Биологическая опасность. Последний приказ

Через несколько минут к машине подошёл Яша и спросил в чём дело.

– Надо съездить к самолёту.

– Зачем? Мы же вроде всё оттуда вынесли.

– Кое-что забыли, но вины нет.

– Ладно.

Ещё через несколько минут нам загрузили в багажник фрагмент той лестницы, и мы сели в машину, но едва я тронулся с места, машина заглохла.

– Зараза! – воскликнул я.

– Сцепление резко отпустил.

– Уже догадался.

Вторая попытка оказалась куда более удачной, и я на небольшой скорости покинул село, отправившись по абсолютно пустой дороге к месту крушения своего самолёта.

Не знаю, почему мне было трудно управлять машиной. Может потому, что я боялся напрячь правую ногу и нажимал на педали газа и тормоза меньше чем в полсилы, или же потому что я в последний раз сидел за рулём несколько месяцев назад. Впрочем, то, что меня кидало по дороге как пьяного, никого не интересовало, от слова вообще. Ну кроме меня самого и Яши.

– Ты где так водить научился? – пошутил Яша, видя, что я не могу вести машину в пределах одной полосы.

– Вернее, разучился? – пошутил я в ответ. – Да, в больничке и разучился.

Интересный момент, правил дорожного движения больше нет, но мы всё так же продолжаем ездить по правой стороне дороги. Видимо, это правило осталось у людей на уровне безусловного рефлекса.

– Яш, сможешь провести к месту крушения?

– А то как же! Только дай несколько минут.

На скорости в шестьдесят километров мы чуть не проскочили свороток, на который указал Яша.

– Дальше веди.

– Понял.

Следуя его подсказкам, я за минут двадцать провёл машину как через полузаброшенные дорожки, когда-то пройденные тяжёлой техникой, а потом разъезженные простыми сельчанами, так и через откровенный бурьян, где никто не появлялся со времён царя Гороха, довольно забавного персонажа русской мифологии, вроде как бывшего отличным правителем. Наградой за столь сложный путь стала картина, при виде которой у любого пилота или человека, фанатеющего от авиации, тут же начало бы обливаться сердце кровью.

Самолёт лежал на брюхе и на гондоле левого двигателя. Состояние правого борта мне было неизвестно, но я был уверен, что там всё ужасно, ведь в противном случае Виталя не погиб бы, и никто не получил бы столь тяжёлых травм.

Я отпустил сцепление и медленно проехал вокруг самолёта. Его состояние было ужасным – правого двигателя не было, как и половины крыла, а кабина была практически расплющена и наверное на полметра утоплена в землю как раз в той части, где сидел Виталя.

Я подъехал к так и оставшемуся открытым по правому борту аварийному выходу у хвоста и взяв трость, вышел из машины.

– Что будем делать?

– Доставай лестницу. Я полезу внутрь. А ты – на стрёме.

– Хорошо, я пойду.

Яша поставил лестницу, и я с трудом взобрался по ней, поднявшись на борт… нет, скорее забравшись в обломки того, что некогда было самолётом. С одной стороны, всё выглядело как в обычном самолёте, разве что были обрушены некоторые пластиковые панели, и некоторые кресла были сорваны со своих креплений, видимо ими и были нанесены столь тяжёлые травмы бойцов. Аккуратно, опираясь на трость, которая могла в любой момент соскочить и уронить меня, я пробрался в кабину, и уже на седьмом ряду были следы разрушения уже фюзеляжа, а не внутреннего убранства. Но самые сильные повреждения были именно в носу кабины. Кухня была разворочена, как и туалет прямо за моей спиной, а в кабине царил, как любят говорить, "Сталинград", видимо из-за сильных разрушений как в самом городе, так и в конкретно применимой ситуации. Почти все дисплеи были разбиты, верхняя панель вообще лежала на радиопанели, кресло второго пилота было сорвано с креплений и валялось чуть в стороне от приборки – работа Жеки. Но на лобовом стекле было кровавое пятно, неприятно сочетающееся с паутинкой из трещин на внутреннем слое. По крайней мере, стало понятно, как погиб Виталя – или проломил череп, или если нет, то просто сломал себе шею. А это, как я знаю, верная смерть.

Твердотельный накопитель должен был находится за экраном, ведь технически, боковые экраны планшетов – обычные настольные компьютеры начала прошлого десятилетия, даже операционка на них той же эпохи, давно нигде не используется, но поддерживает приём информации о полёте через спутник или бортовые датчики.

Вооружившись ножом из бизнес-класса я каким-то чудом смог пробить экран и варварски его вырвать, обнажив его начинку.

Дальше на помощь пришёл фонарик, и с точностью хирурга я начал искать необходимый мне предмет.

– Фриц, ты долго там? – спросил Яша по рации.

– А что такое?

– Просто поинтересовался.

– Не знаю. Не думаю, что долго.

Рация замолкла, и я продолжил потрошить внутренности кабины с каким-то азартом, будто я патологоанатом и провожу вскрытие.

Зато через пять минут мои старания были вознаграждены – я нашёл железную коробочку накопителя и отключив кабели питания и передачи данных, что есть силы просто дёрнул её на себя, и он оказался снаружи, у меня в руке.

– Накопитель у меня. Готовь дрон. – сообщил я в рацию.

– Понял.

Я положил железную коробочку SSD-накопителя в карман форменных брюк и начал лазить по уцелевшим дверцам и шкафчикам кабины и кухни носового отсека в поисках всего, что может пригодиться. Нашлись даже газеты, купленные мной в Хитроу по заданию Харитона Владимировича. Их я тоже возьму с собой, пригодятся. Правда их пришлось засунуть за пазуху.

Да, Костя с Ромой тут поработали, но выносили они только то, что мы брали с собой, не трогая то, что и так находилось на борту.

На каждом самолёте находится аптечка с необходимыми лекарствами, призванными помочь в оказании первой помощи тем, кому стало плохо. А на случай нахождения на борту врача, есть и специальная аптечка, там уже лежат ампулы и шприцы. Но я бы не рассчитывал на неё – ампулы обычные, стеклянные, а они наверняка разбились при крушении. Но по крайней мере, я знаю, где лежат обычные аптечки – за пятым рядом, сразу после салона бизнес-класса, и на моё счастье, они там были.

– Дрон готов. – раздалось в рации.

Взяв аптечку, я не удержался и упал на сидения, при этом больно ударившись спиной.

– Что случилось?

– Упал. Вроде живой.

– Хорошо. Жду тебя.

Я встал на ноги, и понял, что осмотр самолёта можно было заканчивать – остальное было или повреждено, или было вынесено. А брать бортовые журналы – ну, они делаются из глянцевой бумаги, а потому горят очень плохо, а если и горят, то коптят так, что стоять рядом нельзя. Так что нафиг такое “сокровище”. Про листки с аварийной информацией я вообще молчу – заламинированы. С чистой головой (ну, насколько это возможно) я вылез из обломков и посмотрел сначала на хвост, который не пострадал при ударе, и на котором по-прежнему блестела серебристая и синяя краски, а на стабилизаторе всё так же развивался “триколор”. Несколько сюрреалистическая картина.

– Запускаем дрон? – спросил Яша.

– Давай.

Я взял пульт, поставил свой телефон в развёрнутом виде на специальную подставку и запустил программу для отображения видео, благо дроны, взятые нами в том ТЦ были одного производителя, а интернет ещё работал, хоть и не без серьёзных перебоев, и приложение легко скачалось на телефон.

– Так, какое расстояние приёма у него? – спросил я.

– Восемь километров.

– Хватит и одного.

Я повёл дрон по прямой, намереваясь осмотреть место крушения с высоты, благо сегодня ни облачка. Отведя его метров на четыреста, я увидел обломанные деревья, и начал методично вести дрон метр за метром, записывая на карту памяти дрона видео с места крушения, так сказать, для более детального изучения. Конечно, причины крушения я не узнаю, а ею может быть всё что угодно – от бракованной запчасти в двигателе до некачественного топлива, доставленного в Барнаул до появления регенератов. Но увидеть, как самолёт соприкасался с землёй, я уже могу. И пусть это будет всего лишь картинка с беспилотника, а не заключение экспертов и результаты компьютерной симуляции.

Процесс изучения места крушения затянулся, так как пришлось сначала пускать дрон на высоте 50 метров, для общей панорамы случившегося, а потом на 10, для детальной фиксации произошедшего. Видны обломки крыла, бесформенные и изуродованные, даже непонятно было, что это. Чуть в стороне – двигатель, разорванный в клочья. Нет, не бесформенные обломки, а сохранивший внешний вид и структуру аппарат, но имеющий несколько крупных кратеров и лишённый некоторых частей.

После этого я сделал облёт самолёта и заснял его целиком и со всех сторон, это уже скорее на память.

Облёт едва завершился, как вдруг на экране телефона появилось предупреждение о рязряде батареи дрона. Всё же его давно не заряжали, так что, отлетал он минут тридцать, а в нормальных условиях, как я вычитал много позже, он мог летать до часа.

– Так, дрон кончается. Я сажаю его, и мы уезжаем.

– Добро. – сказал Яша и взялся за рацию. – Жека, приём. Мы закончили, выдвигаемся обратно… – на этом месте раздались выстрелы, и связь прервалась.

– Что случилось?

– Не знаю. Давай быстрее. Возвращаемся.

Через секунд пять до нас начала доноситься канонада выстрелов и разрывов гранат.

– Жека, приём. – попытался Яша вызвать товарищей. – Слышу вас… Чёрт… Понял, сделаем.

– Что сказали?

– Гарнитура с ларингофоном при тебе?

– Ну да, в разгрузке, а что?

– Одевай. В деревне был бой. Какие-то бандиты въехали в деревню и начали бойню. Одна машина уничтожена, вторая уехала в сторону Чухломы.

– Бежим.

Я настолько быстро, насколько смог, добежал до машины и сел в неё, при этом, не став пристёгиваться, и подключил рацию, настроив её на общий канал.

– Фриц вызывает Жеку. Как слышно?

– Слышно идеально. Оставайся на канале.

– Понял.

Яша подхватил дрон и запрыгнул в машину, бросив его на заднее сиденье. Едва его дверь закрылась, я энергично тронулся с места, и не жалея машины, понёсся не по проторенной дороге, а по случайно увиденной просёлочной тропинке, выводящей нас на асфальтированную дорогу всего в полутора километрах от места крушения.

– Автомат в режим автоматического огня. Останавливаемся здесь. Увидим кого не из наших – расстреливаем.

– Так, отдачей весь прицел собъёт. – заметил я.

– Ну не весь, но постарайся выбить из строя людей в салоне.

– Понял. Постараюсь, но если что, буду работать пистолетом.

– Мне без разницы. Главное – людей в салоне выбить.

– Понял.

Мы на полной скорости вылетели на дорогу возле заброшенного дачного посёлка и тут же я согнал машину в кювет.

– Фриц. Яша, увидите противника – давайте их в расход[27].

– Принято. – ответил Яша.

– Принято. – ответил я и отключив рацию, уточнил. – В расход, то есть…

– Да. Именно так. Я встану здесь. Ты иди туда. – он показал мне на обочину встречки.

– Понял.

Я спрятался в кювете противоположной стороны дороги и взялся за автомат, переведя его в режим автоматической стрельбы, и потянулись долгие минуты ожидания.

Через пять минут я сначала услышал, а потом и увидел, как чёрный внедорожник неизвестной мне модели вылетел из-за поворота и не снижая скорости, понёсся в нашу сторону.

– Давай! – крикнул Яша не в рацию, и я тут же нажал на крючок, и автомат тут же откликнулся, начав плеваться пулями.

Я старался бить в область лобового стекла короткими очередями так, чтобы попасть в водителя и вывести его из строя. Не знаю, как, но я попал, так как машина дёрнулась и на полной скорости пронеслась в полуметре от меня и улетела в деревья.

– Контроль. Минус один. – сказал Яша в рацию. – Проверяем. Переснаряди магазин.

– Понял.

Мы встали и мы держа оружие наготове, пошли в сторону разбившейся машины. Когда мы подошли, с заднего сидения вывалился лысый мужик в чёрной байкерской косухе, который тут же навёл на нас автомат и попытался выстрелить.

– Вижу. – сказал я и нажал на курок, опередив того на долю секунды. Три пули попали ему прямо в голову. – Минус один.

– Ясно. Проверю слева. Ты справа.

– Понял.

Проверка дала только одно – в машине было только двое – водитель, который словил пулю и тот, которого я только что застрелил.

– Фриц. А ведь это ты водилу обнулил.

– Всмысле? Ты же тоже стрелял?

– По колёсам. А в салон бил только ты. Так что тебе вто… нет, четвёртую уже насечку надо делать. – на секунду запнулся Яша, вспоминая, скольких людей я отправил на тот свет, если он конечно существует.

– Точно?

– Ага. Давай, чего стоишь? Иди, обыскивай их. А я пока с базой свяжусь.

– Понял.

А что мне оставалось делать? Только подойти к водителю, лежавшему на руле, и силой стащить его на землю. Жаль, я не захватил с собой перчаток или хотя бы бутылку воды. А спрашивать Яшу… бесполезно. Он не будет заниматься обыском трупов, так как типа “не он сделал”.

Обыск трупов я провёл за пятнадцать минут, в частности из-за того, что мне пришлось сделать перерыв и опустошить желудок не тем отверстием, ну и потому что сильно напряг ногу, и та заныла. Обыск водителя не дал ничего толкового – только АК-105, которым я раньше пользовался, и всё. А вот обыск пассажира, попытавшегося пострелять в нас, того “стоил” – я нашёл бензиновую зажигалку “Зиппо”, причём не китайскую подделку, которыми до сих пор приторговывают в региональных аэропортах, а самую настоящую, хоть и однотонную, серого цвета, но полностью исправную. Этот трофей я уж точно сложу в карман рубашки.

Следующий трофей оказался не менее полезным – швейцарский нож. Многофункциональный, символ Швейцарии, следующий после часов, сыра и шоколада. Ну и Альп, разумеется.

Дополнительным бонусом стал очередной "Грач". Нам такой нафиг не нужен, к своему прикипел. А вот патроны я заберу, лишними не будут. А вот с обыском второго трупа возникли некоторые… скажем так, сложности.

– Яша, мне кажется, или мы завалили каких-то слишком "крутых" бандитов? – спросил я, подбирая с земли глубоко тюнингованный автомат песочного цвета, тип которого я даже не могу определить. – Можешь сказать, что это?

– АК-пятнадцать. Глубокий тюнинг, скорее всего, заменёна затворная рама на более прочную для стрельбы в пустыне, магазин на шестьдесят патронов – настоящий эксклюзив, и смотри. Видишь? – он показал на коллиматорный прицел с какой-то приблудой.

– Типа приспособления для ночной стрельбы?

– Не угадал. Магнифер – дополнительный оптический прицел.

– Оптический? То есть, можно стрелять как из снайперской винтовки?

– Угадал. Но не сразу.

– Давай его в машину, разберёмся с ним на базе.

– Э-э-э, нет, друг мой. Твоему штатному стволу хана, так что, забирай. – Яша с этими словами театрально передал мне автомат.

– Спасибо.

– Спасибо потом скажешь. Что со вторым?

– Сейчас займусь.

Правда с пассажиром возникла проблемка – нет, не в смысле, что он оказался без вещей, а всмысле что реально возникла проблемка.

– Твою… Регенерат идёт. – сказал Яша, контролировавший периметр.

– Один? – спросил я

– Пока да.

– Дай его мне. Как раз автомат проверю.

– Давай.

Я оторвался от сомнительного удовольствия и переключился на более занимательную цель, только в тот момент поняв, что этот автомат тяжелее “укорота” как минимум на полтора килограмма, и магазин сильно толстый, но на стрельбу и удобство это как ни странно, не влияло, наоборот, действовало успокаивающе.

– Вижу. – сказал я, и как только лоб регенерата оказался в прицеле коллиматора, я нажал на крючок, и пуля тотчас вырубила того минут на десять.

– Давай его за ноги и потащили к тем двоим.

– Давай.

Я сразу понял, что задумал Яша – избавиться как от регенерата, так и от трупов бандитов.

Ещё полчаса у нас ушло, чтобы досконально проверять карманы убитых нами бандитов и их машину, и только после этого мы, вторично застрелив регенерата, закинули его в багажник и облили его бензином и подожгли машину.

– Вот теперь можно валить. – заметил я.

Мы сели в нашу машину, и через двадцать минут неспешной езды добрались до Курьяново.

– Ну что? Как съездили?

– Вопрос с вооружением Фрица решён, как и с бандитами и регенератами.

– Так, сколько было?

– Один. Мы его спалили, вон дым видно.

– Вижу. – посмотрел Жека куда-то на север, где был виден дым. – Только, что с лесом будет?

– Дождь собирается. – заметил я.

– С чего ты взял? – спросили меня все.

– Смотрите, на юго-восток, тёмные грозовые облака.

– Ох и духота будет… – подумал Жека. – Ладно, выезд через десять минут.

Мы с Яшей уже пошли по машинам, но меня за плечо придержал Жека.

– Ствол, это то, о чём я думаю?

– Да. Трофей, считай.

– Да, Яша сказал… Руки не дрожат?

– Да вроде нет. – как-то неожиданно уверенно сказал я, будто убийство двух человек это обычные будни.

– Дай на секунду, посмотрю.

Я передал автомат Жеке, который пару минут его увлечённо рассматривал.

– Коллиматоры с магнифером в России под запретом, если ты не знал. Знаешь, что это значит?

– Нет.

– Ты уработал как минимум одного бывшего “Вагнеровца”[28]. Обычно таких по возвращении из Сирии берут “под ручки”, за “наёмничество”, но этот проскочил, и даже взял своё оружие с собой.

– С чего ты взял?

– По цвету автомата. Это пустынный камуфляж. Значит, автомат доставили в Латакию и покрасили там. Такой стиль покраски использовал только один человек, но тот давно погиб. Тогда же на него навесили обвес, всё же сирийский чёрный рынок был весьма обширным, и купить там можно было всё: от китайского “Калаша” до тепловизора, который только поступил на вооружение американских “котиков”. Так что, ты завалил очень серьёзного противника.

– Опередил его на долю секунды. Просто успел.

– И всё равно… – на часах Жеки раздался писк, сигнализируя о том, что пора выдвигаться. Он взялся за рацию и скомандовал. – Отряд! Выезжаем. На сборы – одна минута. После этого – старт. Яша. Отдай дрон Вите, пусть поставит на зарядку… Нет, он в “Фермере”. Последняя машина колонны.

Жека посмотрел на меня и передал автомат.

– Как сказал Яша, твой трофей – тебе им и пользоваться. А что касается приблуд – потом научишься. Магазин пока отстегни, пока с обычным побегаешь. Такие нужно уметь снаряжать. А теперь – за баранку, шагом марш!

Я подошёл к машине, и едва я завёл двигатель, в машину прыгнули Жека и Яша. Автоматы мы поставили в самодельные стойки для оружия, спецификации для изготовления которых подсказал Петя, который как оказалось, когда-то служил срочную водителем у командира воинской части. Только мой автомат был без магазина, который отправился в разгрузку, едва разместившийся в кармане для оружия.

– Куда едем, кэп? – я спросил с долей иронии, так как знал, куда едем, и даже знал примерный маршрут.

– Выполнять приказ. – коротко ответил мне он. – И кто-нибудь, прицепите на ствол Фрица магазин.

– Хорошо. – ответили мы все хором, отвечая на разные приказы одним словом.

Я отпустил сцепление, и мы навсегда покинули эту деревню, направившись в Питер, конечную точку одного путешествия и начальную точку следующего…

_____________

[27] Жаргонизм, означающий “Противника убить на месте”

[28] ЧВК “Вагнер”, также известная как “Группа Вагнера” – де-факто российская частная военная компания, получившая наибольшую известность в ходе боевых действий на Донбассе в 2014 году и в гражданских войнах Сирии и ряда африканских государств.