Ошибка небес

‒ Но обставила ты ее на вышеупомянутые два-три миллиона, ‒оценив дорогой интерьер, произнес Дэвид.

‒ Да, пожалуй кое-что из обстановки я не смогла бы себе позволить, не будь у меня кое-каких резервных средств, ‒ улыбнулась спутнику девушка. ‒ Могу я предложить тебе выпить?

‒ Да, пиво, пожалуйста, ‒ ответил Грин.

‒ Хорошо. Можешь пока располагаться в гостиной.

Дважды предлагать не пришлось. Проследив за улизнувшей на кухню хозяйкой, Дэвид, с интересом оглядывая элементы интерьера, прошел в гостиную комнату мисс Лаки Хартли. Будь он послабее духом, возможно, не решился бы посягнуть на, безусловно, баснословно стоящее кремовое кресло, но выбирать не приходилось. Из пригодной для сидения мебели оставались еще более дорогой диван и странного вида мешок, вызывающий глубокое сомнение в удобстве его использования.

‒ Пожалуйста, пиво, ‒ появилась, наконец, Лаки.

‒ Спасибо. У тебя очень красиво. Сама выбирала дизайн?

‒ Предлагаю отбросить подобающие условностям формальности и перейти к делу. Что за новое задание?

‒ Ричард подергал за нужные ниточки и нам согласились отдать дело по поимке или ликвидации, тут уж как пойдет, пособников генерала Хаффман, примкнувших в Иране к одной из ячеек ИГИЛа.

‒ Насколько я знаю, в ЦРУ есть прекрасная команда зачистки, специализирующаяся на подобных делах. В нашем же случае, это будет не задание, а месть. А я агент, а не ангел мщения. А так как директор Прескот прекрасно осведомлен о моих взглядах на подобные миссии, он не стал бы обивать пороги Лэнгли, чтобы заполучить таковую, и уж тем более не подумал бы отправлять начальника отдела специального назначения зазывать простого агента на столь сомнительное задание. В конечном итоге я вынуждена снова задать тебе вопрос: зачем ты здесь?

‒ Похоже, я полный болван, раз подумал, что смогу сегодня избежать этого разговора, ‒ хмыкнул Дэвид, ‒ думаю, я приехал сюда, чтобы понять кто же ты на самом деле. Хотел увидеть тебя, увидеть жизнь Лаки Хартли, девушки из папки, что лежит на моем столе, а не супершпионки, ворвавшейся в подведомственный мне отдел.

‒ Я не понимаю…

‒ Думаю, понимаешь. В своей жизни я лишь дважды испытывал к женщине настолько сильные чувства, что хотел бы связать с ней свою жизнь.

Слова Дэвида заставили сердце Кассандры биться так быстро и, казалось, так громко, что стремясь заглушить его ритм, она прервала задумчивое молчание собеседника: «Полагаю, одна из них я?».

‒ Если бы. Первая женщина, покорившая мое юное сердце, была подругой моих родителей – Кэйт Метьюз, она же Кассандра, она же Катя Морозова, версия 1.0. Как тебе больше нравится. Тогда мне было 4 года. Вторая – удивительно многогранная Лаки Хартли. Таким образом, выходит, что обе любимые мной женщины – это ты.

Окончив свой небольшой монолог, Грин-младший выразительно устремил взгляд своих сине-голубых глаз на Кассандру.

‒ Но…откуда? ‒ лишь сорвалось с губ девушки.

‒ Том – жуткий перестраховщик. Когда Ричард сказал, что ты пойдешь на встречу с Хаффманом без жучков, ему эта идея не понравилась, так что он вмонтировал жучок в твои наручники. Перед своим отъездом во Францию ты отдала их Прескоту, а он передал мне.

–

Ты прослушал наш с Ричардом разговор… – договорила за Дэвида Кэс. – Зачем?

–

Наверно хотел услышать что-то, что помогло бы мне забыть тебя. Сделать это усилием воли у меня так и не получилось. Эффект оказался обратным.

Кассандра, силясь осмыслить происходящее, зачесала назад волосы. Глаза Дэвида неотступно следили за мимикой девушки.

–

Лаки или Кассандра, мне все равно, как тебя называют другие. Кем бы ты ни была, кем бы ты себе не казалась, я люблю тебя, – на этот раз первый нарушил молчание Дэвид, встав на колени перед сидящей на диване Кассандрой.

–

Ты даже не знаешь меня, – прошептала она.

–

Так позволь мне узнать. Дай нам шанс. Теперь, когда нет смысла скрываться за своей тайной, дай шанс нашим отношениям. Будь со мной. Выбери меня.

Мольба в голосе Дэвида, его напор и уверенность в возможности их совместного будущего так заманчиво обещали счастливый конец, что желание уступить возобладало над Кассандрой. Подавшись вперед, она оказалась в объятиях любимого, загоняя непомерно разыгравшуюся совесть все глубже в подсознание.

«Только сегодня, – убеждала она себя, – только сейчас, а завтра я расскажу ему».

–

Дэвид, стой, – нашла в себе силы оттолкнуть любимого Кассандра.

–

Ты любишь его? – задал пугающий своей очевидностью вопрос Дэвид.

–

Кого? – на автомате переспросила Кэс, мысленно пытаясь подобрать слова для объяснения причины своего поведения.

–

Ричарда.

–

Да, – честно ответила она, – он, твои родители и Марджери – моя семья. Семья Кати Морозовой. Я не могу не любить их. Но, нет, это не та любовь, что я испытываю к тебе. Двадцать восемь лет назад, я бы ни на секунду не усомнилась в своих чувствах, но только не сегодня. Лаки Хартли не влюблена в Ричарда, ее сердце безраздельно принадлежит тебе.

–

Тогда…

–

Дэвид, я люблю тебя, и если через неделю ты все еще будешь хотеть быть со мной, я безоговорочно скажу «да», но не сейчас. Сейчас…сегодня это было бы не честно.

–

Что должно случиться через неделю?

–

Боюсь, я не смогу ответить тебе на этот вопрос. Так или иначе, но первым об это должен узнать Ричард. Скажу только, что в твой отдел я больше не вернусь.

–

Ты ждешь от него ребенка? – похолодев от ужасной перспективы, спросил Дэвид.

–

Что??? Боже, конечно, нет.

–

Ты планируешь уехать из Филадельфии?

–

Надеюсь, мне не придется этого делать.

–

Ты не ждешь ребенка от Ричарда, возвращаешься в Филадельфию и любишь меня, – подытожил он, – все верно?

–

Верно.

–

Тогда мне все равно, что ты планируешь делать с директором Прескотом, но, пожалуйста, больше не прерывай важное действо по пустякам, – вернулся к поцелую Дэвид.

Эпилог

Тактичный стук в дверь заставил Ричарда Прескота оторваться от кипы бумаг.

–

Войдите, – разрешил он.

–

Доброе утро. Извини, что без уведомления, но твоей секретарши не было на месте, – вошла Кассандра в кабинет начальника.

–

Можно подумать, когда-то ты пользовалась ее услугами. И чего это ты сегодня решила вспомнить о субординации?

–

Решила, предложить тебе деловые отношения с соответствующим апломбом.

–

Деловые отношения? С тобой? Звучит пугающе.

–

Мистер Прескот, несмотря на Ваш абсолютно неподобающий настрой, все же я, с Вашего позволения, озвучу свое предложение.

–

Как я понимаю, заранее его отклонить не получится? – принял серьезный вид Ричард.

–

Такое предложение не отклоняют. Я предлагаю тебе возглавить вместе со мной новую Академию.

–

О как… – действительно удивился он, – и что, у тебя есть для этого необходимое разрешение и пара сотен миллионов?

–

У меня есть чуть больше полумиллиарда, у тебя – необходимые связи. Последние несколько лет до своей безвременной кончины, я практически руководила нашей Академией, ты руководишь отделением сейчас. Вместе мы сможем не только воссоздать, но и в разы улучшить идею Метьюза.

–

Ты что, в Чикаго подсела на наркоту? Воссоздать… улучшить. Что за бред. Наша Академия – школа, которая делала из невинных детей профессиональных убийц. Мы ликвидировали людей, без вопросов и сожалений. И ты хочешь воссоздать все это?

–

Поэтому я и сказала – улучшить. И да, мы были детьми, когда попали в Академию, но подумай, кем бы мы могли стать, если бы остались в детском доме? Не знаю, как у тебя, а у меня нет никаких теплых воспоминаний о том месте и уж тем более сожалений о том, как все сложилось. Создав свою Академию, набрав необходимый персонал, завербовав профессионалов, мы сможем работать на своих условиях, выбирая задания, которые сами одобрим. Вспомни, когда-то мы и мечтать о таком не смели, сейчас же это может стать реальностью. Я хочу разделить это с тобой, с Фениксом, Софи и Фанни, если они согласятся. Так что, Альфа, будешь моим полноправным партнером в Академии?

Кассандра физически ощущала внутреннюю борьбу Ричарда, пока спустя несколько мучительно долгих минут он наконец-то не нарушил молчание: «Когда-нибудь я прокляну этот день и то, что согласился на твою авантюру, но да, я с тобой, Кэс».

Примечания