Графиня. Истина под маской

– Неважно. Дальше! – голос Блейка прозвучал, как удар хлыста.

Тэлия сделала вид, что смутилась, и продолжила:

– Так вот, стираю я и пою, как вдруг ко мне подходит девочка… маленькая, ну как маленькая – милая такая… и начинает подпевать.

– Ближе к сути, – прервал ее Блейк, явно начиная терять терпение.

Тэлия вздохнула и кивнула с покорностью.

– Хорошо, ближе к сути. Мы разговорились, и девочка показала мне свои бусы. Симпатичные такие, миленькие, детские…

– Ты уже полчаса рассказываешь, а почему ты мокрая, я так и не понял, – Блейк явно злился.

– Так вы все время перебиваете, господин! Мне трудно сразу объяснить, если меня отвлекают. Он со всеми такой, или только меня выделил? – с притворной невинностью обратилась она к Реймонду, который с трудом сдерживал смех.

– Поверь, ты не единственная, – подмигнул он.

Блейк нахмурился еще сильнее.

– Заканчивай уже!

– Так вот, – вздохнула Тэлия, приняв виноватый вид, – нитка на бусах взяла и порвалась. Все бусины разлетелись, а большая часть упала в воду. Девочка так плакала, что мне пришлось лезть в ручей и собирать их…

– Лучше бы не спрашивал, – пробормотал Блейк, отмахнувшись.

– А я вас предупреждала, – победоносно улыбнулась Тэлия.

– Еще слово, и наберешь воды не из колодца, а с того самого ручья.

– Крайне приятно познакомиться с такой добросердечной девушкой, – с улыбкой сказал Реймонд, но тут же замолчал, заметив, как Блейк направился в дом, жестом приглашая его следовать за ним.

Тэлия раздумывала, вспоминая комнаты, которые видела в доме: «В кабинет? Интересно, о чем они будут говорить…»

Она быстро разгладила рубашку, которую только что повесила на веревку и, улучив момент, дождалась, пока Блейк с Реем будут достаточно далеко, и тихо скользнула следом. Встав за дверью кабинета, она затаила дыхание, прислушиваясь.

– С каких пор у тебя деньги на прислугу? – раздался голос Реймонда.

– Да не служанка она, – отозвался Блейк. – Эта девица вчера упала в обморок перед пекарней и заявила, что потеряла память. Линда, добрая душа, приютила ее, даже имя ей дала.

– Почему ты так груб с ней? – спросил Реймонд. – Разве она не заслуживает сочувствия? Бедняжка…

«Вот-вот» – подумала Тэлия, едва сдержав улыбку.

Но голос Блейка звучал с твердо:

– Я ей не верю.

Она напряглась, затаив дыхание.

– Что с ней не так?

– Ее глаза, – вдруг неожиданно даже для самого себя объявил Блейк. – В них что-то такое. Не знаю. Я не могу понять, когда она говорит правду, а когда лжет.

– Да ладно? – удивленно произнесли Тэлия с Реймондом в унисон, благодаря чему девушку никто не услышал.

– Осанка, манера речи, умение держаться – все это несвойственно для тех, кем она пытается казаться. Свою потерю памяти она называет «амнезией». Простые люди так не говорят. И еще, как только она оказалась в нашем доме, сразу изменила прическу и перекрасила волосы. Разве это не подозрительно?

Тэлия почувствовала, как сердце гулко бьется в груди, но не от страха, а от нарастающего решимости. Блейк уже начал ее подозревать, и это значило, что пора сделать что-то, что развеет его подозрения.

Тэлия выпрямила спину. Она поняла, что прокололась, ее образование и манеры так или иначе просачиваются и привлекают его внимание. Но и внезапно пропасть они не могут, это вызовет еще больше вопросов. Если она не перестанет казаться такой подозрительной, ее планы могут рухнуть. Ей придется доказать Блейку, что она не враг ему.

«Придется играть глубже», – подумала она, стиснув зубы и направилась на улицу, опасаясь быть замеченной. – «Пусть видит во мне ту, кто может быть полезной. Только как?» – вспоминая все, что она успела узнать о Блейке, графиня начала выстраивать в голове план. – «Вчера во время пения Феликса я ведь видела, как он с дружками обворовывает каких-то богачей, вероятно подобное они проворачивали не в первый и не в последний раз…вот где я могу пригодиться.»

Размышляя над планом, Тэлия закончила развешивать белье и вернулась к кабинету Блейка. Она постучала, и из-за двери раздалось сухое:

– Да?

Она вошла, позволив себе легкую покорную улыбку.

– Господин, где взять воды? Мне нужно вымыть полы и приготовить еду.

– В доме закончилась. Сходи на площадь и набери из колодца, – Блейк даже не взглянул на нее, продолжая разбирать бумаги.

– Вы не поможете? – улыбнувшись спросила она, хотя и так знала ответ.

Блейк поднял на нее взгляд, суровый и каменный.

– У тебя рук нет?

Она склонила голову чуть набок, высоко подняв подбородок, словно изучала его ответ.

– Просто я рассчитывала, что в этом доме есть мужчина, способный выполнять мужскую работу, – произнесла она с показным высокомерием, хлопнув дверью прежде, чем он успел ответить.

Едва оказавшись за дверью, она услышала голос Блейка:

– Видишь? Вот о чем я тебе говорил.

Реймонд тихо хмыкнул, – любопытная особа.

Тэлия усмехнулась и направилась к выходу. Возле двери стояло огромное деревянное ведро, которое даже пустым показалось ей тяжелым. «Не пристало мне таскать такие тяжести», – с раздражением подумала она, поднимая ведро и направляясь к колодцу.

Дорога к площади шла мимо бара госпожи Сент. Тэлия уже собиралась пройти мимо, как внезапно вспомнила о Феликсе. Она вошла, толкнув незапертую дверь, и заметила его, дремлющего на барной стойке.

– Феликс, – тихо окликнула она.

Он открыл один глаз и удивленно сел.

– Тэлия? Что ты здесь делаешь?

– Да вот, мимо проходила и увидела бар, – улыбнулась она. – А вы, значит, работаете только по вечерам?

Феликс кивнул, бросив взгляд на ведро, которое она поставила рядом.

– Это твое? – спросил он, нахмурившись.

– Угу, – с легкой грустью ответила Тэлия. – Тот «господин», отправил меня на площадь за водой.

Феликс нахмурился еще сильнее, спрыгнув с табурета.

– Вот придурок. Как он мог поручить такую работу хрупкой девушке? – Он покачал головой. – Я помогу тебе.

– Ты ведь и так занят, – по-прежнему улыбалась она, изображая невинность. – Просто поздороваться зашла. – Она потянула ведро к себе, сделав вид, что держать его ей почти не под силу.

– Как ты его потащишь одна? – Феликс снова вырвал ведро из ее рук, приподнял его и слегка удивился. – Погоди, оно ведь легкое…

– Вот именно, – она ободряюще улыбнулась. – Не беспокойся, я справлюсь.

Она снова взяла ведро и сделала вид, будто изо всех сил борется с его весом.

– Ладно, давай сюда, – сдался Феликс, направляясь к выходу. – Ты просто не ешь ничего, вот и слабая.

– Ем, когда есть возможность, – ответила она, прекрасно понимая, что ее внешность и слабость сейчас только на руку.

– Тебя что, дома не кормят?

Тэлия, глядя на него, чуть пожала плечами.

– Понимаешь, тот парень смотрит на меня, как на ненавистное пятно. Я стараюсь ему не попадаться на глаза.

Феликс возмущенно искривился.

– Хочешь, я ему морду набью? Он такой тощий, я точно справлюсь.

– Нет-нет, я и так многим обязана его семье.

– Слишком ты добрая, вот он и вытирает о тебя ноги, – сжалился он, опуская ведро в колодец.

Тэлия довольно улыбнулась. «Продолжай думать так дальше», – отметила она про себя.

Феликс наполнил ведро, и они вместе направились обратно.

– Но все же, – сказал он, искоса глядя на нее. – Почему ты вообще с ними живешь? Я могу поговорить с госпожой Сент, пусть приютит тебя.

Тэлия вздохнула и едва заметно прикусила губу, будто смущаясь его заботы.

– Мы ведь только недавно познакомились, а ты так добр ко мне.

– Не могу же я оставить такую милую девушку в беде. Я поговорю с ней, —уверенно сказал он.

– Не стоит, – мягко ответила она.

– Почему?

Тэлия отвела взгляд.

– Ты талантливый певец, Феликс, и у тебя такой чарующий голос… А у меня нет ни таланта, ни голоса. Чем я могу быть полезна?

– Ты ведь тоже неплохо поешь, – возразил он, стараясь приободрить ее.

– Но мне все равно далеко до тебя, – вздохнула она. – Я не хочу обременять госпожу Сент. А у этой семьи… хоть немного, но могу быть полезна.

– Но ведь они обращаются с тобой ужасно!

– Зато его мать добра ко мне, и это уже счастье. А еще – мое счастье, что среди тех, кого я знаю, есть такой заботливый человек, как ты. Я большего и не ждала от людей, которые обременены моим присутствием.

Когда Тэлия вернулась в дом, она застала Рея, сидящего в углу кухни и с отрешенным видом вертящего в руках деревянную ложку. Блейк, сидя в кабинете, был занят бумагами и, поглощенный подсчетами, не обращал на друга никакого внимания. Рей определенно скучал и, при ее появлении, оживился, будто только и ждал предлога для компании.

Тэлия улыбнулась и, как бы между прочим, произнесла:

– Рей, а ты не подскажешь мне, что тут к чему? Я хотела бы что-то приготовить, но сама не очень понимаю, с чего начать.

Рей охотно вскочил, и вскоре они стояли у погреба. С легким шорохом парень открыл дверь и помог ей вытащить картошку, мясо и несколько мешочков с приправами, объясняя на ходу, какие продукты в доме и как их готовят.

– Вот, смотри, – он сунул ей связку засушенных трав, – это для мяса, – с легкой улыбкой сказал он, кивая, – только не пересыпь, вкус будет слишком горьким.

Тэлия кивала, делая вид, что запоминает каждую деталь, хотя на самом деле не слушала его. Когда они, наконец, вернулись на кухню, Рей быстро и с удовольствием продемонстрировал, как растопить печь, и посоветовал, как лучше готовить мясо и овощи.

Немного погодя к ним подошел Блейк и с легким раздражением посмотрел на друга.

– Рей, у нас дела, – отрывисто бросил он, явно недовольный тем, что его друг был очарован новой знакомой.

Рей виновато пожал плечами и неловко отступил от печи. Тэлия, сохраняя вежливую улыбку, смотрела, как они уходят. Их приглушенные голоса донеслись до нее с порога. Ожидая, когда они уйдут подальше, Тэлия бесшумно вышла из дома. Полная решительности разузнать о Блейке больше, чтобы переменить отношение к ней, девушка последовала за ними на расстоянии, достаточном, чтобы не выдать себя. Блейк и Рей не заметили ее, и она шла за ними, пока они не достигли полузаброшенного дома на краю деревни.

Внутри дома ее встретил приглушенный гомон голосов других членов банды, уже собравшихся для обсуждения предстоящего дела. Тэлия осторожно пробралась ближе, оставшись в тени дверного проема. Из своего укрытия девушка не могла рассмотреть обстановку и всех собравшихся, зато могла слышать все, что они говорят.

– Сегодня вечером мы проберемся на корабль Сэма Харгрейва, – с серьезным видом говорил Блейк. – Харгрейв с командой будут пить в баре Сент до самого утра, как только их корабль пришвартуется. Мы заберем продовольствие – вино, какао, масло – все, что удастся унести. Никто не заподозрит.

Чуть ранее Феликс уже рассказывал ей, что сегодня в баре ожидается зажиточный торговец, который по возвращении в порт имеет привычку оставлять солидные суммы.

«План хороший», – отметила она. – «Настолько хороший, что его глупо оставлять без финальных штрихов», – обдумывая свой собственный план размышляла графиня.

Ее задумка была проста: сначала создать для них опасность, а затем спасти и сразу заполучить себе толику доверия, чтобы размыть их подозрения. Недоверие Блейка очень ей мешало. Из-за него она не могла попасть в пекарню и находилась под его пристальным присмотром. С этим нужно было что-то сделать, чтобы, наконец, остаться без контроля и сосредоточиться на настоящей цели – поиске тайника с ключом.

Тэлия знала, что ее помощь будет замечена. Банда еще не знала ее, но Рей мог бы заступиться. А может, даже Блейк наконец поймет, что она им не враг.

Вечером Тэлия направилась в бар госпожи Сент. Из двух платьев, которые ей дала поносить Линда Тэлия выбрала то, что было чище. Собрала волосы в некоторое подобие прически, а при помощи залы из печки, муки и пары ягод нанесла макияж, который делал ее лицо менее узнаваемым. Бар гудел от веселья: столы ломились от кружек пива и вина, а шум толпы создавал плотную, пьяную атмосферу. Тень едва уловимой улыбки появилась у нее на губах, когда Тэлия заметила мужчину, угощавшего присутствующих, она сразу поняла, что это Харгрейв. Его глаза блестели, движения были медленными, заторможенными. Графиня сделала вывод, что именно сейчас он был на грани, когда можно было вытянуть из него что угодно, лишь бы угодить окружающим.

К ней подошел Феликс, который вновь решил пригласить ее на сцену спеть с ним. Оглядев присутствующих, девушка решила, что все они были достаточно пьяны, чтобы запомнить ее лицо. К тому же это было как нельзя кстати, поскольку могло бы привлечь внимание Харгрейва. Тэлия, скрывая свое волнение, присоединилась к нему, а ее мелодичный голос вскоре привлек внимание не только простых слушателей, но и того, кому предназначалось это пение. Несколько минут спустя, когда она закончила, ее мягкий голос оставил в зале легкое эхо, а на лицах людей мелькали улыбки.

Харгрейв тут же пригласил девушку за свой стол, где уже собралась пестрая компания молодых господ и разодетых девушек. Они смеялись, сплетничали и почти не замечали, как Тэлия, сохраняя скромность, переключила всеобщее внимание на интересующую ее тему

– Я слышала, ваш корабль – чудо как хорош, – заметила она с легкой улыбкой, будто случайно. – Наверное, там можно найти что-то необычное?

– А как же! – проговорил молодой человек рядом, хлопнув по столу. – Груз вин, столько сортов, что можно залить ими полгорода! А еще у нас есть первосортные какао бобы, масла, ткани…

Девушка рядом с Тэлией вскочила с места:

– Правда? Мы могли бы увидеть корабль? Это было бы невероятно!

– Уверен, Харгрейв, ты не откажешься показать дамам, что у тебя на борту? – подхватил один из его приятелей.

Харгрейв, слегка покачнувшись, глуповато ухмыльнулся, видимо, гордый за свое богатство.

– Конечно, друзья, почему бы не устроить экскурсию? – пьяно ухмыльнулся он. – Дамы и господа, за мной! Мы покажем, какие чудеса я привез!

Тэлия вжалась в тень и последовала за толпой, стараясь не выказывать ничего, кроме тихого любопытства. Как только они поднялись на судно, она едва скрыла свое изумление: трюм корабля был почти до потолка набит товарами. Мешки с какао, ящики с дорогим вином, отборные масла, ткани в рулонах – изысканные и плотные, с узорами, сияющими при свете фонарей. Все эти богатства почти звенели роскошью и были ярким доказательством того, насколько зажиточным был их хозяин. Именно такие люди, как Харгрейв, – лакомая добыча для Блейка и его банды.

Но тут она уловила какое-то движение в тени и заметила – Блейк и его команда уже притаились в дальнем углу трюма, укрытые за коробками. Блейк, недоуменно и с подозрением взглянул в ее сторону, видимо, раздумывал, что она здесь делает, и насколько он может ей доверять. Он застыл на месте, будто готовясь к худшему, когда его план вот-вот будет разрушен.

Это было знаком. Тэлия знала, что пора вмешаться. Она резко, но как можно правдоподобнее закричала, взвизгнув на все судно:

– Крыса! Крыса! Боже, я видела крысу!

Ее голос эхом разлетелся по судну, и остальные барышни тут же подхватили истерику. Взволнованные, испуганные крики быстро заставили Харгрейва позвать всех обратно на пирс, уводя компанию прочь с корабля. Пока суетливые джентльмены выводили взвизгивающих дам, она встретилась взглядом с Блейком и заметила, как его лицо на миг разгладилось. Оставшись последней из приглашенных, девушка тихо произнесла, глядя прямо на него, – позже отблагодаришь, – улыбнулась она и проследовала за компанией, с которой пришла.

Блейк коротко кивнул, и его люди моментально продолжили дело, срывая крышки с ящиков и утаскивая добычу, пока никто не видел.

Позднее Рей, не скрывая своего восторга, рассказал остальным членам банды о том, как Тэлия спасла их от неминуемой беды. Его голос был возбужденным, а глаза горели, когда он описывал, как хитро и непринужденно она заставила Харгрейва и его компанию покинуть корабль, подарив им шанс скрыться с добычей. Остальные слушали его с растущим интересом, и их глаза сверкали любопытством и благодарностью.

– Ты уверен, что она это сделала ради нас? – спросил один из ребят, озадаченно подняв бровь.

– Уверен, – твердо ответил Рей. – Она поймала взгляд Блейка и после этого начала свой спектакль.

Сначала слова Рея встретили сомнением. Но один за другим, члены банды, окрыленные ее хитроумной уловкой, начали утверждать, что им стоит пригласить ее к себе. Блейк оставался сдержанным, выслушивая их, но не показывал особого восторга. Лишь спустя несколько мгновений, когда последние голоса утихли, он поднял руку, призывая к тишине.