Печать Хаоса. Серия «Демоны хаоса и мрака». Книга первая

Редактор Тина Лебедева

Дизайнер обложки Мари Ви

© Мари Ви, 2026

© Мари Ви, дизайн обложки, 2026

ISBN 978-5-4498-8669-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

В комнату врывались потоки холодного ветра. Рваными, острыми порывами стихия словно пыталась обрушиться на присутствующих необратимым наказанием. На полках с многочисленными склянками, в которых покоились древние зелья, проклятия и души рабских созданий, тревожно и предостерегающе позвякивало.

Ристан Эленарт неспешно прохаживался по комнате, с притворным интересом разглядывая попадающиеся ему под руку предметы. Своей нарочитой расслабленностью, словно зверь перед прыжком, вальяжностью и размеренностью он заставлял нервничать. На его губах играла хитрая улыбка, глаза пылали фиолетовым, источая силу и мощь.

Даже несмотря на то, что именно Ристан сейчас был в гостях, Нор чувствовал себя гораздо менее уютно.

– Рад, что ты обустроился, – ласковой притворностью заговорил Рис, по-прежнему не глядя на своего собеседника.

Ветер снова возмущенно ворвался в комнату и с силой распахнул несколько увесистых гримуаров. Стихия не любила Ристана, демон это знал. Улыбался шире.

Нор сглотнул, несколько раз просканировал своим вампирским зрением комнату на предмет скрытых ловушек или подвохов, которые вполне мог ожидать от Ристана, но снова их не обнаружил. Он прекрасно знал, что демон вряд ли бы заглянул к нему для обмена любезностями. Сомнений не было: ему что-то нужно от вампира.

– Это… – Нор заговорил, но голос предал его хрипотцой, заставил как следует прокашляться, – временно. Пока не найду работу получше.

Хитрые фиолетовые глаза Ристана быстро уловили реакцию Нора, и тому пришлось задействовать недюжинное самообладание, чтобы выдержать этот взгляд. Ристан был полностью в себе уверен, не сомневаясь ни на долю секунды. Нору это не нравилось.

Еще в Академии, когда им приходилось пересекаться на занятиях, Нор прекрасно знал, что демонам веры нет. Но многие из тех, кто окружал его, и половины Ристана не стоят. Этот был хитрее всех и, если ему что-нибудь требовалось, он получал это любыми способами.

Алые глаза Нора полыхнули секундной ненавистью, как бы предупреждая: пусть он не демон, но вампирской силы хватит…

Правда напасть на демона Империи – это все равно, что подписать себе смертный приговор. Об этом Нор тоже знал.

– Это хорошо, что ты не стоишь на месте и стремишься податься куда-нибудь еще, – на секунду могло показаться, что Ристан говорил искренне. – Редкий случай, когда вампирам хочется чего-то большего, нежели осесть в услужении какой-нибудь демонической семьи и попивать поставляемую им кровь.

Злорадная улыбка на лице Ристана разозлила Нора, но он сдержал себя, не выказал совершенно никакого непочтения. Вампир понимал, что это почти личное оскорбление как его самого, так и всего его вида в целом. Но что он мог ответить? В этом демоническом мире хорошо, что вампиры занимали хоть какое-то положение.

– Смею предположить, ты что-то хочешь от меня, – решил переходить к делу Нор.

Ветер будто слушал, ворвался новой волной, ударил в самого Ристана и чуть взъерошил его темно-каштановые, почти черные, волосы. Его силуэт на фоне вечной ночи снаружи, устрашал, особенно горящие фиолетовым глаза.

– Как тебе известно, в скором времени Мрак выберет себе приемника, – начал издалека Ристан. Нору, конечно же, это было известно, а еще он прекрасно знал, что только демоны имеют право проходить испытания Мрака. – Можешь меня поздравить.

Очередная хитрая и самоуверенная улыбка демона, пронзительный взгляд фиолетовых глаз. Нор едва сдержался, чтобы не сморщиться. Мало того, что Ристан доставал всех в Академии, так теперь еще и на испытания Мрака заявится. Это явно не к добру.

Если что-то связанное с демонами вообще можно было отнести к добру.

Но Нор по-прежнему не имел возможности перечить и высказывать свое истинное мнение по поводу всего, что касалось демонов.

– Прими мои поздравления, – чуть кивнул вампир.

Ристан удовлетворенно повел бровью, а затем подцепил лежавший перед ним на подставке магический шар, принявшись беспечно подбрасывать его в воздух. Нор тут же напрягся и сконцентрировал на артефакте предельное внимание. Эти шары обладали силой и знаниями, но самое главное – стоили, как целых два Нориона в вечном рабстве. Ристан знал это ничуть не хуже, но наслаждался тем, что может пощекотать нервы вампиру.

– Мрак не терпит слабости, – продолжая играючи подбрасывать шар в воздух, прохаживался по комнате Ристан. – Но еще он не любит, когда кто-то наивно полагает, будто у него есть хоть какие-то шансы.

Нор чуть нахмурился, заинтересовавшись речами демона, но шар по-прежнему занимал все его внимание, особенно, когда Рис продолжал подвергать магический артефакт явной опасности.

– И… ты знаешь, кто там будет? – Осторожно, будто это могло спровоцировать Ристана, поинтересовался Нор.

– Конечно же, мне это известно, – еще одно небрежное подбрасывание шара в воздух, и Нор подумал, что даже его смертельное перерождение в бессмертного вампира не казалось таким болезненным, как видеть Риса, играющего с бесценным магическим шаром. Сглотнув, Нор призвал себе в помощь все терпение, на какое вообще мог быть способен вампир. – Но ведь вполне очевидно: Мрак выбирает не просто сильных. – Ристан замер, желая, чтобы вампир заглянул ему в глаза. Полыхнув фиолетовым пламенем, демон добавил: – Лучших.

Очевидно, что он имел в виду себя, но Нор не мог до конца сосредоточиться на Ристане, до тех пор, пока тот не оставит шар в покое.

Ристан это знал. Ристан мог бы положить шар на место и продолжить беседу.

Но это же Ристан Эленарт.

Очередной порыв ветра – демон подбрасывает шар в воздух и тот небрежно выскальзывает из его рук. Вампир реагирует моментально – яркой алой вспышкой в воздухе перемещается по помещению, оказывается рядом с шаром и… неуклюже падает на пол из-за подставленной демоном подножки.

Вскрикивая, Нор резко разворачивается и каким-то чудом успевает поймать шар за секунду до его неизбежного уничтожения. Выдыхает облечение. Вампиру показалось, что за эту долю секунды он отдал половину своего бессмертия.

Алые глаза находят демона, который расслабленно улыбается, наблюдая за вампиром. Злость успокаивалась волнами, Нор понимал, что даже если пожелает, не сможет ничего противопоставить демону.

Теперь еще и избранному для испытаний Мрака.

Уже не торопясь, Норион поднялся на ноги и, возложив шар на его законное место, почувствовал легкое притяжение, словно от магнита, когда предмет коснулся подставки. По крайней мере, если его не трогать, он точно не упадет.

Очередной злой и пронзительный порыв ветра ворвался в комнату, загудев самым жутким и устрашающим воем. Норион медленно развернулся и без страха заглянул в фиолетовые глаза.

– Что ты задумал? – Спокойно спросил Нор, как будто не было всей этой ситуации с магическим шаром.

На демонов не обижаются. Демонов опасаются.

– Ты ведь знаешь, что Райлиет Офиери, прежде чем исчезнуть, где-то спрятал Печать Хаоса, – буднично и спокойно продолжал Ристан с легкой ухмылкой на устах.

Норион догадался обо всем быстро.

– Ты хочешь найти Печать? – Удивился ли он? В случае с Ристаном – это довольно бесполезное дело. – И это если учесть, что ее не мог найти ни один, даже самый сильный демон? Хотя ее искали неоднократно и очень тщательно?

Ристан снова расплылся в самодовольной улыбке, как будто у него был заготовлен план. Хоть и не лучшим образом, но зная демона с фиолетовыми глазами, Норион запомнил одно: у Ристана Эленарта всегда был план.

– Ты забываешь кое-что, Нор, – самодовольно подчеркнул свое превосходство Ристан, – если у кого-то там не получилось, это совершенно не означает, что не получится у меня.

С одной стороны, вампир прекрасно помнил, как однажды в Академии Ристан при достижении своей цели жестко подставил Нора, вследствие чего вампира даже чуть не исключили и не предали кровавому суду. С другой же стороны, Нор знал, что если уж Рис берется за дело – лучше бежать без оглядки, потому что он своего уж совершенно точно добьется.

– И что нужно от меня? – Спросил вампир.

Демон снова полыхнул фиолетовыми искрами пламени в своих глазах, в очередной раз доказывая свое доминирующее превосходство.

– Твоя кровь, – озвучил Ристан.

Норион предполагал, что это не простая светская беседа, но чтобы кровь…

Ухмыльнувшись не так изящно, как демон, вампир сложил перед собой руки.

– С чего ты взял, что я стану тебе помогать? – Не так чтобы самоуверенно, но все же защищаясь, заметил Нор.

Ристан продолжал задавливать своей уверенностью.

– Что ждет тебя, Нор? – Окинув беглым взглядом комнату, задал вопрос, на который не ждал ответа, демон. – Ты собираешься провести свою жизнь, перелетая от одного владельца к другому?

– Не забывайся, – предостерег вампир, хотя на фоне демона его тон казался скорее слабой попыткой справиться с лавиной обычной палкой. – Вампиры свободны.

– И кто их обеспечил этой свободой? – Ласково напомнил Рис. – Я бы мог приказать тебе, Нор, но не стану этого делать. Потому что могу предложить тебе союз.

– И что с того? – Нор не торопился, ему нужно было как следует добудиться до той тревоги, что тщательно успокаивал и убаюкивал демон своими ласковыми речами. – Что получу от этого лично я?

Ристан шагнул ближе, гипнотизируя фиолетовым пламенем, от которого не хотелось отводить взгляд.

– Печать дает силу, – продолжал демон, – но не только демонам.

– И ты поделишься ею со мной? Вот так просто?

Уголки губ Ристана едва заметно дрогнули.

– Я дам тебе… – пауза для напряжения, – часть силы Печати. И это будет кровавый договор.

Брови Нора взлетели вверх.

– Ты готов заключить со мной магическое соглашение? Неужели это отчаяние, Ристан?

Улыбка демона стала слаще и Норион невольно поежился от страха, понимая, что в рукаве Риса припасено как минимум одно явное преимущество.

– Подумай, Нор, – ласково убаюкивал любые страхи и предостережения вампира демон, – что ты здесь? Кто ты здесь? Служка? Даже в семье демонов ты бы обладал большим статусом, чем здесь.

Это правда. Норион знал, что место, которое ему отвели в лаборатории, даже приличным словом не назовешь. Иногда он мыл полы в подвалах, избавлялся от магического мусора, и даже разбирался с последствиями некоторых экспериментов. Вампиры, свободные в Империи, могли позволить себе куда больше, чем это.

– Ты станешь моим личным помощником, – ни секунды не сомневаясь в том, что вампир согласится, продолжал Ристан, – поедешь со мной в Тавинхем. И, когда мы найдем Печать, ты даже получишь силу в награду. Что дает это вампиру? Свободу, возможности, демонам понадобится такой сильный вампир, как ты. Вспомни Диалата. – Это кольнуло то ли завистью, то ли отчаянием в памяти Нора. – Именно сила позволила ему достичь тех высот, до которых другим вампирам и не дотянуться.

Да, демон был прав. Диалат Ленари был единственным вампиром на службе Императора. У него было все: сила, почет, слава, уважение, признание, привилегии. Каждый вампир мечтал достигнуть хоть половины того, что имел Диалат.

Невольное соблазнение сладкими обещаниями смаривало Нора, он пытался им противостоять и сопротивляться, но потаенные желания, которые из него вытащил Ристан, поглотили его полностью, заставляя забывать обо всех предосторожностях в отношении демона.

Именно этого демона.

– Давай, Нор, – окутывая фиолетовым сиянием своих глаз, добивался своего Ристан, – от тебя только и требуется, что сказать «да».

Вампир заглянул демону в глаза и замер на какое-то время. Давно умерщвленное сердце подавало признаки жизни, напоминая о всех тех человеческих радостях, что отчасти всегда жили в каждом бессмертном.

– Что ты выберешь? – Доминировал Рис. – Остаться? Или пойти со мной?

Норион понимал все, Норион знал цену всех предложений Ристана.

Но Норион был слаб в сопротивлении, особенно против этого демона.

Глава первая

Ожидание – труднейшее из испытаний.

Сначала мы пришли к десяти, чтобы узнать о переносе экзамена. Потом ждали до двенадцати, чтобы выяснить, состоится ли экзамен сегодня или все-таки завтра. Потом вышел декан в расстроенных чувствах из-за своего развода (нет-нет, я не самый его лучший друг, просто он часто об этом рассказывал почти всем) и сообщил, что ему вообще нет никакого дела до нашего экзамена.

Посидев целой группой под дверью деканата еще несколько часов, мы дождались когда острый кризис пройдет, декан несколько успокоится и даст нам хоть и слабое, но все-таки утешение в виде заветного времени, когда же все-таки сдавать этимологию.

Счастье случилось в районе пяти, декан все-таки нас «осчастливил» и мы узнали страшную правду: наш преподаватель попал в аварию и посему экзамена и не случилось. К счастью, он был жив-здоров, просто возникли проблемы то ли с его КАСКО, то ли с ОСАГО, вот он и застрял где-то посредине МКАДа на весь долгий день.

Пересдачу назначили на следующий день, и мы все дружненько, уставшие и вымотавшиеся, пришли к назначенному времени.

Ждали снова долго, никому не хотелось под праздники подрабатывать экзаменатором, почти весь университет разъехался по разным туристическим направлениям, включая многочисленные города нашей необъятной родины.

Дело было к обеду, нас уже хорошенько так потрясывало, мы уже не думали о том, что будет потом, мы просто хотели справиться с этимологией и забыть ее, как страшный сон. Против самой этимологии мы, конечно же, ничего не имели, но эти «танцы с бубнами» в попытках ее хотя бы сдать…

Примерно в два я быстро сбегала за стаканчиком кофе, собираясь дожидаться свою одногруппницу, зашедшую как раз передо мной, примерно час (по опыту предыдущих сужу). Но тут, внезапно, я подхожу к стульчикам напротив двери, неспешно потягивая свой напиток, а Светка выбегает вся в слезах. Заветное «следующий!» от нашей злючки, Елены Петровны, звучит так пронзительно, что – попробуй только не зайди.

Я не знаю, каким местом я думала, но решила так: кофе хороший, кофе любимый, как я могу оставить его одного? Как взяла, как залпом выпила! А он горячий, аж искры из глаз посыпались. Но идти надо, иначе придерется к тому, что я долго заходила и вообще никогда не видать мне диплома! Остался-то всего лишь год до выпуска!

Пока другие одногруппники откачивали Светку (оказывается, она умудрилась рассыпать лекции, была обвинена в списывании и выгнана вон), я с высунутым на плече обожжённым языком пыталась сквозь слезы увидеть, что передо мной находится. Ладно-ладно, во что бы то ни стало мне нужно срочно попасть внутрь!

Срочно! Разойдись!

Подвинув Светку (надеюсь, это была все-таки она), я взялась за ручку двери и… прилипла. Вот странное чувство, как будто кто-то остановил время, и я стояла в такой позе часов пять. Когда притяжение вникуда и везде сразу отпустило (примерно через секунду как нестранно), я распахнула дверь, еще раз моргнула, пытаясь разглядеть перед собой экзаменаторшу.

Сначала была размытая аудитория со столом, за которым для меня, залпом осушившей целый стакан с горячим кофе, каким-то холмиком в синей шали сидела фигура. Подозреваю, это как раз Елена Петровна.

Но стоило мне шагнуть вперед, как виски сковала тупая боль, в ушах зазвенело и все вокруг потемнело. Почему-то стало сложно даже сделать вздох, я боролась с этим странным ощущением, но никак не могла с ним справиться.

Что победило, я не знаю, но я плюхнулась на пол и, кажется, на мгновение потеряла сознание. После этого произошел внезапный всплеск (как будто отпустило), и я набрала в грудь воздуха, принявшись делать глубокие вздохи, не в силах надышаться.

Сначала вроде бы все ничего, но потом я вдруг поняла, что сижу на странном полу обсидианового цвета и начала перебирать в своей памяти: а когда это дешевый ковролин был поменян на каменный, дорогой пол?

Потом под собой я внезапно обнаружила нечто совсем уж нереальное! Какой-то фиолетовый круг, который, как мне показалось сначала, был нарисовал светлым маркером, но когда я вдруг заметила, как он продолжает светиться и переливаться, то поняла, что дело далеко не в маркере!

Резко вскинув голову, я бегло осмотрела комнату: на университетскую аудиторию это место походило в самую последнюю очередь. Каменная кладка стен, отсутствие окон, странные светильники, в которых огоньки не соприкасались ни с чем, просто висели в воздухе. Какие-то странные пульсирующие строчки неизвестных мне слов и предложений опоясывали своды помещения.

Но это ладно, Бог с этими символами-шмимволами. Больше меня интересовало другое: почему Елена Петровна внезапно превратилась в двух неизвестных мне парней?

Судя по расширенным глазам и удивлению на лицах, полагаю, они тоже не очень-то ждали увидеть меня. Один был высоким и худым, самодовольным (даже в удивлении) и очень привлекательным. Еще он был одет во все черное, его камзол наполовину закрывал шею изящным воротничком. Незаметные вкрапления каких-то искр мне заметить удалось, но меня поразило другое: его глаза светились фиолетовым! Светились! Без шуток!

Второй парень был чуть ниже, с оттопыренными ушами, оттого что он хмурился, между бровями пролегала складка. Глаза у него были широкими и… алыми. И они тоже светились, черт побери! Молитву уже читать?

Что было в этом кофе?

Каким-то задним сознанием (такое вообще бывает?) я втайне надеялась, что сейчас откуда-нибудь… из той разрисованной какими-то символами арки позади, например, выйдет радостная Елена Петровна и сообщит, что это был предновогодний розыгрыш. Но она все никак не появлялась, шутка затягивалась, а эти двое все таращились на меня.

Пахло чем-то сладковатым и нос чуть обжигало, как будто газировка попала.

Когда ко мне двинулся тот высокий, по телу мгновенно пробежала дрожь. Ощущение было, словно ко мне приближается страшный, опасный зверь. Его фиолетовые глаза, хоть и выглядели красиво, все же источали собой явную опасность. Да даже если бы они были не фиолетовыми, будем честны: какие-то два парня неизвестно откуда взявшиеся – кто бы приписал им мирную доброжелательность?

Я понимала, что этот тип захочет что-то выяснить, я уже была готова ко всему, но…

– Аэоэаиоеньяэо, – красноречиво, наверное, сообщил он мне.

Я таращилась на него в точности как баран на новые ворота. А он решительно ждал от меня… ответа? Я не знаю, чего он ждал, потому что несмотря на то, что в будущем я лингвист, такого языка я в помине никогда не слышала.

– Эоаннаэ, – что-то сообщил красноглазый.

– Айоэнвэхаа, – как-то огрызнулся высокий.

– Ан! – Воскликнул вампир и шагнул ближе. – Оуахэнаньеунала!

Пытаясь разобрать хоть что-нибудь в этом местном наречии, я почувствовала только головную боль.

– Орааа! – Рявкнул высокий на второго.

Красноглазый вскинул брови и снова что-то крикнул, а потом…

А потом мне уже стало не так весело.

Высокий замахнулся на красноглазого, я думала – ну сейчас ударит и все. Ага, как же. Какой-то сгусток черно-фиолетовой энергии обвил его руку, когда он махнул ей на красноглазого, это нечто черно-фиолетовое почти что поглотило бедного лопоухого и отбросило к стенке с такой силой, что из горла бедняги вырвался вопль боли.

Что за черт?!!

Красноглазый сполз на пол и, кажется, умер?! Он – умер?! Ну или без сознания, я не знаю! Что происходит?!

– Аэоиннао, – снова что-то хотел от меня высокий.

Ну или он предлагает мне меню местного ресторана тьмы? Что за чертовщина?!

Высокий направил ладонь в мою сторону, я застыла, как будто хамелеон и умею сливаться с воздухом. Естественно, невидимой я не стала, но приготовилась к чему-то похожему на то, что сделал с красноглазым этот тип. Я так пристально следила за его ладонью, что не поняла, как нечто укололо меня… в мягкое место.

Невольно подпрыгнув, я «айкнула» и попыталась встать. Геометрические линии подо мной поражали своей точностью и красотой, но начали откровенно жечь.

В общем, я встала. Да, высокий был действительно высоким, я доставала ему макушкой только до подбородка. Острые черты лица, и эти жуткие светящиеся фиолетовые глаза. Он протянул мне руку и зло прищурился. Что делать?! Что он хочет? Я его «аоэа» не понимаю совершенно! А теперь он еще и молчит!

– Эээ… – выдавила самое удачное, – чего?

Гений из меня точно не выйдет, но я просто не знала, что делать.

– Аолхатайа, – почти приказ.

Еще бы знать, что ему надо…

Но, похоже, кем бы ни был высокий, дважды он повторять не любил. Резко схватил меня за руку и вытащил из круга. В голове почему-то засело, что моя единственная связь с реальностью находилась в этом круге и стоило мне его покинуть, как я тут же ощутила невыносимую тоску потери.

Я что? В другом мире? Серьезно?

Высокий притянул меня к себе и стукнул о свой торс. От такой неожиданной близости я поморщилась и отпрянула, но потом поняла, что он так больно сжимает мое предплечье, что даже жжет. От него пахло чем-то терпким, глаза щипало и кровь… моя кровь начинала вскипать.

Что?..

Я попыталась вырваться, понимая, что дышать становится тяжело, но высокий держал так крепко, что о возможностях вырваться я могла не думать.

Ладно-ладно, я поняла! Я в другом мире, этот высокий тут какой-то колдун? Я не знаю! И он тут главный. Что делать? Приспосабливаться, черт возьми! Иначе сейчас сдохну!

Не самый удачный мир, в который можно было бы угодить, но что поделаешь? Раз уж так вышло, нужно попытаться вступить в переговоры, нужно разъяснить, что это вышло случайно, что я совершенно не причем, что мне бы домой вернуться… Да сколько можно кипятить мою кровь?!

Разозлилась и, совершенно не подумав, взяла и треснула этого высокого, залепив ему звонкую пощечину.

Произошло сразу два события: кровь перестала вскипать и успокоилась, а еще тот красноглазый все-таки оказался жив (ура!), очнулся, пришел в себя и, завидев, что я сделала, с испугу ахнул. Тут я обрадовалась, подумав: «Первое понятное слово!», но потом вспомнила, что «испуганный ах» за слово не сойдет и снова расстроилась.

Но думать о чьих-то вздохах, когда высокий медленно возвращает взгляд ко мне после пощечины, было не к месту. Он меня пугал до этого момента, но теперь я была просто в ужасе! Во-первых, его глаза вспыхнули фиолетовым пламенем – без приукрас! Это действительно был фиолетовый огонь! А во-вторых,… это я, конечно, воспринимала до сих пор не пойми как, но…

– Айэналиа, – угрожающе прорычал мне в лицо он.

А что я? Я же гордая!

– Тебе того же, – рявкнула зачем-то в ответ я, стоически выдерживая его взгляд.

Стиснул зубы – я задрожала, он начал заносить руку – принялась молиться, чуть оскалил свои ровные белые зубы, собираясь что-то сказать – красноглазый оказался рядом и начал ему что-то объяснять.

– Иойананио, – заметил он. – Оуайа. Инэатэ.

Лопоухий махнул на меня и стал ждать. Мог бы еще что-нибудь сказать. Высокий пронзал меня взглядом, а я… скажем так: допустим, меня каким-то образом сюда закинуло, допустим, к этому как-то причастны эти двое. Но вот красноглазый там что-то сказал и получил какой-то… магией? Под ребра.

Я же тут залепила пощечину, а этот высокий до сих пор мне ничего еще не сделал. Кто здесь с преимуществом? Хотя бы временным? Мой взгляд становился все более наглым – не прощу за столь не радушный прием! А красноглазый все ждал, когда высокий то ли отойдет от гнева, то ли просчитает самые сложные метафизические уравнения в своей голове. Настолько тяжелым казался его взгляд.

– Ойюна, – что-то сообщил мне высокий и наконец-то отошел.

Я сделала глубокий вздох облегчения и собиралась уже обернуться на круг, чтобы попытаться донести до этих двоих, что у меня там, между прочим, экзамен, а Елена Петровна позлее этого фиолетовоглазого будет.

Но как бы я себе не думала, что я тут главная и всем нужна, я сильно ошибалась.

Красноглазый снова что-то сказал своему подельнику, тот же ехидно ухмыльнулся, все еще не отводя взгляда от моих глаз, потом щелкнул пальцами и мои запястья потяжелели. Сначала я еще ничего не поняла, но потом подняла руки и… мои глаза расширились, я разинула рот и стала с ужасом разглядывать испещренные фиолетовыми символами кандалы.

Что?!

– Айэннаохааи, – отдал явно какой-то приказ, судя по тону, высокий.

– Эйохина, – ответил красноглазый.

А потом… высокий отвернулся и шагнул к арке, зачем-то дернул как будто за воздух. Но это было далеко не «как будто». Мгновение спустя в воздухе материализовалась фиолетовая призрачная цепь, ведущая к моим кандалам, и меня дернуло следом.