- -
- 100%
- +
***
Ночью прятаться, днем идти, или наоборот? Риц никак не могла определиться, какой же вариант более верный. Ее мозг занял себя этой дилеммой, чтобы не паниковать, не жестить и не придумывать себе ужасные кончины одна страшнее другой.
И некоторое время это даже помогало. Они с Томми шли очень тихо. Впереди магбез в полной экипировке. Кларина за ним след в след с любимым нумом в руке.
Экипировка Флоца представляла собой черные кевларовые доспехи. Они покрывали все тело, включая голову, руки и ноги. Броня легко приводилась в боевой режим, по сути, это был один большой артефакт, который активно и пассивно защищал, усиливал и ускорял своего магбеза, а еще помогал заживлению ран. Поэтому сейчас Клара очень сожалела, что не надела такой же доспех перед тем, как все провалилось к чертям. И теперь шла в сером пиджаке, голубой рубашке и темных брюках, чувствуя себя мишенью всех монстров этого мира.
Впрочем, Нолану Локку доспехи не помогли. А держать их все время в боевом режиме было очень энергозатратно.
У Томми тоже был нум, даже мощнее и поинтереснее, чем у Клары. При активации он загорался льдисто-голубым пламенем и не только резал врагов, но еще и бил их током. В обиходе магики называли его просто резаком. Сейчас, чтобы не привлекать внимание, Флоц держал оружие в сложенном виде. Зато в правой руке наготове он нес пистолет сорок восьмого калибра.
Лагерь давно остался позади. Смеркалось. Местность вокруг не сильно изменилась: пологие холмы и поля с колосящейся травой плавно сменяли друг друга. В таких местах всегда видно очень далеко. Поэтому магики долго и осторожно ползли по земле, прежде чем отважились подняться на ноги. Еще немного спасали то здесь, то там растущие кусты. Они знатно обдирали кожу колючками, но хоть немного помогали скрыться.
Клара с тоской посмотрела на кисть правой руки, где красовалась печать антимагии. Она пропускала лишь слабенькое бытовое волшебство, оставленное на крайний случай. Условием участия в экспедиции был запрет на любую магию, кроме артефактной. И на всех участников наложили печати, чтобы исключить любое негативное влияние на Лир. Ведь никто не знал, чего здесь ожидать, и не нарушит ли хрупкое равновесие применение чар. А весь урон от создания артефактов уже был нанесен на этапе их создания.
Магия разрушила этот волшебный мир. А точнее, неправильная магия. Когда-то давно не все лиряне были магиками, а лишь те, кто смог пройти жестокую инициацию. Она могла включать в себя что угодно: смерть близких, предательства, насилие.
Чтобы подарить волшебство всем и защитить их от необходимости проходить через мрак и ужасы инициации, тысячи лет назад были придуманы артефакты-накопители темной энергии. Со временем они перестали справляться со своей функцией, и наружу начали просачиваться так называемые шлейфы – хвосты темной энергии. Они породили аномалии, которых со временем стало очень много. Магики до последнего практиковали чародейство, либо не зная, либо отказываясь верить в реальность и величину опасности.
Без пагубных последствий колдовать могли лишь темные магики, ведь они вольно или невольно продолжали открывать путь к дару по старинке – через инициацию. Но господа темные были слишком себе на уме и часто последствия их заклинаний были еще хуже аномалий. По этой причине их не любили и в экспедицию не взяли.
А у Клары теперь были связаны руки. Обороняться она могла только нумом, да парой артефактов, которые всегда были при ней. Арсенал очень слабый, учитывая количество врагов.
Стемнело и похолодало. После долгого пути, пережитого напряжения и схватки с подземниками у Клары наступил откат. Она начала дрожать, хотелось пить и есть. И спать, хоть под кустом, лишь бы закрыть глаза, забыться и дать себе отдохнуть.
Томми включил режим ночного видения и обернулся на Кларину, которая стала сбиваться с шага и отставать.
Это спасло ему жизнь. Из темноты вынырнул подземник, взмахнув длинной когтистой конечностью, которую язык не поворачивался назвать рукой. Тварь промахнулась и что-то злобно гавкнула и ощерилась.
Томми рефлекторно ушел от следующего замаха и активировал резак, одним движением располовинив существо в области туловища. Две половинки повалились в траву справа и слева. Руки твари и голова продолжали двигаться и вертеться в поисках жертвы.
– Черт. Их не видно в инфракрасном спектре! – выругался Флоц.
А Кларина вся сжалась, чувствуя приближение чего-то недоброго.
«Он не мог быть один!» – хотелось крикнуть ей, но вместо этого она истерично прошипела:
– Выключи! Выключи оружие. И все остальное.
Она дернула напарника вниз, в траву. Вырвала из руки светящийся нум и зашвырнула подальше. Томми ругался сквозь зубы, но деактивировал доспехи, отключив все артефактные свойства. Он хотел рыкнуть, что за черт, и как им теперь быть без меча. Но в этот момент над их головами, чуть в стороне, буквально в трех-четырех шагах медленно, рывками зашелестела, зашевелилась трава. Со всех сторон к резаку, что горел на земле, будто упавшая звезда, неумолимо двигались подземники. Каким-то чудом они шли мимо, а Клара и Том, не дыша, смотрели друг на друга огромными глазами.
– Их привлекает наша магия, – одними губами сказала Кларина, не чтобы донести очевидный факт до Флоца, а чтобы самой себе это разжевать.
Прошло полчаса, они лежали в траве тихо, как мыши, заприметившие в ночи сову на охоте.
– Что будем делать? – спросил Томми шепотом.
Все возмущение от выброшенного резака у него улетучилось. А Кларина и сама не сказала бы, откуда у нее взялось ощущение, что от светящегося нума следует избавиться как можно скорее. Интуиция сработала. Она ее никогда не подводила.
Риц думала. Резак твари забрали с собой, будто у них был разум или его зачатки. Долго топтались на месте, словно соображая, почему здесь артефакт есть, а вкусных магиков нет. Затем они ушли, разбрелись в стороны и теперь могли находиться где угодно. А Клара и Томми были теперь почти слепы – ночь выдалась темная.
Остаться на месте означало умереть до рассвета. Продолжать путь – приблизить конец на несколько часов.
– Будем идти, – все-таки решила Кларина. – Если найдем дерево, сможем по очереди поспать. В чрезвычайной ситуации будем бросать оставшиеся артефакты в стороны, чтобы отвлечь противника.
Если раньше магики шли не слишком быстро, стараясь производить как можно меньше шума, то теперь их скорость упала до черепашьей. Каждый шаг был словно над пропастью. Предугадать, не выплывет ли из темноты обезображенное безумием лицо со звериным оскалом, было невозможно. После каждого движения, сделанного на корточках, они останавливались и слушали, ожидая ударов из темноты и злобных, загоняющих криков.
Шли часы, а на самом деле тянулись минуты. Кларе казалось, они преодолели не меньше двух километров, но позади осталось не больше двухсот метров. Она закрывала глаза и не могла развидеть лица существ. Настолько явно в них проглядывала былая, нормальная природа, чудовищным образом обезображенная, исковерканная и перерожденная аномалиями.
Покидая Лир сто лет назад, она не знала и не думала о тех, кто не попал к межмировому порталу на Землю. У нее не было задачи подсчитывать души, она полагала, этим занимался кто-то другой. И там случилось достаточно жести, чтобы думать именно о тех, кто оказался под боком. А не о тех, кто опоздал, не успел или не захотел явиться.
Но их оказалось много. Тысячи, десятки тысяч, как она теперь подозревала. И от этого волосы вставали дыбом. Если все они переродились и стали монстрами, магикам с Земли лучше забыть о надеждах на возвращение домой.
– Тихо, – остановился Томми. – Слышишь?
Он, как и прежде, двигался впереди, так как был лучше защищен. Клара замерла, закрыла глаза и вся обратилась в чувства.
Неподалеку шелестела трава, послышались шаги. В беспросветной, безнадежной и тягучей тишине этой ночи звуки слышались очень четко. Они были живыми, а все другое вокруг словно бы умерло.
– Кто-то из наших, – едва различимо заметила Риц, и Том кивнул.
Он хотел что-то ответить, но раздался вой, и магики сникли, словно истоптанная трава. Вой – надсадный, жадный, с присвистом – несся над полем, и от него седели волосы, а сердце замирало в тревожном и нечетком ритме. Кларина пыталась справиться с собой, воспрять, взбодриться, но вой, словно гнул ее к земле, заставлял бояться, быть слабой, быть жертвой.
С другой стороны завыли еще, и снова, и снова. А потом был шум погони и крик, и борьба, и жуткая кровожадная радость хищной толпы, дотянувшейся до сладкого мяса.
– Ну все! – Флоц не выдержал и вскочил, больше не в силах слушать и бездействовать.
Миг, и он растворился во мраке ночи, где мелькали неясные и устрашающие тени.
Клара осталась одна. С минуту она в шоке смотрела туда, где исчез магбез. Она понимала, почему он сделал это. Но прямо здесь и сейчас была не готова броситься врукопашную с зубастыми подземными тварями. К тому же бесчисленными.
Риц с таким усердием смотрела в темноту, что ей стало казаться, будто она видит белесые, словно покрытые плесенью, силуэты. Эти силуэты до боли напоминали переродков – те же вытянутые тела и конечности, манера двигаться.
А потом все пропало. И вокруг снова стало темно, как в заднице тролля. Будто звезды Лира погасли, светлячки и лофры сдохли, а огонь потух. Странные силуэты тоже не виднелись ни спереди, ни сзади, ни по бокам. Стояла жуткая, неестественная тишина, будто Клару накрыли колпаком кровожадные монстры, и теперь, роняя слюни, наблюдали за ней в надежде улучить момент и оторвать самый лакомый кусочек.
«Томми» – хотелось крикнуть Риц, но вместо этого она сделала первый несмелый шаг.
«Тупой идиот!» – рвалось с языка, но она молчала и осторожно двигалась вперед.
«Где ты?» – едва не крикнула она в отчаянии, но сдержалась и в очередной раз выставила ногу вперед.
Нога не нашла опоры и неожиданно стала проваливаться в бездонную черную пустоту.
Если бы дело происходило не в поле и рядом росли деревья, чтобы ухватиться, или если бы Клара не так устала, передвигаясь в скрюченной позе, она могла попробовать удержаться. Но чернильная тьма очередной дыры в земле словно засасывала ее. Риц даже не сразу поняла, что падает, а потом – куда падает.
И лишь осознав, что летит прямо в логово подземников, Кларина замахала руками, но так и не удержалась и рухнула в шахту. Куда до этого, видимо, исчезли и все остальные: твари, Томми и неизвестный магбез.
Летела недолго. Плюхнулась во что-то мягкое, липкое, влажное и жутко смердящее. Сразу же откатилась, лишь бы перестать соприкасаться с этой мерзостью, но это не очень помогло. Запах и гадкие ощущения прилипли к ней намертво.
– Черт побери, – проскулила она и в безнадежном порыве подняла взгляд наверх в надежде увидеть небо и путь обратно.
Но там ее ждал сюрприз. Ход исчез, земля срасталась прямо на глазах.
Кларина всхлипнула и снова осмотрелась. Полной тьмы не было: от стен шло флюоресцирующее сияние. Вероятно, там жили какие-то насекомые или грибы. Они давали слабый зеленоватый свет.
Вправо и влево убегал широкий коридор. Пустой пока что. Клара немного истерично хмыкнула. Шутку судьбы она оценила. И с появлением тварей в принципе, и со сросшимся над головой потолком. Это было неожиданно, но логично. Иначе за сто лет земля была бы похожа на решето. Тогда экспедиция здесь бы не остановилась и не попалась в ловушку.
Вероятно, существа владели неким подобием магии земли. Они открывали и закрывали ходы на поверхность неосознанно, но по мере необходимости.
Клара попыталась сориентироваться, в какую сторону двигаться. Как ей отсюда выбраться и есть ли шанс выжить?
Это было смешно.
Она постаралась избавиться от слизистой массы, что налипла на одежду, руки и даже лицо. Падала магичка стоически молча, поэтому в рот не набилось. Но полностью очиститься не вышло. Что это, вообще, такое? Может, дерьмо подземников?
Клара сделала, что смогла, и по наитию пошла в правую часть коридора. Светлячки на стенах загорались с ее приближением, поэтому света хватало на два-три шага вперед и назад. Вскоре Кларине попалось первое ответвление. Оно оказалось более узким, и Риц решила не идти туда. Пройдя еще десяток шагов, магичка вышла на перекресток. Это было уже интереснее, и она достала артефакт с сохраненной копией карты подземелья. Нехитрый поиск быстро помог определить свое местоположение в пространстве. Клара находилась на верхнем уровне улья. Центральная зала была ниже на два этажа. Меньше, чем в километре отсюда. Но именно неподалеку оттуда простейшее поисковое заклинание нашло Томми Флоца. Он двигался к сердцу улья.
Риц снова чертыхнулась. Что делать? Она всегда опиралась на вводные, сильные и слабые аргументы. У нее был баланс, следуя которому она двигалась, распутывая дела в полиции Магик-сити, а до этого работая в императорской канцелярии, а до этого… Да, везде. Но сейчас опора исчезла. И магичка лажала: не поспевала за событиями, не предугадывала их ход и не могла заранее подготовиться и отразить удар. Она не припасла козырей, которые могли бы помочь вытащить напарника из подземелья, нашпигованного переродками. Но и бросить его, уйти и спасать свою жизнь Риц не могла. Поэтому Кларина сделала несколько нервных шагов туда-сюда по коридору. Она искала решение, но не находила.
В могильной тишине коридора кто-то заскребся. Кларина резко оставила метания, свернула карту и сбежала с перекрестка. Какая же она дура, забыла, что магия привлекает подземников!
С мягким чавкающим звуком земля в нескольких шагах от нее будто сгнила. Осела, осклизла и потемнела, будто намокла. Потом растаяла, явив круг-переход на нижний ярус.
Клара хоть и забывала делать нужное количество вдохов от страха, смотрела во все глаза. Вот, оказывается, во что она упала. В остатки перехода между уровнями.
Из дыры показалось два существа. Они быстро поднялись, стали осматриваться и принюхиваться. Клара не убегала, не видела смысла. Их оказалось всего двое, а бежать в улье было некуда. К тому же она не хотела привлечь топотом других тварей с нижних уровней. Поэтому магичка приготовилась драться. С двумя переродками она собиралась справиться не особо напрягаясь.
Твари, что-то кряхтя на своем тварском языке, зашаркали в ее сторону. Клара крепче сжала нум, но пока не раскладывала его. Может, надеялась, подземники не дойдут до нее? Они двигались еле-еле, без охотничьего азарта, а будто по указке. Это выглядело очень странно, существа в этот момент еще больше, чем обычно походили на самых обычных магиков. Стражников в данном случае.
Клара так удивилась, наблюдая за ними, что позабыла о страхе и пропустила момент, когда парочка подошла к ней слишком близко. В зеленоватом свете небольших червячков, что ползали по норкам в земляных стенах и оставляли за собой слизистые флуоресцирующие следы, магичка увидела бледные лица подземников. Сейчас они не походили на кровожадных монстров, скорее на унылых, полусонных зомби, которым только и надо, чтобы их оставили в покое.
Около Кларины, вжавшейся в стену и старавшейся делать редкие и неглубокие вдохи и выдохи, они остановились и втянули воздух. Не заметить ее они не могли при условии нормального зрения. Но какое оно у них, Кларина не знала.
Существа не проявляли к ней выраженного интереса, не бросались и не клацали зубами. Из этого факта Риц сделала вывод, что твари ее не заметили. Зато они сморщились так натурально, словно вонь, исходящая от нее, им совсем не понравилась.
«Что за черт» – пронеслось в мыслях у Риц. Они вели себя почти как нормальные, ведь от нее действительно изрядно воняло. И тем более это было удивительно, что вляпалась она в продукт их жизнедеятельности, так сказать. Почему же он им так неприятен? И откуда у переродков, вообще, эмоции вроде уныния или неприязни к неприятным запахам? Все это свидетельствовало о более высоком уровне этих существ, чем тот, что они показали на поверхности. Когда охотились и разрывали на куски всех, до кого могли дотянуться.
Оставив Кларину в замешательстве, подземники прошли вперед еще несколько шагов, потом развернулись и направились обратно к порталу, из которого вылезли. Они скрылись в нем, из земля стала стягиваться, будто рана. Не думая, а только резко вдыхая и выдыхая, Клара в пять легких прыжков достигла зловонного отверстия и прыгнула в него, наконец-то поняв, как играть в эту игру.
***
Она мягко приземлилась и сразу же прижалась к стене, осматриваясь. Этот коридор не пустовал, хотя сейчас рядом никого не оказалось. Здесь жили, ходили, до ушей доносились шорохи, вибрация и даже топот. За стенами кто-то стонал, словно от боли. Эти звуки превращались в зубодробительные завывания, от которых в животе свивался ледяной узел. С другой стороны кто-то метался, как в лихорадке, выл и стенал, бил в стену кулаками, напоминая кошмар в психиатрической больнице. В замогильной обстановке подземелья, когда со всех сторон будто сжимала и нависала земля, а коридоры уходили в черное никуда, это было особенно тяжело выносить.
В первые секунды Клара даже присела, не в силах справиться с ощущениями, что накрыли ее с головой. Виски сдавило, подступала паника, стало трудно дышать. На верхнем ярусе было как в раю по сравнению со вторым уровнем.
Рывком она заставила себя встать, начать двигаться, чтобы не остаться здесь навсегда. Отдуваясь, как паровоз, Клара пошла по коридору и скоро пришла к развилке. Она помнила примерное расположение ходов в улье и направление к его центру. Там ее ждал Томми. Еще пятнадцать минут назад он был жив. Будет ли к ее приходу, она не знала. Но не могла оставить его.
А теперь к желанию выручить товарища, спасшего ей жизнь, добавилась цель выяснить побольше про подземников. Раз уж она угодила к ним в улей и умудрилась до сих пор оставаться живой. При близком рассмотрении их самих и их жилища у Кларины появились вопросы, найти ответы, на которые ей казалось очень важным.
Воздух был спертый и пропитанный миазмами, но Кларина успела принюхаться к себе и большой вони уже не замечала. Стены здесь тоже светились бледно-зеленым. Иногда впереди проплывали черные тени, они закрывали светлячков, будто тучи. Тогда Кларина останавливалась и ждала, пока дорога впереди расчистится. Мерзкий запах защищал ее, но зря рисковать она не собиралась.
Через несколько ответвлений и молчаливых встреч с переродками, которые только фыркали и старались скорее отойти подальше, Кларина нашла проход на нижний, третий уровень улья. Это был постоянный переход, через который все время кто-то пролезал. То туда, то оттуда.
Риц очень странно себя чувствовала, практически стоя в очереди с подземниками, чтобы воспользоваться ходом. К этому времени она почти перестала бояться и только немного дергалась от резких завываний, что доносились из узких ответвлений. По логике там должны были находиться спальные ячейки. Кто там кричал? Сами переродки или их жертвы, которых они брали с собой в кровать, чтобы продолжать мучить?
Когда желающих с этой стороны больше не осталось, она сунула ноги в лаз и спрыгнула.
«Зараза!» – пронеслось в голове Кларины, когда на нее тут же уставилось несколько пар мутных глаз. Переродки, которых здесь оказалось не меньше десятка, стояли довольно плотно, словно в ожидании чего-то. Они замерли на мгновение, пристально осматривая ее. А потом оскалились незабываемыми многозубыми улыбками.
У Клары онемели конечности, она сглотнула. Похоже, «волшебное» действие вонючей слизи с первого этажа ослабевало. Она попятилась, лихорадочно соображая, в какой стороне центральная зала и как ее угораздило ввязаться в эту авантюру. Но почти сразу натолкнулась на существ, стоящих позади.
Риц содрогнулась от контакта с их холодными, напоминающими ножки грибов, немного скользкими телами. Их было много, и они монотонно двигались и двигались в одну сторону. Передние переродки, что щерились на нее, словно забыли о незваной гостье. Зато те, что оказались по бокам и сзади начали порыкивать, а через мгновение в оба предплечья Кларины вцепились длинные цепкие пальцы с синюшными когтями.
Она бы закричала, но воздух застрял в горле и отказывался двигаться. Среди пожара мыслей промелькнула одна, за которую Кларина ухватилась как за спасительную соломинку. Ее почему-то не убили на месте, хотя явно определили как чужеродный элемент. Вместо этого ее повели в ту же сторону, куда шла основная толпа. К центральной зале.
***
Кларина почти не запомнила пути. Она бы не смогла найти обратную дорогу и, более того, из ее памяти, сметенный волнами паники, улетучился даже план подземелья, составленный зеркалом.
Сколько чудовищ случилось в ее жизни. Порождения ночных кошмаров преследовали ее всегда. Они выползали из болот на заре ее существования, они жили под боком, они таились в ночи, чтобы убить новую жертву. Риц охотилась на них, шла по следу, иногда содрогаясь, а иногда чертыхаясь. Смахивая с себя очередные кровавые ошметки, она удивлялась, отчего же она выбрала себе такое паскудное занятие и нельзя ли было остановиться на профессии попроще. А потом удивлялась, что снова смогла унести ноги и выжить, заодно раскрыв дело в отделе страшных преступлений. В жизни бывало всякое. Но еще никогда ей не приходилось попадать в плен к тварям, находясь глубоко под землей в их логове.
Поэтому она не замечала, как переставляет ноги, не видела поворотов и ориентиров, не заметила, как долго продлился этот страшный путь. У нее не возникло вопросов, почему переродки продолжают вести себя совсем не так, как в лагере, когда они кидались, словно дикие звери. Зато в глазах рябило от ощеренных оскалов, в уши вгрызался, ввинчивался разноголосый рык, словно в пасть главному зверю ее вела стая шакалов.
Руки болели. Когти тварей, что держали ее за предплечья, будто охранники, врезались в кожу так сильно, что в итоге пошла кровь. Боль помогла Риц очнуться и немного прийти в себя. Окруженная толпой подземников, она как раз входила в главную залу.
Это была огромная пещера, где легко уместились бы три футбольных поля, а может, больше. Зеленоватого света флуоресцирующих червячков не хватало, чтобы полностью рассеять непроглядный мрак. Хотя они покрывали стены, потолок и каменные колонны естественного происхождения, что поддерживали свод.
Кларина уже поняла, что подземники видят совсем иначе, в отличие от магиков. А еще она заметила, что бледная кожа переродков начинает отдавать слабым свечением.
Ее продолжали вести к центру. Клара силилась рассмотреть, что же там, но ничего не видела. Воображение рисовало костяной трон с главным монстром на нем, ожидающим, когда ему на блюде принесут ее голову.
Но они шли, а трон так и не появился. Зато подземники вокруг стали класть руки на плечи впереди стоящих товарищей. Они образовывали длинные цепи существ, а их кожа стала светиться еще ярче. И Кларина увидела тысячи и тысячи этих странных обитателей подземелья, что выстраивались в пока неясную для нее масштабную фигуру.
Что здесь происходит?
Этот вопрос бился внутри Клары, словно второе сердце. Она так увлеклась им, что почти забыла о страхе.
Все, что она видела, вовсе не напоминало жутких тварей, охочих до свежего мясца, дико загоняющих добычу и руководствующихся только инстинктами. Нет, в их поведении, с того момента, как она свалилась в шахту, проявлялось все больше разумного. Хотя бы то, что ее не убили на месте, говорило о многом.
Но сейчас, глядя на толпы бледных тел с флуоресцирующей кожей, она понимала, насколько погорячилась, решив спасать Томми. Остаться здесь незамеченной было бы невозможно.
Вскоре Риц поняла, что подземники стоят кругами. Круги уменьшались в диаметре с каждым новым витком ближе к центру пещеры. При этом существа продолжали светиться и держаться руками за плечи впереди стоящих. А провожатые Риц продолжали вести ее вперед.
Когда в новом круге оставалось около пятнадцати подземников, Кларина заметила световые всплески, бегущие по их рукам куда-то вперед. Ей стало ясно, что сердце этого странного и темного места совсем близко.
Провожатые провели ее сквозь еще четыре круга и остановились в пяти шагах от черной ямы метров трех в диаметре, куда со всей пещеры устремлялись потоки белого света. На самом краю, скрючившись, лежал Томми. Рядом бесполезной грудой кевлара валялась его броня.
Глава 4
Здесь подземники сделали еще одну удивительную вещь. Они отпустили Клару и позволили ей подбежать к напарнику.
– Томми! – Клара старалась не кричать, но голос все равно сорвался и полетел, отражаясь от стен и потолка, во все стороны.
Только сейчас Риц обратила внимание на неестественную тишину этого места, где стояли, дышали, прикасались друг к другу тысячи существ. Они словно оцепенели, а по их телам продолжали скользить пульсирующие сгустки света. Вскоре они попадали в яму и таяли во тьме за спиной у Кларины.