Ведьма для генерала-дракона. Иллюзия свободы

Глава 9. Судьба

Последняя фраза меняет все. Все надежды лопаются как мыльный пузырь. Голова начинает немного кружиться от волнения. Я заставляю себя глубоко дышать.

Ну. Уж. Нет. К Сайтону под бок я точно не поеду: мне думать о нем больно, а что будет, если я буду видеть его каждый день? Хорошо, не каждый день. Но все равно часто.

И если мне придется находиться там полгода, то мой маленький, но растущий секрет, перестанет быть для него секретом. А к этому я пока не готова.

Закусываю губу и понимаю, что весь мой запал исчез. Теперь надо как-то сказать Иллидии об этом. И, наверное, даже плевать, что я буду выглядеть глупо. Открываю рот, чтобы отказаться, но она оказывается еще более проницательной, чем я ожидаю:

– Только не говорите, что встреча с Правителем вас смущает, – она тянется и берет меня за руку. – Не думаю, что он такой уж страшный, даже если дракон. Знаете, я сама замужем за тем еще невыносимым ящером. К тому же, вам не придется с ним лично общаться. Я вас просто познакомлю, скажу, чтобы вас разместили в академии и все.

Грустно усмехаюсь. Это было бы замечательно и безопасно, если бы мы УЖЕ не были знакомы. Более, чем близко. Но это не остановило его от того, чтобы оставить меня и разорвать брак.

– Не в этом дело, леди Иллидия… – я сжимаю пальцами платье. – Мне кажется, вы ищете профессионала. Или хотя бы того, кто разбирается и имеет опыт. У меня нет образования и особого опыта.

– Зато у вас есть интуиция и чувствование артефактов, – отвечает она. – И умение экспериментировать. Вполне успешно.

Иллидия ободряюще улыбается. Действительно же это потрясающая возможность для меня. У меня не было возможности учиться в юности, так почему не сделать это сейчас? Потому что там Сайтон.

– И потом, если вы добились таких результатов, то что же будет, если вы получите достойное своему дару образование? – продолжает Иллидия. – Возможно, получится устроить для вас посещение лекций и практических занятий.

Я смотрю на камин и задумчиво перебираю складки на платье. Иллидия не давит, просто предлагает. После моего поспешного согласия она дает мне возможность хорошо обдумать. А подумать есть над чем.

Сайтон сказал, что я могу строить свою жизнь сама. И если вдруг что, то он меня поддержит. Чем же работа или обучение в академии хуже замужества? Мне нужно вставать на ноги, мне есть для кого это делать.

Еще надо решить с Джеральдом и всей этой историей о том, что я его невеста. Просто так объявить: “Милый, я уезжаю в столицу, не скучай!” – странно. Нет, не для него, для других, которые верят в наше обручение. Я уеду, а ему объяснять отцу про коварную невесту, которая еще и беременна его внуком.

– Хорошо, леди Иллидия, – я сдаюсь под напором аргументов и понимания, что лучше для меня и моего ребенка. – Но мне нужно обсудить это все с моим… женихом.

– О! Так вы обручены, – Иллидия задумывается, прикладывает палец к губам, а потом говорит: – Но если причина вашего отказа будет только в том, что ваш жених против, то с ним может поговорить Эдгарн. Он хорошо умеет убеждать, правда, своими методами.

В глазах Иллидии сверкает хитрый огонек. Мне даже интересно, что за методы у этого представительного мужчины, что даже ее они забавляют. Иллидия встает, заканчивая разговор, подмигивает и выходит из мастерской, оставляя меня одну.

Закрываю глаза и мысленно готовлюсь к тому, что буду уговаривать Джеральда, убеждать, что имею полное право решать за себя сама, поэтому перечисляю мысленно аргументы.

Когда выхожу в торговый зал, первым делом наталкиваюсь на очень серьезного и обеспокоенного Джеральда. Иллидия уже ему что-то сказала? Так будет сложнее что-то придумать. Отчего-то мне очень волнительно. Как будто от этого решения зависит моя судьба.

– Джеральд, я… – набрав воздух в легкие, начинаю я.

– Леди Эйвиола, – перебивает он меня. – Мы срочно отправляемся в столицу. За вещами возвращаться некогда. Их вам привезут позже.

– Ну вот и прекрасно! – восклицает Иллидия. – Значит, это судьба!

Глава 10. Сайтон. Сон

С громким рычанием сметаю все со своего стола. Пара листов отлетают в камин, мгновенно вспыхивают, и воздух наполняется запахом жженой бумаги.

Не могу поверить, что Фавиус мог предать! Лекарь, служивший еще у моего отца, тот, кому я доверял свое здоровье и, главное, здоровье Эйви. Он мог видеть метку моей малышки, а, значит, если успел передать информацию кому-то, то Эйви найдут в этом чертовом доме.

Охрана, выставленная в нескольких точках неподалеку от домика, донесла, что, когда в доме начался кипишь, они тоже включились в поиски и нашли лекаря. Точнее, то, что от него оставили дикие животные.

Проблема оказалась в том, что он успел пересечь охранный периметр, который защищал только от входа, а не от выхода. Вот этот червяк и просочился, а уж с кем он там встречался…

Горгулья срань! Под трибунал отправлю всех! Они у меня тренировочными мишенями для студентов будут!

Сразу же сообщаю Джеральду, чтобы он забирал Эйви из домика и вез ее сюда. Вместе с тем накатывает осознание, что Эйви не будет в безопасности нигде. Ни в этом хруевом домике, ни рядом со мной, пока не будет загашена эта проклятая метка.

Я вроде бы уже разорвал брак, отдалил ее, уже по идее не осталось ничего, что нас бы держало рядом. А метка как была яркой, так и остается. Мне иногда даже кажется, что она, наоборот, растет.

Последний вариант избавиться от нее – свадьба с другим. Либо моя, либо Эйви. Дракон рычит, бесится. Он вообще последнее время нервный. Мне приходится летать до изнеможения, чтобы хоть немного успокоить его. И самое кошмарное, что я ничего с этим сделать не могу, потому что сам виноват в этом.

Свадьба… Захочет ли она после Вейна и моего поступка вообще выходить замуж? Только если влюбится. Она может, ведь она теперь свободная женщина. Человеческая душа не связывается настолько нерушимыми узами с истинным, как драконья.

От этой мысли краснеет в глазах. Чувствую драконью ярость, но подавляю ее. Не о себе надо думать, а о ней. Драконы эгоистичны, они живут эмоциями, и человеческой ипостаси приходится с ними бороться.

Я до сих пор раскаиваюсь, что не смог сдержать дракона, который требовательно взял свое. Точнее, то, что считал своим. Не собираюсь врать себе, что я при этом не был счастлив. До сих пор во снах вижу Эйви: обнаженную, нежную, плавящуюся как воск от моих прикосновений, выгибающуюся навстречу моим рукам. Любимую.

Более того, мне показалось на мгновение, что все преодолимо, что я смогу найти противодействие проклятию. Даже собирался ей признаться, рассказать все. А потом…

Рычать хочется, будто я в драконьей форме. Хорошо еще обошлось без беременности, иначе бы я себе этого вообще не простил. Не знаю, что бы тогда делал. Но точно ни на шаг не отпустил и разбился бы в лепешку, но нашел способ спасти ее.

Но сейчас даже без беременности все сложно. Если хоть кто-то узнает, что она моя истинная – ей не жить. Для этого здесь Виола – чтобы отвести глаза, чтобы выгадать время, защитить Эйви.

С ней рядом или без нее я уничтожу демонов. Хотя бы в отместку за то, что ей уже пришлось пережить из-за Вейна. И ее непутевого братца.

Мысль о Вите заставляет вернуться к делам. Подхожу к одному из шкафов. Список генералов, которым я доверяю. После Фавиуса непременно всех проверю. Но одному я доверяю больше, чем себе. Можно устроить их встречу с Эйви. Конечно, давить на нее не буду, все должно быть взаимно. Но кто знает, возможно, генерал сможет найти ключик к сердцу Эйви…

Поднимаю с пола сметенные мной чернильницу с пером и лист с бумагой. Сажусь за стол – пишу письмо генералу, ставлю подпись, но не запечатываю.

Постоянная борьба с драконом выматывает. Откидываюсь в кресле, закрываю глаза и под тихое потрескивание дров в камине погружаюсь в вязкую сеть сновидений.

Иду по гравийной дорожке в парке. Зелень деревьев перемежается с золотистыми солнечными лучами и сливается в набор размытых пятен. Просто потому, что они мне неинтересны. Все мое внимание сосредоточено на другом – на Эйви.

Она сидит на скамейке спиной ко мне. Ее длинные волнистые волосы рассыпаны по плечам и поблескивают в лучах солнца. Так и хочется взять их и пропустить сквозь пальцы, зарыться в них руками, сжать и, откинув голову Эйви, коснуться губами ее сладкой белоснежной шейки. И обязательно услышать ее тихий рваный вздох, почувствовать мурашки, которые пробегут по ее телу.

Иду к ней, но чувствую все нарастающее волнение и тревогу. Эйви чуть поворачивает голову, и на ее лице расцветает улыбка. Чистая, искренняя, та самая, за которую я готов жизнь отдать, только бы видеть ее почаще.

Но моя малышка смотрит не на меня, а куда-то вглубь парка. Сколько я ни пытаюсь разглядеть человека, который идет оттуда, у меня не получается. Как будто на нем заклинание отвода глаз.

Но то, что происходит дальше, разбивает меня на осколки. Мне кажется, что я перестаю существовать от того, насколько мне больно.

Эйви поворачивается целиком – на ее руках малыш, которого она только что кормила. Ребенок Эйви и… не мой. Тот, что вышел из парка, ласково берет ребенка на руки и прижимает к себе.

Рык дракона оглушает, наполняя отчаянием всего меня. Каждую частичку моего тела.

Просыпаюсь и понимаю, что руки уже покрыты чешуей, а пальцы удлинились и стали когтистыми. Передо мной на столе лежит письмо генералу… Хватаю его, комкаю и бросаю в камин.

Глава 11. В дороге

Мы действительно собираемся стремительно. Иллидия и Эдгарн покидают лавку чуть раньше, но дают мне артефакт связи, который, по словам Иллидии, улучшила она сама, и который должен давать нам возможность беспрепятственно общаться на любом расстоянии.

Джеральд толком ничего не объясняет своему отцу, но тот, похоже, уже привык к этому, потому что даже вопросов не задает.

– Леди Эйвиола, – окликает он меня перед выходом, – позвольте мне оставить ваши артефакты себе. Я чем больше к ним присматриваюсь, тем интереснее они мне становятся. Доставьте старику удовольствие поразгадывать загадки и потренировать голову.

– Не ведись, – с улыбкой шепчет мне Джер. – Вероятность наступления его старости почти такая же, как моя жениться на тебе.

– То есть очень вероятно? – прищуриваюсь, глядя на него.

– То есть почти невозможно, – усмехается он.

– Конечно, оставляйте, – с улыбкой отвечаю я Йозефу. – Я себе еще сделаю.

Эльф широко улыбается и машет нам рукой.

– Но не известно когда, – ставит меня перед фактом Джеральд, когда мы все, включая Вергену и лекаря, выходим на улицу. – Я не шутил, когда говорил, что мы выезжаем срочно.

– Да я уже поняла, – еле поспевая за ним, пыхчу я. – У нас еще Тормен в гостинице, я бы не хотела без него уезжать.

Джеральд останавливается, о чем-то думает, а потом командует:

– Вергена, берешь господина Гордона, идете и собираете все самое необходимое из лечебных принадлежностей, потом за Торменом, – потерев лоб, добавляет: – А еще наденешь платье госпожи Эйвиолы, и все вместе, втроем поедете на вашем экипаже отдельно. Если что-то, поручаю тебе защиту господина Гордона.

Лекарь опешил от такого поворота событий и только медленно моргал все расширяющимися глазами, переводя взгляд между нами троими.

Вергена кратко кивнула, взяла лекаря под руку и повела к ближайшему переулку. А Джеральд потащил меня в противоположном направлении.

– Может, ты мне все же расскажешь, в чем дело? – нервно спрашиваю я.

Сердце колотится как бешеное, но непонятно, от чего: то ли от волнения, то ли от быстрой ходьбы. А, может, и от того, и от другого.

– Началась большая игра, – был краткий ответ перед тем, как меня запихнули в невзрачный экипаж с твердыми диванчиками. – И ставки в ней слишком высоки.

Я сажусь и пытаюсь подложить под себя побольше складок, чтобы было хоть чуть мягче.

– У Сайтона научился? – язвлю я, хотя понимаю, что воспоминание о Сайтоне ранят.

– М? – отвлекаясь от окна, наконец, смотрит на меня Джеральд.

– Забудь, – отмахиваюсь я. – Нам до самой столицы ехать в этом?

Такие экипажи выбирают чаще всего для внутригородских перемещений. Для междугородних – только те, у кого сильная напряженка с деньгами. Я сама не один раз на таком ездила, пока не вышла замуж. Но тогда я не была беременна и не переживала, что тряска может плохо сказаться на моем малыше.

– Нет, – Джеральд снова выглядывает в окно. – На следующей станции возьмем нормальный экипаж. Но сейчас придется потерпеть.

– Что вообще за спешка и скрытность? – хмурюсь я, подпрыгивая на очередной кочке и цепляясь за дверцу экипажа.

– Ваш лекарь, – кратко отвечает Джеральд. – Он не просто так пропал. Он ушел, а потом от него избавились. Его тело нашли пару часов назад.

Чувствую, как холодок пробегает по телу, а к горлу подступает тошнота. Очень странно слышать такое о человеке, которого пару дней назад видел живым и вполне здоровым. Но еще хуже понимать, что он не просто так ушел. Он ушел, унеся с собой знание о моем положении. И уже наверняка кто-то в курсе. Горгулья задница!

– Ты же понимаешь, что теперь под угрозой? – жестко смотрит на меня Джеральд. – И скрывать в столице долго все равно не получится. Когда ты собираешься рассказать о беременности Сайтону?

Глава 12. Академия

Я перевожу на Джеральда удивленный взгляд.

– С чего ты решил, что я вообще ему об этом буду говорить? – спокойно спрашиваю я. – Он даже не подумал о такой возможности, когда единолично решил расторгнуть брак. Полагаю, что он просто не заинтересован в этом ребенке.

– Вот этот момент и вызывает у меня вопросы, – задумчиво говорит Джеральд.

Да, мне тоже очень хочется верить, что если Сайтон узнает о беременности, он тут же вернется. Но… меня тогда всю жизнь будет мучить уверенность, что это произошло только из-за того, что ему нужен наследник.

Как бы ни болело, как бы ни страдало мое сердце, однажды я уже доверилась ему. Простила. Поверила… И что? Не смогу больше, слишком больно разбивается сердце. А я его еще даже пока что не склеила.

– Пусть вызывает дальше, – отрезаю я. – Я уже выводы сделала.

Тут я понимаю момент, который ускользнул от меня до этого. Если Иллидия и Эдгарн считают, что мы с Джеральдом помолвлены, то они, как и врач, будут думать, что именно он отец. И в случае чего скажут Сайтону именно эту версию.

До Джеральда тоже доходит, как это будет преподнесено его другу. Он хлопает себя по лбу и откидывается на спинку дивана.

– Хорошо, если он оставит меня в живых, – бормочет он.

Решаю оставить это замечание без комментариев. Собственничество взыграет? Так сам сказал, иди замуж. Неужели думал, что после него в постель больше никого не пущу?

От того, что мне неудобно и жестко ехать, от всей этой запутанности ситуации, от воспоминаний о том, как мой любимый мужчина с легким сердцем вычеркнул меня из своей жизни, в груди поднимается раздражение.

Достаю из кармана маленький артефакт, который вроде бы был собран целиком, но все равно не работал, поганец, и начинаю ковыряться в нем, отвлекая себя от всех этих негативных эмоций.

Мы доезжаем до станции, меняем экипаж и, не задерживаясь, отправляемся дальше. Вергены с Торменом и врачом еще нет. Это заставляет нервничать. И оставшуюся часть пути я провожу, теребя платье и постоянно кусая губы. Поэтому, когда по приезде мы с Джеральдом выходим из экипажа, они красные, опухшие. Джеральд задерживает взгляд на них, а потом хмыкает и отводит глаза.

По лицу Иллидии понимаю, как это выглядит со стороны. Она одобрительно подмигивает и улыбается. Я смущаюсь – мне жутко неловко, что создается такое впечатление обо мне и, в сущности, совсем чужом мне мужчине. Конечно, это поможет поддержать легенду, но в то же время мне очень не хочется, чтобы слухи дошли до Сайтона.

Все вместе мы подходим к главному крыльцу столичной академии. Ее величественное здание, состоящее из трех башен, соединенных между собой коридорами-галереями, потрясает мое воображение. Я понимаю, что просто не видела таких огромных строений, поэтому пялюсь с открытым ртом.

Как бы я хотела здесь учиться! И как же я рада, что Иллидия дала мне возможность хоть частично почувствовать себя адепткой в академии. А еще больше тому, что с очень небольшой вероятностью я буду пересекаться с Сайтоном. И, быть может, все-таки сумею сохранить свою пока что маленькую тайну.

Нас встречают и провожают, видимо, в чей-то кабинет. Может, ректора? Нас же, получается, нужно оформить и разместить в академии.

Вокруг все заставлено шкафами с книгами, а центральную часть занимает письменный стол из красного дерева. Тут уютно. Почти как в мастерской Сайтона. Кажется, даже пахнет похоже.

– Правитель обещал аудиенцию сразу после прибытия, но Эдгарну сейчас сказали, что он немного задерживается, – Иллидия немного нервно поправляет волосы. – Эйвиола, скажите, пожалуйста, это правда, что он недавно на этом посту?

Я с облегчением выдыхаю. Значит, сейчас мы случайно не пересечемся. А потом я приложу все усилия, чтобы этого вообще не произошло.

– Да, его избрали всего пару недель назад, – невесело усмехаюсь я, отвечая на вопрос.

– Значит, мы договаривались еще с предыдущим Правителем, – хмыкает она. – Значит… Интересно, будет ли возможность встретиться с его женой.

Иллидия задумчиво теребит в руках веер.

– Он еще не женат, – отвечаю я. – Или уже. Это с какой стороны посмотреть.

Почему-то это заставляет ее нахмуриться и обеспокоенно подойти к Эдгарну. Джеральд, который с ним разговаривал, оставляет супругов наедине и идет ко мне.

– Ты уверена? – он аккуратно берет меня за руку, а мне хочется отскочить от него. – Может, еще откажешься от предложения этой немного сумасбродной леди?

– Уверена, – киваю в ответ.

Не скажу, что мне настолько уж неприятны его прикосновения, но я не представляю другого, кроме Сайтона, мужчину в своей жизни.

Джеральд поджимает губы и о чем-то сосредоточенно думает. Я даже порываюсь спросить, что его так озадачивает. Но в этот момент дверь с низким поскрипыванием открывается, и раздаются уверенные шаги. Мне не нужно поворачиваться, чтобы знать, кто это. Я чувствую его каждой частичкой тела, которое отзывается сбившимся сердцебиением и мурашками.

Сайтон.

Глава 13. Встреча

Понимаю, что от вошедшего Правителя нас с Джеральдом скрывает шкаф. Сайтон просто еще не догадывается, что кроме Иллидии и Эдгарна в кабинете еще кто-то есть.

Стою, боясь вообще двинуться, потому переживаю, что Сайтон услышит, зайдет, посмотрит. Узнает. Как он отреагирует? Джеральд ободряюще слегка сжимает мою руку. Я вообще дышу?

Волнение закручивается тугой спиралью в животе. Начинает мутить и темнеет в глазах. Быть может, в этот раз нам даже не придется встречаться? Получится ли оттянуть момент этой встречи?

– Здравствуйте, ваша Мудрость, – Эдгарн обращается к Сайтону. – Премного благодарны за то, что вы приняли нас. Это честь для нас, быть первыми в обмене опытом и знаниями.

Строго. Очень по-деловому, с уверенностью в голосе. Не сомневаюсь, что Эдгарн тоже не последний человек в своей стране. А я даже не спросила.

– Доброго дня, – по кабинету проносится голос, от которого у меня замирает сердце, в груди растекается жар. – И наша страна в моем лице выражает свою радость, что у нас появилась такая возможность.

Голос Сайтона действует на меня практически гипнотически. Он пробирается мне под кожу, вызывая покалывание метки на груди. Мне нестерпимо хочется выйти и обнять его. Соскучилась. Даже несмотря на то, что он так предательски со мной поступил, душа рвется к нему.

– Вам будет предоставлен отдельный домик на территории академии, лаборатория-мастерская для артефакторики и тренировочный зал для занятий по защите от проклятий, как и было обговорено в переписке, – продолжает Сайтон. – Если что-то не будет устраивать, сразу же сообщайте ректору, я его предупредил уже. Что-то еще?

Я слышу напряженно-нервную тишину. Перед глазами сосредоточенное лицо Джеральда. Интересно, он тоже хотел бы избежать встречи с Сайтоном?

С размеренным жужжанием мимо пролетает муха, садится на полку книжного шкафа и, мелко перебирая лапками, резкими движениями переползает на древний почти выцветший фолиант “Теория родовых проклятий”. В голове проносится мысль. Почему боги все время сталкивают меня с Сайтоном? Может, на мне проклятие?

Иллидия откашливается, и раздается ее звонкий и решительный голос.

– Ваша Мудрость, – вступает в разговор она. – С предыдущим Правителем у нас шел разговор о том, чтобы мне подобрать ассистента из числа адептов.

– Я думаю, что по этому вопросу тоже лучше обратиться к ректору, – отвечает Сайтон. – Он больше информирован, чтобы помочь вам.

– Нет-нет! – с нервной улыбкой в голосе восклицает Иллидия. Правильно, не каждый же день с Правителем разговариваешь. – Дело в том, что я совершенно случайно по пути уже нашла себе ассистента. Точнее, ассистентку.

Закусываю губу, потому что понимаю, что теперь мне точно не отвертеться от “знакомства” с Правителем, хоть Иллидия и обещала, что я просто в стороне постою. Как он отреагирует? Сделает вид, что не знает меня? Или пристыдит и прогонит?

Он молчит. Ждет. И Иллидия ждет. Меня.

Я выпрямляю спину и расправляю плечи. Выравниваю дыхание. Незачем ему знать, как сильно я переживаю. Выхожу из-за шкафа ловлю взгляд Сайтона и делаю книксен.

Он богато одет в расшитый золотом камзол, как подобает Правителю, по-военному собран и строг, как подобает генералу, прекрасно держит лицо и, как всегда, излучает властность и решимость. Но кажется, что он за эти несколько дней резко стал старше: под глазами тени, а в глазах усталость.