- -
- 100%
- +
Дела пошли на лад. А я не стал останавливаться на достигнутом. Объемы продаж и перепродаж возросли. Стало больше поступать заказов на утилизацию. Я оформил под это дело фирму, стал работать не только в своем регионе, но по всей стране и ближнему зарубежью.
Со временем, подтянул к делу своих армейский товарищей, которые стали работать подо мной. Суммы, которыми я ворочал в месяц, стали исчисляться миллионами. Я был почти счастлив. Не хватало только одного — семьи. Той семьи, которой я, по большому счету, был лишен сам.
С девушками у меня в школьные годы было никак. Да я и не смотрел ни на кого кроме Виктории. Но она была недосягаема как Луна. После армии я частенько ей писал какие-нибудь глупости или просто стихи, но она всегда максимально холодно реагировала на мои попытки наладить контакт. Поэтому попыток подкатить я больше не предпринимал. Но исправно слал ей свои стихи или просто спрашивал «как дела?», да «как поживаешь?».
Тогда постепенно я начал знакомиться с другими девушками. Физическая форма, приятная внешность, финансовая обеспеченность и общая уверенность в своих силах позволили мне с легкостью знакомиться с девушками. К сожалению, ни с одной из них у меня не завязывались серьезные отношения.
А потом я встретил Ангелину. Она стала для меня как глоток свежего дыхания. Она в считанные дни вскружила мне голову и уже через месяц мы расписались. Еще через месяц она забеременела. А спустя еще две недели счастье кончилось. Начались истерики и скандалы. Плохо разбираясь в женской психологии, я списал все это на беременность.
Потом родился мой любимый сынок — Вовка. Владимир. Искорка жизни, что не давала мне опустить руки даже в самые темные времена. Но беременность закончилась родами, а характер жены не изменился. Не вернулся к прошлому состоянию. Стало еще хуже. Ей стали нужны только деньги, пляжи и салоны красоты.
Я терпел еще полгода, а потом устроил тихий скандал с ультиматумом. Никакие мои доводы или взывания к благоразумию не подействовали. Я был обвинен во всех смертных грехах и предан остракизму.
В такой семье я жить больше смог. Но я ни за что на свете не хотел бы расстаться со своим родным сынулькой. В итоге, мы с женой договорились, что мы разводимся, но для ребенка остаемся любящей семьей. По легенде папа пропадал в командировках, лишь изредка навещая семью. Несколько дней жил вместе с мамой и сыном, а потом, даже забирал ребенка с собой в какое-нибудь мини-путешествие. Естественно, последнее мы стали практиковать только когда сыну исполнилось два года. Тогда я стал больше времени проводить с ребенком, а уже «бывшая» жена с легким сердцем уходила в отрыв.
Конечно же, это утопия, и ни к чему хорошему такой порядок вещей привести не мог. Но мы как могли сохраняли видимость семьи и обеспечивали Вовке счастливое детство. Вскоре он подрастет и начнет задавать вопросы, вот тогда-то и придется как-то подвести его к тому, что родители больше не желают жить вместе.
Сейчас ему уже три года и он многое понимает. А я не могу набраться решительности, чтобы разрулить все это дело с разводом. Поэтому и приходится раз в несколько недель делить постель с женщиной, в которую я был влюблен и которая на данный момент не вызывает во мне ничего кроме жалости.
А потом случилась трагедия с Викой и я, бросив все, помчался к ней. Пусть она не испытывает ко мне ни каких теплых чувств, но я должен был ее навестить и постараться ей помочь всем чем угодно. Я использую все свое влияние, потрачу любые деньги, но помогу ей!
Глава 9
Вика
Не знаю, виной ли тому появление в моей жизни Вадима, или уж просто звезды так сошлись, но я стала быстро идти на поправку. Спустя несколько месяцев я уже смогла самостоятельно коснуться ступней пола и даже сделать второй в своей жизни первый шаг.
Вадим часто меня навещал и постоянно был со мной на связи. Он поддерживал меня всеми силами. И морально, и материально. Нужны были медикаменты — он их тут же покупал. Даже если за ними приходилось ехать в другой город или заказывать из другой страны. Если мне требовалась консультация самых опытных специалистов, то он ее добивался.
Когда пришло время выписки, а я, меж тем, еще не способна была передвигаться самостоятельно, он купил мне специальное инвалидное кресло на ручном управлении и с электродвигателем. Оно было по настоящему удобным, а не то, что эти допотопные металлические кресла, коими были оборудованы больницы с советских времен.
Оставалась другая проблема. Наш дом был совершенно не готов к проживанию в нем инвалида. Ни тебе пандусов, ни постоянно работающего лифта. Тогда Вадим предложил переехать на некоторое время к нему. У него оказался шикарный загородный дом с удобным подъездом. В самом коттедже отсутствовали какие-либо пороги, а на второй этаж можно было подняться на компактном лифте.
Когда я спросила Вадима, зачем ему в двухэтажном доме лифт, он смущенно ответил, что лифт изначально не предусматривался, но знакомый инженер, при помощи десятка рабочих, быстро нашли под него место, купили и установили для эксплуатации.
Конечно же, я согласилась на переезд. К этому времени наши с Вадимом отношения стали перерастать из дружеских в нечто большее. Он-то давно был в меня влюблен, еще со школьной скамьи. А вот я смогла по настоящему разглядеть его только сейчас.
Интересно, обратила бы я на него внимание, если бы он остался прежним тюфячком? Без классной спортивной фигуры, выкованного временем волевого характера и без денег?
Он покорил меня с первого взгляда, но внутренний червячок неотступно грыз мою мнительность. Может он понравился мне только потому, что я оказалась в тяжелом состоянии? Будь он тем же рохлей, но с заботой относившимся ко мне и моему состоянию, я бы обратила на него внимание?
Нет, меня-то все устраивало. Почти все. Меня не неустраивал он. Меня не устраивала я сама. Я чувствовала себя ущербной. И не потому, что оказалась на некоторое время прикованной к больничной койке, а потому, что чувствовала себя виноватой перед Вадимом. Раньше, грубо говоря, плевать на него хотела, а сейчас откликнулась на его чувства.
В общем, в голове моей по этому поводу творился постоянный сумбур. Благо, я не сильно на него обращала внимания. Я была нацелена на выздоровление и на создание новых отношений.
Вадим с каждым днем мне нравился все больше. Внешне красивый, деловой, уверенный в себе, внутри он оставался тем самым Вадиком, которому я немного симпатизировала — добрым, нежным, заботливым, ласковым и жутко романтичным парнем.
Мы много времени проводили лично или за перепиской, где я открывала его для себя с новой стороны. У него оказался острый ум и деловая хватка.
Порой, он видел выгоду там, где другие ее не замечали. Как он сам частенько говаривал, работая перекупом, он развил в себе некое чувство рынка. Он мог, например, предсказать, что завтра поднимутся цены на сахар или компьютерное железо. Тогда он брал и поручал своим работникам и компаньонам скупать определенный продукт в больших количествах. А когда ажиотаж действительно поднимался, то он быстренько от него избавлялся, получая свой существенный процент. Да, можно было бы подумать, что это именно он и создавал этот спрос, но он объяснил мне, что чтобы такой спрос создать одномоментно, надо не только хорошо потрудиться, но и вложить такие средства, у которых суммы исчисляются несколькими десятками нулей. Проще говоря, это не его уровень.
Вадим зарабатывал хорошие деньги, но не стремился к богатству как таковому. Деньги лишь наделяли его свободой заниматься тем, что ему нравится. Хочется, путешествуй по стране или зарубежным странам. Хочется, вкладывай деньги в какие-нибудь безумные венчурные проекты, по типу зимних ботинок с автоподогревом, а хочешь, просто стань меценатом.
Вадим не без гордости поделился тем, что он существенно помогает одному из детских домов. Причем, помогает так, что хватило бы на несколько таких учреждений, если размазать средства между ними. Но он сказал, что всех счастливыми сделать не получится. Так пускай, пока что, полностью будут обеспечены хоть часть брошенных родителями ребят.
Что касается меценатства, то одно финансовой помощью дела Вадима не ограничивались. Особое место он уделял профориентации среди воспитанников. Тем, кто мог и хотел получить профессию, Вадик Дроздов всемерно помогал. А те, кто уже отучился и показал достойные результаты, мог рассчитывать на его протекцию при трудоустройстве в ту или иную сферу деятельности.
В Вадиме все было хорошо, кроме одной детали: он до безумия обожал своего сына Вовку. Нет, в этом нет ничего такого. Но вот дикое желание «не травмировать психику ребенка» выходило за рамки разумности. Он продолжал поддерживать отношения с бывшей женой и всячески создавал видимость для ребенка, что семья у него нормальная и полноценная.
Я пыталась убедить Вадима, что это не нормально. Наоборот, если ребенок будет знать, что папа и мама поддерживают нормальные отношения, но уже не живут вместе, позволит ему быстрее адаптироваться к ситуации. А что будет дальше, когда сын подрастет? Рано или поздно он разберется в ситуации и будет искренне считать, что папа предал семью и уже не любит своего ребенка как прежде. И убедить его в обратном будет практически невозможно. Ребенок вообще может закрыться от всех и стать нелюдимым. А то и вовсе выявятся какие нибудь еще отклонения на нервной почве.
Но пока что я на это повлиять не могла. Это его ребенок. Это его семья. А я пока то для него никто. Нет, вру. Он любит меня. Но мое вмешательство в его прежнюю семью вызывают в нем глухое раздражение. А мне не хотелось бы портить только что возникшие отношения.
Нам было хорошо друг с другом. Это главное. А тут еще и повод пожить вместе и на практике понять, подходим ли мы друг другу. Единственное, отец был против. Да, я уже давно выросла и покинула семейное гнездышко, но он за меня переживал. Особенно в свете случившегося. Его можно понять. Но мне это действительно было нужно и он смог это осознать. Не сразу. В первое время лишь уступив напору матери и сестер.
Глава 10
Вика
Дальнейшие события пролетали с быстротой молнии. Не успела я переехать к Вадиму, а уже минуло два месяца. Мое состояние становилось все лучше, я уже могла передвигаться на небольшие расстояния с помощью палочки. Я довольно быстро уставала и много времени уходило на то, чтобы просто вернуть потраченные силы, но мои успехи не могли не радовать.
А еще, я хоть и не вернулась к работе, в полном смысле этого слова, но уже могла удаленно помогать коллегам и выполнять несложную работу по поиску информации. Вадим частенько уезжал в командировки и для меня подработка становилась настоящей отдушиной.
Что еще? Еще Вадим познакомил меня со своим сыном. Вовка оказался славным пухленьким мальчуганом, довольно смышленым для своих лет. Мы с ним быстро поладили. Правда, Вадим сочинил легенду, по которой я являлась их дальней родственницей, которая приехала погостить на некоторое время и подправить здоровье в здешних условиях. Большего мальчишке для объяснений и не понадобилось.
Единственным неудобством было только то, что мы с Вадимом не могли выражать свои чувства при малыше. Даже спали в разных комнатах и ни в коем случае не стремились к близости даже по ночам. Меня это откровенно удручало. Но я терпела и старалась с пониманием относиться к тем вещам, которые были очень важны для моего молодого человека.
Ну ничего, я очень надеюсь, что со временем мы решим и эту проблему. А пока все шло своим чередом.
Едва я встала на ноги, Вадим стал возить меня по самым разным местам. Кафе и рестораны в удивительных местах, к примеру на склонах какой-нибудь горы, где открытая терраса нависает над бездонной пропастью. Еще мы посещали различные творческие мероприятия — концерты, квартирники или просто музыкальные фестивали.
Очень часто мы были гостями различных парков отдыха и заповедников. Я впервые в жизни прокатилась верхом на лошади! Я всегда восхищалась этими животными, но немного побаивалась их. А тут, как раз случай удобный подвернулся и мы отправились на прогулку в конный парк.
Сначала мы покатались в карете, потом пересели на двуколку и промчались, что называется с «ветерком», а под конец, расхрабрившись, я согласилась на предложение Вадима прокатиться верхом на лошади. Естественно, мне подобрали самую смирную лошаденку, а крепкие руки Вадима аккуратно усадили меня в седло. Было так волнительно! Несмотря на не очень приятный запах от лошади, ощущения были потрясающие: чувствовать под собой настоящую гору мышц, способную нести тебя вперед со скоростью автомобиля. Я быстро освоилась с управлением и уже через полчаса с видом заправского кавалериста рассекала по зеленой лужайке.
Господи, как же приятно, не имея возможности бегать самой, наслаждаться ощущением свободы верхом на скачущей лошади. Солнце ласково касается кожи, а ветер теребит непослушные пряди. Если бы еще насекомые не залетали в приоткрытый от счастья рот, было бы совсем замечательно.
Завершилась конная прогулка вообще прекрасно: Вадим все также аккуратно снял меня с лошади и перенес в удобное кресло на открытой веранде, что пряталась в тени деревьев. Тут уже был накрыт шикарный стол с закусками и выпивкой — вином и шампанским.
Как чертики из волшебной шкатулки появились музыканты и заиграли легкую ненавязчивую мелодию. Вадим освободил официантов и сам ухаживал за мной. Я болтала без умолку и смеялась над его редкими шутками. Не сказать, что он прям завзятый юморист, но почему-то, все что он говорил с намеком на юмор, оборачивалось для меня самой веселой шуткой. Уму не постижимо! Как я могла раньше его не замечать?
Меж тем, день плавно перетек в вечер и с наступлением сумерек на небе высыпали многочисленные звезды. Вадик уж как-то так пристально смотрел на небо, что я невольно увлеклась его занятием.
Сначала я ничего не поняла. Небо как небо. Все те же звезды, все та же луна. А потом, я заметила нечто странное, как будто небесные тела пришли в движение и стали едва заметно передвигаться по небосводу. Но это же невозможно!
Я посмотрела на своего мужчину, он все также неотрывно смотрел вверх и улыбался. Я на всякий случай протерла глаза и вновь задрала голову вверх. Зрение меня не обманывало — звезды действительно двигались. Но на этот раз их стало гораздо больше, а светили они значительно ярче.
Спустя непродолжительное время, я стала замечать, что звезды выстраиваются в некий узнаваемый рисунок, а точнее буквы. Я с все возрастающим удивлением различила на небе сначала буквы русского алфавита, а затем и целые слова, в которые эти буквы складываются:
«ВИКТОРИЯ, ТЫ ВЫЙДЕШЬ ЗА МЕНЯ?»
- Вадим, у меня галлюцинации? - На всякий случай уточнила я.
- Лишь солнце скрылось за горами,
Явленьем этим подведя итоги дня
Как небо вспыхнуло огнями
Чтобы спросить: ты выйдешь за меня?
В тот момент я была так счастлива, что не сразу сказала «да». Глаза мгновенно увлажнились, а в горле предательски запершило. Мне пришлось сделать глубокий глоток сока, чтобы прочистить горло, заставив тем самым томиться в ожидании ответа моего любимого человека.
- Да! - Наконец, выкрикнула я. - Я не понимаю, как это возможно?
- Я люблю тебя с первого класса, что тут удивительного?
- Да нет, я про это! - Я ткнула пальцем в звездное небо, вновь принявшее свое обычное состояние.
- А, - отмахнулся Вадим. - Современные технологии. Не буду тебе о них рассказывать, чтобы не портить волшебную атмосферу. Как тебе стихи?
- Мне очень нравятся! - Честно сказать, я их даже не запомнила, настолько вся эта атмосфера оказалась для меня волнительной.
- Тогда тебе должно понравится и это! - Вадим как-то в одно мгновение оказался передо мной и уже успел встать на одно колено. Пальцами правой руки он протягивал мне золотое кольцо, инкрустированное бриллиантом.
Я тут же протянула ему свою руку и он окрасил мой пальчик этим сокровищем. Поманив к себе Вадима, я притянула его к себе и одарила в ответ самым сладким поцелуем, на который только была способна.
Глава 11
Вика
Со свадьбой решили не торопиться. Мне еще нужно было как следует подлечиться, а самому Вадиму подправить кое-какие дела, чтобы потом не сильно отвлекаться на бизнес во время свадебных приготовлений и всех дел, с этим связанных.
Особенно на отсрочке настаивала я. Ну какая из меня невеста на инвалидном кресле? А полгода срок большой. За это время можно значительно окрепнуть. Да и доктора, как один, дают мне очень оптимистичные прогнозы.
Занявшись мыслями о предстоящей свадьбе, я даже отказалась от дальнейших подработок в моей прежней фирме. Да, и к тому же, сдавать туда отчеты мне сильно перехотелось. Дело в том, что туда вернулась Маринка. Та самая, виновница ДТП, в результате которого я оказалась в таком плачевном состоянии. Явилась она как ни в чем не бывало и практически с триумфом. Шеф, на радостях, принял ее обратно на должность старшего менеджера. Не знаю, как и чем она там его ублажила, но постаралась она явно хорошо.
И так как отчеты мне сдавать нужно было прямо ей, то я живо отказалась от этой великой чести. Эта сучка даже не извинилась передо мной. Не попросила прощения за совершенное, ни устно, ни письменно. Ну, да Бог ей судья!
Теперь же, большая часть моего личного времени была посвящена подготовке предстоящего торжественного события. Вадим сказал не стесняться в запросах — меня ждала самая шикарная свадьба из всех возможных!
Я поначалу заартачилась, мол, зачем тратиться на глупости, а потом махнула рукой. Я чуть было не лишилась жизни, так зачем терять какие-либо возможности, если ими можно с легкостью воспользоваться?
По примерным прикидкам, насчитала гостей человек двести — двести пятьдесят. Значит, нужно помещение побольше. С него и начнем.
Как раз в этот момент, пока я занималась выбором места проведения, у нас гостил Вовчик. Они с отцом развлекались чем-то в игровой комнате. Мальчика предстояло вернуть матери только завтра, но она решила облагородить нас своим присутствием именно сегодня. С чего бы это? Обычно, чтобы она сама решилась переместить куда-нибудь свою тощую задницу, требовалась весьма веская причина.
Да, можно подумать, что я слишком сурова в отношении нее. Но поверьте, я уже успела наобщаться с ней за то время, что мы сблизились с Вадимом. Дамочка оказалась весьма стервозной личностью.
В нашу первую встречу я держалась как могла, но мы все же с ней полаялись как дворовые собаки. Я потом еще часа два в себя прийти не могла. Но Вадим меня успокоил, заверив, что его бывшая уже забыла про ссору и наслаждается жизнью. Она из тех людей, которые любят затеять скандал на ровном месте, получить заряд адреналина, впитать эмоции участников конфликта и после этого чувствовать себя как котик, который сметанки объелся.
Я так не могу. Я любой мало-мальский конфликт еще долго обсасываю в мыслях. Каждый раз думая, что я могла бы сказать по другому. Ух, я бы ей показала!
Вот и сейчас она приперлась. Боюсь, что опять без скандала не обойдется. Как же я это не люблю!
Вошла она к нам свободно. Ключ карта от внешней двери у нее всегда была с собой, а внутренние двери, мы, как правило, днем не закрывали, свободно передвигаясь по всей территории загородного дома.
Я услышала ее цокающие каблучки и у меня сразу, как рефлекс со слюноотделением у собаки Павлова, глаз задергался.
- Привет, колченогая! - Ого! Она, конечно, наглая и дерзкая, но не так же с порога. - Где мои мужики?
- И тебе привет, Ангелина. - Буквально процеживая слова сквозь зубы, поприветствовала я ее. Естественно, вставать не стала, мне и так в моем любимом кресле по среди гостиной удобно. - Тебя папа с мамой вежливости не учили?
- Учили! Только не для таких как ты. Чего разлеглась? Давай, вскочила и кабанчиком за мужиками метнулась.
- Слушай, ты совсем берега попутала? Забыла в чьем доме находишься?
- Явно не в твоем.
- У тебя что, переизбыток яда в организме? Поэтому ты на меня тут кидаешься как собака бешеная?
- Не называй меня сукой, сука!
Ну все, сейчас я ее ударю! Где там моя палочка для ходьбы? Видимо прочитав мои мысли, наглая хабалка сделала пару шагов назад. Как раз, чтобы я ее не достала.
- Ладно, остынь. - Ну вот, как и говорил Вадим, она спровоцировала конфликт и быстро успокоилась, впрыснув оппоненту свой яд. Теперь этот яд будет разъедать мою душевную стабильность.
- «Остынь»?! - Ну все, теперь я завелась. Так, спокойнее. Дышим ровно и глубоко. Мысленно сосчитаем до десяти. А теперь обратно.
- Ты чего зависла? Процессор перезагружаешь? - Она мерзко хихикнула своей шутке. Пусть только подойдет поближе. Я ее обязательно тресну своей палочкой для ходьбы!
- Ладно, стой здесь, я позову «твоих» мужиков. - Вот так, мы тоже яд можем вырабатывать. Но у нее, кажется, на все виды яда устойчивый иммунитет.
- Мальчики пока подождут. - Остановила она мою попытку встать и я опять плюхнулась в кресло. Ох и тяжко, чувствую себя старухой-развалюхой. - На самом деле я к тебе приехала.
- Ко мне? Зачем?
- На свадьбу пригласишь? Подружкой невесты?
- Что? Ты что, совсем охренела? Сначала набрасываешься на меня, а потом такие требования выкатываешь? - Я аж задохнулась от негодования.
- Да шучу я! Нужна ты мне больно.
- А чего тогда приперлась?
- Да вот, посмотреть на тебя захотела. Лишний раз. И чего он в тебе нашел? На моську вроде смазливая, да и только. Формы не выдающиеся…
- Ну да, куда мне до твоего силикона.
- У меня все натуральное! А вот ты, курица кривоногая, чем его приворожила? Ты ж, наверное, и в постели бревно. Может у тебя «там» медом намазано?
- А ты подойди, да глянь. - Я покрепче ухватилась за свою трость.
- Больно надо!
- Ты если скандалить пришла — уходи! Видеть тебя не желаю!
- Ты не кричи. Я пришла, чтобы тебя предупредить: ты сильно губу на моего Вадика не раскатывай. Он все равно моим будет. - Ангелина смерила меня почти безумным взглядом. - И это, по сторонам посматривай, мало ли, может где еще какая машина на тебя наедет.
Этих слов я стерпеть уже не могла. Дернулась чтобы встать с кресла и заодно замахнулась на свою противницу.
- Мама! - Услышав детский возглас, я остановила замах и, потеряв точку опоры, завалилась на пол.
Ко мне тут же подбежал Вадим и помог встать. А Вовка в это время прижимался к Ангелине, дрожа от пережитого страха:
- Не надо маму бить! Она хорошая! А ты, плохая!
Глава 12
Вика
Вот тебе и на. У меня теперь две новых проблемы: как провести свадьбу без этой хабалки и как наладить отношения с будущим пасынком.
На счет Вовки, я думаю, дело поправимое — полгода срок длинный, можно многое поменять и на деле доказать, что я не плохая. Даже если все время его мать будет жужжать ему на ухо, что я плохая и вообще, такая-сякая, ситуацию хоть и сложно, но можно будет обратить в свою пользу.
А вот что делать с Ангелиной? Ума не приложу. Возможно, придется как-то вывести ее из строя на время свадебных торжеств. Упаси боже как-то покушаться на нее или травмировать. Хватит и такой мелочи как слабительное, вовремя подлитое в еду или питье. Вот только кому такое дело можно поручить? Надо будет посоветоваться со Светкой. Она у меня голова, авось что-нибудь придумает.
Гостья вместе с сыном ушли, а меня ждал неприятный разговор с Вадимом. Может он пойдет мне навстречу и мы обойдемся без этой грымзы?
- Вик, на чего ты сцены устраиваешь? - Начал разговор жених. - Ты же знаешь, она весьма вспыльчивая и колкая на слова женщина.
- А, вот как это называется?
- Не придирайся к словам. Она лучше, чем кажется на первый взгляд. Но не в этом суть: не стоило тебе замахиваться на нее при сыне.
- Ты бы слышал, что она мне говорила! - Пожаловалась я любимому. - Я таких гадостей не то что по отношению к себе не слышала, я вообще такого презрения и хамства по отношению к любому из людей не видела! С ней что-то надо делать. Пусть хотя бы здесь не появляется. И, если это возможно, я бы хотела, чтобы наша свадьба обошлась без нее.