- -
- 100%
- +
– В котором часу он от вас ушел?
– Поздно. Около двух часов ночи. Он уснул… и я не стала его будить. Это счастье – видеть его спящим… Вы не смотрите, что я такая спокойная, это не так, внешность обманчива… У меня все внутри перевернулось, когда я узнала о смерти Виолетты… Конечно, я не могла испытывать к ней теплых чувств уже хотя бы потому, что она была моей соперницей, и я, не скрою, завидовала ей в том, что она жила с Валерой в одной квартире, что она спала с ним в одной постели, кормила его завтраками, стирала его одежду, что она была чаще с ним, чем я… Но моя зависть ограничивалась лишь моей болью, когда я думала об этом… Ни я, ни тем более Валера никогда не могли желать ей смерти. Да и зачем ее убивать, когда для того, чтобы быть вместе с Валерой, мне было бы достаточно одного развода… Ни у меня, ни у Валеры не было мотива…
– Вы – любовница мужа и говорите, что у вас двоих не было мотива? Это вы так считаете, Берта… И самое неприятное в этой истории заключается в том, что вам никто не поверит… Вы же никогда не скажете правды… Если предположить, что это все-таки Валера убил свою жену, то кто, как не вы, его любовница, можете помочь ему с алиби? Это старая история… – Садовников сказал это с такой грустью в голосе, что это настроение перешло Берте. Он вдруг понял, что повел себя не как следователь. Он всем своим видом словно хотел сказать ей: я-то верю вам, но больше-то никто не поверит, и вашего возлюбленного, вашего красавца Валерия, скорее всего, посадят за решетку…
– Но у вас же нет никаких улик против него! Подумаешь – его в момент убийства не видел никто, кроме меня… Разве это доказывает его вину? Что вы такое мне говорите?!
– Вероятно, вам мало что известно из этого дела… Виолетту убили камнем, который обнаружили неподалеку от места происшествия. Камень оказался острым, кожа была рассечена, брызнула кровь… И, к несчастью для вашего любовника, залила рукава его джинсовой куртки… Вернее, не так. Не залила, забрызгала. Но этих капель было вполне достаточно, чтобы понять, кто убийца. А вы говорите – алиби… Вам лучше во всем признаться и рассказать, как все было… Скорее всего, у вас обоих кончилось терпение. Валера позвонил своей жене и назначил ей встречу в парке…
– В десять часов вечера? Но зачем?
– Для того, чтобы убить ее… Вполне возможно, он надеялся, что его маленькая дочка к тому времени уже будет спать и что Виолетта придет в парк одна… Но она пришла с коляской… Не смогла оставить дочку без присмотра… Так скажите нам, Берта, как он объяснил своей жене, зачем он хочет встретиться с ней именно в парке и именно в десять часов вечера?
– Он пришел ко мне в восемь… Мы поужинали и сразу отправились в спальню… Мы даже телевизора не включали. Нам никто не был нужен и уж тем более – Виолетта… Повторяю, Валера никуда не отлучался! Мы были вместе и почти не выходили из спальни… разве что в кухню за вином или в ванну, если уж вас интересуют такие подробности…
– Но Виолетта мертва. А рукава джинсовой куртки Валеры забрызганы кровью его жены… Как вы можете это объяснить?
– Быть может, кто-то надел его куртку, назначил свидание Виолетте и убил ее…
– В чем был ваш любовник, когда пришел к вам? Говорите правду, потому что любая, даже самая маленькая, ложь вызовет у следствия большое недоверие…
– Да, на нем была джинсовая куртка… Он надел ее поверх черной спортивной майки… Но если, как вы говорите, рукава этой куртки – в крови его жены, то, быть может, это старая кровь… Может, они были вместе, когда у Виолетты пошла носом кровь и забрызгала рукава куртки… Тогда где-то может быть и носовой платок… Вас как зовут?
– Марк Александрович.
– Марк Александрович, что вы хотите от меня услышать? Что Валера пришел ко мне в восемь, а в половине десятого отправился в парк убивать свою жену? Не было этого, понимаете, не было! Так и можете записать в ваших документах. И когда-нибудь мы докажем это. Найдем хорошего адвоката, который сделает все, чтобы вы поняли, что Валера – не убийца… Какие еще вопросы ко мне у вас есть?
– Вы не знаете, у Виолетты не было никого… в смысле мужчины?..
– За ней ухаживал один человек, буквально преследовал ее, мне Валера рассказывал, но он очень стар, ему под семьдесят… Он богатый человек, у него дом в Ницце, квартира в Москве… Но основной бизнес у него здесь, в нашем городе… Понятное дело, что у него не было никаких шансов в отношении Виолетты, но любить-то никому не запретишь…
– Фамилию можете назвать?
– Я не знаю.
– А Валера?
– Думаю, что он в курсе.
– Они встречались?
– Я подробностей не знаю… Да и зачем это мне?
– Если бы, к примеру, Виолетта ответила на его чувства, вернее, согласилась бы на брак с состоятельным человеком, Валера бы стал свободен и вы могли бы пожениться…
– Никогда не думала об этом и не допускала такой мысли… Все-таки семьдесят лет…
– Вы не лукавите? В нашем городе не так уж и много состоятельных людей, у которых недвижимость в Ницце… Ну да ладно, можете не отвечать.
– А разве Валера сам вам ничего не говорил? – осторожно спросила она, и Марк понял, что она сожалеет о том, что рассказала о воздыхателе Виолетты.
– Не переживайте, я не выдам вас… Но все же прошу вас, помогите нам… Ведь убита молодая женщина, мать маленькой Даши… Я понимаю, она была вашей соперницей, и все же…
– Валера – не убийца. И мне очень жаль, что вы мне не верите. Валера… Вы его не знаете, его никто так не знает, как я… Да, он не любил свою жену, но это не преступление… И вы только тратите драгоценное время, находясь здесь и допрашивая меня. А в это время настоящий преступник на свободе… И это тот, другой человек расправился с Виолеттой. Насколько мне известно, ее же ограбили…
– Хорошо, Берта, я все понял. Прошу вас никуда не уезжать из города, возможно, вы нам еще понадобитесь…
Марк вышел от нее с твердым чувством, что она лжет. И что она сделает все возможное – будет врать, пойдет на преступление, чтобы только выгородить своего любовника. Это он прочел в ее взгляде. Она была отчаянно влюблена, и ему почему-то стало ее жаль… Он сразу же спросил себя, хотел ли он, чтобы Рита вот так же стояла за него, готова была на все ради его спасения… При мысли о Рите ему стало необыкновенно хорошо на душе, как-то благостно… Он вспомнил, как она провожала его утром, как накормила кашей и какао. Такой спокойный домашний завтрак… Он был готов прямо сейчас все бросить и вернуться к ней, забраться в ее постель и положить голову ей на плечо… Он был влюблен, так же, пожалуй, отчаянно, как и Берта… Значит, он должен понять ее, Берту. И что же дальше? Любовь, построенная на крови жены… Кровь на рукаве куртки… Об этом он узнал утром и сразу же арестовал Крупина. И кровь – свежая… Быть может, Берта права и кто-то воспользовался его курткой, чтобы, совершив убийство, подставить тем самым Валерия?.. Но Берта же сказала, что он был в куртке… Надо бы ей показать куртки, несколько штук, чтобы она опознала, в какой именно приходил к ней в тот вечер Крупин…
Щебетом птиц в глубине кармана проснулся телефон. На дисплее высветилось волшебное имя Маргарита. На губах тотчас проявились ее поцелуи, в животе сладко заныло.
– Слушаю…
– Марк, ты не мог бы мне сообщить адрес этой женщины, любовницы Крупина?..
– Зачем тебе? – удивился он. – Рита!
– Надо, – вздохнула она в своей мастерской. – Хочу своими глазами увидеть эту женщину…
– Хорошо, только не связывай свой визит к ней…
– …с тобой? Нет, ни в коем случае! Предоставь мне немного свободы, очень прошу тебя…
Он слышал ее голос и словно видел ее, залитую солнцем, стоящую посреди своих картин и немного скучающую, погрустневшую после его ухода. Во всяком случае, ему так хотелось.
– Записывай адрес… Радищева, 25…
– И не переживай, я не позволю себе ничего лишнего, просто мне надо увидеть эту женщину, – повторила она. – Ты когда сегодня вернешься домой?
– Понятия не имею… Дел накопилось слишком много…
– Как я завидую тебе, у тебя такая интересная профессия… Целую тебя, Марк. До вечера.
Он отключил и поцеловал телефон. Какая, к черту, работа, когда в его жизни появилась такая женщина!.. И почему только он не позвонил в ее дверь раньше и не попросил соли?..
5
Целое утро Рита думала о погибшей Виолетте Крупиной. На столе в кухне перед ней стояла чашка с кофе, в пепельнице дымилась сигаретка. Не хотелось идти ни по магазинам, ни смотреть телевизор, ни укладывать волосы, ни путешествовать по Интернету, ничего… Даже постель убирать не хотелось, ведь простыни еще хранили в себе запах мужчины, который провел здесь всю ночь… Марк! Какой нежный, сколько же в нем накопилось любви… Она так расслабилась после ночи с ним, что чувствовала себя вялой, немного пресыщенной и предельно счастливой. Она вдруг представила себе, что родила ребенка от Марка, девочку, и отправилась с ней гулять по парку… поздно вечером… Нет, картинка эта давалась ей с трудом. Зачем это ей брать коляску и отправляться на ночь глядя гулять по парку? Что могло бы ее заставить выйти с дочкой из дома в столь поздний час? Стоп! Почему это все решили, будто бы Виолетта вышла из дома поздно? Она могла выйти и в пять, и в шесть и все это время где-то находиться, а потом уже возвращаться домой через парк, ведь ее дом расположен совсем рядом с местом убийства… Быть может, ей позвонил муж и попросил прийти? Но зачем, если он сам мог прийти домой, тем более что он знал – уже поздно и девочке пора быть в кроватке?.. Никто не видел, сказал Марк, когда именно Виолетта вышла из дома. Нет достойных свидетелей, способных подтвердить алиби и самого Крупина. Любовница? На то она и любовница, чтобы любить мужчину, а не выдавать его следователям прокуратуры. Насколько лжива и продажна может быть эта женщина, чтобы покрыть преступление своего любовника? Именно этим и хотела заняться Рита, вместо того чтобы бесцельно слоняться по квартире и вспоминать каждую деталь недавнего свидания с Марком. Она очень боялась, что он больше не придет… Откуда взялся этот страх, она не могла объяснить. Ведь еще ни разу в жизни она не боялась так потерять мужчину, как сейчас. Хотя объяснение лежало на поверхности: она влюбилась в него и теперь попала в зависимость от него. Но вот хорошо это или плохо – она еще для себя не выяснила… Просто хотела, чтобы он всегда был рядом. Какое эгоистичное желание!
Она позвонила в дверь Берты Селезневой, еще не представляя, как завяжет разговор и как вообще объяснит свой визит…
– Кто там? – услышала она недовольный и даже как будто раздраженный женский голос.
– Вы – Берта?
– Да… Подождите, сейчас открою…
Дверь распахнулась, и Рита увидела красивую молодую женщину, блондинку с бледным растерянным лицом. Черное платье слишком коротко, но зато какие стройные, совершенно белые, не тронутые загаром ноги… Крупин запутался в этих ногах, задохнулся в этих стройных бедрах, утонул в этих светлых солнечных волосах…
– Ну точно! Это вы, я так рада! Извините, что явилась без приглашения… Я сейчас все объясню… Меня зовут Маргарита. Я – художница. Увидела вас недавно на улице и поручила одному своему знакомому мальчику проследить, где вы живете… Понимаете, я коллекционирую интересные лица. Мне очень хочется написать ваш портрет. Вот, собственно, и все. Я хорошо заплачу вам за сеансы… Не спешите отказываться. Ну что вам стоит немного посидеть и подумать о своей жизни, к примеру?.. Время для вас пролетит быстро… Я постараюсь как-нибудь развлечь вас, расскажу вам какие-нибудь идиотские анекдоты… Правда, я не очень-то хорошая рассказчица…
– Послушайте, Маргарита, это замечательно, что вы художница, но, согласитесь, это не очень хорошо – вот так вот вламываться в чужой дом…
– А что бы вы сделали на моем месте? Написали бы письмо с просьбой о позировании? Не слишком ли все это сложно? Я вижу, что вы никуда не спешите, что на вас домашнее платье…
– Ладно, проходите… Тем более что у меня сейчас на душе так скверно… Быть может, вы – именно тот человек, который мне сейчас нужен…
И она впустила Риту. Даже предложила ей кофе.
– Знаете, кофе я принесла с собой. Купила по дороге. Думаю, а вдруг так захочется кофе, а у вас нет…
– Какая вы странная. – Берта слабо улыбнулась. – Может, вы еще и масло с булочками купили?
– Нет, только кекс. Но очень свежий. Вы не боитесь испортить вашу прекрасную фигуру?
– Нет. Теперь я ничего уже не боюсь. Устала бояться. А где же ваш… инструмент, бумага?.. – Во взгляде Берты просквозила ирония.
– Все в сумочке. Вот небольшой альбом, карандаши, уголь… Сначала я хочу сделать эскизы…
«Ну вот и мои способности пригодятся для такого важного дела, как расследование убийства», – пронеслось в голове Риты, хотя где-то в глубине души она понимала, что ведет себя действительно странно, если не безрассудно, и что ею в данный момент движет не столько желание помочь Садовникову распутать дело об убийстве, сколько произвести на него впечатление. А ведь еще не так давно мужчины ее интересовали исключительно с эстетической точки зрения, и ей бы никогда в жизни не пришло в голову едва ли не на второй день знакомства отправляться знакомиться с абсолютно незнакомым человеком, да к тому же еще и любовницей главного подозреваемого в убийстве… Причем она действовала крайне решительно, словно уже поступала таким образом неоднократно и знала, как себя вести в подобных случаях. И задачу она перед собой ставила, как ей казалось, довольно простую: установить, склонна ли эта личность ко лжи, способна ли на соучастие в преступлении.
– И все равно, согласитесь, необычная ситуация… – Берта пригласила свою гостью в гостиную, усадила за стол и отправилась на кухню варить кофе. – Вы приходите ко мне, заявляете, что хотите написать мой портрет… А почему я должна вам верить?
– О, у меня и на этот счет имеются доказательства… Чтобы вы не подумали, будто бы я пришла ограбить вас… Вот смотрите, это я скопировала из Интернета: большая статья обо мне, с репродукциями моих картин, которые были проданы в Лондоне, а это, – Рита вертела в руках помятые листки, – частная выставка в Париже, где было выставлено несколько моих работ… Но вы ведете себя абсолютно правильно, я бы тоже отнеслась к подобному визиту посторонней женщины с недоверием… Однако пройдет немного времени, и вы поверите мне и даже будете благодарны в какой-то мере за то хотя бы, что я оставлю вам все эскизы: вы сможете вставить их в рамки и будете показывать своим друзьям…
Да, она намеренно вела себя таким образом, чтобы впоследствии именно Берта чувствовала себя обязанной ей, а не наоборот.
Другая женщина на месте Берты каким-нибудь образом прокомментировала бы это заявление, выказав свое удивление, если не презрение к вызывающе нескромной художнице. Берта же промолчала, пробежав взглядом по статье, лишь пожала плечами.
– Вы себе представить не можете, как несвоевременно и одновременно вовремя вы появились у меня… И вы на самом деле можете мне заплатить за позирование? – Берта поставила перед Ритой чашку с кофе и пододвинула тарелку с кексом.
– Да, я же обещала…
– И что же такого особенного вы нашли в моей внешности, что заставило вас прийти ко мне?
– Ваше лицо… Не знаю, как объяснить… Просто увидела готовый портрет… Знаете, у меня так бывает… Возможно, мне не удастся точно скопировать его, это не в моем стиле, но вашу сущность я непременно должна уловить…
– Надо же…. Зачем вам моя сущность?
– Я понимаю, у вас плохое настроение, я это чувствую, но это же временное состояние… Пройдет время, и оно поднимется, все в этой жизни меняется, к счастью… У меня, если хотите знать, тоже дурное настроение… Больше скажу – отвратительное, но я нахожу утешение в работе, в творчестве… Ведь если разобраться, то никому и ни до кого нет дела, согласитесь. У вас какие-то свои проблемы, я это вижу, а у меня – свои. Постараемся хотя бы на время забыть о них, вот и все. Вы еще не научились владеть собой настолько, чтобы ваше лицо не отражало ваших подлинных чувств?
– Нет, – со вздохом ответила Берта и еще больше погрустнела. – Да и зачем что-то от кого-то скрывать? Какой в этом смысл?
– Не знаю… Может, вы и правы.
Рита усадила свою грустную натурщицу таким образом, чтобы свет из окна освещал ее лицо, села напротив с альбомом, взяла уголь…
В комнате стало тихо, лишь шуршал по бумаге, оставляя черный жирный след, уголь.
Рита представила себе, как оживает эта комната да и вся квартира с приходом мужчины. Она словно видела сидящего в кресле любовника Берты – Валеру. На подлокотнике – Берта, она обнимает Валеру за шею, склоняется к нему, целует в голову, в теплые волосы… Она счастлива, что он нашел время заглянуть к ней. Она знает, что у него жена, маленький ребенок, и понимает, что не так-то просто будет ей дождаться, пока разрушится эта заболевшая изменой семья. Но она будет ждать. Она будет делать все возможное, чтобы он, ее возлюбленный, наконец ушел из семьи, бросил и жену, и ребенка. Нет, ребенка, он, конечно, не бросит, будет заботиться о девочке; возможно, малышка время от времени станет появляться и в этой квартире… Берта будет делать вид, что любит эту девочку, постарается сделать так, чтобы она поскорее освоилась здесь и считала этот дом своим вторым домом. Она будет покупать ей игрушки и кормить сладкими пирогами.
Как долго Валера будет сидеть в этом кресле? Пригласит ли его Берта поужинать или у них это не принято? Ведь у них и так немного времени, поэтому, может, он и проведет в кресле всего несколько минут, а потом они отправятся в спальню… Они будут любить друг друга, как воры. Она будет воровать его у жены, Виолетты, а он будет воровать Берту у других ее любовников – бывших и будущих. Роман, основанный на лжи, – как ей это знакомо… Сколько женатых мужчин пытались стать любовниками Риты… Они приходили к ней с цветами, вином, готовые к измене, как к войне. Солдаты любви! Ну не смешно ли? Зачем тогда жениться? Чтобы было куда приходить, было бы что есть в чужом доме – да, уже в чужом? Чтобы просто была та, которая примет его всякого: больного, расстроенного, неудачливого, уставшего, слабого, голодного, нищего, – жена… Это к любовнице, вот к такой, как эта холеная и красивая женщина с немецким именем Берта, следует приходить в хорошем настроении, чистым, здоровым, полным любовных сил и с туго набитым кошельком…
Берта сидела прямо и задумчиво разглядывала стену напротив. Изредка бросала взгляды на художницу. Еще немного, и она расскажет ей, посторонней женщине, вторгшейся в ее жизнь, о том, что с ней произошло. Потому что не может больше молчать. Все ее счастье, ее любовь могут разрушиться по вине следователя, который не хочет поверить ей. И не потому, что у нее на лбу написано, будто бы она лгунья, нет. Просто она – любовница Валеры.
– У меня беда… – Она разлепила губы и поняла, что готова заплакать. Ей вдруг стало нестерпимо жаль себя.
– Да, я понимаю, что пришла некстати… Но если я скажу, что и у меня тоже беда… И что я сбежала из дома, чтобы только не оставаться там… – вдруг произнесла художница и тоже помрачнела. – Не думаю, что мужчины страдают так же, как и мы…
– Откуда вы знаете, что это из-за мужчины?
– Чувствую. Вы живете одна, но время от времени у вас появляется мужчина… Так многие живут… – Рита выпрямилась и потрясла уставшей рукой. Потом сдунула черную угольную пудру с листа. Портрет не удавался. Женщина, смотрящая на нее с альбомного листа, была кем угодно, но только не Бертой. Вот что значит работать без вдохновения и лгать…
– Понимаю, вы увидели мужские тапочки в прихожей, – догадалась Берта.
– Да нет, ничего такого я не заметила. Просто в доме не чувствуется мужской дух. Не знаю, как это объяснить. Но вы – красивая женщина, поэтому я предположила, что у вас кто-то есть. В этом вся проблема… Он есть, и одновременно его нет.
– Он есть, есть, есть!!! Но может так случиться, что его не станет. – Глаза ее повлажнели от слез. – Его жену убили вчера ночью, а его арестовали по подозрению в убийстве. А у него есть алиби, он был весь вечер у меня и никуда не отлучался! Но Садовников мне не верит!
– А Садовников – это у нас кто? – поинтересовалась художница, и сердце ее забилось сильнее. Ей было приятно, что эта женщина упомянула имя ее любовника.
– Это следователь прокуратуры. Сначала я, когда увидела его, подумала: вот этот человек во всем разберется, он сделает все, чтобы Валеру выпустили… Но он не верит мне, я чувствую, не верит! Ему требуются свидетели. Но какие свидетели могут быть у меня в спальне? Только подушки да еще пальма в углу… Она видела, что он был один, вернее, что он был со мной… И никуда не уходил. Мы не спали. Он редко когда спит у меня… Хотя нет, что я такое говорю, он уснул. Это я почти не спала. Мне нравится смотреть, как он спит. Мы выпили немного вина, расслабились, а потом он заснул…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.