Заметки увядающей розы

Незнакомый номер. Сообщение короткое: «Ты готова увидеть другой мир?».

Адель смотрит на экран, и сердце почему-то начинает биться быстрее. Глупость, наверное, спам, или кто-то ошибся номером. Она хочет удалить, но палец замирает над экраном.

В дверь звонят.

Адель вздрагивает. Кто может быть в одиннадцатом часу вечера? Соседи? Нет, они никогда не звонят. Она подходит к двери, смотрит в глазок. Никого. Пустая лестничная клетка, тусклый свет лампочки, обшарпанные стены. Она открывает дверь, выглядывает. Ни души. И тут замечает на полу, прямо у порога, маленькую коробочку, перевязанную грубой бечевкой, старую, потёртую, будто ей сто лет.

Адель наклоняется, берет её. Коробочка лёгкая, почти невесомая. Она заходит в квартиру, закрывает дверь, садится на диван. Долго смотрит на находку, не решаясь открыть. Потом развязывает бечёвку. Внутри – брошь. Старинная, серебряная, с большим камнем – янтарём. А внутри янтаря застыл бутон розы. Увядающей, с поникшими лепестками, но такой живой, такой настоящей, будто её только что сорвали и поместили в смолу. На обратной стороне выгравированы слова, полустёртые, едва различимые: «Вернись туда, где не была».

Адель вертит брошь в руках. Сердце колотится где-то в горле. Откуда это? Кто принёс? Старуха с лавочки?

Она подходит к окну, отдёргивает штору. Смотрит вниз. Скамейка пуста.

Адель возвращается на диван, сжимая брошь в ладони. Странное тепло разливается по пальцам, поднимается выше, к запястью. Или ей кажется? Мысли путаются. Она устала, это точно. Весь день, весь месяц, вся жизнь – сплошная усталость. Наверное, это просто розыгрыш, чья-то глупая шутка. Завтра надо будет спросить у соседей, может, видели кого...

Она кладёт брошь на тумбочку, ложится на подушку. Глаза слипаются сами собой. В голове последняя мысль: «Как странно... Кому я нужна...».

Она засыпает быстро, как проваливается. И во сне ей снится поле. Бескрайнее, зелёное, с цветами, которых она никогда не видела. Ветер колышет траву, и где-то далеко, на холме, стоит человек. Она не видит лица, но знает – он ждёт. Адель хочет сделать шаг к нему, но просыпается.

Будильник ещё не звонил. В комнате темно. Только слабый свет уличных фонарей пробивается сквозь шторы. Она смотрит на тумбочку. Брошь лежит на месте, тускло поблёскивая янтарём. И вдруг Адель замечает: на подушке, рядом с её щекой – маленький увядший лепесток розы. Откуда он здесь? У неё нет цветов, не было уже давно. Ваза на подоконнике пуста. Она берет лепесток, кладет на ладонь. Он такой же, как в янтаре – нежный, прозрачный на свету, с коричневыми краями увядания.

Что это? Сон? Явь?

Адель сжимает лепесток в кулаке, закрывает глаза. И шепчет в пустоту:

– Я больше не хочу здесь быть.

Эхо её голоса тает в тишине комнаты. За стеной начинает лаять соседская собака. Где-то вдалеке сигналит машина. Мир просыпается к новому серому дню.

Адель открывает глаза.