- -
- 100%
- +
– К сожалению, моя схема проведения интервью отработана годами, и мне не важно, кто передо мной сидит: начальник отдела или рядовой служащий. Точность важна в деталях. Поэтому давайте собеседоваться. Представьте, что вы идете на топовую должность.
– Знаете, я всё же пойду. Не на топовую должность, а от вас. Не намерена унижаться за зарплату в двадцать тысяч.
Она тряхнула волосами, убранными в хвост, и поднялась. Щеки её раскраснелись, на глаза явно навернулись слезы. Но шагала она твердо, плечи держала прямо. Кремень, а не девица.
Неужели её унизили его вопросы?
Любопытно. На лентяйку она не похожа. Тогда что с ней?
– Стоять! – командирским тоном гаркнул Матвей, наблюдая за тем, как она цокает каблуками и пытается дернуть за дверную ручку. – У тебя образование-то есть?
– Есть.
Сверкнула она голубыми глазами.
– Какое?
– Закупки. Да какая разница? Или в вашу фирму берут только с высшим и магистратурой?
– И что, – Матвей пропустил её реплику мимо ушей, – ты хоть день отработала по образованию?
– Семь лет.
Опа, а это уже интересный факт. На бездельницу девица не подходила. Может, у нее действительно есть какие-то трудности, которые заставили браться за всё, что предлагают?
– Трудовая при себе?
Она кивнула, и Матвей требовательно протянул ладонь.
– Показывай.
Девица демонстративно положила её на стол, и Вербицкий открыл нужную страничку. Семь лет на одном месте, начинала с помощника менеджера по закупкам, доросла до исполняющего обязанности заместителя начальника отдела и уволилась. А дальше – перерыв в пять лет. У неё и благодарности были за заслуги в работе.
– Почему ушла? – спросил он смягчившимся тоном.
– Семья, муж, – ответила просто.
– А почему работу тогда ищешь?
– Кончилась семья с мужем, – ещё проще, совершенно безразлично.
– Так шла бы обратно в закупки.
– Да кому я там нужна, – она махнула подбородком, а затем добавила: – Я резюме рассылала. Не берут. А мне деньги нужны здесь и сейчас, я не могу несколько месяцев по собеседованиям ходить.
Ему внезапно стало жалко эту худосочную особу с огромными глазами.
В закупках вакансий не было, насколько он помнил. Конечно, владельцу ничего не мешает изменить штатное расписание, с другой стороны, а почему он должен делать какие-то одолжения непонятно кому?
Хочет быть уборщицей – её право.
– Выходи завтра на работу. Ты принята. В кадры я сейчас позвоню. Где хозинтвентарь, объяснят. У меня главное правило – в документах не копаться и языком не трепать.
– Спасибо, – ответила девица, но без особого энтузиазма. Ему даже показалось, что ей хотелось отказа.
Он открыл первую страницу её трудовой.
– Не за что, Александра Станиславовна. Подождите в коридоре.
Затем Матвей набрал номер начальника отдела кадров и попросил пригнать кого-нибудь, чтобы забрать соискательницу для оформления. Разумеется, такой звонок директора начальницу напряг. Ещё бы, не каждый день тот справляется за обслуживающий персонал, да ещё и собеседует лично.
– Сделаем всё в лучшем виде, – отчеканила она.
– Сделайте в обычном, – хмыкнул Вербицкий, внутренне понимая, какие теперь пойдут слухи.
***
Лучше бы он отказал!
Зазнайка, хам, неприятный тип!
Я, конечно, подозревала, что все большие начальники с придурью, но этот какой-то особенно неприятный. Собеседовать он меня удумал!
Мне ж Катя толком не объяснила, куда конкретно идти. Сказала, что директору нужна личная уборщица. Я к директору и двинула. Думала, с секретарем его пообщаться или она меня перенаправит к нужным людям. А тут как гром среди ясного неба: Матвей Игоревич вас ожидает.
Он вел себя отвратительно, явно насмехался, показывал, кто король положения, а кто – лохушка. И когда спросил про образование и опыт работы в закупках, мне самой захотелось утереть ему нос. Показать, что всё у меня есть, пусть не считает совсем уж идиоткой.
Посмотрел трудовую и изволил принять. Вот уж спасибо.
Теперь стой перед выбором: или работа, или принципы. Деньги мне нужны позарез, поэтому я, возмущенная до предела, решила всё же не отказываться. Фирма находилась в удобном месте, график меня полностью устраивал. А что шваброй махать – так я не боюсь физической работы.
Начнем с этого, а там квартиру снимем, кое-как жить научимся и найдем что-нибудь другое. Не хочется беременной с пузом перерабатывать физически. Вдруг что. Но месяц или два у меня точно есть, чтобы подготовить стартовую площадку.
Вскоре за мной прибежала молоденькая девочка-кадровичка. Причем прибежала с таким видом, будто я была как минимум дочерью президента, а как максимум – этим самым президентом.
– Простите, что задержалась, – говорит она, когда мы петляем по коридорам. – Вы не долго ждали?
– Э-э-э, нет. Ничего страшного.
Странное всё же местечко. Уборщиц собеседует сам директор, с этими же уборщицами все кругом носятся как с курами, что несут золотые яйца. Я чего-то не знаю? Что входит в мои обязанности вообще? Такое ощущение, что разработка ядерного оружия, а не уборка помещений.
– Ну и хорошо. Чаек будете? Кофеек? Договор мы подготовим, только от вас понадобятся документы по списку, – и она начала перечислять, что ей от меня нужно.
От чая с кофе я отказалась, и сотрудница, взяв папку с моими документами, резво ускакала в кабинет, оставив меня в зоне ожидания. Я отписалась Кате, что меня взяли, и добавила, что хозяин здесь – полный удод. Нет, я к удодам как к птицам ничего не имею. Но конкретно к этому – претензий масса.
«Говорят, он красавчик», – ответила Катя в смс.
Ну-у, тут как посмотреть. Да, подтянутый, темноволосый, подстрижен хорошо и вообще выглядит дорого-богато. На лицо приятный. Но его манера поведения. Его жестикуляция, язвительная усмешка.
Никаких позитивных эмоций этот тип у меня не вызывал, только раздражение.
Впрочем, плевать. Вскоре мне выдали трудовой договор, я подписалась, а затем получила наставления, во сколько завтра приходить и кто обучит меня всем премудростям новой работы.
Уже выходя из здания, где мне предстоит работать неопределенное время, я вижу звонок. Муж. Наверное, без пяти минут бывший, но сердце екает так сильно, что становится трудно дышать.
Денис не здоровается. Сразу лупит в лоб вопросом:
– Ты сейчас где? Нужно поговорить.
– О чем? – спрашиваю устало.
– О нашем ребенке.
И в этот момент сердце разбивается на осколки.
Глава 3
Нет никакого нашего ребенка. Он мой. Я не отдам его Денису. Не позволю ему претендовать на то, что досталось мне таким трудом. У него есть другая женщина, вот пусть она и рожает ему хоть сотню наследников.
Что до меня – ни за что. Не хочу иметь ничего общего с этим человеком. Не попрошу у него ни рубля алиментов. Даже отчества его не дам моему малышу. Нас больше ничегошеньки не связывает.
– Зачем нам встречаться? – спрашиваю осторожно. – Говори сейчас. Мы же определились, что это была всего лишь попытка удержать тебя.
– Сомневаюсь. Ты бы не стала так шутить. Саша, давай поговорим.
– Денис, если что, я не претендую ни на что, отцовства от тебя не требую и…
– Сколько ты хочешь? – перебивает муж.
– Ты о чем?
– Я хочу, чтобы ты избавилась от плода, пока срок недостаточно большой. Понимаешь ли, нашим отношениям с Лизой не нужны проблемы и внебрачные дети.
Внебрачные?! Значит, наш брак уже не считается, его как будто и не существовало вовсе. Раз, и испарился. Штамп в паспорте стоит, а дети внебрачные.
– Я готов платить, – продолжает муж жестко. – Сто тысяч? Двести? Назови сумму.
Значит, так он оценивает человеческую жизнь? Двести тысяч? Всего-то? Конечно, я и за десять миллионов не соглашусь избавиться от того, чего так сильно жаждала, но ценник всё равно вызывает невеселую улыбку.
Двести тысяч. За жизнь человека. Как легко-то.
– Я не могла забеременеть столько лет…
– Ну, забеременела же, – отвечает он легкомысленно. – Саш, я почитал в интернете, он пока ещё даже не похож на человека. Так, сгусток клеток. Вместе нам не быть, так почему бы не решить проблему раз и навсегда?
– Он – не проблема, – жестко отсекаю я и нажимаю на сброс вызова.
Денис перезванивает, но я не собираюсь брать трубку. Он рехнулся. Пусть мы и разведемся, но он не может диктовать мне, оставлять малыша или избавляться от него. Это лишь мой выбор. Исключительно моя зона ответственности.
Ужасное смс приходит чуть позднее:
«Саша, это и мой ребенок тоже. Я имею право принимать решение о том, что с ним делать».
Имеет он право. Зачем тогда супружеский долг исполнял, правый мой? Собирался уйти к другой женщине, но от интима с женой не отказывался. Ещё и без защиты. Или думал, что раз проносило до этого, то и теперь обойдется?
«А ты докажи, что ребенок от тебя», – отвечаю я с плохо скрытой злостью.
Весь день летит к чертям. Сначала собеседование с отвратительным боссом, потом звонок Дениса. У меня не остается никаких моральных сил. И всё же я возвращаюсь к Кате домой и в благодарность за то, что она меня приютила, кашеварю до самого вечера. Готовлю первое и второе, десерт. Катя много работает, она не успевает приготовить себе даже макароны. А мне несложно. Делов-то, закинуть овощи в бульон или настругать мяса.
Я много думаю, не опасно ли в моем положении устраиваться уборщицей, но решаю, что пара месяцев у меня есть, а потом буду смотреть, что делать дальше. Да и сейчас я планирую попутно искать работу. Резюме разосланы.
Просто нужно чем-то питаться, не объедать же Катьку, а свободных денег у меня кот наплакал.
Тем более, когда над головой навис меч по имени «Денис».
…Утро начинается тяжело, и первый рабочий день тянется липкой жевательной резинкой, что прилипла к подошве ботинок.
– Швабры тут, – монотонно объясняет Люсенька, старшая уборщица. – Моющих средств не жалей, выдают с избытком. Влажную уборку всегда делай, ясно? А это кабинет босса… – она замолкает.
Я с кабинетом, как и с боссом знакома прекрасно.
– А тут что нужно делать?
– Тут сложнее, – понижает Люсенька голос. – Матвей Игоревич очень уж любит, чтоб всё по правильному было. Я тебе всё расскажу, ты запоминай главное.
Вскоре я узнаю, что Матвей Игоревич не просто педант, а ужасный зануда, который помешан на чистоте. У него целый свод «нельзя» и коротенький перечень «можно». Ну и, разумеется, в его присутствии мне работать нельзя. Вот ушел на совещание – тогда пожалуйста. К счастью, этих совещаний у него каждый день по сто штук.
Другие директоры, чьи кабинеты мне предстоит убирать, тоже с тараканами. Но не такими серьезными. Одну окна не открывай, другому – не закрывай. Третьему нужно обязательно мыть без отдушек, у него аллергия.
Я клятвенно обещаю убираться по правилам, чтобы порадовать драгоценных боссов, и приступаю к работе.
Не так уж и тяжело, если вдуматься. В моей зоне ответственности только один этаж, всего несколько кабинетов высшего руководства. Санузел – на другой уборщице. Чистящие средства здесь хорошие, не едкие. С тряпкой ползать не надо, есть новомодная швабра с отжимом. В принципе, работать можно.
Мысли то и дело возвращаются к Денису и его попыткам решить за нас двоих судьбу нашего ребенка. Мне страшно. Очень. Я испугана и опустошена. Меня не пугают никакие жуткие начальники, но почти бывший муж – до чертиков.
И что делать? Как же быть? Как убедить его не лезть в мою жизнь?..
Вербицкий уходит на совещание, и я принимаюсь за уборку его кабинета. По правде, там и убирать-то нечего – всё сверкает. Ни пылинки. Документы не трогаю, даже не смотрю в их сторону. Но намываю полки, полы, подоконник.
В какой-то момент я оказываюсь под столом, чтобы достать завалившийся фантик от конфеты (ха, а говорят, что он видит любую мелочь!), и в этот момент дверь открывается.
– Матвей Игоревич? – доносится нежный женский голосок. – Вы на месте?
Я вижу только алые туфли на огромном каблуке и стройные ножки, обтянутые кожаной юбкой. Кому они принадлежат, не подозреваю. Девушка застывает на пороге, а затем прикрывает дверь. Она подходит к столу и… кажется, садится на него.
По крайней мере, ноги на секунду исчезают из поля видимости, и чья-то филейная часть явно приземляется на столешницу надо мной.
Надо бы вылезти, и я собираюсь так поступить, но дверь открывается вновь.
– Матвей Игоревич, – капризно говорит девушка. – Я вас заждалась.
С этими словами она стягивает блузку. Откуда я знаю? Да потому что блузка летит на свежепомытый мною пол.
Я зависаю. Главное – не чихнуть случайно. Не задышать слишком громко. Не выдать себя, короче говоря.
– Марго, я же просил закрывать за собой дверь, – недовольно бурчит Вербицкий.
– Ну, вот такая я непослушная девочка. Накажи меня.
– Если кто-то тебя увидит…
– Да никого нет. Леночка уперлась кофе гонять в маркетинг, а без неё сюда никто не сунется, – она хлопает ладошкой по столу. – Иди ко мне.
– А уборщица? – внезапно спрашивает директор. – У двери тележка со швабрами и ведрами.
– Ну, как видишь, здесь её нет, разве что она под стол спряталась, – девушка хихикает. – Прекрати артачиться. Я соскучилась. Ты меня на голодном пайке держишь уже какую неделю.
Вербицкий подходит к столу, и парочка явно сливается в страстном поцелуе.
И что делать? Вылезать? Прямо СЕЙЧАС?!
Я решаю остаться. Они же не начнут… прямо здесь… при мне…
К счастью, не начинают. Вербицкий прекращает поцелуй и жестко говорит:
– Марго, у меня много дел. Позже.
Видимо, что-то в тоне становится решающим фактором, и девушка спрыгивает со стола, наощупь хватает блузку. Она удаляется молча, разве что фыркает недовольно напоследок.
А господин начальник – и по совместительству главный ловелас фирмы! – собирается усесться за рабочий стол.
Он отодвигает кожаное кресло и натыкается взглядом на меня.
– Вы… ты…
– У вас тут очень много мусора, – заявляю я, выползая из-под стола и тыкая ему в грудь фантиком от конфеты.
И сбегаю, пока чертов герой-любовник не опомнился.
Ну, всё, теперь точно увольняться.
Поработала, блин. Убралась.
***
Матвей настолько опешил от увиденного, что даже не сообразил, как отреагировать. Девица под его столом сидела как заправский шпион. Пихнув ему в руки злосчастный фантик, она удалилась. Самое смешное, что этот фантик Матвей бросил специально, чтобы проверить, насколько новая уборщица дотошна. Полезет доставать или затолкает поглубже? Или вообще не заметит?
Полезла…
И, видимо, в этот самый момент вошла Марго, застав трепетную лань врасплох.
Марго работала замначальника отдела снабжения. Хваткая, умная, беспринципная. Матвею она приглянулась с первого же взгляда. Она знала, чего хочет.
А хотела она его.
Проблема заключалась только в том, что Матвей не искал отношений. Бурный служебный роман, о котором никто не знает – почему бы и нет. Но отношения, совместная жизнь, романтика – нет уж. У него куча других дел.
И он искренне считал, что карьеристка-Марго придерживается того же мнения. Увы, она оказалась куда приземленнее в своих мечтах. Разговоры о совместной жизни пусть не сразу, но появились. И намеки на то, что гораздо удобнее утром просыпаться в одной кровати и ехать на работу вместе.
– Когда ты познакомишь меня с друзьями? – хлопала ресницами Марго.
– Ой, а давай подумаем о совместном отпуске? – улыбалась она белозубой улыбкой.
– Слушай, может, перестанем скрываться в офисе? – спрашивала совершенно невинно.
И чем сильнее она давила, тем больше отдалялся Матвей. Он изначально обозначил границы их романа и переступать те не собирался. Он не видел Марго в качестве своей девушки или – упасите, небеса – супруги.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.