Места силы Русской Равнины. Том 2. Места силы 31–60
- -
- 100%
- +
Тем временем Высоцкий монастырь разрастался. Его игуменом стал ученик преподобного Сергия Афанасий старший, человек ученый и книжный. Под его руководством монастырь стал рассадником византийской культуры. Ставленник греков митрополит Киприан, после временного примирения в 1381 году с Дмитрием Донским, вступил в тесный контакт с Афанасием. А в 1387 году Высоцкий игумен вместе с Киприаном отправился в Константинополь да там навсегда и остался, увлекшись переводами с греческого. Главный его труд – богослужебный устав «Око церковное» – лег в основу устава, которым до сих пор пользуется РПЦ.
Афанасий младший. Он был похоронен у входа в Зачатьевский собор Высоцкого монастыря. Сейчас его мощи открыты и находятся в Покровском храме Высоцкого монастыря
На место Афанасия старшего пришел его любимый ученик Афанасий младший. Это был великий аскет. Он умер в 1395 году от «старческого изнеможения» в возрасте 33 лет и был погребен против западных дверей соборного храма Высоцкого монастыря. На его похоронах случилась история, отчасти похожая на ту, что случилась, когда умирал Варлаам. Один из Высоцких монахов почему-то был зол на Афанасия. До того, что даже решил не участвовать в его погребении. И, как сказано в Житии Афанасия, «за это внезапно подвергся нападению нечистого духа». Сообразив, что это неспроста, монах бросился в церковь и пред гробом просил у аскета прощения. «После чего освободился от лукавого», – говорит Житие. Да только можно ли этому верить? Ведь сразу же после «освобождения от лукавого», в момент когда тело игумена опускали в землю, незадачливый монах вдруг свалился в открытую могилу. А когда его оттуда вытащили, сообщил, что Афанасий протянул ему руку из гроба и сказал: «Тебе, брат, суждено скоро оставить жизнь». На третий день бедняга умер.
Высоцкий монастырь.
Справа собор в честь Зачатия Анной Богородицы
Все-таки явный параллелизм событий, случающихся в двух монастырях над Нарой, наводит на мысль, что тут не два, а, по сути, одно место силы. Именно место потребовало двух монастырей, между которыми (как между двумя зарядами) возникло силовое поле, в котором все время что-то искрило (такое бывает17). Между обителям всегда было соревнование, конкуренция, противостояние. И одновременно – зеркальное сходство. И при этом – опять-таки разница. В чем она состоит, стало окончательно ясно только после того, как в начале 19-го века Введенский монастырь стал женским. Тут-то и проявилась самая суть: один из них был изначально Инь, а второй – Ян. Высоцкий Зачатьевский – Ян, а Введенский Владычний – Инь. (Подробно о связи Зачатия и Введения см. в месте силы Оять18).
Мужское начало, конечно, жесткое, твердое, но оно менее способно к порождению и вынашиванию новых смыслов. Пожалуй, поэтому именно во Введенском монастыре появлялись формы, которые потом подхватывались и развивались в Зачатьевском. Самая знаменитая на сегодняшний день такая форма – икона Неупиваемая чаша, к которой идет неиссякаемый поток алкоголиков и наркоманов.
Высоцкий монастырь снят с территории
Владычного Введенского монастыря
Явилась она в 1878 году. Один отставной солдат, живший в Ефремовском уезде Тульской губернии, дико пил. И допился уже до того, что у него отнялись ноги. Как-то раз он увидел во сне Варлаама, который посоветовал ему сходить в Серпухов: там, во Владычнем монастыре, есть икона Неупиваемая чаша, отслужишь перед нею молебен и будешь здоров. Мужик не придал сну большого значения, но когда он повторился уже третий раз (причем Варлаам уже гневался), пошел. Буквально на четвереньках. В наши дни ему бы быстро поставили диагноз: белочка. Но в 19-м веке к людям относились сердечней. В монастыре, правда, не могли понять, о какой иконе речь. Наконец, кто-то вспомнил, что где-то у них висит какая-то икона с чашей. Нашли, посмотрели и обнаружили на обратной стороне доски надпись «Неупиваемая чаша».
Высоцкий монастырь. Видны купола Зачатьевского собора
Вообще-то, конечно, ни к какому алкоголизму этот иконный сюжет не имеет отношения. На иконе, которую обнаружили по наводке Варлаама, изображен неиссякаемый источник благодати, чаша с кровью Христовой, Грааль, что угодно, но только – не то, что хоть как-нибудь связано со злоупотреблением спиртным или его запретом. Однако поскольку причащаются вином, превращенным в кровь, постольку к алкоголю эта чаша все-таки имеет отношение. По крайней мере – в глазах людей, не имеющих представления о том, во что они верят.
Вход во Введенский Владычный монастырь
Тем не менее, перед Неупиваемой чашей отслужили молебен, и это совершенно излечило ефремовского пропойцу. Он стал ходить, его больше не тянуло к рюмке. Весть всколыхнула околоток. Так была обретена новая чудотворная икона, и возник ее местный культ. Из окрестных поселений к иконе потянулись жены алкоголиков, в Серпухове было создано Александро-Невское братство трезвости. Дальше дело пока, правда, не шло. А потом случилась революция, икона была утрачена.
Когда в стране началась перестройка и была развязана антиалкогольная кампания, культ Неупиваемой чаши вдруг возродился. В те времена изо всех щелей повылезали завязавшие алкоголики, насоздавали обществ борьбы за трезвость. В таком контексте сам бог велел возобновить в Серпухове Александро-Невское братство трезвости. В 1990 году его глава архимандрит Иосиф вышел с предложением о воссоздании Высоцкого монастыря, была написана новая икона Неупиваемая чаша. Монастырь поднялся на волне борьбы с алкоголем.
Слева Неупиваемая чаша Высоцкого монастыря.
Справа – Владычного. К обеим привешены приношения
надеющихся на спасение от алкоголизма и наркомании
И это наложило на него отпечаток. Нигде больше я не видал столь угрюмой атмосферы. Ты будто попадал к следователям, бросившим пить, сухим алкоголикам. И они тебя в чем-то подозревают. В женском Введенском монастыре атмосфера иная. Там тоже культ Неупиваемой чаши, но – без налета антиалкогольной борьбы. Там легко. Там даже икона более эмоциональная. Два разных монастыря, две разные чаши, два разных напитка.
Тридцать третье – Берлюковская пустынь
Место, о котором пойдет речь, находится совсем недалеко от Москвы. Если ехать по Щелковскому шоссе в сторону Черноголовки, то сразу же после пересечения реки Вори надо повернуть на Авдотьино, а там уж дорога сама выведет к Николо-Берлюковской пустыни. Монастырь сегодня занимает лишь часть своей исторической территории. А на части располагается психбольница для туберкулезных.
Варлаам пришел в Авдотьино из Стромынского монастыря, а Авдоться с Ульяной – из Пречистенской пустыни, которая когда-то была в окрестностях современного
города Лосино-Петровского
Монахи здесь появились в 1606 году. Из Стромынского монастыря (основанного Сергием Радонежским) пришел иеромонах Варлаам и принес с собой древнюю икону Николы. А из Пречистинской женской обители (она располагалась в районе современного Лосино-Петровского) явились игуменья Авдотья и казначея Ульяна. Считается, что все они оказались на Воре потому, что их монастыри были разорены разбушевавшейся стихией Смутного времени. Правда, это сомнительно, поскольку в 1606 году Смута еще не вошла в стадию тотального бедствия, тем более – к северо-востоку от Москвы. И все же легенда о рождении Берлюковского монастыря из духа Смуты верна по сути, ибо весьма органично вплетается в беспокойную историю этой обители. И к тому же объясняет происхождение здешних топонимов: Ульяна поселилась на горе, которая теперь называется Ульянина гора, а Авдотья дала свое имя селу Авдотьино, которое возникло там, где она поселилась. Варлаам же стал жить на кладбище и построил там для образа Николы деревянную церковь.
Дорога упирается в Николо-Берлюковскую пустынь
и резко поворачивает, обходя ее с левой стороны
Уже из этого можно заключить, что в Берлюково было несколько сакральных объектов, которые в какой-то момент христианизировались и оказались связанными с именами настоящих или вымышленных монахов. Но использовались эти святилища, конечно, с древнейших времен. Не могли не использоваться. Потому что место там очень сильное, а ландшафт исключительно подходящий для обитания богов и располагающий к радениям в их честь. Чтобы подавить языческие культы, нужен был монастырь. Но он появился, конечно, не в 1606 году.
Согласно еще одной местной легенде, около церкви, построенной Варлаамом для образа Николы, со временем поселились какие-то бродяги. Вожаком их стал человек по прозвищу Берлюк. Детина, похожий на медведя, он носил в зной и стужу тулуп, вывернутый мехом наружу. Днем ходил по окрестностям с иконой Николы на шее, просил милостыню. А ночами убивал и грабил. Душегуба с иконой арестовали после того, как на Стромынском тракте он зарезал одного очень богатого купца.
Монах из Берлюковской пустыни уверял меня, что вина Берлюка не была доказана, что казнили его по ошибке. Бывает. Однако, я думаю, тут никакой ошибки не было. Потому что Берлюк был просто местным духом, которого по обычаю русского двоеверия ассоциировали с Николой Угодником, а потом и вовсе прикончили. В конце концов, имя «Берлюк» естественным образом увязывается с берлогой. То есть – пещерой, логовом, щелью в земле, где живет Великий Змей19 Волос. Георгии-победоносцы20 московской власти рано или поздно должны были разделаться с ним.
Берлюковский монастырь восстанавливается
В этой связи интересна история о том, как Берлюка развели в тюрьме. Какой-то торговец калачами пришел к нему и обещал устроить побег, если Берлюк расскажет, где спрятал награбленное. Тот рассказал. Калачник явился в Авдотьино под видом сборщика целебных трав, днем пошатался по округе, нашел место клада (пещеру, заметим, на склоне горы над Ворей), а ночью изъял сокровища.
Монастырь стоит над склоном, сходящим к реке Воре.
Это здание принадлежит психбольнице
Крестьяне потом еще долго находили около разоренного логова местного Волоса (бога, дающего богатство) золотые и серебряные монеты, потерянные в спешке калачником. Авдотьинские поселяне и до сих пор помешаны на пещерах, подземных ходах и кладах. И неспроста. Пещеры там действительно есть. Одну из них в 19-ом веке в тайне от всех рыл в горе Берлюковский старец Макарий. Уже после его смерти над этой пещерой поставили церковь во имя Иоанна Предтечи, которая, впрочем, не использовалась из-за сырости.
Но не будем забегать вперед. По бумагам 1700 года Берлюково место силы приписано к Кремлевскому Чудову монастырю (где за сто лет до того Григорий Отрепьев21 впервые ощутил в себе силу стать царевичем Дмитрием) и называется Берлюковским монастырищем. Настоятелем в нем был некий Никифор, человек тесно связанный с несчастливой царицей Евдокией Лопухиной. Времена были жесткие, контакты с заключенной в Суздальском Покровском монастыре царицей грозили суровыми карами. Никифор бежал, скитался, был схвачен, бит плетьми и умер в заточении. Будто рок преследует берлюковцев.
Храм Христа Спасителя Берлюковского монастыря построен в память о победе над Наполеоном, как и Московский храм с таким же названием
В 1732 году здесь уже самостоятельный монастырь. Игуменом его становится Иосия (Самгин) из Саровской пустыни. Вместе с ним в Берлюково приходят еще несколько монахов из Сарова. А в конце 1733 года в Московскую синодальную контору является саровский монах Георгий (Зворыкин) и сообщает престранные вещи: его де преследуют бесы. Вообще-то, бесы ни с того ни с сего православного человека преследовать не должны, прежде надо согласиться на контакт с ними. И действительно, оказалось, что в миру Зворыкин связался с каким-то немцем по фамилии Вейц. По правде говоря, этот Вейц только казался человеком, а на самом деле был нечистым духом во плоти немца. Вместе с двумя своими слугами, тоже бесами, он соблазнил Зворыкина отречься от православного Бога. Несчастный перестал посещать церковь, занялся чародейством, но вскоре одумался и ради искупления грехов подался в Саровский монастырь. Но и там Вейц продолжал его доставать. Требовал отречься от Христа, сулил великие блага, поднимал пытающегося отказаться от сотрудничества монаха над землей, сбрасывал с лестницы. Георгий умолял церковных чиновников об избавлении от этих искушений.
Берлюковская пустынь, территория психбольницы №16
департамента здравоохранения города Москвы
Надо сказать, что подобного рода бесовские козни дело совершенно обычное. Я бы даже сказал: нормальное. Всякий, кто хоть немного знаком с Житиями святых, знает, что бесы преследовали монахов всегда. И, разумеется, в лучшие времена православия никому не приходило в голову обращаться к властям за помощью от этой напасти. А властям не приходило в голову преследовать монахов за то, что их кто-то искушает. Однако Петровская церковная реформа обернулась тем, что государство взялось за искоренение всякого несанкционированного мистицизма. Причем взялось совершенно просвещенческим, варварским способом: вместо того, чтобы по старинке изгонять бесов или хотя бы лечить искушаемых, их стали попросту репрессировать. Дело монаха Георгия было передано в Тайную канцелярию.
Берлюковский монастырь все еще в руинах. Служба проходит в подвале храма Христа Спасителя. Вход с левого торца
Когда эта весть дошла до Берлюковской пустыни, ее настоятель Иосия переполошился. Он отлично знал Георгия по Саровской пустыни и очень боялся, что на допросах тот на него наговорит такого, что уже не отбрешешься. Чего боялся Иосия? Может быть того, что обнаружатся случаи незаконного пострижения в монахи (тогда как раз вышел указ, строго запрещавший самовольные пострижения и переходы из монастыря в монастырь). А может, Иосия и сам имел какие-то дела с запрещенными мистическими сущностями. В конце концов, Саровское место силы обладает удивительными свойствами (после Серафима Саровского22 это стало всем ясно), и тамошние монахи во все времена обладали глубоким мистическим опытом. В том числе и таким, за который в 30-е годы 18-го века легко можно было лишиться ноздрей и очутиться на каторге. Короче говоря, Иосия решил нанести упреждающий удар: написал на Георгия донос, что тот чародей и безбожник.
Психбольница отделена от монастыря бетонным забором. За ним в монастырских строениях живут
250 психически больных туберкулезников
Ознакомившись с доносом, работники Тайной канцелярии немедленно арестовали не только Георгия, но и иуду Иосию. А заодно – всех монахов, перешедших с ним вместе из Саровской пустыни в Берлюковскую. Под стражу были взяты также Саровский настоятель Иоанн и монах Ефрем. В обеих обителях были произведены обыски и выемки бумаг. Среди изъятого обнаружились тексты Маркела Родышевского. Этот церковный деятель к тому времени уже сидел – в Кирилло-Белозерском монастыре. Он был личным врагом президента Священного синода Феофана Прокоповича, который сразу сообразил, что из дела искушаемого бесами монаха можно раздуть настоящий политический процесс. И разделаться не только с Маркелом, но заодно и с супостатами покрупней.
Храм Христа Спасителя и основание Берлюковской колокольни. Ее высота 104 метра, почти Иван Великий. В 1993 году с нее бурей сорвало крест, а до того никакие большевики не могли его сбросить
На одном из допросов Иосия показал, что бесноватый Георгий признался ему на исповеди в том, что вместе со своими сообщниками хотел извести царя Петра II. Этого было достаточно для того, чтобы Феофан повернул дело так, что в Берлюкове и Сарове созрел антиправительственный заговор, проводником которого в столице является преступная группа значительных лиц. В их числе: князь Одоевский, княгиня Долгорукая, графиня Матвеева и другие. На роль главы заговора Прокопович избрал действительного статского советника Алексея Макарова, любимца Петра I, действующего президента коммерц-коллегии. Процесс пошел.
Макаров так и не будет осужден, он через несколько лет сам умрет, оставаясь под домашним арестом. Арестованные монахи будут расстрижены и отправлены в Сибирь. Бесноватому Георгию и игумену Иосии еще дополнительно вырвут ноздри. Берлюковская пустынь будет приговорена к закрытию. Однако в 1759 году она еще значится среди действующих. Уничтожат ее только в 1770 году.
А уже в 1778 митрополит Платон (Левшин), посещая своего приятеля генерал-поручика Лопухина, узнал, что рядом с его имением есть красивый упраздненный монастырь. Платон решил посмотреть, и место ему так понравилось, что он отслужил в заброшенной церкви молебен. Митрополит в тот момент был сильно болен, а после молебна почувствовал вдруг облегчение. Ага! Возвратившись в Москву, он начал искать способ восстановить Берлюковскую обитель. И в 1779 году указом Синода уже она была возвращена в число действующих, правда, заштатных монастырей.
А 19-й век стал временем расцвета обители. Началось это в 1829 году (кстати, как раз тогда в Берлюково постригся упомянутый выше копатель пещеры Макарий). Было так: некая слепая женщина увидела во сне ангела, который показал ей очень странную икону и велел искать ее в Берлюковской пустыни. Женщина пришла, описала икону, но никто никогда ничего подобного не видел. Только монастырский пекарь вдруг вспомнил, что на деревянном круге, которым он прикрывает квашню, есть какие-то лики, может, это как раз то, что ищет слепая. Взяли крышку с квашни, отмыли, и проступило изображение Иуды, целующего Христа. Отслужили перед ним молебен. Слепая прозрела.
Берлюковская икона «Лобзание Христа Спасителя Иудою», открывшаяся, когда промыли крышку от квашни
Весть о чуде разнеслась мгновенно, в монастырь потянулись толпы страждущих. Икона, изображающая поцелуй Иуды, стала пользоваться такой бешеной популярностью, что Берлюковская пустынь поднялась на ней, как на дрожжах. Пришли деньги, началось бурное строительство. Во второй половине 19-го века это была одна из самых богатых и посещаемых обителей в России. Непонятно, конечно, почему именно такая икона явилась в Берлюковском месте силы. Хотя, как мы видели, в истории этого места было много вещей, так или иначе связанных с предательством и вероломством.
Тридцать четвертое – Крыпецы
Рассказывая о Никандре Пустынножителе23, я уже поминал Крыпецкий Богословский монастырь. А основал его серб по имени Савва, в средине 15-го века пришедший в Россию с Афона. Монашеское имя он получил в честь святителя Саввы Сербского.
В Крыпецкий монастырь надо ехать через Ском-Гору, а не через Крипецкое. От Крипецкого придется идти по Ярославову мосту, дороге через болота, построенной в 1487 году псковским князем Ярославом Васильевичем в благодарность за исцеление своей жены преподобным Саввой
Поначалу Савва поселился в Снетогорском монастыре Рождества Богородицы под Псковом, потом перешел туда, где потише и поглуше – на реку Толву, в Спасо-Елизаровский24 монастырь Ефросина Псковского. (Этот монастырь славен тем, что в его стенах Филофей сформулирует программу: «Москва – третий Рим». ) Но и на Толве Савва пробыл недолго, его тянуло в более пустынные места. С благословения Ефросина он отправился в урочище Крыпецы («крыпа» значит «лодка, рыбачий челнок»), место, не очень далекое от Пскова (22 км по прямой), но глухое и труднодоступное даже сегодня.
Оно представляет собой небольшую песчаную возвышенность, остров среди непролазных болот. Рассказывая о Никандре, я говорил, что подобного рода острова, возвышающиеся над болотами, естественно воспринимались как места обитания языческих божеств. Да и были таковыми в реальности. Когда Савва пришел в Крыпецы, он столкнулся с автохтонными бесами, которые пытались прогнать его с места силы, принимая облики «змия, разных зверей и гадов». Савва победил их своим аскетизмом.
Мощи Саввы были обретены между церковью и звонницей
Через какое-то время к нему стали собираться ученики, и кроткий серб основал для них обитель. Была построена деревянная церковь во имя Иона Богослова (икону которого Савва принес с Афона) с приделом во имя архиепископа Саввы Сербского. При этом наотрез отказался стать игуменом. Поставил таковым одного из своих учеников, Кассиана, а сам продолжал упражняться в аскезе. С Афона в Псковскую землю Савва принес не только икону, но и практику исихастского духовного делания. Об этом – в другой раз25, когда речь пойдет о Ниле Столобенском, выходце из Крыпеца.
Преподобный Савва борется с Крыпецкими бесами
Савва умер в 1595 году, а примерно через полвека (обычно говорят через 60 лет, но даты здесь явно путаются) на месте обветшавшей Богословской церкви стали строить новую, каменную. Монахи очень надеялись, что, копая рвы для нее, обнаружат мощи основателя своего монастыря. Но там, где, как они знали, был похоронен Савва, мощей не оказалось. И это многих смутило. Тогда некоему Исайе приснилось, как три инока с лопатами ищут Савву. Но ищут вовсе не там, где он был похоронен когда-то, а несколько в стороне, между церковью и звонницей. Копают, находят истлевший гроб, поднимают крышку, видят покойник, закрывают, уходят. И тут вдруг гроб сам собой открывается. И слышится голос: «Братья, кого ищите?» Те перепуганы. Ищем, говорят, мощи Саввы. Тогда лежащий в гробе садится и говорит им: «Я и есть Савва».
Крыпецкие перипатетики
Проснувшись, Исайя рассказал сон игумену и братии. Решили копать там, где гроб был во сне. И обнаружили мощи, от которых вскоре произошло немало чудес. Это было при третьем Крыпецком игумене Феоктисте, который настоятельствовал с 1540 по 1558 годы. Том самом как раз игумене, которого бес попутал прогнать из окрестностей монастыря Никандра – на том основании, что тот отбивает доходы крыпецкой братии. Феоктист по натуре был явно крепкий стяжатель. Такого бесу попутать нетрудно. Возможно, это случилось и при обретения мощей преподобного Саввы. Как никак, в те времена происходили мероприятия митрополита Макария по канонизации (соборы 1547 и 1549 годов), а обретенные мощи святого значительно повышали рейтинг монастыря, привлекали паломников, увеличивали доходы. Я вовсе не хочу сказать, что мощи Саввы были обретены как-то неправильно, но то, что преподобный не сразу открылся искателям, о чем-то говорит, не правда ли?
Есть такая пословица: не место красит человека, а человек – место. Она, конечно, относится не к местам силы, а к должностям, но, собственно, какая разница? Человек, оказавшийся в (или – на) каком-то месте, меняется. Свойства места открывают в человеке новые свойства, нечто такое, чего в нем раньше, казалось бы, не было. Вот, скажем, назначили Пупкина на какую-нибудь начальственную должность, и он вдруг раздулся, стал важным и, чаще всего, совершенно неэффективным (закон Паркинсона). Но примерно то же самое происходит, когда человек попадает в место силы. Оно проявляет нутро человека. Карл Юнг называл такое явление инфляцией (захват индивидуальной психики смыслами, идущими из бессознательного).