Спам

© Виктория Данилова, 2016

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Вероника Майская припарковала машину недалеко от центральных ворот Северного кладбища. Взяв с заднего сидения букет цветов, она вышла на улицу и направилась по центральной аллее.

День только начинался, и в воздухе еще витала ночная прохлада. Вокруг стояла тишина. Она была какой-то особой. Казалось, даже птицы вежливо молчали. А шелест листвы от дуновения легкого ветерка походил на успокаивающий шепот.

Женщина никуда не спешила. Она шла, медленно ступая по асфальтированной дорожке, стараясь не стучать каблуками. Пройдя до середины аллеи, Вероника свернула направо и вскоре остановилась.

– Здравствуй, – сказала она, обращаясь к мужчине, фотография которого находилась на памятнике прямо перед ее глазами. – Я не забыла, какой сегодня день. Знаешь, я давно хотела сказать, что очень благодарна тебе. Если б не ты, в моей жизни все было бы иначе.

Женщина говорила очень тихо и спокойно. По ее щекам не катились слезы. Вероника уже не испытывала ни вины, ни тоски, ни боли. Только спокойствие.

– Ты знаешь, а вы с ней могли быть неплохой парой, – она перевела взгляд на памятник рядом. – Вы даже чем-то похожи. Хотя, откуда мне знать, может быть, вы сейчас и вместе.

Женщина разделила принесенный с собой букет на две части. Убрав засохшие цветы с обеих могил, она поставила на их место свежие розы.

– Я не забыла про тебя, никогда не забывала. Ты скоро узнаешь, что я умею быть благодарной, – Вероника замолчала.

Женщина пробыла у могил достаточно долго. Все это время она что-то говорила. Наконец, Вероника попрощалась и направилась к выходу.

Глава первая

Решение было принято. «Надо расстаться, хотя бы на время», – думал Олег Антонов, возвращаясь домой. Приглашение друзей вместе с ними поехать на Медведицкую гряду было как нельзя кстати. Сидеть дома и тупо глядеть в потолок он больше не мог. Невыносимыми стали и безмолвные укоры жены, и ее молчаливое презрение. Мужчина чувствовал себя никчемным, раздавленным неудачником, не способным найти выход из сложившейся ситуации. А ситуация, несмотря на всю кажущуюся банальность, с каждым днем обострялась. Олег потерял работу как раз в тот момент, когда отношения в семье и без того стояли на грани краха. Куда-то исчезли любовь, понимание, не говоря уж об уважении. А ведь прошло всего пять лет со дня их счастливого бракосочетания. Кто виноват в том, что в одночасье исчезли чувства? Их как будто поглотили нарастающие с каждым днем меркантильные потребности. Там, где недавно была любовь, остались раздражение и претензии друг к другу, постоянные ссоры по пустякам, перерастающие в скандалы.

Последняя подобная стычка заставила Антонова впервые задуматься о разводе. А ведь началось все, казалось бы, с пустяка. Его жена, ни слова не говоря, оформила кредит и купила себе машину, дорогую машину. Случись это в другое время, возможно, и не было бы этих взаимных упреков и оскорблений. Но почему сейчас, когда он без работы? До сих пор в голове Олега звучали слова Светланы. Она не кричала, нет. Наоборот, говорила спокойно и, похоже, получала удовлетворение от того, что наконец-то выплеснула все, что все это время распирало ее изнутри.

– Все мои подруги давно имеют свой автомобиль, – начала Светлана. – Я молодая, современная женщина. Почему, скажи мне, почему я не могу иметь то, что мне так необходимо? Почему я должна добираться на работу на метро? Ты забыл: ты же мужик, ты должен зарабатывать деньги, а не я. Куда делся твой оптимизм? Куда подевались твои обещания: «Любимая, ты не будешь ни в чем нуждаться?» Ты отказался от хорошего места в банке, которое предложил тебе мой одноклассник. Ты хотел все сам. Сам. А что ты вообще можешь сам? Ничего. Даже эта квартира тебе досталась от родителей. Интересно, где бы мы жили, не получи ты ее в наследство? Таскались бы по съемным квартирам, потому что сам ты не способен заработать на крышу над головой? В общем, мне все надоело. Я хочу жить сейчас, слышишь? Сейчас, а не потом. Я не хочу больше ждать, когда случится чудо, и ты станешь независимым ни от кого бизнесменом. Ты ведь им хочешь стать? Да не станешь ты им никогда. «Рожденный ползать, летать не может». Так вот, это про тебя. Я купила себе машину и не жалею об этом. Я расплачусь за нее сама. Возможно, это подтолкнет тебя хоть к каким-то действиям. Предложение моего одноклассника еще в силе. Так что думай, – Светлана закончила и ушла в ванную. Она так и не дала сказать Олегу ни слова.

В тот момент он, пожалуй, и не хотел ничего ей отвечать. Оправдываться было бесполезно. Когда жена произносила обвиняющую речь, он смотрел на нее и не узнавал ту Свету, на которой женился. Еще совсем недавно она была скромной провинциалкой, приехавшей в Екатеринбург на свадьбу одноклассницы. На этой свадьбе они и познакомились. Олег был приглашен его тогдашней подругой, вернее, была приглашена она, а он вместе с ней. Случилось так, что увидев Светлану, мужчина забыл, с кем пришел на это мероприятие. Тогда они вместе сбежали с торжества и поехали к нему. После проведенной умопомрачительной ночи Олег предложил Светлане все бросить в своей Кушве и приехать сюда. Спустя каких-то полгода они подали заявление в ЗАГС и в мае две тысячи третьего года расписались.

Прекрасная пара: он молодой, интересный мужчина тридцати лет, она двадцатитрехлетняя красавица. Ему завидовали друзья и сослуживцы. В то время они были счастливы. Для Светланы, прожившей почти четверть века в глуши в полубарачном доме, ее новое положение жены и хозяйки трехкомнатной квартиры в областном центре очень устраивало. Она была довольна всем. Олег работал начальником охраны одной крупной фирмы в Екатеринбурге. Он неплохо зарабатывал. Но запросы жены росли день ото дня. Тогда Светлана, еще без всяких укоров, сама устроилась в банк к своему преуспевающему однокласснику. С этого дня их счастливая семейная жизнь стала меняться. У жены появились новые друзья и подруги; благодаря им она прикасалась к жизни, уровень которой был гораздо выше. Женщина увидела, как живут обеспеченные люди. Антонов рядом с ними теперь уже был на уровне обслуги. Сначала она пыталась переманить мужа в банк на равноценную должность, но с более высоким окладом. Олег отказался. Этот отказ уничтожил последние следы их былого взаимопонимания, да и всего того, что называется любовью.

Как по иронии судьбы у Антонова начались проблемы на работе. Результатом конфликтов стало его увольнение. Поначалу он ничего не говорил Светлане, знал, что будет унижен и раздавлен. Каждый день делал вид, что уходит на службу, а сам или ехал к друзьям, или возвращался домой, когда был уверен, что жена не вернется до вечера. Через неделю Олегу пришлось все же признаться, что он остался без работы. Именно в этот момент жена неожиданно сообщила ему об оформлении кредита и покупке машины. Обвинять Светлану в том, что она даже не посоветовалась с ним, а просто поставила перед фактом, мужчина не стал. Он ведь и сам был виноват, скрывая свое нынешнее безработное положение. Узнав в тот день об этом, Светлана высказала ему все, что думала, и что, по-видимому, давно уже хотела сказать, но не было подходящего момента. Вот этот момент и настал.

С того скандала прошло три недели. Три недели безмолвной тишины в доме. Тишины, которая кричала: «Антонов, ты лузер!» Олег все больше стал пропадать у друзей. С ними ему было легче, они морально поддерживали его, как могли, даже пытались помочь с работой. А сегодня предложили поехать с ними в Волгоградскую область к Медведицкой гряде. Если друзья рвались туда, потому что их интересовали аномальные явления, происходящие там, то Антонов согласился на поездку, чтоб сменить обстановку, успокоиться и найти выход из сегодняшнего положения. «Так и скажи: тебе сейчас просто необходимо сбежать куда-нибудь подальше, чтоб не видеть эту издевательскую ухмылку на лице жены, – сознался Олег сам себе. —В такой атмосфере невозможно прийти хоть к какому-либо разумному решению», – тут же, как бы в оправдание, продолжал убеждать себя мужчина.

Придя домой, он обрадовался, что Светланы еще нет. Так даже проще: он спокойно соберет вещи, а завтра уедет, оставив записку. Олег вспомнил, что где-то у него был рюкзак. С большим трудом, но он его нашел. Светлана еще в самые первые дни их совместного проживания, быстро освоившись с ролью жены и хозяйки, провела капитальную чистку квартиры. На свалку отправилось все, что она посчитала хламом. Рюкзак по счастливой случайности был оставлен и заброшен в дальний угол большого шкафа прихожей. Антонов достал его и улыбнулся: это все, что осталось от беззаботной, свободной жизни. Мужчина сложил в него вещи, которые посчитал нужными в путешествии, и поставил собранный багаж около дивана в гостиной. После разлада в семье гостиная стала для Антонова уголком уединения и личной территорией. Планировка квартиры была хорошая, комнаты все изолированные, так что жена даже ничего не заметит. Они жили в одном помещении, стараясь как можно реже встречаться друг с другом.

Антонов поужинал, ушел к себе и плотно закрыл дверь. Светлана пришла после полуночи. Олег слышал, как она тихонько открыла дверь, разулась и прошла на кухню. Побыв там какое-то время, закрылась в ванной. Она разговаривала по телефону. Антонов понял это, несмотря на шум воды. Удивительно, но его совершенно не интересовало, с кем она общалась. Сейчас ему хотелось одного, чтоб Светлана поскорее легла спать и не трогала его. Так все и получилось. Жена не стремилась к контакту: закончив все дела, она легла в постель. Олег с облегчением выдохнул: не хотелось ему никаких объяснений, выяснений и разборок. Мужчина чувствовал, что вряд ли удастся быстро заснуть. Нервозная атмосфера в доме, дискомфорт на душе, плюс ко всему жара и духота, не отступающие даже ночью, – какой уж тут сон. Антонов открыл балкон и постелил одеяло прямо на пол у дверей; здесь, по крайней мере, чуточку прохладнее и свежее. Прихватив подушку, он улегся на спартанской постели.

Два одноклассника, Александр Малеев и Трофимов Леонид, с раннего утра были на ногах. Уже в половине восьмого они возились в гараже, собираясь в долгожданную поездку на Медведицкую гряду. Интерес к необъяснимым наукой явлениям у них зародился еще в школе. Повзрослев, молодые люди стали по мере возможности посещать загадочные места России. Они не ставили перед собой цель совершить открытие или опровергнуть какие-либо научные законы. Само прикосновение к загадочному и сверхъестественному вызывало у них драйв. Было много разочарований, когда, оказавшись в очередном таинственном месте, они понимали, что ничего интересного и аномального там нет, лишь байки местных жителей. Но это не останавливало друзей. Они снова и снова выбирали себе очередной объект и стремились к нему. Без возможности почувствовать себя участником чего-то необъяснимого, без того возбуждения, перемешанного со страхом, и очередной порции адреналина они уже жить не могли. Где-то в душе мужчины понимали, что это своеобразная зависимость, связанная с риском для жизни. Но именно этот риск и притягивал их. Благополучно возвращаясь из очередной поездки, и Трофимов, и Малеев еще больше ощущали огромную ценность каждого прожитого дня. Отношения в семье менялись к лучшему, потому что преображались они сами.

Их жены не принимали участия в таких походах и поначалу даже протестовали и скандалили. Но со временем поняли, что запреты не помогут. Да и к чему они, эти запреты? Поездки мужей приносили только пользу семейной жизни. Разлука освежала и укрепляла их чувства. Конечно, всякий раз женщины переживали и волновались за своих путешественников. Но, видя, сколько любви, заботы и бережного отношения мужья выражают к ним и детям после возвращения, быстро забывали все душевные страдания и обиды. Вот и на этот раз и Трофимова, и Малеева сами помогали собираться в дорогу своим вторым половинкам.

В эту поездку Александр и Леонид берут с собой их третьего друга, Олега Антонова. У него сейчас не лучшие времена: и дома, и на работе полный крах. Друзья уверены, это путешествие будет хорошим лекарством от депрессии, и по возвращению домой Олег найдет правильный выход из тупиковой, по его словам, ситуации.

Антонов, проворочавшись всю ночь, заснул только под утро. Он даже не слышал, как встала Светлана и ушла на работу. Если бы не будильник, настойчиво и громко звенящий на всю квартиру, мужчина поднялся бы не скоро. Его назойливый, дребезжащий звук заставил Олега открыть глаза. Он долго ничего не соображал. У Антонова было ощущение, что он не спал вовсе. А будильник упорно трезвонил. Щелкнув ладонью по его кнопке, мужчина продолжал лежать. Минут десять он заставлял свой организм проснуться, после чего резко вскочил и пошел в ванную. Водные процедуры оказали бодрящее действие.

Олег окончательно проснулся, позавтракал, с удовольствием выпил кофе. Подумав немного, нашел лист бумаги и написал жене записку: «Я даю тебе и себе время подумать. Надеюсь, когда вернусь, мы оба примем правильное решение. Олег». Мужчина оставил ее на кухонном столе, еще раз проверил собранный багаж и вызвал такси. Через десять минут Антонов подъезжал к гаражу Малеева.

Друзья обрадовались его появлению. Поприветствовав их, Олег присоединился к сборам. Хотя все уже было готово, ему оставалось загрузить свой рюкзак и кое-какие мелочи, до которых у Шурика с Леонидом еще не дошли руки. Закрывая багажник, Антонов подумал: «Какие же ребята молодцы. Как они умудрились из обыкновенной российской пятидверной „Нивы“ сотворить вот это чудо?» Малеев и Трофимов действительно хорошо поработали над шедевром отечественного автопрома. Они перебрали своими руками машину, добавили недостающую начинку. Теперь она, по их мнению, соответствовала настоящему, современному внедорожнику. «Нивуся», так называли ее друзья, выглядела не хуже самого крутого джипа и прекрасно справлялась с российским бездорожьем.

До места назначения чуть больше полторы тысячи километров. За рулем решили сидеть по очереди. Часов за двадцать можно будет добраться до цели, если не делать продолжительных остановок. Первым за руль сел Антонов. Друзья еще накануне обсудили весь маршрут, поэтому он, не задавая лишних вопросов, нажал на газ.

– Ну, с богом, – сказал Леонид.

– С богом, – ответили ему Шурик и Олег.

Машина ехала по трассе в сторону Саратова. Антонов следил за дорогой и слушал рассказы Малеева о Медведицкой гряде. Он не особенно верил в происходящие там чудеса, но своего мнения не высказывал. Чем дальше удалялись друзья от города, тем легче становилось у него на душе. Мужчина чувствовал освобождение от того гнетущего состояния, которое давило последние дни. Непринужденная атмосфера, как в былые школьные годы, расслабляла и добавляла душевного уюта. Друзья, хоть и относились к нему, как к новичку в таких мероприятиях, но не заостряли на этом внимания. Мужчина вновь ощутил себя частью сплоченного коллектива, как это было много лет назад. Малеев и Трофимов доверяли ему, воспринимали как равного, – это поднимало его самооценку, от чего настроение менялось в лучшую сторону и ощущался зарождающийся азарт. Трофимов спал на заднем сидении.

Сменяя друг друга, друзья благополучно добрались до Саратова. Здесь они сделали остановку. Антонов готов был ехать и дальше. Он совсем не чувствовал усталости, наоборот, дорога действовала на него, как лекарство. Оставленные позади километры только придали бодрости, как будто стерли все разочарования и забрали с собой душевные терзания. Чем дальше они удалялись от Екатеринбурга, тем сильнее ощущалась внутренняя свобода, придававшая силы, возродившая оптимизм.

– Нам некуда спешить, – сказал Шурик. – Отдохнем, выспимся, а завтра с утра поедем дальше.

– Шурик прав, надо отдохнуть. Кто знает, что нас там ждет? – пугающим тоном произнес Леонид и улыбнулся, глядя на Олега.

– Как скажете, вам виднее, – согласился тот.

В город заезжать не стали, остановились у какого-то родственника Трофимова. Тот жил в частном доме в нескольких километрах от Саратова. Его звали Георгий и он, оказывается, был предупрежден об их приезде. Мужчина встретил их радушно, показал, где гости могут расположиться, и пригласил к столу. Поужинав со всеми, Антонов ушел спать. Первый раз за последнее время у Олега слипались глаза, и только голова коснулась подушки, как он провалился в сон. Спал мужчина крепко; его организм как будто ждал такого момента, чтоб набраться сил. Утром, когда Шурик едва дотронулся до его плеча, Антонов сразу открыл глаза и через минуту поднялся, отдохнувший и полный энергии. Быстро позавтракав, друзья попрощались с Георгием и продолжили путь.

Добравшись до Жирновска, мужчины свернули с трассы на грунтовую дорогу. За рулем сидел Трофимов. Он был в приподнятом настроении и пытался подпевать Кипелову, голос которого сопровождал их сегодня. Дорога шла через поле и казалась Олегу бесконечно длинной. Складывалось впечатление, что никто, кроме них, не ехал в эту сторону. За все время позади не показалась ни одна машина. Да и на встречу их «Нивусе» никто особо не спешил, лишь два стареньких грузовика проехали мимо, оставив за собой клубы пыли. Малеев сидел рядом с Леонидом, а Олег, полулежа на заднем сидении, смотрел в открытое окно. Именно тогда у него стали появляться странные ощущения. Несмотря на показания спидометра, казалось, что их машина двигалась очень медленно. Посмотрев на часы, мужчина заметил, что те сильно отстали. Тогда он достал мобильник и решил сверить время по дисплею. Разница в цифрах более чем удивляла – наручные часы отставали почти на два часа. Прокрутив стрелку вперед, Олег снова посмотрел на дисплей – связь отсутствовала. Он уже хотел сообщить друзьям, но не успел. Трофимов вдруг остановил машину, и они с Малеевым вышли на дорогу. Оглядев окрестности, они стали о чем-то спорить. Антонов присоединился к ним, когда друзья, похоже, уже пришли к единому мнению.

– Где-то недалеко должен быть поселок, «Коммунист» называется. Мы не будем в него заезжать, проедем дальше. Там есть пруд, у него и остановимся, – сказал Малеев, взглянув на Олега.

– Я полностью полагаюсь на вас, Сусанины, – ответил он.

– Оглянись вокруг, – продолжил Шурик, – разве такое ты увидишь в Екатеринбурге? – он глубоко вдохнул. – Здесь даже воздух другой.

– Да и не только воздух, – вставил Леонид. – Посмотри на небо, ничего странного не замечаешь? – он запрокинул голову и внимательно смотрел вверх.

Олег и сам обратил внимание, что облака имеют необычную форму. Но удивляло другое: несмотря на ветер, облака стоят на месте. А сами потоки ветра, вроде бы и сильные, но как-то тихо скользят, обволакивая препятствия, и, не задерживаясь, продвигаются дальше.

– Да мы просто устали в дороге, плюс жара и духота, – вот и мерещится всякое, – произнес Антонов, сам не особо веря своим словам. Так он пытался скорее убедить себя в том, что все, кажущееся неестественным, – лишь результат усталости.

– Ну, ну, – ухмыльнулся Шурик. – Поехали, нам еще пруд надо найти, – он посмотрел на Трофимова.

Но тот не спешил возвращаться в машину. Он достал фотокамеру и стал делать снимки.

– У нас пока ничего нет, кроме того, что на регистраторе. Давайте хоть поснимаем; пора уже фиксировать увиденное.

Леонид запечатлел и друзей, и себя, поменявшись ролями сначала с Олегом, потом с Шуриком. После завершения этой короткой фотосессии путь продолжился. Друзьям пришлось сделать еще одну остановку, так как неожиданно заглохла машина. Не обнаружив неисправностей, мужчины только разводили руками. Оставаться посреди поля совсем не хотелось. К счастью и к всеобщему удивлению, после очередной попытки двигатель завелся. К пруду добрались, когда был уже поздний вечер.

– Ну слава богу, – выдохнули все одновременно.

Выбрав подходящее место поближе к воде, мужчины стали разбивать лагерь. Когда все было готово: горел костер, жарились сосиски, – друзья расслабились и решили торжественно отметить свое прибытие в здешние края. Для этого имелась и водочка, и коньячок, и закуска.

– У меня предложение, – сказал Шурик, доставая пластиковую посуду.

– Можешь не продолжать. Мы только за, – перебил его Леонид, глядя на Олега.

Тот утвердительно кивнул. Через минуту в руках каждого оказался наполненный спиртным пластиковый стакан. Малеев, как самый красноречивый, произнес тост, и все дружно выпили.

– Неплохо, – смешно крякнув, выдавил из себя Трофимов и поднес к носу только что зажаренную на огне сосиску. – Только теплая, зараза.

– Слушайте, надо ее в воду опустить, пусть охладится, – Олег стал искать глазами, во что бы положить бутылку.

– Возьми, – протянул ему Шурик свернутый полиэтиленовый пакет с ручками. – В багажнике есть веревка, привяжи ее к ручкам и.…Да что я тебя учу, ты и сам знаешь.

– Да уж, давай я как-нибудь сам, – Олег посмотрел на друга с улыбкой и пошел к машине. Он долго копался среди кучи вещей. Наконец, нашел подходящий кусок шпагата и привязал его к пакету.

Дневная жара спала. Воздух окутал приятной прохладой. В ночной тишине слышался треск горящего костра. Его дым мягко стелился в сторону пруда. Ночь была темной. Света костра и полной луны не хватало, чтобы смело продвигаться к воде. Антонов шел, осторожно ступая, пытаясь нащупать какую-нибудь невидимую преграду в виде большого камня или коряги. Добравшись до края берега, он привязал шпагат к кусту и опустил пакет в пруд. Олегу вдруг захотелось искупаться. Сбросив с себя одежду, мужчина, не спеша, стал входить в воду. Несмотря на дневную жару, она оказалась достаточно холодной. Антонов остановился в сомнении: стоит ли продолжать погружение так же медленно, постепенно привыкая к разнице температур, или же прыгнуть сразу. Пруд казался большой темной бездной, а неподвижная поверхность воды походила на растянутую кем-то черную пленку. Минуту подумав, Олег нырнул. Сильный всплеск и неестественно звенящий шум брызг заставил Малеева и Трофимова вздрогнуть и обернуться на звук. Они внимательно смотрели на водную гладь, ожидая, когда же появится их друг. Антонов вынырнул достаточно далеко от берега, помахал рукой сидящим у костра и поплыл обратно.

– Ты чего трясешься? – спросил Олега Шурик, когда тот подошел вплотную. Стуча зубами от холода, он протянул пакет с водкой.

– Налейте лучше. Вода просто ледяная. Такое чувство, что там, на дне, лежит лед.

– Откуда там лед, днем стоит такая жара? Какой лед, о чем ты? Там кроме тины и ила ничего не должно быть, – произнес Леонид.

– Да нет, похоже, он прав. Пощупай бутылку, она холодная. Надо же, за такое короткое время успела остыть. Кажется, чудеса начинаются, – перебил его Шурик и посмотрел на Олега.

– Скорее, нам хочется, чтоб они начались. Это чудо можно объяснить. На дне просто может быть холодный родник или что-то в этом роде, – Антонов до сих пор пытался происходящему найти разумное объяснение.

– Ну конечно, неверующий ты наш. Конечно, родник, ключ с Северного Ледовитого океана, – с явной иронией в голосе произнес Малеев.

– Давайте лучше выпьем, – снова вмешался Леонид. Он подал друзьям наполненные стаканы и мужчины дружно выпили.

Никто ни на кого не обижался, в их компании это не принято. Еще со школы они привыкли подтрунивать друг над другом без всяких обид. Выпив еще, друзья активно принялись за еду. Спиртное с обильной закуской привело к полному расслаблению. Все трое растянулись прямо на земле у костра. Малеева распирало от многословия. Он с удовольствием рассказывал Олегу о явлениях, которые наблюдаются в здешних местах. Антонов старался внимательно его слушать, но мысли то и дело уводили его куда-то далеко от всего происходящего. Мужчина, лежа на траве, почему-то стал внимательно прислушиваться к земле. Ему показалось, что она под ним как-то странно гудит, как будто там, внутри, что-то бурлит и варится в огромном металлическом котле. Чем больше он прислушивался, тем сильнее становился этот гул. Олег очнулся, когда Трофимов толкнул его в плечо.

– Проснись, иди в палатку, – будил его Леонид. Антонов вскочил, ничего не понимая. Оказалось, он заснул.

Голова болела, и в ней до сих пор отдавался тот странный гул. «Сколько же прошло времени?» – подумал Олег, уже устраиваясь в палатке. Похоже, он прилично проспал, судя по затухшему костру и убранными друзьями остатками ужина. Ужинал ли он сам, Антонов не помнил. «Наверное, да», – решил он. Мужчина не стал беспокоить никого расспросами. Малеев спал в машине, а Трофимов присоединился к Олегу и уже минут через десять громко засопел. Голова продолжала болеть, но когда Антонов прижался ею к полу палатки, боль стала постепенно стихать и отступила совсем. В ушах опять появился тот странный гул. Он не мешал и не пугал, наоборот, успокаивал. Олег не заметил, как погрузился в сон.