Мажор? Иди лесом!

6 глава

Женя

Тащу за собой из клуба Игоря. Не за себя боюсь, за него. Эти придурковатые мажоры, считают себя хозяевами жизни. Ненавижу таких всей душой.

Тот, что тёрся об меня на танцполе – татуировщик. Буквально сегодня днём набил мне метку на запястье. Моральный урод! Ещё и решил подкатить ко мне? Его наглости нет предела.

Если бы я знала, что встречу его здесь, никогда бы не пришла. Если бы не придурь Игоря, я бы вряд ли пересеклась с Шэром. Теперь придётся расхлёбывать. Успеть убежать – главный приоритет на данный момент.

Мы успеваем выбежать на улицу, но не успеваем свалить, нас хватают дружки Шэра:

– Далеко котятки собрались? – мурлычет один из них мне на ухо.

Тот, что скрутил мне руки, здоровее меня головы на три, естественно, шире в два раза. Тупо гора мышц, а мозги видать потерялись среди силушки богатырской.

– Не твоё дело! Отпусти! – пытаюсь вырваться.

Нас оттаскивают за здание, чтобы не привлекать внимание посторонних. Вот тут мне становится страшно.

– Зря ты так с нашим другом. Теперь мы над твоим дружком поиздеваемся. – это третий.

И этот нифига не меньше того, который держит меня. Игорь – задохлик на фоне этой гориллы.

– А нефиг твоему другу руки распускать! – возмущаюсь, делая только хуже.

А почему я должна терпеть этот беспредел? Рабство давно отменили. А девяностые остались в молодости моего отца.

– Парни, давайте разойдёмся по-хорошему. Мы же вам ничего не сделали. – Игорь пытает урегулировать конфликт словесно, когда его удерживает бестолковый качок.

У друга так себе со спортом, поэтому надежды на него мало. Я когда-то занималась боксом. Как раз для защиты, но это было в начальных классах, с тех пор не приходилось отбиваться.

Естественно, Игоря никто не слушает. Да кто он такой для кучки мажоров? Так, пыль под ногами.

– Вот ты Жучка и попалась! – не торопясь выруливает из-за угла Шэр и зыркает на меня своими глазищами.

АпаснА!

Бьётся в моей голове мысль. Я понимаю, что мне крышка. Разгромить салон и остаться безнаказанной не получилось. Но и на Шэре косячина!

– Кто Жучка? – не поняла я прикола.

Это что он мне кличку придумал? Сам ходит как животное с кликухой и мне такое желает? Беспринципный типок, таких я ещё не встречала.

Но признаюсь, немного сыкотно. Кто знает, что от них ожидать? Прибьют за клубом, ямку выроют под кустом, прикопают нас, земелькой присыпят, и никто не спохватится.

Шэр лениво перебирает брендовыми копытами, пока идёт, рассматривает меня внимательно, будто на рынке собирается торговаться с продавцом за товар.

– А ты ничошная такая. – ни с того ни с сего шепчет в ухо мудачок держащий меня.

Не сдерживаю своих эмоций, нервы и так на пределе:

– Фу, блин! – становится мне мерзко, и я уклоняюсь от его лица.

Дикий взгляд на друга, будто и Шэру не понравилось, что сделал его друг. Наверное, хочет самолично насладиться издевательствами над жертвой, то есть надо мной.

– Поэт, сука, слюни подбери! – рявкает на него Шэр и берёт меня за подбородок двумя пальцами.

Въедаюсь взглядом в его глаза, в потёмках цвета не различить, но я точно помню голубой взгляд, сулящий мне неприятности.

Дёргаю головой в сторону, но Шэр хватает меня за волосы и силком поворачивает к себе.

– Ты – Жучка! – бешено смотрит в глаза, улыбаясь уголком губ. – Должок за тобой. Как расплачиваться будешь?

Его дыхание опаляет кожу губ, он слишком близко, непозволительно. Страх вперемешку с дикой ненавистью пожирает внутренности. А ещё боль, корни волос так тянет, что хочется кричать.

– Мне больно! – цежу сквозь зубы.

Его глаза как заведённые блуждают по моему лицу, глаза, губы, шея и по кругу. Рассматривает так, что крылья носа раздуваются как у быка. Кажется, он сдерживает себя от чего-то более худшего, чем происходит сейчас.

– Потерпишь, малахольная. – но руку слегка расслабляет. – Мне нужны бабки, и ты их принесёшь. Завтра!

Его голос как укол в рёбра, хочется отдалиться подальше и не слышать.

– У меня нет денег! – выплёвываю слова ему в лицо.

Вот и возмездие за опрометчивый поступок. Надо было сдержаться, не громить его салон, просто уйти и не вспоминать это хамло.

Но как же я уйду. Я за справедливость!

– А меня это не колышет. Завтра в моём салоне после пар, не принесёшь, заяву на тебя накатаю, через суд выплатишь, и за моральный ущерб тоже. Всё ясно? – убедительно звучат его слова.

Я сглатываю ком в горле:

– Более чем. – отвечаю и жду, что меня, наконец, отпустят.

Я же сделала, как он хотел, согласилась на его условие.

– Нельзя так с девочкой. – приглушённо и неуверенно заступается Игорь.

Господи, лучше бы он молчал. Просто рука-лицо. Вот ну зачем?

– Это что за комар пропищал? – поворачивает голову в сторону друга Шэр.
Отпускает мои волосы и подходит к трясущемуся Игорю.

Явно, что с парнем Шэр церемониться не будет.

– Я... я говорю, что ддевочек нельзя так пугать. – заикается друг.

Могла же найти себе друга качка, но нет, у меня Игорь. Вот, пожалуйста, придётся самой возвращаться на бокс, друг даже после такого не поднимет свою ленивую задницу и не пойдёт в зал.

– А я говорю, завали своё хлебало! – резкий удар под дых и Игорь складывается пополам от боли.

Тут я не могу стерпеть. Я же виновата, почему другу влетело, за что?

Такая дикая злость раздирает:

– Ублюдок! – вырывается случайно, а может, и не очень.

Ненавижу его ещё сильнее. Если бы мои руки были свободные, всекла бы не раздумывая.

– Что ты сказала? – поворачивается в мою сторону и идёт как царь, вышагивая, будто ему яйца, ходить мешают.

– А она языкастая. – ржёт тот, что держит Игоря.

Градус тревожности повышается, сердечко бахает как ненормальное.

– Завались, Сатир! – затыкает ему рот Шэр.

Подходит ко мне впритык и заглядывает в лицо:

– Ну, Жучка, повтори. – напрашивается сам, я ни при чём.

И за Жучку, и за Игоря, и за волосы мои!

– Говорю, что ты трус! Даже девчонку держит твой дружок. Боишься меня? – зло проговариваю специально, чтобы меня отпустили.

Сомневаюсь, что он боится, скорее, чтобы не сбежали мы с Игорем, но за живое задеть мажора, это же святое дело.

– Поэт, отпусти её. – командует другу решительно.

Молюсь, чтобы Шэр не передумал. Рука и так болела в том месте, где татушка, а когда её зажимают именно на запястье, хочется кричать от боли.

– Я бы на твоём месте не повёлся на провокацию, но... хозяин-барин. – со смехом размышляет, его тон звучит так высокопарно, что будь мы в другой ситуации, я бы посмеялась, но не сейчас.

Поэт отходит подальше, отпуская мои руки. Улыбка с его лица не спадает. Он прям ждёт продолжения шоу.

Звонко, хлёстко залепляю Шэру резкую пощёчину. Вокруг образовывается такая тишина, кажется, даже дышать все перестают.

Поэт прыскает смехом себе в ладонь. Видимо, ожидал.

Если бы светило солнце, можно было бы увидеть, как глаза Шэра наливаются кровью. Но увы и ах, ничего не видно, кроме пара из ушей, это тоже абстрактно.

– Ты чо сука! – хватает меня за шею, я пячусь и упираюсь в стену. – Ты ещё не поняла с кем общаешься?! – вдавливает меня в стену.

Мне реально дышать нечем. Хватаю воздух ртом, как рыба, выброшенная на берег.
Я, кажется, успеваю попрощаться с Игорем, новой татушкой и отцом, но Сатир меня спасает.

– Шэр, ты чо творишь? – он бросает Игоря, хватает Шэра за руку, отдирая его от меня.

Я начинаю закашливаться:

– Убожество! – говорю сквозь кашель.

Поэт с Сатиром оттаскивают Шэра в сторону:

– Шэр, не гони! Она того не стоит. – втирают ему.

А я уже совсем бесстрашная, лишь бы воздуха хватило. Кажется, хуже уже не будет.

– Валите, пока хуже не стало! – кричит на нас Сатир.

– Беги Женька-печенька. – лыбится Поэт.

Смотрю на мажора, рвущегося в мою сторону, и, понимаю, что в этой схватке я вышла победителем.

Мы срываемся с места и быстро валим оттуда. Хватит на мою шею приключений.

– Грёбаная, Жучка! Вывела, сука! – слышу крики Шэра в спину.

Ладно-ладно, не дай бог, завтра начнутся нападки, я тебе покажу, на что способна Жучка.

– Зачем ты так? – кидает претензию Игорь, пока мы бежим со всех ног. – Он бы нас прибил, и ему бы ничего не было. Ты хоть знаешь, кто он? – запыхавшимся голосом показывает свою трусость Игорь.

Пора Игоря перевоспитывать, иначе с него толку не будет.

– Сын мэра. И что? – прекращаю бежать и иду медленным шагом.

Игорь оборачивается, проверяет, чтобы за нами не было хвоста и тоже останавливается. Дожидается, когда я дотопаю до него.

– И то! Жень, с такими нельзя связываться, а нарываться тем более.

И это я слышу от парня? Что за мужики нынче пошли? Просто слёзы!

– Игорь, если хочешь продолжать со мной дружить, запишись в качалку. – кладу ладонь на его плечо.

Тем самым показывая, что я норм и мне не страшно.

– Зачем? – округляет он глаза в страхе.

– Затем, что денег у меня нет, рассчитаться с ним мне нечем. А учимся мы в одном универе. Как думаешь, мажор успокоится или будет выбивать из меня деньги? – мило улыбаюсь другу.

После такого или переводиться в другой город, или показать, что я его не боюсь. Второе будет сделать тяжелее. Но если не получится, Шэр сделает мою жизнь невыносимой.

– О нет! Женя, блин! – восклицает на всю улицу Игорь.

7 глава

Женя

– Сделай вид, что ты его не заметила. – шепчет мне в ухо Игорь, когда мы проходим по коридору мимо компашки Шэра.

Друг раздражает похлеще ненавистного трио.

– Что ещё мне сделать, чтобы твои коленки не тряслись? – тихо шиплю на друга и чувствую едкий взгляд Шэра на себе.

Я стараюсь держать голову ровно, чтобы её не качнуло в сторону Шэра, но выкрик Поэта привлекает моё внимание:

– Женька, привет, печенька. – улыбается, как мартовский кот, и дёргает бровями вверх-вниз.

Зыркаю на него холодным взглядом и замечаю, как Шэр прожигает во мне дыру. Не акцентирую внимание ни на одном из них. Отворачиваюсь от греха подальше и продолжаю свой путь. Игорь, кажется, не дышит, прёт вперёд как танк, лишь бы никто его не заметил.

За спиной раздаётся смех, что меня конкретно выбешивает. Мне теперь и пройти мимо нельзя будет без насмешек?

На первый раз решаю простить, ведь в памяти ещё живи приступы удушья у стены и боли у корней волос. Нарываться первая я точно не решусь, но если будут нападать, отбиваться буду яростно.

– Да куда ты несёшься? – шиплю в спину Игорю. – Не ссы, тебя они не тронут, им я нужна.

Успокаиваю друга с долей сарказма.
Игорь притормаживает, оглядываясь и высматривая хвост:

– Это тебя они не тронут. А я же буду заступаться за тебя и мне опять прилетит. – жалобно смотрит в глаза.

– Ты и заступаться? – смеюсь ему в лицо. – Игорь, твои заступки делают только хуже, не льсти себе.

Мы подходим уже к аудитории, останавливаемся перед дверью, и Игорь выдаёт:

– Ах, вот ты как? Значит, я плохо за тебя заступался? А знаешь что, Жучка? Иди-ка ты... – и заходит в кабинет.

Вот даже как? Охамел значит, друг. Ну ладно. Я-то справлюсь, а вот с кем Игорь теперь будет дружить? Я точно пасс! Обозвать меня Жучкой, зная, что я такого не потерплю, совсем не по-дружески.

Пары пролетают быстро, хотя обычно тянутся как улитки. Я знаю причину, таких метаморфоз. Шэр ожидает меня в своём салоне, а я ещё не решила идти или нет.

Игорь демонстративно отсел от меня. Показывая своим поведением, что не готов продолжать со мной дружить.

Ну и ладно, я гордая, первая не прибегу. Мне бы только решить, куда свернуть направо или налево.

Как в сказке: направо пойдёшь – домой придёшь, налево пойдёшь – люлей найдёшь. Не хотелось бы люлей, но идти надо, может, договоримся.

Некстати вспоминаю Поэта, ведь сама заговорила стихами.

Не привыкла я от трудностей бежать, поэтому поворачиваю налево. Надо уже решить денежный вопрос раз и навсегда.

Табличка ЗАКРЫТО, как красный флаг перед глазами. Стою на крыльце, переминаясь с ноги на ногу. Дёргаю ручку на всякий случай, а то уйду, а тут открыто было, опять останусь виноватой.

Дверь и правда открывается. Вхожу в разгромленный салон. Вспоминаю вчерашнюю бойню. Добить, что ли? Нет, тогда Шэр меня точно придушит.

Наглый мажор выглядывает из подсобки, ухмыляется моему визиту:

– Пришла, значит. Вот держи. – выносит метлу с совком и пихает мне в руки.

Делаю возмущённый вид:

– Я что, на Золушку похожа? – смотрю на его наглое лицо.

А он оглядывает мою фигурку с головы до ног и выдаёт:

– Нет, на Жучку. Убирайся, это всё твоих рук дело. – окидывает взглядом пространство.

– Ты достал! Сам ты Жучка! – кидаю на пол метлу с совком и намереваюсь свалить.

– Стоять! – рявкает мне в спину.

Я в принципе не ведомая, но от грозного голоса Шэра встаю как вкопанная.

– Хорошая девочка. – говорит так, будто с собакой разговаривает. – Деньги принесла?

Вот этого вопроса я боялась больше всего. Поворачиваюсь к Шэру лицом:

– Давай, я подмету. – корчу мило лицо.

Шэр вертит головой:

– Не прокатит. – проводит рукой по волосам и громко выдыхает.

– Давай, я отработаю, подмету, помою и мы в расчёте? – хватаю метлу с пола и начинаю мести.

– Раздевайся. – проходит мимо меня и запирает дверь на ключ.

Округляю глаза и пячусь от Шэра назад:

– Я не... не разденусь. – я реально пугаюсь.

Мне с этим бугаём не справиться. Выставляю перед собой метлу как саблю и готовлюсь отбиваться.

– Денег у тебя нет, взять негде. Отработаешь телом. Или заяву накатать? – типа даёт мне выбор без выбора.

Ещё чего не хватало. Он кого во мне увидел? Совсем берега попутал.

– Мажор, ты совсем охренел! Если бы не твоя выходка с другой татушкой, этого всего бы не было. Ты сам виноват! И не смей приближаться! – начинается паника, я крепче сжимаю метлу.

Одним резким движением, метла летит в сторону, а я стою прижатая лицом к стене.

Чувствую твёрдый торс, прижатый к моей спине и нехилую такую дубинку, вжимающуюся в поясницу. Он совсем того!?

– Чо ты ломаешься? Когда ты ещё потрахаешься с самим сыном мэра. – шепчет на ухо и пытается стянуть с меня штаны.

Страх и паника подбираются к горлу, не так я представляла свой первый раз и не с таким упырём.

Отбиваюсь как могу, отбиваю ему пальцы на ноге пяткой толстой подошвы. Он что-то кричит и затихает.

В этот момент мы слышим, как кто-то открывает дверь ключом.

– Твою мать! – отлепляется от меня, и я выдыхаю. – Мама, какие люди. Ты что тут забыла? – включает послушного сына Шэр.

Я быстро поправляюсь, приглаживаю волосы и поворачиваюсь к ним.

Сама мэр города заходит и цепко смотрит на меня, потом на сына. Взгляд холодный, пронизывающий до костей.

– Здравствуй, сынок. – целует его в щёку и оглядывает помещение. – Что здесь произошло? – проходит ближе ко мне, стирает пальцами пыль со стола. – А вы... – смотрит на меня.

– Моя девушка. – быстро подходит ко мне и обнимает за талию.

Хочу отстраниться, но железная хватка Шэра, не даёт сделать ни шагу.

А когда до меня доходят слова Шэра и вовсе впадаю в ступор. Он совсем охамел! Какая нафиг девушка? Да я с ним на одном километре не сяду... у костра.

– Здравствуйте... – протягивает руку сама мэр, тут же сканирует меня и переводит хитрый взгляд на Шэра.

– Женя, мам, её Женя зовут. Она просто в шоке от встречи с тобой, не каждый же день можно пожать руку мэру города. – переводит взгляд на меня, намекая, что пора включаться в игру.

Быстро соображаю, что такое развитие событий мне на руку. Наконец, Шэр отвалит.

– Извините, я растерялась, здравствуйте. – жму её ладонь.

– А я думала, ты опять меня обманул. – косится на сына.

– Да ты что, когда я тебя обманывал. Ну переборщил, мам, потратил больше положенного на Женю, ведь я её так люблю. – прижимается ко мне и целует в висок.

Я сглатываю ком в горле и понимаю, что ничего не понимаю. Кажется, Шэр матери лапшу на уши навешал, а она и рада верить сыночку.

– Женя не похожа на девушку, которым нужно много подарков. – кажется, мать подозревает сына во вранье и пытается вывести на чистую воду.

– Ааа, нет мам, мы часто ходим в кино, кафе, сама знаешь какие сейчас цены. – отмазывается сыночек мэра.

– Тут ты прав. Ну хорошо, сегодня переведу на карту. Только запомни, это последний раз, когда ты получаешь от меня деньги. Дальше сам, и да, кстати. – переводит на меня взгляд. – Женя, приходите к нам на ужин. Впервые у моего мальчика постоянная девушка, очень хочу с вами познакомиться поближе. – сухо улыбается и уходит.

Дверь закрывается за мэром, а мы продолжаем стоять в обнимку как истуканы и сканировать вход в салон.

Я в шоке. Нифига не понимаю, но очень интересно.

– Что это было? – поворачиваю лицо к Шэру.

Он переводит взгляд на меня:

– Это бабки, Жучка! – радостно подхватывает меня за талию и крутит от нежданной радости.

Крепко держусь за его шею и боюсь слететь:

– Отпусти меня! – мой визг раздаётся на весь салон.

Чем больше узнаю о Шэре, тем больше хочется перевестись в другой универ. Зажравшийся мажор, для которого деньги на первом месте.

– Точно! – ставит меня на ноги. – Всё, можешь валить, номер телефона оставь, позвоню, придёшь на ужин. И считай, что мы в расчёте. – искренне радуется, продолжая держать меня за талию.

– Отпусти. – говорю ему, когда понимаю, что мы слишком близко друг к другу.

Шэр как ошпаренный одёргивает руки и быстро отходит. Такое ощущение, что он обжёгся и пошёл зализывать раны в подсобку.

Не думая ни минуты, срываюсь на бег и сваливаю из этого проклятого места. Лишь по дороге домой вспоминаю, что забыла оставить свой номер телефона.

8 глава

Женя

– Лилька, привет. – звоню подруге между парами. – Ну, что, сегодня в кафе, как и договаривались?

Мы с Лилькой в одном классе учились, потом она поступила в хореографический, а я решила на экономический.

– Конечно, Жень. Вечером на нашем месте. Мне пора, скоро пара начнётся. – отключилась подруга.

У меня тоже перерыв уже заканчивается, поэтому поторопилась и с разворота в кого-то врезалась. Такое ощущение, что этот кто-то специально стоял за спиной и подслушивал.

Поднимаю глаза и вижу заинтересованное лицо Поэта:

– Ты подслушивал? – упираюсь в грудь руками, в попытках оттолкнуть.

Поэт стискивает меня за талию и прижимает к себе:

– Разве мог я такое совершить? – его тон как в старых пафосных фильмах. – Я просто хочу к тебе ближе быть.

Это что за хрень с горы? Что за чушь он несёт?

О боже! Я не переживу таких насмешек:

– Так себе подкат. Ласты убери! – настроена я совсем недружелюбно.

Взгляд Поэта падает на мои губы, глаза загораются:

– Прекрасное, невинное создание, раскрой же очи и прозрей. Поэт читает эти строки, вдохновляясь, твоей красой и пустотой ночей. – наклоняется к моим губам, будто для него это сейчас самое важное.

Я зависаю на мгновение от такого странного подката и такого странного экземпляра. Думала, в нашем веке таких уже не существует, но нет, вот же он Поэт двадцать первого века.

– Вызвать скорую? – отклоняюсь от Поэта подальше, придя в себя.

Переводит недоумевающий взгляд на мои глаза:

– Зачем? – удивляется он.

– За этим. – резко бью коленом в пах.

Поэт сгибается совсем непоэтично:

– Сучка крашенная. – ругается писклявым голосом.

Студенты, проходя мимо, оглядываются, кто-то хихикает, кто-то в страхе убегает.

– Кобель поэтичный! – развернулась и пошла в аудиторию.

И плевать мне, кто что скажет!

Не нужно мне столько внимания, а тем более от мажоров универа. Я же вижу, как на меня пялятся местные соски. Оценивают высокомерным взглядом. Делая вид, что я какая-то, недостойная.

Я, блин, учиться сюда пришла, а не кобелей местных цеплять. Первый курс, он самый сложный, хочется вникнуть в профессию, чтобы отец гордился моим дипломом.

Даже друг проходит мимо, не замечая меня. Снова садится в другом месте и, кажется, сдружился с несколькими ботанами.

День сегодня тухлый, пары долгие, а так хочется поскорее домой. Сделать все дела и встретиться с Лилькой, пожаловаться на проблемы, посмеяться от души и забыть на вечер обо всех неугодных.

Достали блин. Если они старшекурсники думают, что им всё позволено. Скорей бы уже состоялся ужин и моя жизнь вернулась в обычное русло.

Выхожу на крыльцо универа, вдыхая свежий воздух свободы, и тут же улыбка сползает с моих губ.

Троица мажоров идёт прямо на меня. Верчу головой по сторонам, в поисках защиты или лазейки, чтобы свалить.

Студентов на крыльце много, ныряю в толпу и пытаюсь проскочить незамеченной. Выныриваю к ступенькам и собираюсь бежать, но рюкзак на плечах тянет назад и меня рикошетом откидывает обратно.