значит «доброе» и «злое» от Бога? В Книге пророка Исаии Бог говорит: Я образую свет и творю тьму, делаю мир и произвожу бедствия; Я, Господь, делаю все это (Ис. 45, 7). То есть Бог говорит, что Он творит благо и производит зло. Василий Великий так толкует это место: «Здесь пророк подразумевает не грех, не беззаконие, не убийство, а именно бедствие, такое как ураганы, цунами, землетрясения, болезни. Все они у людей называются злом, хотя таковыми по природе не являются».
Надо четко понимать, что Бог производит бедствия, но не производит злодеяния. Единственное реальное зло во вселенной – это грех. Ни болезни, ни катастрофы – злом не являются. Потому что грех способен разложить личность человека и ангела, а катастрофе, землетрясению, болезни это неподвластно.
«И услышали трое друзей Иова о всех этих несчастьях, постигших его, и пошли каждый из своего места: Елифаз Феманитянин, Вилдад Савхеянин и Софар Наамитянин, и сошлись, чтобы идти вместе сетовать с ним и утешать его…»
Как известно из Писания, в конце мира тело человека будет воскрешено в любом случае. Люди воскреснут именно в том теле, в котором умерли, и Бог исцелит последствия этого бедствия. Но последствия греха Бог исцелить не может, если человек в нем не раскается. И именно по причине того, что грех имеет непоправимые последствия, он является единственным злом – и он не от Бога. Бедствия же и болезни и все прочие (так называемые внешние) виды зла таких последствий не имеют. И они должны приниматься с благодарностью, потому что Бог все делает для спасения людей. Потому Иов и спрашивает: …неужели доброе мы будем принимать от Бога, а злого не будем принимать? (Иов. 2, 10). Мы станем, и мы должны принимать от Бога все. Как Иоанн Златоуст, который во время ссылки, уже умирая, говорил: «Слава Богу за все».
Итак, во всем этом не согрешил Иов устами своими (Иов. 2, 10). Наконец, для него наступает последнее искушение, которое будет длиться очень долго.
И услышали трое друзей Иова о всех этих несчастьях, постигших его, и пошли каждый из своего места: Елифаз Феманитянин, Вилдад Савхеянин и Софар Наамитянин, и сошлись, чтобы идти вместе сетовать с ним и утешать его. И, подняв глаза свои издали, они не узнали его; и возвысили голос свой и зарыдали; и разодрал каждый верхнюю одежду свою, и бросали пыль над головами своими к небу. И сидели с ним на земле семь дней и семь ночей; и никто не говорил ему ни слова, ибо видели, что страдание его весьма велико (Иов. 2, 11–13). Приходят трое друзей, чтобы утешить Иова. Но, увидев его чрезвычайные страдания, «бросают пыль» к небу. Друзья делают это от удивления – как они могли так обманываться? Как почитаемый праведником оказался грешником? Слова друзей являются самым тяжелым искушением для Иова – более тяжелым, чем искушения внешние. Об этом и пойдет далее речь.
Глава третья. Иов проклинает день и ночь своего рождения. Что для праведника страшнее болезни и смерти
Итак, пришли к Иову три друга: Елифаз Феманитянин, Вилдад Савхеянин и Софар Наамитянин (Иов. 2, 11). Согласно греческому переводу Книги Иова, это цари Фемании, Савхии и Наамии. Царства были небольшие и обладали независимостью.
И, подняв глаза свои издали, они не узнали его; и возвысили голос свой и зарыдали; и разодрал каждый верхнюю одежду свою, и бросали пыль над головами своими к небу. И сидели с ним на земле семь дней и семь ночей; и никто не говорил ему ни слова, ибо видели, что страдание его весьма велико (Иов. 2, 12–13).
После того открыл Иов уста свои и проклял день свой. И начал Иов и сказал: погибни день, в который я родился, и ночь, в которую сказано: зачался человек! День тот да будет тьмою; да не взыщет его Бог свыше, и да не воссияет над ним свет! Да омрачит его тьма и тень смертная, да обложит его туча, да страшатся его, как палящего зноя! Ночь та – да обладает ею мрак, да не сочтется она в днях года, да не войдет в число месяцев! О! ночь та – да будет она безлюдна; да не войдет в нее веселье! Да проклянут ее проклинающие день, способные разбудить левиафана! Да померкнут звезды рассвета ее: пусть ждет она света, и он не приходит, и да не увидит она ресниц денницы за то, что не затворила дверей чрева матери моей и не сокрыла горести от очей моих! (Иов. 3, 1–10) Иов, страшно страдая, проклинает день своего рождения, день, когда он появился на свет, потому что он видит, что человек рождается в смерть. Здесь не просто уныние человека, впавшего в страшное бедствие. Здесь показан некоторый отрицательный опыт.
Дело в том, что обычный человек часто живет в своем замкнутом мирке, не замечая реального положения дел вокруг. Он создает для себя некую искусственную реальность и не видит жизни, какова она есть на самом деле. А между тем мир, в том случае, если он без Бога, гораздо страшнее.
Один из наших современников, скончавшийся в 1993 году, великий старец Софроний Сахаров рассказывал, как еще в юности он ощутил всю бездонность тьмы, существующей в мире. Действительно, есть страшные глубины черного зла, и мир ими пронизан. И человек только в Боге может найти от них спасение.
Сегодня я купил и прочитал книгу одного нашего современника – мусульманина, который пять лет тому назад принял Святое Крещение. Он рассказывает о схожем опыте. И также архимандрит Софроний (Сахаров) говорил, что мы даже не представляем, какие бездны зла влились в мир с момента, когда человек отпал от Бога.
И вот в этом состоянии человек видит, что день его рождения – это день несчастия. Недаром же серьезные древние религии не приветствуют празднование дня рождения человека. А у христиан, в частности, празднуется день смерти. Когда родился Георгий Победоносец? Неизвестно. Мы знаем только, когда он умер. И это не случайно. В Священном Писании почти не описываются дни рождения, кроме Рождения Христа, поскольку оно является избавлением от тьмы. Господь говорит: Женщина, когда рождает, терпит скорбь, потому что пришел час ее; но, когда родит младенца, уже не помнит скорби от радости, потому что родился человек в мир (Ин. 16, 21). Но эта радость смешана с ужасом перед глубочайшей тьмой, в которую человек погружается. Недаром первое, что младенец делает после рождения, – кричит и плачет. Ребенок чувствует, как близка к нему тьма, тень смерти, область проклятого мира.
И более того, Господь практически всем дает такой опыт в подростковом возрасте, когда человек проходит через ощущение бездонной черноты, скрытой от него. Иные люди расценивают этот опыт как повод к саможалению: «Бедный я, несчастный, никто меня не любит, никто меня не ценит, никто меня не уважает». Это извращение благого опыта, такой человек закрывается для реального Бога. А человек, ощутивший скрытую в этом мире реальную тьму, реальное зло, реальное чудовищное проклятие, которое тяготеет над этим миром, – только он сможет взыскать Бога.
Поэтому Иов и начинает с того, что проклинает день своего рождения. Нечто похожее говорит и Иеремия в Книге пророка Иеремии: Проклят день, в который я родился! день, в который родила меня мать моя, да не будет благословен! Проклят человек, который принес весть отцу моему и сказал: «у тебя родился сын», и тем очень обрадовал его. И да будет с тем человеком, что с городами, которые разрушил Господь и не пожалел; да слышит он утром вопль и в полдень рыдание за то, что он не убил меня в самой утробе, – так, чтобы мать моя была мне гробом, и чрево ее оставалось вечно беременным. Для чего вышел я из утробы, чтобы видеть труды и скорби и чтобы дни мои исчезали в бесславии? (Иер. 20, 14–18).
Вот такое точное и справедливое ощущение чудовищной бессмысленности, которая есть в этом мире. Только в глупых советских гимнах пели, что все замечательно, жизнь хороша и прекрасна. На самом деле жизнь без Бога чудовищна и ужасна. Она является злой насмешкой над человеком. И тот, кто это почувствовал, – прикоснулся к первому подлинному слою реальности. Не к последнему, а к первому.
Человек, не ощутивший этого, никогда не дойдет до сути вещей. Глубже всего в этот ужас сошел самый совершенный Человек – Господь. В ту ночь в Гефсимании Он входит в самое средоточие тьмы, Он видит чашу проклятия, которая на Него надвигается, и даже молит Отца, чтобы эта чаша пронесена была мимо Него, потому что Он видит тот ужас и ту смерть, которые царят на земле, и то, что земля ничем не отличается от ада. Об этом также говорит и Иов: проклята та ночь, в которую сказано: зачался человек! День тот да будет тьмою; да не взыщет его Бог свыше, и да не воссияет над ним свет! (Иов. 3, 3–4).
Ночь проклятия, ночь рождения в проклятый мир – это ночь, не взысканная Господом. Не потому что рождение само по себе плохо. Плохо – страстное, смертное рождение, плох проклятый мир, в который человек вступает, его отделенность от Бога и смерть, которую он получает в свое рождение.
Да омрачит его тьма и тень смертная, да обложит его туча, да страшатся его, как палящего зноя! Ночь та, – да обладает ею мрак, да не сочтется она в днях года, да не войдет в число месяцев! (Иов. 3, 5–6) В греческом переводе: И пусть примет ее тьма, и тень смертная, придет на нее сумрак. Проклят будет день тот и ночь, пусть постигнет его тьма. Не будет его во днях лета, да не считается в днях месяца. Здесь Иов говорит о том, что есть дни, которые собственно днями не являются. Есть пустые годы, пустые столетия, есть проклятые поколения, есть целые проклятые эпохи. Библия четко говорит, что не всякий день существует. И парадоксы хронологии в Библии во многом связаны именно с этим. Например, в Библии не существует времени отступления Израиля от Бога. Те века, в которые Израиль отступал от Бога, – их просто нет. В Книге пророка Даниила в пророчествах о семидесяти седминах есть удивительный парадокс, там говорится, что в половине седмины будет прекращено жертвоприношение и будет принесен в жертву святой из святых. А потом сказано, что для многих вторая половина седмины заключит союз, откроет Завет. Какая вторая половина седмины? Это как раз последние три с половиной года в конце мира, когда Израиль будет верен Богу. То есть для Бога сейчас Израиля не существует. Сколько веков уже прошло с тех пор? А у Бога нет этого времени. Бог не считает того времени, в котором живет еврейский народ. Месяцы, годы, века, тысячелетия – все они вычеркнуты в глазах Бога, выброшены во тьму. Бог их не взыскивает.
«В ту ночь в Гефсимании Он входит в самое средоточие тьмы, Он видит чашу проклятия, которая на Него надвигается, и даже молит Отца, чтобы эта чаша пронесена была мимо Него, потому что Он видит тот ужас и ту смерть…»
Поэтому Иов и говорит, чтобы Бог не взыскал его ночью, потому что он рождается в смерть. Это опыт неотмирности человека: Иов понимает, что этот мир – не для него, он в этом мире – чужой человек.
Дальше он говорит: О! ночь та – да будет она безлюдна; да не войдет в нее веселье! Да проклянут ее проклинающие день, способные разбудить левиафана! (Иов. 3, 7–8) Или славянский перевод: «…Но нощь оная да будет болезнь, и да не приидет на ню веселие и радость, но да прокленет ю проклинаяй той день, иже имать одолети великаго кита…» («И ночь та да будет болезненной и да не придет на нее веселие и радость, но да проклянет ее проклинающий тот день, Тот, Кто имеет одолеть великого кита».) Кто это Такой? Кто одолеет великое чудовище? Господь. Пусть Он проклянет эту ночь рождения, проклянет смерть, которая наступает у человека, пусть Он отделит ее от человека.
Проклясть – значит отделить. Если я что-то проклинаю, значит, я это отделяю от себя. В конце времен Господь скажет и тем, которые по левую сторону: идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его (Мф. 25, 41). «Проклятые» – в смысле отделенные от Бога навсегда.
И Иов говорит: «Пусть эта ночь моего рождения, когда я родился, будет отделена от меня, пусть она уйдет в бездну, я не хочу жить в этом мире, этот мир для меня чужой, я знаю, что за ним какое-то чудовище таится». Действительно, за этим миром скрыты духовно мощные силы. Неслучайно князем космоса называется тот самый великий кит, которого должно одолеть. Он стоит за этим безумием мира, за этой чудовищной смертью, которая разлагает человека, за той гибелью, которая делает человека в духовном смысле распавшимся. Вот это действительно страх и ужас, при виде которого у Иова словно открываются глаза на этот мир. Он видит смерть, которая от него скрыта.
И дальше Иов говорит: Да померкнут звезды рассвета ее: пусть ждет она света, и он не приходит, и да не увидит она ресниц денницы (Иов. 3, 9). То же место в другом переводе: «Пусть померкнут звезды той ночью и да сжигает их свет, и да день пусть не придет, и да не увидит она денницы, которая сияет». Или в славянском тесте: «…Да померкнут звезды тоя нощи, да ожидает и на свет да не приидет, и да не видит денницы возсиявающия». То есть никогда над этой ночью мира не поднимется рассвет. Пусть она уйдет в бездну и во тьму, и можно будет наконец покинуть этот мир. Как святой Киприан Карфагенский говорил, что трижды блаженны мученики, потому что они покинули отвратительную бездну мира. Почему же бездна отвратительна? Идет ли речь о материальной вселенной? Нет. Речь идет о том ужасе и проклятии, которое охватило вселенную, в особенности человека, который ближе всего находится к самому «сердцу» проклятия.
Это проклятие охватывает вообще весь тварный космос: мы видим мерзкие примеры убийств, в том числе в животном мире, мы видим взрывы звезд, разложение, гниение и т. д. Это примеры распада во всем мире, но у самой воронки, из которой в мир вошла смерть, стоит человек. Он ближе всего к этой черной бездне. Более того, он в этой пропасти прямо и находится, потому что она вышла из него. Он сам породил эту бездну. И он позвал великого кита в бездну живущую («великого кита» – означает дьявола, раньше великого ангела, а теперь великого убийцу).
Иов продолжает: Для чего не умер я, выходя из утробы, и не скончался, когда вышел из чрева? Зачем приняли меня колени? зачем было мне сосать сосцы? Теперь бы лежал я и почивал; спал бы, и мне было бы покойно с царями и советниками земли, которые застраивали для себя пустыни, или с князьями, у которых было золото, и которые наполняли домы свои серебром; или, как выкидыш сокрытый, я не существовал бы, как младенцы, не увидевшие света. Там беззаконные перестают наводить страх, и там отдыхают истощившиеся в силах. Там узники вместе наслаждаются покоем и не слышат криков приставника. Малый и великий там равны, и раб свободен от господина своего (Иов. 3, 11–19). Он видит, что весь мир живых сейчас даже более страшен, чем ад. Это удивительное совершенно описание. В этом мире цари застраивают пустыни, князья собирают сокровища, и при этом они топчут людей. Здесь, в этом мире, царят несправедливость и злоба. Интересно, что в славянском варианте еще более яркий текст: «…ныне убо уснув умолчал бых, уснув же почил бых со царьми и советники земли, иже хваляхуся оружии» («…лучше бы я уснул, замолчал бы, уснул бы, почил бы вместе с царями, и советниками земли, которые хвалились оружием» (Иов. 3, 13–14)). «Хвалились своим оружием» – то есть хвалились своими способностями завоевателей.
Обратите внимание, какой сейчас самый яркий праздник в России, кроме Нового года? Девятое Мая. День окончания войны. День Победы. День похвалы оружием. Да, действительно, здорово и замечательно, что мы победили, но, если вдуматься, не лучше ли было обойтись без войны, чтобы вообще бойни не было? Ведь это чудовищное зло. Мы просто свыклись с этим ужасом – массовыми убийствами, насилием, грабежами, которые являются нормальным явлением для владык и царей, хвалящихся своим оружием и убийствами, или для «князей», которые имеют много золота и наполняют дома свои серебром за счет тех, кого они грабят, за счет наживы, за счет бедствий других людей.
…Как выкидыш сокрытый, я не существовал бы, как младенцы, не увидевшие света (Иов. 3, 16). Или, как в славянском переводе: «И я как выкидыш, выброшенный из ложесн матери, или как младенцы, которые не видели света, был бы там» («или якоже изверг излазяй из ложесн матерних, или якоже младенцы, иже не видеша света. Там беззаконные перестают наводить страх» (Иов. 3, 17)), или, в переводе с греческого на славянский: «…тамо нечестивии утолиша ярость гнева, тамо почиша претружденнии телом». «Нечестивые утолили ярость гнева». То есть там, в аду, они утолили свою ярость гнева. Тот яростный гнев, который распалял их, – он закончился. В аду. Почему же он говорит, что ад лучше земли? Вдумайтесь – ад лучше земли! Потому что ад – не порождает бездну, не порождает зло. Где корни этой чудовищной смерти и проклятия? На земле, не в аду. Ад – это место, куда уходит проклятое. Но порождается проклятие здесь, на земле. Здесь центр циклона. Отсюда вырывается поток смерти, который заполняет всю вселенную. Проблема не только в том, что Адам согрешил, проблема в том, что грех, зло начало раскручиваться как вихрь, как ураган, набирая обороты и захватывая все больше и больше пространства. А власть зла сейчас еще сильней, чем во времена Иова. Люди тогда были неграмотными и ядерной бомбы не имели, уран не использовали и даже бактериологического оружия не применяли. Необразованными людьми они были. Зато сейчас – прогресс.