МЕЖДУ...

Иногда фантазии становились куда более откровенными. Я представлял её поцелуи - долгие, неторопливые, такие, после которых забываешь, что собирался сказать. Её пальцы у меня на затылке. Тепло её тела рядом. Момент, когда между нами не осталось бы ни смущения, ни недосказанности. Когда она сама потянулась бы ко мне, потому что хотела именно меня. И от этих мыслей становилось одновременно хорошо и невыносимо больно. Потому что стоило открыть глаза — и рядом никого не было. Только пустая постель. Тишина. И телефон, в котором Марина всё чаще писала о другом мужчине.

Я был взрослым парнем. У меня были отношения до неё. Были девушки, поцелуи, близость. Но ни одна из них не заставляла меня чувствовать себя настолько беспомощным.

Я мог справиться с физическим желанием. Гораздо сложнее было справиться с желанием просыпаться рядом с ней каждое утро. Я хотел не просто её тела. Я хотел знать, что она ела на завтрак. Как прошёл её день. От чего она устала. Что её рассмешило. Хотел быть первым человеком, которому она звонит, когда ей плохо. И последним, кого целует перед сном.

Хотел целую жизнь. А не несколько украденных минут. И именно поэтому мои фантазии оставались только моими. Марина ничего мне не обещала. И я не имел права требовать от неё того, чего она не чувствовала.

ГЛАВА 4

Прошло несколько месяцев. Они с Григорием стали парой. Теперь он встречал её после занятий, а она сама спешила к его машине. Иногда, когда мы втроём сидели в кафе, Марина незаметно клала ладонь ему на колено. Иногда поправляла воротник его рубашки. Однажды положила голову ему на плечо и закрыла глаза.

Я смотрел на них через стол. Григорий что-то рассказывал, смеялся, жестикулировал. Марина слушала его, улыбаясь. А я пытался запомнить текст песни, звучавшей из колонок, только бы не думать о том, насколько естественно она устроилась рядом с ним.

- Миш, ты чего такой тихий? - спросила она.

Я поднял глаза.

- Устал.

- Может, домой?

- Да нет. Всё нормально.

Она внимательно посмотрела на меня. И на секунду мне показалось, что она что-то почувствовала. Что сейчас спросит. Что увидит за моей улыбкой всё, что я так старательно прятал. Но Григорий поцеловал её в висок. Она повернулась к нему. И момент исчез. Я сделал глоток остывшего кофе. Вот так, Мишка. Привыкай.

Однажды Григорий сам заговорил со мной о Марине. Мы стояли возле гаража, пока он искал что-то в багажнике.

- Слушай, Миш.

- Что?

- Ты же нормально относишься к тому, что мы с Мариной вместе?

Я посмотрел на него.

- А должен как-то иначе?

Он пожал плечами.

- Ну, ты ведь раньше с ней постоянно общался.

- И сейчас общаюсь.

- Я заметил.

Мне не понравился его тон.

- Гриш, ты к чему?

Он выпрямился.

- Да ни к чему. Просто спрашиваю.

Я несколько секунд смотрел на друга.

- Она мне дорога. Ты это знаешь.

Григорий кивнул.

- Знаю.

- Но она сама решает, с кем ей быть.

Он усмехнулся.

- Вот именно.

И захлопнул багажник. Разговор закончился. А неприятное ощущение осталось. Я не стал придавать ему большого значения. Может, мне просто показалось. Может, это говорила моя ревность. Я ведь и сам не был беспристрастным. Поэтому решил не искать в поведении друга того, чего там могло и не быть.

После очередного экзамена мы втроём отправились в кафе. Марина была счастлива. Она сдала сложный предмет на отлично и теперь без остановки рассказывала, как преподаватель сначала задавал ей дополнительные вопросы, а потом неожиданно похвалил. Я слушал и улыбался. Мне нравилось видеть её такой. Воодушевлённой. Живой. С блестящими глазами.

Григорий заказал нам ужин. Мы сидели почти до закрытия. Говорили о будущем. О работе. О деньгах. О том, кто где будет жить после института. И вдруг Григорий сказал:

- Я вообще после выпуска жениться собираюсь.

Марина рассмеялась.

- Серьёзно? И на ком?

Он посмотрел на неё.

- На тебе.

Я почувствовал, как внутри всё оборвалось. Не образно. По-настоящему. Словно кто-то на секунду перекрыл мне воздух. Марина перестала смеяться.

- Ты серьёзно?

- Более чем.

- Гриш…

- А что? Мы вместе. Любим друг друга. Зачем тянуть?

Я опустил взгляд в стакан. Любим друг друга. Слова, которые я так долго боялся произнести, прозвучали из уст моего лучшего друга легко и уверенно. Марина смущённо улыбнулась.

- Ну, до выпуска ещё далеко.

- Ничего. Я подожду.

- Какой ты самоуверенный.

- Просто знаю, чего хочу.

Она засмеялась. А я понял, что больше не могу сидеть за этим столом.

- Ребят, я, наверное, поеду.

Марина удивилась.

- Уже?

- Да. Завтра рано вставать.

- Миш, ну посиди ещё.

Она смотрела на меня с такой искренней просьбой, что мне захотелось остаться. И я бы остался. Если бы не увидел, как Григорий накрывает её ладонь своей.

- Пусть едет, Марин. Устал человек.

Я поднялся.

- Увидимся.

Марина тоже встала и обняла меня.

- Спасибо, что пришёл.

Я почувствовал её руки у себя на спине. И на секунду закрыл глаза. Если бы ты только знала, Марин. Если бы знала, как тяжело мне сейчас стоять рядом с тобой и делать вид, что всё хорошо. Но я улыбнулся.

- Поздравляю с экзаменом, отличница.

Она засмеялась.

- Спасибо, Миш.

Я ушёл. И только на улице позволил себе выдохнуть. В ту ночь я долго ездил по городу. Без цели. Просто включил музыку и ехал по пустым улицам. Мимо знакомых домов. Мимо закрытых магазинов. Мимо парка, где мы однажды втроём гуляли до позднего вечера.

Я остановился у набережной. Вышел из машины. Холодный ветер ударил в лицо. Вода была почти чёрной. Я стоял, опершись руками о перила, и пытался понять, что со мной происходит. Я любил Марину. Это уже не вызывало сомнений. Но она любила Григория. Моего друга. Человека, с которым я вырос. С которым делил последние деньги, неприятности, победы и мечты. И впервые в жизни мне захотелось, чтобы он проиграл. Не экзамен. Не спор. Не соревнование. А её сердце.

От этой мысли стало мерзко. Я провёл ладонями по лицу. «Да что ж ты творишь, Миш…» Мне было стыдно за собственную ревность. Но разве можно приказать себе перестать чувствовать? Разве можно однажды проснуться и решить, что больше не любишь?

Я пробовал. Пытался знакомиться с другими девушками. Ходил на свидания. Даже несколько раз начинал отношения. Но каждый раз всё заканчивалось одинаково. Я ловил себя на том, что сравниваю. Улыбки. Голоса. Взгляды. И ненавидел себя за это. Никто не заслуживал быть заменой человеку, которого я не мог получить. Поэтому в какой-то момент просто перестал пытаться.

***

Через год Григорий сделал Марине предложение. Я узнал об этом вечером. Телефон зазвонил, когда я возвращался с работы. На экране высветилось её имя. Я улыбнулся ещё до того, как ответил.

- Привет, Марин.

- Миш!

По одному голосу я понял: случилось что-то важное.

- Что такое?

Она засмеялась.

- Ты сейчас упадёшь!

- Я за рулём. Давай без этого.

- Гриша сделал мне предложение!

Я молчал. Несколько секунд. Может, больше. Машины вокруг продолжали двигаться, светофор переключился с зелёного на жёлтый, кто-то посигналил сзади. А я словно перестал слышать город.

- Миш? Ты слышишь?

Я сглотнул.

- Слышу.

- Представляешь? Мы гуляли по набережной, и он вдруг остановился… Достал кольцо! Я вообще ничего не ожидала!

Она говорила быстро, сбивчиво, смеялась. Я представлял её лицо. Глаза, полные слёз. Дрожащие пальцы. Счастливую улыбку. И кольцо. Кольцо, которое подарил ей не я.

- Миш, ты чего молчишь?

Я заставил себя заговорить.

- Поздравляю, Марин.

- Правда?

- Конечно.

- Ты рад?

Я посмотрел на свои руки на руле. Костяшки пальцев побелели. Рад? Ты спрашиваешь, рад ли я, что девушка, которую я люблю, выходит замуж за моего лучшего друга? Я закрыл глаза на секунду, остановившись у обочины.

- Если ты счастлива, значит, да.

Она тихо выдохнула.

- Я так счастлива, Миш.

И вот это оказалось больнее всего. Не предложение. Не кольцо. Не будущая свадьба. А её счастье. Потому что я не мог даже позволить себе ненавидеть происходящее. Я слишком любил её улыбку.

- Я очень за тебя рад, - повторил я.

- Мы обязательно увидимся! Я тебе кольцо покажу!

- Обязательно.

Когда разговор закончился, я ещё долго сидел в машине. Смотрел перед собой. Не заводил двигатель. Не двигался. Просто пытался привыкнуть к мысли, что всё. Теперь это окончательно.

Через два дня мы встретились возле института. Марина заметила меня первой.