Кофейня желаний

Глава 4. Гаспар

7 утра. Гребаное утро.

Солнце лезет в окна, как назло, даже сквозь плотные шторы. Голова ещё не проснулась, тело ватное, веки слипаются. Как же не хочется вставать…

Почему изменяют ей, а страдаю я?

Еле‑еле сползаю с кровати, натыкаясь ногой на край тумбочки. Больно, но даже это не прогоняет сон. Бреду на кухню словно зомби.

— Ааа, — слышу я голос Эмиля.

Смотрю на него. Он сидит за столом, уставившись на меня с таким видом, будто привидение увидел. Телефон выскальзывает из его рук и с глухим стуком падает на пол.

— И тебе недоброе… — бормочу я, подходя к кофемашине.

— Ты почему так рано? — он поднимает телефон и озадаченно смотрит на меня.

— Я тоже задаюсь этим вопросом, — отвечаю, нажимая кнопку на кофемашине.

Она с гудением запускается, и в кухне разливается аромат свежесваренного кофе. Добавляю сливки, сахар, сажусь на стул напротив Эмиля.

— У этого Павлина кофейня открывается в восемь, — объясняю я, облокачиваясь на стол. — Мне надо бы там с открытия побыть.

Делаю глоток.

— Ты меня пугаешь, — Эмиль прищуривается. — Не замечал у тебя такого рвения к работе. Или ты всё‑таки думаешь, что это не та деваха? Что, любопытно?

Он смотрит на меня хитро. Сразу раскусил.

— Ой, а тебе будто нет? — недовольно фыркаю.

— Согласен, но… — Эмиль задумчиво крутит кружку в руках. — Может, всё намного проще — он просто влюбился. Не думаешь?

— Это ты своих дорам пересмотрел, — отмахиваюсь я. — Нет, сомневаюсь. Он всегда скрывал своих пассий от Мадам, причём довольно умело, а тут всё напоказ, приходи и смотри.

— Вот иди и смотри, — Эмиль зевает, встаёт из‑за стола. — А я работать.

Он забирает свою кружку, телефон, но замирает на полпути.

— Тебе разве ноутбук мой не нужен?

— Зачем? — непонимающе смотрю на него.

— А что ты там собрался делать весь день? Сидеть и смотреть на него? — он усмехается. — Точно! Тебя же так никто не заметит. Ты просто сама незаметность!

— Не начинай…

— И рубашку белую надень, чтобы на сотрудника походить, — продолжает Эмиль, не слушая. — И вообще, прекращай так рано вставать, а то отвлекаешь меня, пугаешь…

— Как скажешь, мамочка, — бурчу я.

Допиваю кофе, иду собираться. Эмиль прав, странно я буду выглядеть, если просто просижу там весь день без дела. Надо вписаться в обстановку.

Надеваю белую рубашку — свежую, выглаженную. Галстук затягиваю узлом, который выучил ещё в школе и с тех пор не использовал ни разу. Чёрные брюки, ремень. Смотрю на себя в зеркало. Недурно. Даже слишком.

Захожу в комнату к Эмилю.

— Ну что, похож на офисного сотрудника?

Он поворачивается, внимательно осматривает меня с ног до головы.

— Нет, — качает головой с самым серьёзным видом. — Глаза слишком счастливые и синяков нет.

Он пытается сдержать смех, но не получается.

— Да иди ты… — улыбаюсь я.

— На, держи, я пока на втором поработаю, — Эмиль протягивает мне ноутбук и… Очки. Компьютерные, с простыми прозрачными стёклами.

— Они зачем?

— Чтобы глаза твои счастливые скрыть, — он подмигивает. — Всё, не мешай мне, у меня дедлайн до девяти.

Он встаёт, выталкивает меня из комнаты и закрывает дверь прямо перед моим носом.

— Спасибо! — кричу я. Надеюсь, услышал.

Ещё немного и я со всеми вещами выбегаю из квартиры. Сажусь в машину, завожу мотор. Еду.

Пятнадцать минут кружу по улице в поисках парковочного места — все заняты. Чёртовы офисные работники понаставили свои тачки. Какой же я дурак, что не вызвал такси.

Наконец нахожу одно тесное место между двумя машинами. Паркуюсь с третьей попытки, пулей лечу к кофейне. Ко входу подбегаю запыхавшийся. Смотрю на часы — 08:17. К открытию, конечно, не успел. Надеюсь, не пропустил ничего важного.

В кофейне тихо. Только один посетитель сидит с ноутбуком да пара сотрудников. Выбираю самый дальний столик в углу, лицом к залу. Отсюда прекрасно видно стойку, а меня почти не видно. Да и за спину никто не сядет. Идеально.

Сажусь, раскладываю вещи. Смотрю на часы — 08:22. Видимо, офисные планктоны начинают работать либо с девяти, либо с десяти. Почему эта мысль не пришла мне вчера, когда я ставил будильник? Мог бы ещё немного поспать.

Встаю, подхожу к стойке, заказываю самый большой капучино и тосты. Возвращаюсь в своё укрытие. Открываю ноутбук, надеваю очки Эмиля. Щёлкаю по первому попавшемуся файлу, который был на рабочем столе, какая‑то скучная таблица с цифрами. С важным видом стучу по клавишам, периодически поглядывая на стойку.

Муженька ещё нет. Интересно, а эта Пеппи работает в этом здании или по соседству? Всё равно в голове не укладывается, как он на неё клюнул. Она‑то понятно, почему на него, такого пижона фиг пропустишь. Или он со всеми тут флиртует, чтобы продажи поднять? А что? Прекрасный бизнес‑план. Главное, чтобы они в разные часы приходили.

Время летит слишком медленно, муженька всё ещё нет, поэтому решаю пока посмотреть, какие компании есть в этом здании. Итог: издательство, риелторская конторка и какая‑то служба поддержки. Она может работать в любой из этих фирм, если это действительно его пассия.

И всё же, почему он решился на развод? Как я знаю из разговора с одним из охраны Мадам, у них заключён брачный договор, и если он становится инициатором развода, то остаётся просто без всего. Он начал работать только последние полгода, а до этого просто транжирил средства жены. И что, она его так сильно любит? И вот как раз в это время у него начали появляться подружки. Видимо, совсем всё наскучило, но откуда он возьмёт деньги? Или он поэтому начал работать в кофейне отца? Хочет отжать бизнес?

Замечаю, что становится очень шумно. Поднимаю глаза от ноутбука и вижу огромную очередь. Время — 09:15. Отлично! Сейчас самое время для наблюдения. Надеюсь, она придёт.

И стоило об этом подумать, как входная дверь открывается и заходит моя вчерашняя головная боль в обтягивающем офисном платье и на каблуках. Встаёт последней и постоянно поглядывает в сторону прилавка. Осматриваю её с ног до головы… Ладно, так уж и быть, беру свои слова назад. Зацепить есть чем, но чтобы это променять на многомиллионное состояние? Может, опять Эмиль прав, и это любовь? Ох, не понравится это Мадам…

Проходит несколько минут. И вдруг, о чудо, наш благоверный вылезает из своего укрытия. Заходит за прилавок, надевает фартук и сразу же берётся за кофемашину. Даже не посмотрел на очередь, сразу начал готовить. Он что, только ради неё выходит? Смотрит по камерам? Или она ему пишет?

— Амели! — громко зовёт её.

Теперь я знаю, как тебя зовут, Пеппи.

Она просто мчит к нему. Мне кажется, если бы перед ней была стена, она бы её протаранила насквозь. Павлин улыбается так, что уже нужны солнцезащитные очки. Протягивает ей стаканчик. Пеппи хватается за него, пальцы касаются его руки и она замирает.

Он смотрит на неё, а она, смущаясь, смотрит на него и краснеет. Я что, мать вашу, сейчас включил одну из дорам Эмиля?

Хватаю телефон, облокачиваюсь о спинку стула, делаю несколько снимков. Хочу разобрать, о чём они говорят, но слишком шумно. Слышу только обрывки: «Подожди меня».

Она кивает, забирает свой напиток и уходит.

Быстро собираю вещи, ноутбук под мышку, телефон в карман, и выбегаю из кофейни вслед за ней.

Оглядываюсь по сторонам.

Где Пеппи?

Как же мне повезло, что она решила вырядиться сегодня! На своих высоченных каблуках передвигается медленнее улитки. Сразу видно, нечасто их надевает.

Иду за ней неспешно, держась на расстоянии. Сначала думал, она пойдёт за здание, но нет.

Она просто села за самый дальний столик на летней веранде кофейни, поставила рядом кофе, достала телефон, уставилась в экран.

Так, а мне что делать?

Прохожу мимо неё, останавливаюсь чуть дальше, облокачиваюсь о стену. Достаю телефон и набираю Эмиля. Нужно сделать вид, что я разговариваю.

— Что, тебя рассекретили? — сразу начинает он.

— Привет! Ну что там с отчётом? — говорю серьёзно, косясь на Пеппи.

Она не смотрит в мою сторону, листает ленту в телефоне.

— Ясно, — понимает Эмиль. — Значит, нужно просто повисеть. Тогда сегодня с тебя пицца.

— А что с ним не так? Мы же вносили правки! — продолжаю я спектакль.

— Мне с ветчиной и грибами.

— А перенести срок можно?

— И колу возьми.

Пока мы ведём этот бессмысленный диалог, продолжаю наблюдать за Пеппи.

И вдруг… К ней подходит Павлин с огромным букетом роз.

Я замираю.

— Эмиль, я перезвоню, — быстро и тихо говорю, сбрасываю вызов.

Включаю запись видео. Прислоняю телефон к уху, делаю вид, что разговариваю, и медленно поворачиваюсь так, чтобы камера смотрела в их сторону.

Краем глаза вижу, как он дарит ей цветы и целует в губы. Та кричит от счастья и чуть ли не прыгает на него. Всё это представление длится не больше пяти минут, и они дружно расходятся в одном направлении. Значит, она всё же работает в этом здании.

И что? На этом всё? Пару часов и столько всего?

Я думал, что просижу тут целый день.

Как‑то слишком хорошо, чтобы быть правдой…

***

Следующие несколько дней наблюдаю за ними до самого вечера. Картинка повторяется, только не такая насыщенная.

Утром Пеппи заходит за кофе, они общаются у стойки. Потом она уходит на работу. После работы снова приходит, они сидят в кофейне, беседуют, она уходит, видимо, домой. Он же каждый вечер едет в сторону дома Мадам.

Интересно, они вообще кроме этого места хоть где‑то проводят время?

Габриэлла просила присмотреть пару дней, на этом, пожалуй, пока закончу. Назначил ей встречу и уже еду на склад.

Захожу внутрь и наблюдаю ту же картинку, она стоит и смотрит куда‑то вдаль, в руках изящно держа сигарету. У неё меняются лишь костюмы. Сегодня — ярко‑красный. Надеюсь, он окрашен не в крови её конкурентов?

Подхожу, открываю отснятые материалы на телефоне, отдаю.

Она листает фото, включает видео. Ничего не говорит, и на лице ни одной эмоции.

— За все эти дни была только она, — говорю я. — Встречи только в кофейне. Даже после работы он сразу едет к тебе. Складывается впечатление, что они исключительно там и видятся.

Она не отвечает, лишь молча отдаёт телефон обратно.

— Твоя охрана присматривает за ним в выходные?

— В выходные он дома, — наконец произносит она. — Запирается в соседнем крыле от меня.

Она злобно выбрасывает сигарету в угол.

— Нам нужно избавиться от неё, — немного подумав, холодно произносит.

— Также, как и с прошлыми? — уточняю я. — Намекнуть, чтобы сама ушла по‑хорошему?

— Я помню, как ты одной препарированную лягушку направил… — на её губах появляется злорадная ухмылка. Можно считать, что она улыбается.

— Но в этот раз нужно по‑другому, — она поворачивается ко мне.

— Что ты задумала? — не нравится мне её фраза.

— Я хочу на время переехать в другой город, — говорит медленно, словно взвешивает каждое слово. — И хочу, чтобы муж поехал со мной.

— Ты уверена, что он поедет? — спрашиваю я. — Он же собрался с тобой разводиться.

— Тебе нужно сделать так, чтобы поехал.

— Мне? — я усмехаюсь. — Как? Можно как‑то поподробнее?

Обычно я сразу понимаю, чего она хочет, но сейчас…

— Нужно, чтобы она бросила его, — говорит Габриэлла.

— А чем тебя обычные методы не устраивают?

— Если она резко исчезнет, как и предыдущие, он поймёт, что это моих рук дело. Если уже не понял.

— Ну да, — киваю. — Тогда он точно с тобой не уедет.

Закуриваю, облокачиваюсь о стену, руки убираю в карманы.

Она молчит, смотрит в окно.

— Уведи её у него. Раз он играет с моими чувствами, я поиграю с его, — произносит тихо, почти шёпотом.

— В смысле увести? Встречаться, что ли, с ней начать? Может, жениться уж сразу?

— Миллион тебя устроит? — перебивает она.

— Что?

— Если муж согласится уехать со мной, заплачу миллион.

— Это чересчур заманчиво, но… — я затягиваюсь, медленно выпускаю дым. — Всё же, Габриэлла, не пойму тебя. Почему ты так не хочешь его отпускать? Неужели дело только в любви?

Она не отвечает, лишь не спеша идёт к выходу.

— Какой срок? — кричу ей вслед.

Она останавливается и поворачивается ко мне.

— Его нет, — голос её звучит глухо. — Просто сделай так, как я хочу.

Свет на складе тусклый, но я замечаю её покрасневшие глаза. Она что, плачет?

Разворачивается и уходит быстрым шагом.

Я остаюсь один. Курю. Смотрю на закрытую дверь.

Что ж, ладно. Сделаю, как она хочет. Интересно только как?

Нужно хорошенько подумать.

Бросаю окурок на пол, затаптываю.

Ну что, моя дорогая Амели… Поиграем?