Все началось с кольца....

5 ГЛАВА. РОДНЫЕ ПРИЛЕТЕЛИ НА ПОДМОГУ. В понедельник я поехала на работу, решая снова ехать после к маме или домой. Долго не желала заходить в квартиру, смотрела на окна со стороны, с улицы, издалека, словно снова чего-то выжидая или ожидая, сама при том не понимая, чего и зачем, пока в лицо мне бил прохладный свежий ветерок, а в голове крутились разные печальные мысли. Потом я всё-таки заставила себя подняться домой. - В конце концов, если что, соберу вещи и поеду к маме, чтоб остаться у неё ещё ненадолго! - Решила я про себя, заходя в квартиру несколько неуверенно. Квартира меня встретила следами недавнего пребывания здесь мужа на чистом полу. Все эти дни шёл дождь, и следы ещё не успели засохнуть. Я, не раздеваясь, прошла по квартире, стремительно проверяя шкафы и полки. Шубка с эко-мехом под норку висела на месте, как и мои дамские побрякушки, и личные вещи. Вещи мужа все подчистую исчезли, как и купленный мной недавно дорогущий кухонный комбайн, о котором я недавно так мечтала, а также в списке пропавшего были – кофеварка, швейная машина, и телевизор с колонками, который именовался домашним кинотеатром. Сам телевизор, как и колонки, к нему прилагающиеся, меня не особо интересовали и впечатляли, поэтому не особо расстроили своей пропажей. Я редко этим пользовалась. А вот комбайн был с наворотами и стоил дороже шубки, купленный личной мной полностью на мои собственные деньги, как и настоящая кофе-машинка, именуемая кофеваркой, и швейная машинка, которой я, вдобавок ко всему, ещё и часто пользовалась, поэтому за неё было обидно вдвойне. Ольга как раз очень восхищалась всеми этими предметами, как и моим новым набором дорогой кухонной посуды, каждую вещь при мне любовно наглаживала и очень волновалась. Я заглянула в кухонный шкаф и также не обнаружила её там, на обычном прежнем месте. Я позвонила маме, рассказав о случившимся, пребывая в замешательстве, расстройстве и беспокойстве. - Ты подожди, я сейчас… - Сказала мама и положила трубку, выслушав внимательно мой сбивчивый рассказ о горячо любимых сердцу вещах, расставание с каждой из которых давалось мне очень тяжело, с большим трудом. Где-то спустя три часа в дверь позвонили. Я пошла открывать, готовясь встречать гостей. Там были папа, муж Дашули, сын новой жены папы, Игнат, ухажёр мамы Лев и сама мама. Они вносили мои вещи, недавно пропавшие, назад в квартиру, торжественно и гордо! Только чаша у комбайна была грязной, выпачканной в каких-то ингредиентах для блюд, кастрюля и сковорода немного вымазаны маслом для готовки. Остальное всё, чистое, в целости и сохранности, было водворено всеми пришедшими на свои прежние места. Папа для своего возраста выглядел молодо и светился удовольствием от жизни, хотя и был очень хмурым сейчас в ответ на все эти беспокойства, причинённые мне последнее время. Высокий, статный, крепкий, жилистый и плечистый, с сильными, большими, мужественными руками, с небольшим животиком, но с хорошей осанкой, с невиданной мощью в движениях и с поразительной силой во взгляде. Он производил впечатление всем своим видом на любого, сейчас одетый в простую одежду, немного небритый, а ещё уставший и раздражённый. Такое настроение - это было редкостью для него. Он в основном всегда лучился радостью, безмятежностью и лёгкостью, не взирая на настроения погоды и капризы природы, при любых ситуациях! Он умел радоваться жизни. Сегодня же все манеры его были резкими и недовольными. Он за меня переживал и волновался. Его миндалевидные глубокие серые глаза на аскетично-вытянутом лице со впалыми щеками всё внимательно и вдумчиво изучали. Нос узкий и длинный, с тонкой переносицей, добавлял ему задумчивой аристократической особенности. Кожа у него была бледная, но склонная к загару, сейчас слегка золотистая от частого пребывания в дачном посёлке на солнышке. Рот тонкий и прямой, плотно сжатый, говорил о его сдержанности и самообладании. Сейчас выражение на его лицо, как и всё в нём, выделяло его погруженность в себя. Волосы светлые, немного с благородной сединой, проявленной местами, покрывали его голову, «умную и светлую!», как мама говорила всегда, глядя на него с гордостью, сохранив к нему уважение даже после их развода, также, как и он к ней. Папа был одет в простую тёмно-зелёную ветровку свободного фасона, обычные дачные джинсы свободного кроя и в осенний свитер красивого серо-белого оттенка с открытой шеей. Видимо, папа только что с дачи! Бросил все свои дела и примчался ко мне на помощь. Дима, муж Дашутки, короткостриженый яркий брюнет со внимательными красивыми тёмно-карими глазами, очень высокий, даже выше папы, широкоплечий, стройный и мясистый, был также озадачен произошедшим со мной инцидентом. Было видно, что он любит немалые спортивные нагрузки и много умеет делать сам, обладая подтянутыми сильными мышцами и природной гибкостью. Нос вытянутый, слегка ассиметричный, с небольшой горбинкой и с заострённым кончиком, выглядел на его благородном, артистичном и немного бледном лице с широкими скулами довольно необычно и его несколько не портил. Красиво очерченные широкие губы с мягкими очертаниями придавали лицу Димы доброжелательное выражение, не взирая на его озадаченность в этот день. Он был подвижен и суетлив, смел и отважен, любил всё время о ком-нибудь заботиться и брать над кем-нибудь шефство. За это всё, как и за многое другое, его Дашутка и любила! Одет он был просто и со вкусом, в чёрные спортивные штаны, в спортивную толстовку чёрно-серо-салатовых оттенков и в чёрно-серую курточку с капюшоном, тёплую и удобную. На ногах его виднелись чёрные кроссовки с салатовыми линиями. Всё в спортивном стиле, который ему приходился очень к лицу! Наверное, Дима вернулся недавно с вечерней пробежки, собираясь домой сидеть с их с Дашей деточками. Сын новой жены папы Светы, старший, по имени Игнат являлся от природы пшеничным блондином с элегантной, красивой, короткой стрижкой, сделанной в каких-то современных модных тенденциях. Он был среднего роста, где-то между папой и Димой, довольно худощав, но с красивыми мышцами. Обладая немалой силой, а ещё восхитительной гибкостью, которая его выделяла средь многих и ещё больше преображала, он тоже занимался физическими упражнениями, правда в основном для удовольствия и поддержания себя в тонусе, в то время, как Дима – более профессионально, всецело погружаясь в сей процесс в свободное от повседневных дел и семейных хлопот время, чтоб выглядеть превосходно и соответствовать статусу отца семейства, по его же собственным словам! Очень красивые и выразительные жёлто-карие глаза Игната с тёмными длинными ресницами смотрели на меня с долей сочувствия, понимания и какой-то растерянности, излучая желание помочь. Видя моё волнение, он то и дело ходил туда-сюда, взад и вперёд, стараясь во всём меня подбадривать и говорить короткие простые фразы, в духе простой товарищеской поддержки, мол, «мы справимся!», «сестра, мы с тобой!», «не волнуйся, в обиду тебя не дадим!». Он проявлял себя всегда - по-товарищески, великодушно, благородно и порядочно! И товарищ он был действительно что надо! Света такими и воспитывала своих сыновей, являясь достойной заботливой мамой, а теперь и прекрасной любящей женой для папы. Я ими обоими гордилась. Какая пара! У них во всём идиллия. У Игната были правильные и утончённые черты лица, весьма эффектно сочетаясь с аристократично-бледной кожей. С него, пожалуй, можно было без устали писать портреты. Не хуже, чем киноактёр! Прямой профиль с идеальным классическим носом, без ассиметрий и горбинок. Красивый изящный рот, сложенный в тонкой линии. И благородно-выраженные скулы с ямочками на щеках. Взгляд мечтательный. Харизма его поражала. При этом, он умел, как фотографироваться, так и в кадр попасть в самый нужный момент, показывая все достоинства своей природной красоты и своего личного обаяния! Движения его грациозные и неспешные, но со стремительной хваткой, производили стойкий эффект приобщения к чему-то светскому, не меньше, чем у мамы! Он был одет в какую-то модную, чёрную, брендовую куртку с металлическими серыми вставками по бокам на груди и чем-то золотым на спине и плечах, в чёрные джинсы из хорошей ткани, обрамлённые ремнём серебристых оттенков со вставками чёрного цвета, в золотом обрамлении, и в чёрную мужскую водолазку с большим воротом, закрывающим шею. Обут он был в кроссовки, полностью чёрные, с золотыми контурами на них. Когда он повернулся ко мне спиной, я увидела там удивительную и благороднейшую птицу, изображённую в профиль, с хищным изогнутым клювом и горящими глазами, детально проработанную в качестве золотого дизайна-рисунка. Всё это выглядело здорово и необычно! На правой руке у него виднелись роскошные широкие часы, довольно дорогие, надо отметить, все в позолоте, с бриллиантами. Наверное, он только что из магазина, куда, как всегда, выбрался, решив приодеться и сменить гардероб! Как никак, он слыл отпетым модником. Поигрывая глазками, поигрывая бровками, он с лёгкостью усиливал в себе все эти качества! А сейчас он здесь. Приехал со всех паров оказать мне поддержку. И это очень ценно сейчас осознавать! Видимо, Света приехать не смогла. Ничего, мы с ней ещё увидимся! Лев, ухажёр нашей мамы, был полностью лысый. Насколько мне было известно, голову он не брил. У него просто всё выпало. Идеально-пропорциональный, правильный, красивый, благородный череп позволял на себя любоваться в этом вопросе. Ему всё это очень шло! Его всё это красило: как эта благородная лысина, как небольшая, седая, аккуратная бородочка, хорошо ухоженная, так и лёгкая небритость, что были от него неотделимы и замечались на нём всегда, создавая вокруг своего обладателя ощущение строгости, серьёзности, уверенности, ответственности, в то время, как папа мой всё же в основном предпочитал бриться, за исключением редких случаев, как, видимо, сегодня. Лев обладал упрямым, прямым, волевым подбородком и острым носом с заострённым аккуратным кончиком. Глаза его тёмные и проницательные подчёркивали в нём личность, обладающую по-настоящему сильной волей, выдержкой и интеллектом, а также с багажом огромного, богатого, жизненного опыта. - Именно такой мужчина маме и нужен! – Думала я про себя, обозревая его вид. Примерно с папу ростом, может, чуть повыше, он был не сказать, что качок, но сразу видно, что вынослив, могуч и энергичен, с сильными плечами, мощными руками и боевым нравом, умея женщину загородить своей крепкой мужественной спиной в любой ситуации, что сразу ощущалось, когда мама стояла рядом с ним, ощущая себя за ним не иначе, как за «каменной стеной», надёжной, неприступной и непроницаемой, с какой бы стороны к ней не пытались подступиться или подобраться. Он умел дать отпор. И это в нём чувствовалось. Упрямство в нём иногда зашкаливало, но при виде мамы он смягчался. Она же, при нём, напротив из сдержанной строгости превращалась в живую эмоциональность! Ей с папой этого очень не хватало, не смотря на все его надёжные мужские качества. А папе не хватало свободы увлечённости, которая у него есть сейчас, при Свете, раскрываясь во всех своих многообразных ипостасях! Лев всё время стремился обозначить маму всеми способами, как свою собственность, как свою территорию, и это доставляло ей ни с чем не сравнимое естественное удовольствие простого женского счастья, которое проявлялось во всех её движеньях и чертах, заставляя её искренне улыбаться. Тем не менее, она была также озадаченная вместе со всеми. На Льве была простая, стильная, чёрная куртка, с эко-кожей, как было видно мне со стороны, простые чёрные брюки и свитер, как у папы, с открытой шеей, только сине-голубого цвета с чёрными и белыми чайками, нарисованными на нём. Обут он был в чёрные мужские туфли, с эко-кожей. Сама мама была сегодня одета, согласно тонам осени, в тёплый, мягкий и уютный свитер, свободный, с широким воротом, нежных бежевых оттенков, в чёрные штаны с каким-то золотистым ремешком, что идеально подчёркивали её красивую фигуру, и в своё уже более тёплое сегодня чёрное осеннее пальто с искусственным бежевым мехом на капюшоне, обувшись также в более тёплые осенние сапожки бежевого цвета. Сегодня к свитеру её была приколота с левой стороны на груди изысканная брошка с золотым жирафом, среди цветочков и листочков из крошечных рубинов и маленьких бриллиантов. В ушах имелись простые золотые серёжки с круглыми бриллиантами, чуть больше, чем на броши. На ресницах имелось минимум качественной туши и небольшие чёрные стрелочки на прекрасных глазах, лучащихся нежностью, правда, порой излишне обеспокоенных, подчёркивали её естественную природную красоту. Она всё время обнимала Льва и держала его за руку. А он её успокаивал и поглаживал то по спинке, то по плечу, подбирая нужные слова, чтоб её женское сердце не волновалось понапрасну. Было видно, что они оба очень за меня переживают. До чего же я радовалась за них обоих, что они нашли друг друга! И как они друг друга дополняют! На сердце делалось легче от одной этой мысли. А ещё, папа и Света так любят друг друга! От этого делалось вдвойне спокойно и хорошо. Прохладная дождливая погода, которая всё последнее время брала свои права на улице, заставила всех моих сегодняшних гостей одеться потеплее. Хотя потепление ещё обещало-таки быть. Всё-таки, ранняя осень ещё! - Здравствуйте, дорогие мои! Как я рада, что вы пришли! – Поприветствовала я их, несказанно обрадовавшись встрече, и спросила, все ещё охваченная эмоциями. – А чего это комбайн то грязный совсем, и сковорода с кастрюлей лишь немного? - Кира, дорогая! Как я рад тебя видеть, сестрёнка! Пришли так быстро, как только смогли и сумели! Да там эта женская особа верещала, отдавать всё это не желала, намертво вцепившись! – Сказал Игнат. – Пришлось на неё всё это вылить и вывалить! Очень она волновалась! А уж как возмущалась, что отбирают! Говорила, что всегда о таком мечтала! Кто же тебе мешает, спрашивается, и дальше мечтать?! Только чужое брать не надо. Непорядочно это. И не по-товарищески! Сестра, не волнуйся! Всё в целости! Главное, ты в порядке! Мы тебя в обиду не дадим! И никому тебя обидеть не позволим! Игнат широко улыбнулся, показав свои идеально-белые ровные зубы и распростёр свои красивые руки мне невстречу, после чего мы с радушием по-родственному обнялись, похлопав друг друга по плечу. - А со сковороды и кастрюли всё на негодника этого глупого полетело, на это существо недобродетельное, и вот пока оно вопило и металось, мы его малость помяли и потрясли, как следует, чтоб неповадно ему было так себя вести! Это же надо, жене своей подарков не дарил, ещё и отобрать решил то, что ему не предназначено и не принадлежит! – Сказал Дима, муж Дашули, с грозностью в голосе, все ещё обозревая внесённые предметы для кухни, возвращённые в дом и вверенные мне. Он проверял, всё ли в порядке с ними, ничего ли не повредилось. Всё вроде было хорошо. - На сегодня достаточно потрясли. – Сказал папа ответственно, знать, довольный проведённой «воспитательной работой», но все ещё нахмуренный и грозный не на шутку. – Потом ещё добавлю, чтоб неповадно ему было так себя вести неправильно, невоспитанно и некультурно! И не разумно. И непорядочно. Крайне непорядочно. - Ещё как непорядочно! Совсем страх потерял, щенок, что не понимал, с кем можно вести себя и как, а с кем не следует вообще связываться. – Сказал Лев, новый почти что муж нашей мамы. - Я этому паразиту ещё устрою! Нищий во всех смыслах. – Сказала мама, немного повысив свой голос, едва себя сдерживая от злости. – Это ж надо, лицо красивое, внешность привлекательная, женских особей очаровывать научился, как и охмурять, думает, всё ему можно, и что всё с рук ему сойдёт! Нет, не сойдёт! Жизнь всё расставит на свои места! - Не переживай, мы ему и так устроим, и всё, что надо, сделаем, во всех смыслах и во всех сферах, как и во всех направлениях! И даже более того! Уж это-то я могу! При том, качественно и быстро! – Сказал Лев, успокаивая маму, поглаживая её бережно по плечику. – Всё возможное и нужное, и необходимое сделаем, но с рук ему это так просто не сойдёт! Он за всё заплатит. Ещё как заплатит! И ответит. Я за это ручаюсь лично сам. - Да. И поверьте, оплата будет полной и полноценной. Судьба таких не пощадит, как бы они не хорохорились! Да и опомниться не успеет, я ему устрою, гадёнышу, будет знать и себе цену, и своим действиям, и поступкам своим! Это ж надо быть таким прохиндеем! Эгоист редкостный! – Говорил папа, пыша гневом, и тоже еле сдерживая себя, как и мама. – Ты, дочка, только на жалость к этому негоднику не ведись потом, когда на коленях он умолять тебя о прощении будет, назад проситься, вернуть пытаться твоё к нему расположение, которого уже нет, после такого подлого поступка! А эту пакостницу негодную никогда не прощу! – Продолжал отец. - Тоже мне, подругой называется! Куда она приспособила свои полномочия мне это не важно! Ноги её в нашем городе не будет, я сказал! Я кивнула. Стало тепло внутри, что у меня такие замечательные родные! Папу, если разозлить, он очень уж раздражительным делается, напрягая всех окружающих, причём так, что на всех это влияет, и часто не непонятным образом и способом, за исключением, конечно его любимых и близких, которых он любит и бережёт, и охраняет, стремясь огородить нас всех от всех напастей и недуг. Мне было и сейчас очень радостно знать, что я дочь такого отца! И я ещё раз поблагодарила судьбу, что у меня такая заботливая и дружная семья! Как же мне повезло, что они все есть сейчас у меня, что они все рядом со мной в такой трудный момент! И это самое главное. А остальное приложится… Сейчас, как мама говорит, надо выстоять и выдержать этот трудный период жизни, обрастая бронёй новых качеств, интересов и увлечений. В любом случае, за эти дни я всё для себя решила, и не один раз, приходя постоянно к одним и тем же разумным, трезвым и здравым выводам, желая для себя всё поменять раз и навсегда. Никогда ни за кем не бегала. И не собираюсь. Боль выдержку, пусть даже такую невыносимую, и выстою в борьбе за внутреннее равновесие, а предательство прощать нельзя. Опять же таки, мне повезло! У меня есть такие близкие! Об этом я им и сказала. После чего мы все вместе обнялись. Мама хозяйничала на моей кухне, помогая мне отмыть мой комбайн, кастрюлю и сковороду. Папа пообещал сопровождать меня с адвокатами на развод. Услышав о моих дальнейших планах и скорейших целях, он одобрительно кивнул. А Лев поменял замки на входной двери, вручив мне торжественно новые ключи! - Как это символично! И прекрасно! – Сказала я, радостно на него поглядев, как и на всех них. – Новая жизнь начинается с новых ключей! И самое важное, вы все сейчас рядом со мной! Значит, можно запереть все двери и пережить все потери! Благодарю вас, мои дорогие! Затем мы снова все вместе друг с другом тепло и по-семейному обнялись. - Дорогая, может поедешь со мной? – Спросила мама. – Или мне сегодня остаться с тобой тут, чтоб ты не волновалась и не печалилась по напрасным душевным переживаниям? Кот наш Зорик тебя ждёт! Волнуется. А ещё тебя ждут наши фильмы! И деликатесы со вкусностями! - Всё хорошо! Я справлюсь. – Ответила я твёрдо. - Мне надо побыть одной. Хорошо, что про новые замки подумали! А скоро и квартира станет совершенно другой. И это мне поможет побыстрее о старом позабыть. Нет, правда, всё хорошо! Завтра на работу. На выходных буду решать, что и как с ремонтом буду делать. Потом всё остальное. Зорику привет от меня передавай! Пусть не волнуется! Скоро приеду к вам. А фильмы – это прекрасно! Я предвкушаю. И вкусное я предвкушаю! И наши беседы! Хотелось на удивление спать. Думать не хотелось ни о чём совершенно. Видимо, то, что другие проходят месяцами и даже годами, мне пришлось пройти за несколько дней. - Завтра, после работы, я позвоню, обещаю. Пока ремонт будет преобразовывать и менять мою квартиру, я к тебе переберусь! – Заверила я маму. - Хорошо, дорогая, как скажешь! Если что, звони, приеду. Доброй ночи! – Ответила мама, чмокнула меня в макушку, как обычно, обняла и погладила по спинке. – Спи спокойно! Мы рядом! Всё будет хорошо. Ты достойна счастья. Люблю тебя! После работы я, на следующий день, как и обещала ей, позвонила. Мы поговорили о разных простых мелочах. Я сообщила маме с радостью в голосе, что договорилась с ремонтом, на работе нашла у сотрудников хороших мастеров. Осталась мебель. Скоро займусь и ей. Выберу всё себе по душе! Потом я собрала сумку, пообещав, что послезавтра, как отдам ключи мастеру, приеду. Так всё и сделала, обрисовав мастерам план предстоящей работы. Они обещали сделать всё быстро и качественно. Мама уже ждала меня. Лев тоже там был. Все эти дни я каждый вечер была в семейной тёплой обстановке. Мы все вместе втроём смотрели душевные фильмы и беседовали о простых вещах! Потом я часто радостно гладила Зорика и с удовольствием чесала его за ушком, на что он восторженно мурлыкал. Кот словно настраивал меня на нужный лад, каждый раз помогая мне справиться с очередным наплывом тяжёлых воспоминаний о прошлом и обрести вновь спокойствие в настоящем, которым он со мною с радостью делился! Тогда ко мне возвращалось снова душевное равновесие при общении с ним. Как истинный джентльмен, кот всегда вёл себя очень галантно. Казалось, он, когда мурлыкал, вёл со мной какую-то беседу на своём каком-то языке. И я в ответ ему кивала и что-то подтверждала, раздумывая о разном, о своём. На выходных ожидался поход с мамой и Львом в театр. Ожидалось что-то интересное. Осенняя погода всё же радовала нас обещанными, тёплыми и солнечными деньками! Поэтому я предвкушала с удовольствием запланированное мероприятие. Время пролетело быстро. Я отодвигала ненужные мысли от себя, как умела, занимала себя, чем могла. Развели нас с Антоном тоже очень быстро, при сопровождении и поддержке папы, как он и обещал. Единственное, встретиться с бывшим мужем всё-таки пришлось. На его красивом лице красовались все ещё свежие следы заживающих отметин, но рядом с ним стояла вцепившаяся в него Ольга, тоже в шубке, с эко-мехом, под норку, похожей на мою, и вся увешенная золотом. Она молчала, при папе говорить не решалась. Он игнорировал их обоих, обнимал меня за плечи. Я же пришла в купленной мне папой старой дублёнке, сжимала зубы, и старалась не смотреть, не реагировать. - Интересно, пропишет, она его к себе в квартиру… - Подумала я, вспоминая о тех «наилучших качествах» своей бывшей подруги, которыми так восторгался и восхищался Антон, заявив мне об этом при нашем последнем разговоре, оповещая меня о своём долгожданном, как теперь понимала я, уходе.

6 ГЛАВА. МОЯ НОВАЯ КВАРТИРА. Квартира моя полностью стала другой. Ремонт, как и обещано было, сделали быстро и качественно, отнеслись со вниманием к каждой детали и мелочи. Я ходила по квартире, смотрела на яркие стены, на новую мебель! Вместо штор я решила использовать жалюзи для ещё большего эффекта самобытной новизны! Заказала насыщенно-броские комнатные цветы. И там же, в магазине для украшения домашнего интерьера, мне понравилась фотография в рамочке с колесом обозрения на фоне воды. Я решила прикупить её для кухни, что и сделала, как и маленький фонтанчик в форме золотой рыбки, у которой изо рта струится водный поток, в китайском экзотическом стиле. И рядом с ним добавила купленную там же мной статуэтку золотого льва с красивыми голубыми сияющими глазами в виде каких-то искусственных камушков. Кухня у меня была большая и обширная, а после ремонта, когда я объединила с ней гостиную, она получилась вообще огромной с настоящей, модной, барной стойкой чёрного цвета. Квартиру стало не узнать! Всюду тут было темно почти. Чёрно-красные стены и много пальм придавали общему антуражу ещё больше так понравившейся мне броскости, помогающей скорейшему осуществлению всевозможных перемен, так мне сейчас необходимых! Не только пальмы, но и орхидеи, малиновые, фиолетовые и бордовые, и несколько ещё чёрно-малиновых диффенбахий совершенно полностью преобразили мою новую кухню, в которой на особом для него месте стоял мой любимый кухонный комбайн. Рядом был мини-бар, где висела большая фотография с тем самым колесом. И специальный, хорошо организованный, уголок для попугая, предвкушающий появление своего обитателя! И фонтанчик в формы рыбки со скульптурой льва. Словом, мне всё очень нравилось! Родные, мама с Дашуткой, приехали ко мне ненадолго, просто с целью познакомиться с переменами и полюбоваться ремонтом. - Ого! У тебя всё в агрессивных чёрно-бордовых тонах! – Удивилась мама. – Даже спальня! Заходя туда можно наблюдать, как там стоит разложенный чёрный кожаный диван и тренажёр для спортивных нагрузок! Но кухня просто поражает воображение! - Надо обновить и гардероб, чтоб внешность поменять, под стать ремонту. Когда на шопинг пойдём? – Спросила сестра Даша, видимо, предвкушая мою новую необычную яркую внешность, что должна была удивлять не меньше ремонта, после перемен и преобразований квартиры, когда она стала совсем другой. Раньше здесь всё было в золотисто-бежевых, спокойных тонах. А теперь даже чёрная ванная-джакузи со специфическим освещением, и многое другое произвели на Дашутку неизгладимое впечатление и незабываемый эффект. Светло-зелёные, живые, бойкие и выразительные глаза, похожие на мамины, только немного другого оттенка и более миндалевидной формы, на милом и очаровательном личике Дашутки, также полуовальной формы, как у мамы, но с более острыми скулами и впалыми щёчками, сегодня почти без косметики за исключением туши на ресницах и прозрачного блеска на губах, смотрели прямо в душу. Это было одной из самых удивительных её черт! С самого детства я запомнила её озорной и непоседливой. Такой она и выросла. Такой она оставалась и сейчас. Она стремительно носилась по округе, всюду наводила суету, и сама всё время суетилась, с живостью интересуясь всем, точно не в силах обуздать свой интерес ко чему-то новому! Лёгкие, мелкие, забавные и золотистые веснушки, небрежно разбросанные на её молочно-бледной красивой коже в области щёк, скул, носа и немного лба, её оживляли ещё больше, придавая ей невероятного задорного очарования! Маленький, аккуратный, чуть курносый носик и слегка пухлые губки в форме сердечка подчёркивали этот эффект! От природы каштаново-рыжеватые с огненными переливами локоны, слегка завитые, небрежными крупными волнами, красиво обрамляли её худые аскетичные плечи. Дашутка была чуть ниже меня ростом, очень худенькая от природы, с тонкой косточкой, и даже после родов почти не поправилась, продолжая следить за собой по методам мамы. У меня же, не смотря на худобу, были формы чуть более по женственному выраженные. Моя любимая сестрёнка, предпочитая спортивный стиль, как и ей муж Дима, оделась сегодня в удобные спортивные, довольно дорогие штаны, из хорошей ткани, красивого и яркого оранжевого цвета, в спортивную чёрную футболку и в чёрно-оранжевую толстовку, похожую на Димину, но в других тонах, на свои худенькие стройные ножки надев удобные кроссовки чёрного цвета с оранжевыми полосками. Всё в подобном стиле ей очень всегда нравилось. В ушах у неё, аккуратных и маленьких, были серёжки гвоздики с какими-то цветочками из золота. Мама же надела свой пушистый голубой свитер под обтягивающие джинсы, собрав сегодня волосы в высокий хвост, подкрасив тушью ресницы и губы розовым блеском, добавив золотые на руки браслеты с розовыми камушками, золотые серёжки полукольцами и розовый лак на ноготки. Она внимательно рассматривала каждую деталь и каждую мелочь, красноречиво восторгаясь увиденным! Дашутка же оставила свой спортивный, огромный и вместительный, почти как у настоящего путешественника, походный рюкзачок в таких же чёрно-оранжевых оттенках под её одежды у входа в моё жилище, и принялась живо всё кругом разглядывать! И это всё всегда её характеризовало, как любознательную энергичную личность, чем я и восхищалась! - Ты будешь, видимо, плохой девочкой! – Сказала она, с задором ухмыльнувшись. - Видимо, я и есть – плохая девочка! – Ответила я, с хитринкой улыбнувшись. - Да! Наверное, преображение начну после причёски... Надеюсь, тебе понравится! В этом вопросе я решила идти до конца, до нужного мне результата, который полностью меня устроит! Она согласилась, предвкушая перемены в моём образе.