- -
- 100%
- +
Страшная мысль. Убийственная для меня. Прими я её, и мне крышка – без шансов.
– Не надо, – шепчу тихо на выдохе, цепляясь мокрыми пальцами за его бицепсы, но Рома только улыбается, ведя своими губами по моим губами и следя за мной из-под полуприкрытых век.
Так откровенно. Так жарко. Так обжигающе.
– Что не надо, маленькая, м-м? – укус в нижнюю губу, и я резко выдыхаю, поражённая слишком резким ударом молнии в низ живота.
Но мне нечего сказать, точнее есть что, но вытолкнуть из себя слова становится смерти подобно. И Рома видит, что я вся чувственно размазана. Видит и улыбается моей капитуляции. Хотя я ещё что-то могу, что-то пытаюсь ему противопоставить. Прикрываю ладошкой лобок, а второй рукой всё ещё прячу свою грудь от его наглых глаз, но и эти попытки оказываются жалкими.
– Я... я не готова, – бормочу еле-еле связно.
– А так? – шепчет мне в губы парень, и тут же его язык обжигает мой рот, ныряет внутрь и начинает постепенно накачивать мою кровь сладким ядом.
Паника почти оглушает, но ее планомерно душит на корню тот огонь, что уже струится по венам. Выжигает, не оставляя на своем пути ничего, кроме концентрированного наслаждения. И вот уже его ладонь с шеи ползет ниже, отводит мою руку с груди и напряженный сосок опаляет первое прикосновение.
Это слишком остро, почти запредельно. Так, что приходится вытянуться в струнку и привстать на носочки, выгибаясь в его руках. И первый неловкий стон всё-таки срывается с моих губ, я не хочу его издавать, но он всё равно рвётся из меня наружу. И именно он запускает цепную реакцию, а потом и доводит ситуацию до точки невозврата.
Я ещё не осознавала это до конца, но теперь меня глушило понимает очевидного: Рома не собирается останавливаться. Он сделает это со мной. Просто возьмёт и сделает.
– Рома! Рома, подожди, – дёрнулась я в его руках, но меня тут же жёстко осадили, прихватывая за волосы и впиваясь в рот ещё одним сводящим с ума поцелуем.
Мычу, снова впадаю в чувственную кому и отвечаю на толчки его языка, но через мгновение вновь заставляю себя очнуться и повернуть всё вспять.
– Не... надо... ах, – это его зубы прикусили мой разбухший сосок, а я отчаянно вцепилась в его волосы и зажмурилась, переживая почти болезненные судороги, бьющие меня между ног.
А затем ещё один толчок бедрами в меня, чтобы наглядно показать, что ситуация максимально серьёзная. Критическая! И мозги в лепёшку. Установки? Их тоже больше нет – в голове только чистый лист бумаги.
– Рома, – скулю сдавленно, когда он с усилием отодвигает в сторону мою последнюю защиту.
Я не собираюсь убирать ладонь с лобка, а он не собирается останавливаться. И прёт, как танк, поджигая во мне фейерверки один за другим.
Пуф! Пуф! Пуф!
– Давай, маленькая моя, – тихо смеётся Рома, пока его язык порхает по моей шее, а пальцы ласково, но настойчиво поглаживают мои влажные складочки между ног, – скажи мне «нет».
Ещё чуть-чуть, и он нырнёт глубже, и тогда...
О, Боже!
И когда это, наконец-то, происходит, я почти отключаюсь, потому что из моих предохранителей напрочь выбивает все пробки. Так как он делает всё чертовски правильно, а я уже бесстыдно мокрая для него и предательски готовая на всё.
Нет!
И мне бы вопить во всё горло это слово, да только я не могу. Не получается. Потому что я не просто насажена на его пальцы – я подсажена на него как на тяжёлый наркотик. Хочу соскочить, но сила воли давно в отключке или вообще сдохла за ненадобностью.
И вот уже я выпадаю из реальности, закатываю глаза, а потом и вовсе закрываю их от очередного жаркого и глубокого поцелуя в губы, пока его пальцы порхают у меня между ног, планомерно подводя меня к оргазму.
Я почти невменяемая от возбуждения, меня мелко трясёт в его руках, и я уже чувствую, как мне на пятки наступает чистый кайф, как он проходится по позвоночнику, растекается почти невыносимой тяжестью внизу живота, а затем...
Стоп!
– Я так ничего и не услышал, – хрипло и надсадно, но довольно шепчет мне в губы Рома, а потом в одно движение закидывает мои ноги к себе на талию и идёт в комнату, где тут же скидывает меня на кровать.
Но этих нескольких секунд мне хватает, чтобы хоть насколько-то прийти в себя и задвинуть на задний план свою неудовлетворённость на пару с болезненным напряжением.
– Рома, – судорожно свожу раскинутые в сторону ноги, – мне всего восемнадцать.
– И что? – дёргает плечом и в одно движение снимает с себя футболку.
– Ну, – в горле в очередной раз пересыхает от его очевидной мужской красоты, – я ещё никогда и ни с кем... не встречалась.
– Ага, – кивает и расстёгивает пуговицу на своих шортах.
– То есть у меня ещё не было серьёзных отношений и... ну... в общем...
– Так, – тянет вниз собачку на своей молнии.
– И несерьёзных тоже не было, Рома! Понимаешь, о чем я?
– О том, что ты умная девочка и всю жизнь ждала меня? – прикусывает нижнюю губу и чуть приспускает шорты так, что я уже не могу не заметить его явного возбуждения.
– Боже, ты невыносим, – я в очередной тщётной попытке стараюсь прикрыть грудь.
– Выносим, маленькая. Иди сюда.
– Рома, – сдавленный стон отчаяния.
– Пора переходить к серьёзным отношениям, – и он всё-таки неторопливо спустил с пояса тёмно-синие бермуды, представая передо мной во всём своём первозданно-брутальном виде.
Господи Боже, помоги мне...
- Я пока не готова! – выдохнула я и почти с ужасом посмотрела на Рому, стараясь держать взгляд на уровне его глаз и не таращиться ниже. Туда, где он был уже максимально возбужден.
Но поздно. Я уже всё увидела. Покраснела. Вспыхнула. Загорелась...
Он был и там совершенен словно божество. Толстый, длинный, подрагивающий. И я должна была не допустить, чтобы он оказался во мне. Ни в коем случае!
- Нет?
- Нет, Рома, - и для пущей убедительности я медленно покачала головой.
- Хорошо, - произнес он тихо и ласково прикоснулся к моей лодыжке, скользнул пальцами чуть выше, а затем обхватил ее и снова принялся успокаивающе поглаживать.
- Хорошо, - кивнула я.
- Если ты чего-то не хочешь, то этого не будет, Сонь. Обещаю тебе, - облокотился одним коленом на постель и чуть подался ближе, приглаживая мои мокрые волосы.
- Спасибо, - кивнула я.
- Пожалуйста, - улыбнулся Рома и склонился еще ближе, нежно и трепетно целуя меня в губы, - всё для тебя, маленькая. Всё, как ты скажешь.
И после этих заверений я чуть выдохнула, а потому позволила, чтобы его язык пробрался ко мне в рот и начал медленно и со вкусом накачивать меня пьянящими пузырьками. Ведь я больше не боялась и не парилась. Я верила в то, что смогу остановиться и в нужную минуту сказать свое категоричное «нет».
Именно поэтому я не останавливала Рому и позволяла его горячим ладоням неспешно блуждать по моим голым ногам, дразнить нежную кожу бёдер, живота и груди, подниматься выше и едва заметно касаться напряжённых горошин сосков. Позволяла двигаться дальше, пока наши ладони не нашли друг друга, переплетясь между собой.
И это было так невинно, что я предпочла закрыть глаза на то, что член Ромы, налитый и раскалённый, потирается о мои колени. Не заметила и то, как парень чуть надавил на них своим стальным прессом, вынуждая меня развести ноги в стороны.
Даже здесь я верила, что смогу притормозить. Но позже. Не сейчас, когда мы так сладко с ним целовались. Ведь это было так запредельно прекрасно, и голый Рома надо мной, словно вожделенный десерт, манил меня неимоверно. Как удержаться и не попробовать? Вот и я не смогла: запустила в его волосы свои пальчики и еще сильнее потянула парня на себя, со стоном вбиваясь друг в друга языками.
Скользящее движение наших тел, и мы почти стыкуемся, а я шиплю ему в губы, чувствуя, как головка его члена упирается в мои влажные складочки. Движение назад и снова вперёд, и я закатываю глаза от слишком острой судороги, пробежавшей по телу.
Мимолётное движение, и мои волосы накручены на кулак Ромы, а голова почти до максимума отведена назад. Не могу удержаться и падаю на спину, и он за мой, терзая мой рот жалящими укусами и короткими влажными поцелуями.
И снова выпад вперёд, задевая клитор и вышибая из меня искры и всхлип.
- Можно? – выдыхает мне в губы вопрос, когда его ладонь вдруг ложится мне между ног и делает всего одно единственное круговое движение по разбухшему бугорку.
- Только трогать? – выдавливаю из себя, чуть подаваясь навстречу его ладони.
Она неподвижна, но мне так хочется, чтобы Рома повторил ещё раз то, что только что сделал. Ещё всего один раз.
- Да, - и он наклоняется чуть ниже, чтобы всосать в рот мой сосок. Прикусить. Немного поиграть языком.
- Ах, - вместо ответа выстанываю, и в следующее мгновение меня чуть ли не подкидывает от того, что начинают творить со мной его грешные пальцы.
Я не знала, что можно чувствовать так много. Потому что меня рвали на куски эмоции, и я не понимала, что в итоге от меня останется, – я была такой беспомощной в его руках, но в тоже время ощущала себя невероятно живой. Настоящей. Это была новая Соня, дерзкая, порочная, сексуальная.
Его девочка.
И волна за волной накрывала меня, заставляя извиваться и снова чувственно приподнимать бедра, инстинктивно желая ещё более интенсивных ласк. Но умелые пальцы не желали меня слушать, они порхали по мокрым, скользким складочкам в своем собственном, сводящем с ума ритме.
- Рома, - вцепилась я в его волосы, когда поняла, что на меня наваливается что-то запредельное и неподъёмное.
- Всё хорошо, маленькая, всё хорошо, - шептал он в ответ и снова набрасывался на мою потяжелевшую грудь.
- Я... ох, Рома...
Но только я подумала, что меня расплющит от кайфа, как рука парня замедлилась, переходя на изматывающий и томительный темп. Пальцы чуть ныряли в меня, растягивали, а затем снова принимались легко порхать по упругому бугорку.
И снова жаркая судорога прошивала низ живота, выбивая из меня жалобный скулёж, и стальная раскалённая пружина вновь начинала скручиваться внутри меня. Ещё чуть-чуть и ещё, пока позвоночник не прострелила молния.
И снова стоп!
- Рома, м-м-м....
Я сучила ногами, шарила руками по его спине и была в одном шаге от того, чтобы начать умолять подарить мне разрядку.
- Пожалуйста, - неожиданно сорвалось с губ, и я чуть не захныкала, когда его пальцы в очередной раз замедлились.
- Я тоже хочу тебя, маленькая моя, - и впился в мои губы настолько развратно и глубоко, что меня распяло от электричества, которым загудело перевозбуждённое тело.
- Но...
- Позволь мне войти в тебя, - змеем-искусителем шептал он мне между поцелуями.
- Рома...
- Совсем чуть-чуть, вот так, - и его головка скользнула в меня и замерла, немного покачиваясь туда-сюда и посылая микротоки по моим истерзанным нервным окончаниям.
- М-м-м, - мычала я, не в силах выдавить ни одного слова от накатывающего цунами эйфории.
- Вот так, - приговаривал он, делая ещё один более глубокий выпад вперёд и одновременно продолжая натирать мой клитор.
И это было как контрольный выстрел в голову. Бам – и все мозги вылетают из черепной коробки, оставляя после себя только зияющую пустоту. Потому что он во мне и на мне. А я под ним, и меня мелко трясет на его члене.
- Скажи мне своё «да». Тебе ведь это нравится? Нравится то, что я с тобой делаю, Соня?
- Да! – всхлипываю я, а потом вздрагиваю от острой вспышки боли, которая тут же глохнет от непередаваемо сильных судорог оргазма, что сотрясают меня всю. Я бьюсь в его руках и чувствую, как Рома полностью заполнил меня собой.
До предела.
А потом начал двигаться, пока я плавала в мареве оглушительного кайфа. И с каждой минутой толчки внутри меня становились всё размашистее и глубже. И сквозь наши хриплые стоны я слышала, как соприкасаются наши тела.
Будто со стороны я видела, как он берёт меня. Как широко раздвинуты мои ноги для него, как жёстко намотаны мои волосы на его кулак, как он поршнем двигается надо мной.
И всё это снова заводило меня, выдёргивало из нирваны и кидало в новый шторм.
Секундная заминка, но только чтобы сменить позу. И вот уже Рома приподнимается, присаживается на подогнутые ноги и снова насаживает на себя, жёстко придерживая меня за бёдра.
А я, чувствуя его взгляд, открываю глаза и вижу, что его собственные пристально шарят по моему телу, тогда как сам парень, чуть прикусив нижнюю губу, трахает меня и наращивает темп, возвращая одну руку к моему клитору. Я чувствую, как он ещё больше наливается во мне. А его следующие слова разносят в щепки мой внутренний мир и выдержку.
- Давай, маленькая, кончай.
И всё! Во мне разом перегорели и оплавились все предохранители. И я содрогнулась, и улетела в рай... А Рома последовал за мной, с рычащим стоном изливаясь мне на живот.
Глава 11 - Спасибо
POV Соня
Когда всё закончилось, я впала в полнейшую эмоциональную кому. Бездумную. Пустую. Абсолютно отрешенную. И только спустя несколько минут на меня с устрашающей скоростью покатились мысли о том, что же я, глупая, позволила с собой сделать.
Осознание случившегося прибило меня железобетонной плитой: я подарила свой первый раз парню, о котором совершенно ничего не знаю, и встречи с которым можно пересчитать по пальцам одной руки.
Боже!
Я фантастическая идиотка!
А он только откатился от меня и расслабленно завалился на спину рядом, прикрывая глаза и выводя пальцами странные узоры на моем бедре. Затем протяжно выдохнул и без единого слова поднялся на ноги, уходя в ванную и оставляя меня одну. И только я хотела бы разреветься, как Рома вернулся обратно, как-то совсем по-деловому вытирая с моего живота остатки былой страсти.
Стыдливо свела ноги вместе и прикрыла грудь, зажмурилась и приготовилась умереть со стыда, но не успела, потому что меня тут же подхватили на руки и понесли. В душ.
– Я тебя немного испачкал, – поставил меня на ноги в душевой и закрыл створку кабинки, а затем врубил воду, и я взвизгнула под прохладными каплями.
– Ну, Рома!
– О, живая! А я уж было решил, что ты спятила от двойного оргазма, – тихо рассмеялся парень за спиной, пока его руки неспешно путешествовали по моему телу.
– П-ф-ф, какой же ты, – вспыхнула я.
– Офигенный?
– Офигенный, да! Офигенный индюк ты, Рома!
– Спасибо! Это лучший комплимент в моей жизни. Давай еще?
– Перетопчешься, – буркнула я, а сама резко упёрлась рукой в кафель и прикрыла глаза, приказывая себе не стонать.
Ведь он опять творил со мной страшные, совершенно бесстыжие вещи. Трогал, мял, пощипывал, нежно поглаживал, и всё совершалось так виртуозно, что я невольно задумалась о том, на скольких девушках он смог отточить своё мастерство?
Ведь я всегда думала, что потеря невинности – дело грязное и крайне неприятное. Девочки в институте рассказывали, что в свой первый раз им было адски больно, и даже в следующие заходы приходилось не легче. А одна ещё жаловалась, что уже целый год имитирует оргазмы со своим парнем, хотя на самом деле ровным счётом ничего не чувствует. А тут...
Просто вау-вау-вау!!!
Только... картинки, где он берёт других девушек, как только что брал и меня, чересчур больно ударили по мозгам. Размозжили, а потом и вовсе смешали в кашу серое вещество. Блондинки, брюнетки, рыжие. Он любил хоть кого-то из них? Целовал так же, как и меня?
Повелительный тычок в спину, и я послушно выгибаюсь. Ещё один посильнее, и приходится наклониться ниже, подставляя ему попку. Ладони обрисовывают ягодицы, мнут их, а потом неожиданно громко шлёпают так, что я тихо вскрикиваю и вздрагиваю.
– Загоняешься, да, Сонь? – насмешливо тянет сзади, прихватив меня за волосы и оттягивая голову назад.
– Нет, – беспомощно цепляюсь за стену.
– Загоняешься, – всей пятернёй проводит у меня между ног и ощутимо прихватывает, – ах, я дала ему на втором свидании. Ах, я такая распутница. Ах, как я могла? Ах, ах, ах...
– Не надо, Рома, – скулю жалобно, потому что его слова бьют металлической плёткой по просоленным ранам.
Но в ответ он только резко поднимает меня и разворачивает к себе, прижимая к кафелю, и набрасывается на мой рот. Жадно. Глубоко. Развратно.
– Уже всё случилось, Сонь, – рычит он мне в губы, – ахать теперь будешь подо мной.
– Ах, – непроизвольно вырывается из меня, когда его раскалённый и потяжелевший член касается моих складочек.
– Вот так, хорошая девочка, – приподнимает одну мою ногу и ставит на высокий выступ душевой.
И продолжает руками и губами поджигать во мне фитили страсти. Я уже слышу их шипение. Ещё немного, и произойдет детонация, потому что низ живота знакомо и сладко тянет, а конечности превратились в дрожащее желе. Но Рому это не останавливает, он перехватывает моё, почти повисшее на нём тело и продолжает раскручивать меня в своей адской центрифуге.
Я теперь реально в неадеквате, ничего не соображаю и только отчаянно за него цепляюсь, пока его пальцы творят свои чудеса, но всё же улавливаю звук входящего звонка на моём мобильном.
– Вот же чёрт! – выдыхаю я и проваливаюсь в своё наслаждение, пока Рома тихо смеётся, прикусывая и оттягивая мою нижнюю губу.
- Мама потеряла? – кивает он в сторону не умолкающего гаджета.
– Баба, – выдыхаю я, до сих пор не в силах прийти в себя.
– Оу...
И всё. Рома проворно обмывает моё разомлевшее тело, выносит из ванной, на ходу доставая откуда-то полотенце и заворачивая в него, усаживает на кровать и снова исчезает в душевой, оставляя меня наедине с собой.
Оглядываюсь назад и отрешённо рассматриваю несколько алых пятнышек на белоснежной простыне в какой-то безымянной квартире. Дура. Конченая. Что тут ещё скажешь?
Медленно встаю на ноги. Морщусь, но всё-таки достаю телефон из сумки. Там пропущенный от бабушки и второй от Мани. Перезваниваю подруге, затем родному человеку. Всё нормально, Рябинина прикрывает, но просит скорее закругляться.
И никто из них даже не догадывается, что я натворила.
Спустя минуту в комнату входит Рома с моими уже сухими вещами. Голый, и в нём ни капли стеснения, пока я снова красная, как рак, кутаюсь в полотенце, а потом и вовсе убегаю в ванную, чтобы переодеться.
– Готова? – спрашивает парень, когда я выхожу к нему.
– Нет, но надо ехать.
– Надо, – кивает Красавин и идёт обуваться.
Несколько секунд, и мы выходим за дверь, а затем молча спускаемся в лифте, сверля друг друга взглядом.
– Опять? – прищуривается Рома.
– Нет, – фыркаю и выхожу из металлической кабины.
Однако напряжение продолжает расти. Пока мы идём к арендованному автомобилю, пока едем до Каменного острова и паркуемся в тени деревьев. А уж совсем невмоготу становится, когда я понимаю, что нам всё-таки нужно сейчас расстаться.
Но я не хочу!
И столько вопросов крутится в голове. Что теперь между нами? Это просто секс или не просто секс? Мы ещё встретимся? Он позвонит? Напишет? Когда?
Мне нужны гарантии, что это не конец!
– Соня, – тянет парень за руку.
– М-м?
– Спасибо, – а я от этого слова и тона, которым оно было сказано, вся покрываюсь мурашками, – ты не представляешь, как мне было хорошо с тобой. Просто невероятно!
– И мне, – поджимаю губы и почему-то хочу разреветься.
Не знаю! Я вся сплошной оголённый нерв! Мне нужна анестезия, чёрт возьми!
– Ты... мы... Ром?
Заикаюсь, но точно собираюсь задать вопрос ему в лоб. Чтобы не страдать в неведении. Чтобы чётко знать, что это не жирная точка. Но Рома понимает меня без слов.
– Да, Сонь, – целует в губы, постепенно и нежно погружая в меня свой язык. Успокаивая. Обещая все на свете.
Выдыхаю...
– Беги, – спустя целую бесконечность отрывается он от меня, когда в моей сумочке слышится возня телефона.
– Бегу, – киваю, цепляясь за его футболку.
– Скучай, – и последний поцелуй обжигает мои губы.
– Скучаю, – выдыхаю и всё-таки покидаю салон автомобиля.
И уже жду завтра...
Глава 12 – Не абонент
POV Соня
Домой крадусь окольными путями через двор Марьяны, которая смотрит на меня хмуро и качает головой.
– Завтра мы с тобой серьёзно поговорим, Шахова, – выговаривает мне подруга.
– Да, да, конечно, – улыбаюсь я ей виновато, нервно теребя лямку своей сумки.
– Мне всё это не нравится, Сонь, – придерживает меня за руку и заглядывает в глаза слишком пристально.
– Мань, я контролирую ситуацию, – порывисто обнимаю девушку и машу ей рукой, а потом скрываюсь за своей калиткой.
И выдыхаю.
Я думала, что Рябинина устроит мне более серьёзный допрос, к которому была реально не готова. Мне бы самой переварить все события сегодняшнего дня, а потом уже начинать делиться ими. Или нет. Я ещё не решила.
Бабушка и дед встречают меня тёплыми взглядами, коротко интересуясь, как прошёл мой день. Хмыкаю и качаю головой, а потом выдаю заученную ложь.
– Боже, ну почему я родилась не в восемнадцатом веке, а? Все эти дворцы и фонтаны, м-м-м... красота! Намного лучше, чем каменные джунгли мегаполиса. Стекло и бетон – это скучно, вот что я вам скажу. И да, после посещения Петергофа я реально задумалась о том, чтобы навсегда перебраться в Питер.
– Милая, переезжай, мы с дедушкой будем лишь рады. Если только тебя отпустят обстоятельства, – и бабушка заговорщически мне подмигнула, тем самым опуская моё настроение ниже плинтуса.
– Обстоятельства, – скривилась я и досадливо закатила глаза.
– Ну, ну, перестань, – рассмеялась бабуля, не ведая, насколько мне осточертела эта тема.
Но я только отмахнулась и потопала наверх, чтобы немного собрать мысли в кучку. А уж дойдя до своей комнаты, раскинулась на кровати и прикрыла веки, воскрешая ту волшебную близость, что сделала из меня настоящую женщину.
Как по щелчку пальцев, при воспоминании обо всём этом внизу живота резко потянуло, а в кровь выбросилась убойная доза адреналина. Пришлось даже губу закусить, чтобы не застонать в голос.
Дала на втором свидании? Ну, а кто бы мог сказать этому дьяволу «нет»?
Вот так я должна была жалеть о содеянном, а не вновь и вновь прокручивать с блаженной улыбкой всё в своих поплывших мозгах. Но не получалось. Обнажённый Рома, как прибитый, стоял у меня перед глазами – его шикарное тело, его белозубая улыбка, его грешные зелёные глаза. И хриплый глубокий голос, звучащий в моей голове, который так страстно шептал: «Давай, маленькая моя, кончай!». Этот голос добивал окончательно, делая из моего тела дрожащее желе.
Не выдержала этой пытки и рванулась в душ, стараясь убежать от сладострастных картинок. Но и там, под упругими каплями, я только и делала, что прокручивала снова и снова события этого длинного дня, изумлённо замечая, что вся налилась чувственным нетерпением.
Как я дотерплю до завтра? Ну вот как?
Хоть бы Рома уже написал мне скорее, чтобы там, в болтовне с ним, мне хоть немного убежать от бесстыдных и запретных желаний. Ох...
Но время шло, а телефон подозрительно молчал. Уже и за полночь перевалило, а от Красавина не пришло привычное «спокойной ночи, маленькая». Ничего вообще не пришло, я обиженно смотрела на пустой экран уведомлений и не могла понять, почему так, и что случилось.
Ведь он не поставил точку. Нет! Ведь он успокоил меня многоточием.
Разбитая, уснула только ближе к утру, а проснулась непростительно рано от тревожного толчка в солнечное сплетение. Тут же быстрый взгляд на экран.
И ничего!
Лёгкие забились стекловатой. Болезненный вдох и такой же мучительный выдох.