Курс на любовь

Глава 5

Саша

Я наблюдал, как новенькая сбежала в пятницу — почти сразу после того, как застала меня с Ритой. Очень интересно. Я чётко видел её глаза, видел, с каким нескрываемым интересом она наблюдала за нами. И это… завело.

Честно говоря, я не особенно хотел Риту. Всё шло как‑то вяло, пока в дверях не появилась она. Именно тогда всё изменилось. Мощное удовольствие захлестнуло с головой — стоило лишь на месте Риты представить новенькую.

Есть в этой девчонке что‑то. Что‑то, что цепляет. Но, не могу пока понять, что именно.

Сегодня в институте она старательно избегает меня, даже в глаза не смотрит. Забавно. Очевидно, пытается забыть то, что увидела. А меня так и тянет напомнить ей — заставить снова покраснеть, как тогда. Только вот Димон опять кружит вокруг неё, словно спутник.

«Надеюсь, он не затащит её в постель раньше меня», — пронеслось в голове. Братский кодекс чётко гласит: нельзя спать с теми, с кем уже был один из нас. И мы его никогда не нарушали. Будет обидно не узнать, какая она в постели…

После последней пары я окликнул Димона в коридоре:

— Эй, надо поговорить.

Он остановился, к нам тут же подошёл Пашка.

— Да. О чём? — спросил Димон.

— По поводу новенькой, — начал я.

Пашка удивлённо поднял брови: — Ксюхи?

— Да.

— Ну? — поторопил Димон.

— Ты в пятницу сказал, что если я в деле, то ты отвалишь.

— Сказал. И?

— Я её хочу. Поэтому отойди в сторонку.

— Ну, это было в пятницу. Что, если я передумал? Я не просто хочу перепихнуться с ней — она мне начинает реально нравиться.

— Ребзя, вы чего? — вмешался Пашка. — Ещё посритесь сейчас по этому поводу.

— Значит, не отвалишь от нее? — настаивал я.

— Нет! — резко ответил мой лучший друг.

«Неужели это и правда повод для ссоры?»

— Стоп! Стоп! Стоп! — вмешался Паша. — Давайте не будете делить шкуру неубитого медведя. Пусть сама Ксюша решит, кто из вас ей больше нравится. С тем и будет. Это справедливо.

— Да, — согласился я. — Только он ей проходу не даёт.

— Да, не даю. Если хочешь, можешь тоже включиться в игру. Но уверяю тебя — ты проиграешь. Её интересуют отношения, а ты ей этого дать не сможешь, — парировал Димон.

— Подождите. Вы себя слышите? Какая игра? Она же живой человек, а не победный кубок, — попытался вразумить нас Пашка.

— А ты типа сможешь? — проигнорировал я его слова.

— Я хотя бы попробую.

— Ну, тогда и я попробую. И пусть победит сильнейший.

— Бля-а-а, придурки, что вы несёте? — не унимался Паша. — Я надеюсь, вы не будете сейчас на неё спорить? Мы же не в кино, мать вашу.

— А почему? Хорошая идея, — прищурился Димон.

— Я не буду спорить, — отрезал я.

— Ссышь? — поддел Димон.

— Нет, не ссу. Просто тебе и так придётся поплакать, что она выберет меня. А тут ещё и проиграешь спор — вообще разревешься как малыш.

— Да пошёл ты! — Димон двинулся на меня.

Паша мгновенно встал между нами, расставив руки:

— З@ебали оба! Если будете сраться из‑за неё, я расскажу ей всю правду. Что вы чуть ли не спорить на неё собрались.

— Ты не сделаешь этого, — возразил я. — Ты же наш брат.

— Именно поэтому сделаю, если будете вести себя и дальше, как придурки. Если она вам обоим нравится — ухаживайте за ней, водите на свидания, но ведите себя как люди, а не как животные. Если она выберет кого‑то одного, второй отходит в сторону и не истерит.

— Слышал? Не истерит, — ухмыльнулся я Димону.

— Слышал? Водить на свидание и ухаживать? Загугли, что это такое для начала.

— Пошёл на хер!

— Сам иди.

В этот момент раздался скрипучий голос Риты, от которого меня уже тошнило:

— В чём дело? Вы что, ругаетесь?

— Иди куда шла, — бросил я, отпихнул плечом Димона и направился на парковку к своей машине.

«Свидание, значит? Ухаживать? Ладно. Будет вам свидание», — думал я, шагая по асфальту. «Вообще мудак попутал. Отошёл бы в сторону по‑братски, так нет — вы@бывается».

На парковке я заметил новенькую — она безуспешно пыталась завести свой Peugeot.

Я подошёл и постучал в окно:

— Помощь нужна?

Она посмотрела на меня перепуганными глазами, будто я предложил ей поехать ко мне и развлечься.

— Нет… Я не знаю… Да, наверное, — пролепетала она.

— Ясно. Вылезай.

Она вышла из машины. Я попробовал завести двигатель — глухо.

Подошёл к капоту: оказалось, отошла клемма от аккумулятора. Ничего серьёзного, но я сделал умное выражение лица, будто выполняю сложную диагностику.

Закрыл капот, сел в машину — двигатель тут же заработал.

Вышел из автомобиля и посмотрел на неё.

— Ура‑ура! Спасибо тебе! — она неожиданно для меня обняла меня.

Я опешил на мгновенье — её тепло, лёгкий аромат духов, мимолетное прикосновение… Всё это выбило меня из колеи на долю секунды.

— Эм… не стоит благодарности. Ничего серьёзного там не было, — пробормотал я, стараясь вернуть самообладание.

— Всё равно спасибо. Как я могу тебя отблагодарить? — она смотрела искренне, без намёка на игру.

В голове тут же завертелись пошлые сцены: как она «благодарит» меня на заднем сиденье своего хэтчбека. Я мысленно тряхнул головой — не время, не сейчас. Нужно держать себя в руках.

— Ты… можешь угостить меня кофе, например, — выдавил я, старательно маскируя напряжение в голосе

.— Да, давай! Я, правда, плохо ещё знаю город. Но тут рядом, вроде есть неплохое кафе. Можем поехать туда.

— Супер! Тогда прыгай ко мне. Выпьем кофе, и я тебя потом верну сюда, к твоей машине.

— Идёт! — она улыбнулась и легко запрыгнула на пассажирское сиденье.

«Удивительная девушка, — подумал я. — Как мало ей надо для счастья. Всё будет даже гораздо проще, чем я предполагал».

Я завёл двигатель, повернул голову — и замер. На парковке стояли Пашка и Димон.

Димон смотрел со злостью, буквально прожигая взглядом то, как я сажаю новенькую в свою машину. В его глазах читалось: «Ты что, серьёзно?»

Я не удержался — улыбнулся и показал ему средний палец.

«Выкуси», — пронеслось в голове.

Вырулив с парковки, я поймал её взгляд — она смотрела на меня с лёгким любопытством.

— Подсказывай куда ехать, — кивнул я, выруливая в поток машин.

— Хорошо. — ответила новенькая.

По дороге, я ловил себя на том, что то и дело поглядываю на неё.

«Она даже не понимает, насколько притягательна», — мелькнуло в голове.

вышел, открыл ей дверь — она удивлённо подняла брови, но улыбнулась.

— Ого. Ты умеешь быть джентльменом?

— Иногда, — подмигнул я. — Только для избранных.

Она рассмеялась — легко и искренне. Красивая у неё улыбка… Такая, что внутри что‑то ёкнуло.

Мы вошли, заняли столик у окна. Я заказал себе американо, она — какую‑то бурду с лавандовым вкусом.

Пока ждали заказ, я невольно разглядывал её. Лёгкие волны волос, небрежно спадающие на плечи; тонкие пальцы, ритмично постукивающие по столешнице; задумчивый взгляд, время от времени устремлённый в окно. В ней было что‑то неуловимо притягательное — не кричащая красота, а тихая, внутренняя гармония, которая притягивает сильнее любой броской внешности.

Глава 6

Ксюша

— Расскажи мне о себе, — нарушил молчание Саша.

— Обо мне? — удивилась я.

— Ну да. Я знаю только, что ты приехала из Москвы. Но не знаю подробностей.

— Ничего особого. Маму повысили, и она должна была переехать сюда по работе. Я решила поехать вместе с ней.

— Странно. Ты ведь уже взрослая девочка. Могла бы остаться там. Наверняка, у тебя дома остались друзья, подруги.

— Да. Но мне хотелось сменить обстановку.

— Дай угадаю. Разбитое сердце заставило тебя захотеть начать всё с чистого листа?

Я рассмеялась:

— О-у. Ты так разбираешься в сердечных делах? Нет, на самом деле никакого разбитого сердца. Но расставание с парнем было. Безболезненное. Мы теперь друзья.

Не знаю, зачем я начала с ним откровенничать. Но есть в нём что‑то такое, что подталкивает к тому, чтобы раскрыться перед ним. Неожиданно, но сегодня он кажется очень приятным парнем… и красивым.

— А что у тебя с Димоном? — неожиданно выпалил он.

— С Димой?

— Он тебе нравится?

— Да. Он милый, умеет рассмешить, хороший друг, как мне кажется.

Саша усмехнулся:

— Уверен, это не те слова, на которые он рассчитывает.

— О чём ты?

— Ну, типа «красивый», «горячий», «сексуальный», «притягательный». А не «милый» и «смешной», как бездомный котёнок.

— А‑а‑а. Ты об этом?

— Да. Я об этом. Он тебе нравится, как мужчина, а не как котёнок?

Я задумалась. Нет, не нравится. Он хороший и симпатичный парень, я бы даже сказала — красивый. Но никаких чувств как мужчина он во мне не вызывает. Вот только с Сашей мне почему‑то не хочется обсуждать его друга.

— Ну, это личное…

— Понятно.

— А почему ты спрашиваешь?

— Всё просто. Если у тебя никого не осталось в Москве и тебе не нравится Димон, мы могли бы замутить.

— Что, прости?

— Ну, могли бы поехать ко мне, и то, что тебе так понравилось в пятницу у Паши в комнате, могли бы воплотить с тобой в жизнь.

— О боже… Какой же ты…

— Какой?

— Ещё пять минут назад я думала, что ты нормальный, а оказалось — полный придурок.

— Почему же? Интересно. Потому что сказал прямо, что ты мне нравишься и я тебя хочу?

— Мне это неинтересно.

Я встала, достала из кошелька деньги за кофе и положила на стол.

— Да стой ты, не кипи, — Саша попытался взять меня за руку.

По моей коже прошёл электрический разряд. Я оттолкнула его, как ошпаренная:

— Не трогай меня!

— Я заплачу и отвезу тебя к твоей машине, как и обещал.

— Не стоит. Я пройдусь пешком.

Вышла из кафе. Глаза защипало от слёз. Ещё чего не хватало — нашла из‑за кого плакать! Я не плакала даже, когда рассталась с Сергеем, а мы с ним три года были вместе. А тут из‑за какого‑то самовлюблённого козла готова разреветься.

Кем он меня считает, раз такое предлагает? Животное, блин. Неужели есть те, кто на такое ведётся? Конечно, есть — Рита бы точно не отказалась. Но я не она и не привыкла к такому отношению к себе.

Я сама не заметила, как дошла до своей машины. Злость придавала мне сил. Завела двигатель и набрала Еву.

— Приветик.

— Привет. Ты дома? Хотела заскочить к тебе.

— А что с твоим голосом?

— Расскажу, когда приеду.

— Давай. Жду тебя.

Пока я рассказывала Еве обо всём, что произошло, она налила мне и себе вино в бокал.

«Я скоро сопьюсь из‑за этого парня», — мелькнуло в голове.

— Ну, я знала, что Сашка такой. Но это прям перебор. Хоть бы поухаживал немного, — сказала Ева.

— Ты сама себя слышишь? «Поухаживал»? А что дальше? Переспал бы со мной и бросил?

— Ну почему сразу бросил? Он ведь сказал, что ты ему нравишься.

— Ты только забыла спросить, нравится ли он мне.

— Ксюша, нравится ли тебе Саша?

— Нет, блин! Не нравится! Он тупое животное, которое кроме как о сексе больше ни о чём не думает.

— Да, есть такое. Но тебе ведь понравилось это животное в деле, когда ты за ними наблюдала?

— Нет! О чём ты! Ничего такого. Такой, как он, мне не нужен. И никогда, слышишь, никогда я на него не поведусь.

— Как скажешь. Я не спорю.

— Если бы тебе Пашка предложил такое? Просто перепихнуться? Как бы ты отреагировала?

— Я? Я бы согласилась. Но у меня другая история. Я люблю его всю свою жизнь. Поэтому, мой ответ очевиден.

— А если бы он потом тебя бросил и вернулся к Анжеле?

— Ну, по крайней мере, я бы узнала, как это — быть с ним. В его объятиях, чувствовать на своих губах его поцелуи.

— Ты так сильно его любишь… А он даже не замечает тебя. Это очень больно. Зачем тебе эти страдания? Неужели нет больше хороших парней?

— Ну, подруга, судя по всему, ты никогда не влюблялась. Когда это произойдёт, вспомнишь свои слова.

— Я никогда не буду бегать за мужчиной, которому я не нужна.

— Никогда не говори «никогда». И я пробовала встречаться с другими мужчинами. И чувствовала себя…предательницей рядом с ними. В первую очередь я предавала саму себя. И потом я поняла, что лучше уж буду одна.

— Одна… Пока он развлекается с Анжелой на твоих глазах.

— Подруга, ты в курсе, что ты сейчас вообще не утешаешь? А только умничаешь и делаешь ещё больнее.

— Прости… Я просто…

— Что «просто»? Решила высказать своё мнение? Я и так всё это знаю. Поэтому не утруждай себя.

— Прости‑прости меня. Я не хотела.

Я обняла Еву, чувствуя, как внутри сжимается что‑то горячее и горькое.

— Не надо жалеть меня. Давай договоримся просто закрыть эту тему рази навсегда. Это моё дело и моя жизнь.

— Хорошо. Как скажешь. Больше не буду о нём говорить.

В комнате повисла тишина — не тяжёлая, но наполненная невысказанными мыслями. Ева потянулась к бокалу свином, сделала небольшой глоток и попыталась улыбнуться:

— Может, переключимся на что‑то более весёлое? Например, на то, как ты сегодня отшила Сашку. Это было эпично.

Я невольно фыркнула:

— Эпично? Скорее унизительно. Я чувствовала себя… как будто меня оценили и тут же выставили ценник.

— Зато ты показала характер. И знаешь что? Это круто. Пусть теперь помучается, гадая, почему ты не упала в его объятия.

— Мне не нужны его мучения. Я вообще не хочу о нём думать.

Ева внимательно посмотрела на меня:

— Но ты думаешь.

Я промолчала. Она была права. Не смотря на злость, на обиду, на это гадкое ощущение, будто меня раздели взглядом, мысли то и дело возвращались к Саше. К его улыбке, к тому, как он смотрел на меня в кафе, к тому электрическому разряду, когда он коснулся моей руки.

— Знаешь, что самое странное? — наконец призналась я. — Я злюсь, но в тоже время… мне любопытно. Что было бы, если бы я согласилась?

— Вот это поворот! — Ева приподняла брови. — Ты серьёзно?

— Нет! — я тут же отмахнулась. — Несерьёзно. Просто… мозг иногда выдаёт такие мысли, даже если ты их не хочешь.

— Понимаю. Но давай договоримся: если вдруг тебе всё же захочется проверить, что было бы «если», ты сначала звонишь мне. Я буду твоим голосом разума.

— Договорились, — рассмеялась я. — Хотя этого никогда не произойдет.

— Главное, чтобы ты знала: ты не одна. И если тебе нужно выговориться, или наорать на кого‑то, или просто молча сидеть с бокалом вина — я всегда рядом.

— Спасибо, Ева. Ты лучшая.

Она подняла бокал:

— За нас. За тех, кто не сдаётся, даже когда хочется.

Мы чокнулись, и я почувствовала, как напряжение понемногу отпускает. Может, всё не так уж плохо. Завтра будет новый день — и новые мысли.

Я не поехала домой после выпитого вина — осталась у Евы. Но даже в её уютной спальне, под мягким пледом, меня не отпускало. Из головы никак не выходил Саша.

Я зарычала, резко взбила подушку, будто могла выбить из неё навязчивые мысли. Без толку. Перед глазами снова всплыла сцена с ним и Ритой — резкие движения, приглушённые стоны, его уверенный взгляд, поймавший меня в тот момент… А потом — его предложение в кафе: «Могли бы воплотить это с тобой в жизнь».

Мысли уплывали не туда. Какого это — быть с ним? Какие на вкус его поцелуи — страстные, обжигающие? Я почувствовала, как внизу живота просыпается тягучее возбуждение.

— Нет! — прошипела я, сжимая край простыни. — Хватит об этом думать… Я сума так сойду. Никогда между нами ничего не будет. Никогда!

Даже если мне это… интересно.

«Это чистое любопытство, не больше», — повторила я про себя, как заклинание.

Наконец веки стали тяжелеть. Сон накатывал волнами, размывая границы реальности. И в этой полудрёме дверь спальни тихо открылась.

В проёме стоял Саша.

— Ты? Что ты тут? — прошептала я, не веря глазам.

— Тсс! — он поднёс палец к губам. — Тише. Я не смог уснуть. Думал о тебе.

Его голос звучал низко, почти осязаемо.

— Ты мне очень нравишься. Прости, что повёл себя сегодня как придурок. Я просто всегда прямо говорю, чего хочу. Не хожу вокруг да около.

Я замерла. Сердце колотилось где‑то в горле.

— Я тоже думала о тебе, — промямлила я.

Он подошёл, лёг рядом. Кончик пальца скользнул по моей нижней губе — лёгкое, почти невесомое прикосновение.

— Ты такая красивая. Я так хочу тебя поцеловать.

— И я хочу, чтобы ты меня поцеловал. Сделай это.

Саша наклонился. Первый поцелуй был нежным, почти робким. А потом — жадным, глубоким. Его язык скользнул в мой рот, дразня, исследуя, заставляя кровь бежать быстрее.

Он перекатился на меня, прижал к кровати. Губы спустились ниже — к шее, плечу, потом ещё ниже. Руки потянулись к краю топа, сняли его. И вот уже его рот на моей груди, а пальцы сжимают вторую — жадно, не щадя.

— Не останавливайся. Пожалуйста… Это так хорошо.

— Что? — прошептал он.

— Так хорошо. Очень хорошо…

— Ксюш! Подруга! Проснись! Мы опаздываем в институт!

Я распахнула глаза.

Тишина.

Пустая кровать.

Это был сон.

В груди — смесь стыда и острого разочарования. Мне приснился Саша. И мне было хорошо. Я просила его не останавливаться. Я хотела, чтобы он меня поцеловал — и не только.

— Вот чёрт! Твою мать! — я подскочила с кровати, чувствуя, как горят щёки.

— Мне срочно нужно в душ!

— Что тебе такое интересное снилось? — Ева стояла в дверях, ухмыляясь.

— Институт. И лекция Ивана Петровича, — буркнула я, пытаясь собраться.

— Это ему ты говорила, что тебе очень хорошо и просила не останавливаться?

— Ему. Он как раз ставил мне «отлично» на экзамене.

— И это тебя так возбудило? — Ева не переставала смеяться.

Она кивнула на мои соски, которые всё ещё торчали от возбуждения.

— Именно. Всегда возбуждаюсь от «отлично» в зачётке.

Я метнулась в душ, хлопнув дверью.

— У кого‑то давно не было секса! — крикнула Ева мне вслед.

— Не повезло тебе, что у тебя его давно не было!

Её смех догнал меня уже в ванной.

Я быстро разделась, включила холодную воду, шагнула под струи. Ледяные капли били по коже, возвращая в реальность.

«Всё. Это просто сон. Больше никаких Саш в голове», — приказала я себе.

Но где‑то глубоко внутри шевельнулось: «А если бы это было наяву?..»

Глава 7

Саша

Ну, ладно, допустим, я был слишком прямолинейным. И я понял: с ней моя прямота не работает. Но это ведь не повод убегать из кафе и называть меня придурком.

Я ждал Ксюшу возле входа в институт — наверное, чтобы извиниться. Хотя по‑прежнему не считал себя ни в чём виноватым. Но, видимо, она именно этого и ждёт: чтобы я не торопил события, действовал мягче. Это, конечно, не про меня. Совсем не про меня. Но она — девушка, которой нужны ухаживания, свидания и «розовые сопли». Окей! Я надеюсь, что цель оправдает мои усилия. И уж точно не отдам её Димону просто так. Сам нарвался.

Она шла вместе с Евой — в той же соблазнительной юбочке, чёрном топике и белой рубашке, что и вчера. «Интересно, она что, не ночевала дома?» — мелькнуло в голове. Я очень надеялся, что не толкнул её вчера в объятия своего друга.

— Привет. Поговорим? — обратился я к Ксюше.

Она окинула меня нервным взглядом, будто решала, стоит ли тратить на меня время.

— Я пойду. Догоняй, — бросила Ева и отошла в сторону.

— Что ты хочешь? Снова предложить мне перепихнуться? — в её голосе сквозила едкая насмешка.

— Неплохая идея. Правда же? — я понимал, что это сарказм, но сделал вид, что задумался, внимательно изучая её лицо.