Для Тебя

Часть 2

Звёзды. Они молчат. Они ярко светят за тысячи и миллиарды световых лет. Такие яркие и такие далёкие. Кому-то указывают путь как ориентир. Кому-то вселяют надежду. А я их считаю душами людей, которые вырвались с нашей планеты в космос. И теперь стали создавать свои системы. Строить свои вселенные. Это чистые души, которые обрели покой. Возможно, они проходили всё то, что сейчас прохожу я. Перерождаясь на этой планете сотни и тысячи раз, пока не стали огранённым алмазом в руках непостижимого вселенского разума. Свет и тьма, добро и зло, любовь и ненависть. Бесконечный круговорот и нескончаемая борьба всего в мире. Как спросить у звёзд? Может, они знают

ответ?

Может быть, и знают, но молчат. Потому что мы сами должны пройти свой путь. Без подсказок. Нам некого будет винить в наших ошибках. Хотя многие люди винят как раз всех вокруг, кроме себя. Винят родителей. Винят друзей. Винят время, в котором живут. Винят государство. И винят страну, в которой родились. Они просто хотят переложить ответственность на других. Если ты будешь следовать таким принципам, в дальнейшем тебе будет сложно. Ты сам привёл себя к этой жизни.

Делать окончательный выбор только тебе.

* * *

У меня есть знакомый, мы учились вместе на одном факультете экономики и права. И я теперь даже не вспомню, почему загорелась желанием поступить именно на эту специальность. Наверное, тогда для меня слова «экономика», «политика», «право» вызывали такой взрыв эмоций, мне тогда казалось, что после обучения я сразу стану главой государства. У меня было столько сил и энергии. Я готова была пробивать стены головой, работать на износ ради своей цели.

И вот я помню, как этот самый знакомый рассказывал нам про то, как видит свою жизнь в будущем. Мы обедали в столовой, шутили, смеялись, как всегда, а он говорил так:

– Я буду работать и добиваться всего в жизни, я добьюсь тех высот, о которых вы даже не догадываетесь. Я буду директором какой-нибудь крупной компании. Возможно, связанной с нефтью или газом. У меня будет красивая машина, только что выпущенная с конвейера. И не важно, какой марки, главное, что я буду ездить на своей крутой «тачке», а не на общественном транспорте. Я построю большой дом. Он будет за городом. Выходя на балкон, я буду вдыхать свежий, чистый воздух, а не этот городской смог от проезжающих автомобилей. Я уже устал от этой душной и пыльной Москвы!

– Слушай, ну а как же семья и дети? О них ты ничего не сказал, – перебила я.

– Ну не-е-ет, – резко протянул Максим. – Это ещё не скоро. Хочу пожить для себя. Обзаведусь семьёй не раньше тридцати лет, это точно. Сначала я добьюсь всего, о чём сказал. Буду наслаждаться жизнью, а потом остальное.

Каждый из нас мечтал за тем столом. Мы все представляли, как станем независимыми от своих родителей людьми. Мы будем строить свою жизнь, как этого пожелаем сами. И я также не была готова к семье сразу после учёбы. У меня и на примете никого тогда не было. Я ни с кем не встречалась. Мои мечты все заключались в том, чтобы хорошо устроиться в жизни, найти свою нишу и только к двадцати пяти годам завести серьёзные отношения. Я ставила цель перед собой. Как мне тогда казалось, я была настроена всеми силами на неё. Но кто мог подумать, что в год окончания института я уже встречу свою первую любовь. И все мои грёзы останутся не больше чем болтовня в столовой…

* * *

– Привет.

– Здравствуй.

– Как твои дела? Хотел услышать твой голос. Так давно его не слышал…

– Ну вот теперь слышишь. Ты хочешь узнать, как мои дела? Тебе правда интересно, неужели?

– А почему бы и нет? Мы так и будем вопросом на вопрос отвечать? – Он засмеялся.

Как давно я не слышала этот смех. Как же я любила его смех. Но держу интонацию безразличия. Нельзя показывать, что до сих пор скучаю по нему.

– У меня всё хорошо. Ничего особо не поменялось. Работа, дом, семья, точнее, Кира. Всё банально.

«Я не хочу говорить, как оно было бы, будь ты сейчас рядом с нами…» Остальное я так и не сказала ему вслух, но очень хотелось.

– Ты нашла кого-нибудь? Уже год прошёл, как мы…

Я резко перебиваю его, не хочу слышать то, что и так очевидно, и не хочу, чтобы он произносил вслух это ужасное слово «…как мы с тобой РАЗОШЛИСЬ»:

– Нет, не нашла, мне сейчас не до отношений. Я ушла с головой в работу.

Он продолжает говорить, сделав вид, что не заинтересован в том, что я до сих пор одна:

– Я хочу приехать. Скучаю по вам. Буду на следующей неделе в Москве. Мне пора бежать, ещё позвоню перед вылетом. Целую, пока. – И, как всегда, бросает трубку.

Как ни в чём не бывало его фраза «целую», будто мы до сих пор с ним муж и жена.

Молчание. Смотрю на неизвестный номер в телефоне и не хочу его записывать. Помню, как этот человек определялся в телефоне «любимый». Теперь он поменял статус на «бывший». Один человек и два противоположных слова. Как всё поменялось. Как всё перевернулось за столь короткое время. Время – оно не лечит. Не верю в это. Оно не лечит, оно даёт возможность посмотреть на обстоятельства с другой стороны. Вот и всё. За окном плачет дождём осень. И мне хочется плакать вместе с ней, но, кажется, слёз не осталось. Кажется, что все мои слёзы были выплаканы, когда мы ещё жили вместе. Понимаю, что не хочу его видеть. Просто боюсь встретиться с ним взглядом и простить всё то, что он причинил мне. Боюсь, что не смогу сдержать своих эмоций и он это увидит. А значит, появится надежда для него. Я не смогу простить – опять начинаю трезво мыслить. Говорю себе, что обратного пути нет. Мы поставили все точки над i. Я не вернусь в прошлое. Не буду записывать номер. Вдруг захочу перезвонить?

Я ловлю себя на мысли, что буду считать дни до встречи. Сама того отрицая, я буду ждать день, когда снова его увижу. Чего он хочет? Вернуться? Скорее всего. Может, повзрослел и теперь готов к семейным трудностям? Вопрос за вопросом лезут в голову… Сижу на кровати и вспоминаю, как мы познакомились. Я заканчивала последний курс института. Ехала с учёбы домой на метро. Последний месяц весны. Прекрасный солнечный день.

Я зашла в метро и села в первый вагон. Достала книгу и начала читать. Не обращая внимания ни на кого.

– И что пишут? – спросил парень, склонившись ко мне так, что я почувствовала аромат его парфюма.

Я подняла глаза. И увидела того, чей голос прозвучал средь всего этого грохота и шума подземки. Он улыбался и смотрел на меня, ожидая ответа.

Я немного смутилась, но всё же продолжила беседу:

– Читаю Булгакова «Мастер и Маргарита»…

– И как, интересно? – не унимался он.

– А ты не читал, раз спрашиваешь? – Я периодически поглядывала то на него, то в книгу, хотя давно уже потеряла место, где остановилась. И добавила с умным видом: – Вообще- то бестселлер, я третий раз её читаю.

Пока мы обсуждали книгу и автора, я не заметила, как проехала свою остановку. Он показался мне простым и совсем лёгким в общении. А каким он был симпатичным! Брюнет, глаза цвета бушующего океана – тёмно-синие. Острые скулы. Фигура, как у поджарого жеребца: ничего лишнего. Он был одет в какие-то голубые джинсы и лёгкую майку, через которую можно было рассмотреть все его «рельефы». Широкие плечи и рост, то, что мне подходит. Мои сто шестьдесят восемь плюс шпилька, и я всё ещё чуть ниже своего кавалера.

Я оценила его взглядом. Идеальный вариант для знакомства. Вышла с ним на его станции, и с этого момента началась наша история любви. Уже тогда я следовала за ним. Я была его спутницей. Мы, как и принято во всех мыльных мелодрамах, встречали и провожали закаты. Гуляли ночами по Москве, влюблённые и свободные от всех забот. Не замечая ничего, кроме нас самих, мы погружались постепенно в души и сердца друг друга. А какие речи мы говорили тогда! Ромео и Джульетта отдыхают по сравнению с нами. Не могли и на секунду расстаться. Это было сказочно. Это было то, что называют парением над землёй.

А что теперь? Ничего. Выжженная пустыня, по которой несётся перекати-поле. Почти ничего не чувствую. Будто я посмотрела немое цветное кино, и теперь эти картинки остались в памяти, как заевшая старая плёнка. Мне захотелось написать что-нибудь, чтоб стало легче. Бумага всё стерпит…

Опять на сердце грусть

И на душе тоска,

Но к тебе уже не вернусь,

Хоть любовь к тебе не прошла.

Мне бы время вспять повернуть,

Изменить ошибки свои,

Только времени не вернуть,

Это просто мысли мои.

Так хотелось бы мне заснуть,

Чтоб не мучиться, не страдать,

Мне бы время вспять повернуть,

А приходится только мечтать.

В жизнь твою я уже не ворвусь,

И меня ты больше не жди,

К новой жизни я прикоснусь,

Мы совместную всю прожгли.

Я от этого сна проснусь

В том, в котором мне снился ты,

Не люби меня больше, забудь

И все наши с тобою мечты.

Ты разлюбишь меня, ну и пусть,

И я тоже забуду тебя,

Я к тебе никогда не вернусь,

Хоть любовь к тебе не прошла.

Спустя две недели никто не позвонил и не приехал. Я не стала связываться с его родственниками, хотя все номера телефонов хранила в старой записной книжке. Не стала узнавать, в чём дело и почему он не позвонил. Конечно, мне было интересно, почему он так и не приехал, но я переборола своё любопытство и настроила себя на другие дела. И вскоре забыла про этот неожиданный звонок.

Я посвятила всё своё время работе и ребёнку. Наша девочка была довольно смышлёной. Поначалу я говорила, что папа уехал далеко, в другой город, зарабатывать для нас деньги, что там предложили хорошую зарплату. Но потом скрывать стало бессмысленно, и мне не оставалось ничего, кроме как всё ей рассказать. Я говорила, что мы с её отцом так решили, но наше расставание никак не повлияет на её дальнейшее общение с ним. Говорила, что мы разные и нам сложно быть вместе. Она знала, как он выглядит, хоть дочка и была совсем крохой, когда мы расстались. И если я показывала фотографии и спрашивала, кто это на снимке рядом со мной, она, не раздумывая, отвечала:

«Папа». Я никогда не говорила ребёнку про бывшего мужа плохо. И всегда рассказывала, что он скучает и любит нас. Просто есть моменты в жизни, когда, несмотря на чувства, родители всё же расходятся. И ЭТО она обязательно поймёт, только немного позже.

Долго, ещё очень долго длилась моя боль, скорее даже она заживала как рана, которая то затягивалась, то снова открывалась и не давала покоя. Особенно в те моменты, когда Дима напоминал о себе. После нашего расставания мы около года не общались. Наверное, так было проще ему и мне. Для нас обоих нужно было время, чтоб немного привести наши нервы в порядок. Всем было очевидно, что совсем прекратить связь не получится, ведь у нас растёт дочь и у ребёнка всё-таки должно остаться оба родителя. Время для «зализывания ран» было самым правильным выбором для меня и моего уже экс-супруга.

Год. Всего лишь год. Но для меня это было равносильно всей той жизни, которую я уже прожила. Таким мне казалось это время. Бесконечным испытанием. Самым невыносимым было присутствие в доме тех вещей, которые напоминали мне о нём. Те фотографии, на которых мы счастливые и влюблённые. Его вещицы, которые я не смогла выбросить и почему-то продолжала хранить, словно фанатка, поклоняющаяся своему кумиру.

Димина одежда – только она была запакована мной в коробки и поставлена у двери. Я надеялась, что когда-нибудь у меня хватит духу отправить её на помойку.

Вот так сильно я продолжала его любить. Как же мне не хватало его присутствия. А маленький человечек, который был его частью, напоминал мне об этом каждый день. Дочь была как две капли похожа на своего отца, и эта схожесть больше всего мешала мне забыть прошлое и вычеркнуть Дмитрия из своей жизни.

Я продолжала слушать те песни, которые мы слушали. Подпевала и часто вспоминала, как мы на пару поём с ним в унисон. Пересматривала фильмы, которые мы любили, и, закрывая глаза, представляла, как он рядом сидит со мной и что-то под нос забавно себе комментирует. Иногда мне даже казалось, будто я слышу его голос. Я начинала непроизвольно улыбаться. Вспоминала, как он смешно болтает сам с собой. Первое время мне труднее всего давалось засыпать одной на нашей большой кровати. Закрыв глаза, я брала его подушку, обнимала её, прижав что есть сил к своей груди, и, плача, старалась представить, как он меня обнимает. Уткнувшись в неё, стиснув зубы, буквально выла от той сильной душевной боли, которая не давала спокойно уснуть день за днём. Так невыносимо было принять тот факт, что этого человека больше не будет в моей жизни.

* * *

Я знаю, что такое, когда умирает душа, это всепоглощающая и всепожирающая боль, которую не унять ничем. А потом пустота.

И не понимаешь, почему ты ещё до сих пор дышишь. А, ну да, это просто организм так устроен.

А кто-то говорит тебе: «Подожди, время пройдёт, всё забудется, и в твоей судьбе найдётся тот человек, которому нужны твоя жизнь, твоё тело и твоя душа». А ты не можешь в это поверить, ты вообще больше никому не веришь. Ведь тот, кого ты считал недавно всем миром, ушёл, испарился, исчез навсегда. А ты уже не ты, ты просто сосуд, из которого вынули главное, самое главное, что есть в человеке, – вынули душу и разорвали её на части, а перед этим показали тебе, как медленно и мучительно её истязали, чтоб навсегда оставить в твоей памяти эту страшную картину.

Но ты дыши, дыши пока. Немного потерпи, всё изменится, просто верь в это. Мы-то знаем, говорят они, мы точно знаем, как будет…

* * *

Когда мы расстались, жизнь вновь меня свела с одной интересной девушкой. Вообще, она появилась в моей судьбе ещё очень давно, когда я училась в школе. Немного старше меня, всего на три года, но как-то так вышло, что с Асей я сразу нашла общий язык. Худенькая, маленькая девочка, она казалась такой хрупкой, будто её можно сломать, слегка прикоснувшись, но у неё был характер такой, что даже представить себе невозможно. Дерзкая, резкая, упёртая и своенравная. С прочным стержнем внутри, как мне казалось. Очень милая внешне, с тёмно-карими, почти чёрными глазами, как у цыганки, и такими же чёрными волосами,

симпатичная до безумия. Девчонка была просто демоном внутри. Видимо, меня в ней и притягивали это безрассудство и отчаянная уверенность во всем, что она делала. Мы с ней были совсем разными, но объединяло нас одно – безумная жажда жизни. Когда школа была окончена, мы потерялись. После этого ни разу не виделись. Мне было странно сознавать, как просто и легко я забыла о ней, а она обо мне. Я как-то резко погрузилась в учёбу. В эту новую для меня жизнь и новый коллектив. А она осталась в прошлом и исчезла, словно её никогда и не существовало. По прошествии стольких лет я ни разу не задавалась этим вопросом: почему мы прекратили общение? До того дня, пока не поехала к юристам за консультацией по поводу нашего развода. И пока не повстречала эту девушку вновь на автобусной остановке.

– Нинэль, ты что ли?!

Голос за спиной меня напугал, резкий и такой громкий. Ася стояла за моей спиной и курила свою тонкую «женскую» сигарету.

– Этого не может быть, я своим глазам не верю… Аська!

Аська!!!

– Нинка!

– Аська!

С криком и смехом радости я набросилась на неё и даже не обратила внимания на её сигарету, которой она могла меня обжечь. В тот момент я была безумно рада встретить именно эту девчонку.

– Эх, Нинэль, Нинэль, – немного успокоившись и выкинув свою «соску», произнесла моя пропащая подруга. – Как же так? Как мы могли с тобой так потеряться?

Этот её вопрос был риторическим, но я всё же ответила на него:

– Аська, ты даже не представляешь, сколько у меня за это время всего произошло! Как же я хочу тебе всё рассказать, но у меня нет времени, нужно срочно ехать по делам.

Не успела я договорить и попросить её номер телефона, как она перебила меня с подобной просьбой:

– Ну, давай мы обменяемся номерами и вечером с тобой созвонимся? Мой парень ждёт уже два часа. А я всё никак доехать до него не могу.

Так мы и поступили. А уже к вечеру наша встреча была в моём доме, под бокал хорошего красного вина и вкусный ужин, который я успела приготовить до её приезда.

Сколько разных тем мы успели обсудить с ней! Я рассказала про прекрасную дочку, про свою несчастную любовь и про то, как с болью переживала разрыв с Дмитрием. Как он запрещал мне общение с моими друзьями и ссорил с моими же родителями. Этим я оправдывала себя и дала Асе ответ, почему исчезла на несколько лет. Мне так не хватало человека, который выслушает и даст совет. Или успокоит напутствующими словами. Ася жадно выспрашивала о каждой мелочи. Ей было интересно, что происходило в моей жизни с момента, когда мы прекратили общение, и ей хотелось узнать, как протекает моя жизнь в настоящем. Мы проговорили почти до утра, но в сон даже не клонило. Хотелось продолжать этот разговор. За эту ночь я узнала о жизни Аси очень многое. Она призналась мне, что почти сразу после школы попала в нехорошую компанию, где её пристрастили к наркотикам. И что своей силой воли и чудом, в которое она верила, ей посчастливилось через два года от этого избавиться. Я узнала, что мужчина, с которым она встречалась, был тем самым человеком, кто привёл её к этой смертельной привычке.

– Но всё в прошлом, я уже забыла его, мы давно расстались.

– Где он сейчас? – Моё любопытство, как обычно, взяло вверх над чувством такта.

– Не спрашивай, он далеко, и я надеюсь, мы больше никогда с ним не увидимся.

Она глубоко вздохнула, и я не увидела в её взгляде какого- то разочарования или тоски. Скорее наоборот.

Ася мне казалась такой же сильной. Мы были похожи в этом, и потому я всё больше привязывалась к ней. Наша дружба со временем стала такой крепкой, мне думалось, что ничего не могло нас с ней разлучить. Мы понимали друг друга с полуслова. Часто созванивались и могли проговорить по телефону целый час. Я познакомила её со своей дочкой, и, к моему счастью, Ася ей очень понравилась. Иногда мы все втроём отправлялись в путешествия, летали за границу и проводили замечательный отпуск. Оказалось, что Ася всегда жила в нашем городе и никуда не переезжала, но по какому-то странному случаю я ни разу не встретила её. Будто жизнь нас специально не сталкивала, а сделала это в нужное время, когда я осталась одна, без поддержки, которой для меня могла стать только она – Ася.

– Слушай, Нинэль, мне кажется, я его где-то видела, такое знакомое лицо… – Ася разглядывала фотографию моего бывшего мужа.

Я должна была показать подруге этого мужчину для того, чтобы она сравнила внешнее сходство Киры с её отцом. Странное чувство посетило меня, когда я протянула фото. Будто я гордилась, что у меня был такой привлекательный муж. Ася, подержав в руке картинку с его изображением пару минут, пыталась вспомнить, где она с ним могла увидеться, а потом сухо подытожила, что он совсем простой и ничем не примечательный молодой человек.

– Ты могла видеть его в магазине или в нашем городском парке с Кирой… – Я перечисляла разные варианты.

Мне и самой было интересно, где Ася его видела, а возможно, и с кем.

Она вглядывалась в его лицо и морщила лоб, будто выковыривала с усилием это воспоминание:

– В парке, говоришь… Да, да, да, кажется, в парке я его…

Ах Нинка, боже мой!

Она резко вскинула руки и закрыла рот одной рукой, а в её взгляде был какой-то ледяной ужас. Я опешила и не могла понять, что случилось и что её так взбудоражило.

– Что происходит, ты меня напугала своим криком. Что? Что ты вспомнила? Ты его с кем-то видела?! Говори, не молчи… Скорее!

– Ниночка, миленькая, мне нужно бежать… срочно, я забыла одно важное дело.

– Да что происходит, что за дело, о котором я не знаю?

– Прости, это насчёт моего Вадика, срочно нужно бежать, потом расскажу, всё, помчалась, целую.

Она чмокнула меня в щёку и молниеносно исчезла. А я стояла, будто в ступоре, держа в руках фотографию Димы, которой подруга буквально швырнула в меня. Я ничего не могла понять. Такой взбудораженной я её ещё не видела. А может, она что-то скрывает от меня, уж очень странно она переменилась и слишком быстро убежала, не ответив ни на один мой вопрос. Этот случай быстро был забыт, до того момента, пока судьба однажды не напомнила сама.

* * *

Ася была девушкой вольной. И достаточно хитрой. Могла крутить мужиками как хотела с выгодой для себя. Её бойфренд Вадим, про которого она много рассказывала, был уже

…дцатым парнем Аси. Она любила внимание противоположного пола, любила, когда эти «самцы», как она их иногда называла, расстилаются у её ног. Осыпают её комплиментами, дарят подарки и устраивают для неё праздник при каждой встрече. Эта «цыганочка» знала, чего хочет. Я считала её человеком, продуманным в любовных делах. Мне было интересно узнавать её. И в какие-то моменты я ловила себя на мысли, что начинаю перенимать некоторые её повадки. Она заполнила мой дом и мою жизнь чем-то новым и необычным. Скорее сказать, не заполнила, а наполнила своей неиссякаемой энергией, которая меня по-настоящему заряжала. Ася вновь научила меня верить в хорошее. И убедила в том, что моя «судьба» – это не Дмитрий, а ТОТ, кого я ещё не встретила на своём пути.

– Каким ты его видишь? – спросила как-то моя подруга за ужином.

– Вижу кого?

– Ну свой этот… идеал?

– Ась, перестань, ты ведь знаешь, идеалов не бывает. – Я с усмешкой посмотрела на неё, зная, что кто-кто, но она в него точно не верит.

– Нинка, ну я ведь знаю, какая ты мечтательница и неисправимый романтик, давай выкладывай, каким ты его представляла.

– Ну только ты не смейся, это всего лишь мечты. – Я глубоко вдохнула, потом выдохнула, как будто собиралась произнести важную речь, и начала: – Он должен быть высокий, обязательно красивый… В моём понимании, конечно, – добавила я. – Добрый, сильный и мужественный, я хотела бы, чтоб он был искренним и умел слушать…

– Да, чтобы он часами мог тебя слушать и не придушил подушкой.

Ася засмеялась, она знала, как я люблю болтать и меня иногда было не остановить.