Заклятия ведьмы. Рубиновый щит

Глава 4

– Николь, просыпайся, – произнес кто-то совсем рядом, и она недовольно поморщилась. Ей совсем не хотелось вставать.

– Нет, – пробурчала она. – Я сегодня никуда не пойду.

Голос тихо рассмеялся, и она резко открыла глаза, вспомнив, что находится далеко от дома. Солдаты уже сворачивали лагерь, торопясь отправиться в путь. Люциан смотрел на нее с таким умилением, что она, смутившись, принялась поправлять волосы.

– Прости, – прошептала она. – Я наверно ужасно выгляжу.

Он перехватил ее руку и сам медленно провел ладонью по ее волосам.

– Ты выглядишь замечательно, – сказал он.

– Не надо, – вдруг произнесла она.

Сжав руку в кулак, он тут же ее убрал. Николь осторожно вдохнула воздух. Его прикосновения действовали на нее, как открытый огонь. Ей становилось невыносимо жарко, перехватывало дыхание, а сердце было готово выпрыгнуть из груди. За эти дни Николь поняла, что может ему доверять, хотя разум говорил ей обратное. Она совершенно его не знала, не знала, откуда он, каков его титул, или он простолюдин. Она даже не могла быть уверена, что имя, которое он назвал ей, настоящее! Но его прикосновения, его теплая кожа и биение сердца сводили ее с ума. И это ее пугало.

– Прости, – произнес он, отведя глаза. – Ты похожа на ангела, сложно не прикоснуться к тебе и не убедиться, что ты реальна. Я не хотел напугать тебя.

Николь не ответила. Кажется, она была слишком резка и задела его чувства. «Какое мне дело до его чувств!» – мысленно отругала она себя, взглянув на него исподтишка. Люциан смотрел в сторону, его каменное лицо не выражало никаких эмоций, но в глазах виднелись нотки разочарования. Николь вздохнула, приводя свои мысли в порядок. Проследив за его взглядом, она вскрикнула.

– Зара! Ее нет! – сказала она, глядя на пустой столб. – Она сбежала?

– Нет, – сказал Люциан. – Ее отвязали. К столбу ведут следы Дрейвена.

– Хочешь сказать, что он отпустил ее? – спросила Николь. Словно услышав ее голос, из палатки показался Дрейвен, пропуская вперед Зару. Николь и Люциан переглянулись.

– Она не выглядит измученной, – проговорила Николь, наблюдая, как Дрейвен помогает девушке забраться в седло. Он что-то сказал ей, и Зара кивнула.

– Кажется, мы потеряли союзника, если, конечно, она не придумала очередную глупость, – сказала Николь, взглянув на Люциана, но он промолчал, глядя, как Дрейвен направляется к ним.

– Леди Стардис, Люциан, – поприветствовал их Дрейвен. – Я вижу, вам комфортно в наших апартаментах.

– Что тебе нужно? – спросил Люциан, перебив его.

– Ровным счетом ничего, – ответил Дрейвен. – Я лишь пришел сказать, что сегодня вы поедете на лошади. Мы поднимаемся в горы, и иначе там не пройти. Я иду первым, потом пойдете вы. Мы будем связаны, поэтому не надейтесь сбежать. К сожалению, я потерял ключи, и оковы останутся на вас. Николь, я надеюсь, ты простишь меня за подобные меры безопасности. Твоя жизнь очень важна для всех нас.

– Не волнуйся, она в полной безопасности, – сказал Люциан, внезапно притянув ее к себе. – Гораздо в большей, чем если бы была с тобой.

Он посмотрел на Зару, с трудом удерживающую равновесие на беспокойной лошади. Ее лицо исказилось от боли, которую она испытывала от полученных накануне ран. Проследив за его взглядом, Дрейвен сжал зубы. Ничего не сказав, он развернулся и ушел, попутно бросив приказ солдатам.

– Что ты себе позволяешь? – прошипела Николь, ударяя его по рукам. – Мне казалось, мы уже обсуждали эту тему…

Недослушав ее, Люциан снова притянул ее к себе и поцеловал, крепко и настойчиво. Отпустив ее, он отвлекся на солдат, пытавшихся сбить замок, совершенно не обращая внимания на растерявшуюся девушку. Николь не могла произнести ни слова, удивленно глядя на него широко распахнутыми глазами. Неподалеку, крепко держа в руках поводья, такими же удивленными глазами на них смотрела Зара. Дрейвен, поглаживая по гриве лошадь, чтобы успокоить ее, недовольно нахмурился.

– Кажется, им вполне уютно вдвоем, – произнесла Зара.

– Он дразнит меня, – сказал он, глядя на Люциана.

– Ревнуешь? – спросила Зара.

– Нет, – произнес Дрейвен, и Зара ухмыльнулась.

– Все мужчины одинаковы, – сказала она. – Если женщина принадлежит другому, они сделают все, что бы тот остался ни с чем. И не важно, кому достанется желанный приз, лишь бы соперник проиграл. И не говори, что ты считаешь иначе.

– Я не спрашивал твоего мнения, – грубо сказал он, запрыгивая в седло.

– И твой ответ лишь подтверждает мои слова, – произнесла Зара.

Он не ответил, обернувшись. Люциан и Николь уже сидели на лошади, все также скованные друг с другом. Солдаты подвели их лошадь к коню Дрейвена, привязывая веревкой за седло. Люциан смотрел на него с вызовом, смакуя свое превосходство, а смущенная Николь боялась поднять глаза.

– Ничего, – произнес Дрейвен. – Мы еще сыграем.

Когда отряд двинулся вперед, вверх по каменистой дороге, Люциан наклонился к Николь.

– Ты в порядке? – прошептал он.

– Я не игрушка, чтобы дразнить мной этого мерзавца, – произнесла Николь.

– Я и не дразнил, – улыбнулся Люциан. – Я поцеловал тебя потому, что ты мне нравишься. И я клянусь, что с удовольствием бы сделал это снова, если бы ты хотела.

– Я не хочу!

Люциан тихо засмеялся.

– Прости, – произнес он. – Но ты правда мне нравишься. Я не знаю, как сложится наша судьба дальше, но я хочу, чтобы ты это знала.

Девушка промолчала. Она спиной чувствовала его тепло, и ее снова бросило в жар. Вспомнив о поцелуе, она закрыла глаза, почувствовав внезапное покалывание внизу живота. Вздохнув, она попыталась взять себя в руки. Она боялась признаться себе, что тает от его прикосновений, что хочет его поцелуев! Это шло вразрез со всеми ее стремлениями и представлениями о будущем. «Теперь я даже не знаю, кого стоит бояться сильней, его или замужества с Дрейвеном, – подумала она, посмотрев на сжимающие поводья сильные руки Люциана. – Если я и похожа на ангела, то он демон! Он отправил Зару на верную смерть и не испытывает ни капли совести! Он без колебаний убивает людей! Я не мог доверять ему. Этот поцелуй был ошибкой… Если мы сбежим, я тут же оставлю его! Плевать на королеву! Я никуда не пойду!»

Горный перевал был создан много веков назад шахтерами, которые занимались добычей угля. Позже, когда гора иссякла, эту дрогу освоили войска северного лорда. Ее особенность заключалась во множестве ложных троп и узких дорог вдоль обрывов, где любой неопытный наездник рискует лишиться жизни. Особенно опасен он становился зимой, когда снежные бури заметали камни, скосы и провалы дороги. Дрейвен спешил не зря. Уже к обеду небо затянули тяжелые серые тучи, предвещающие долгий снегопад.

– Милорд, если снегопад застигнет нас до прибытия на озеро, мы все погибнем, – сказал командир, и Дрейвен посмотрел в небо.

– Мы успеем, – сказал он. – Особенно если вы перестанете нагонять страх на солдат.

– Да, милорд, – нахмурившись, кивнул командир, снова возвращаясь в цепь.

Взглянув на Зару, он улыбнулся. Она, прислонившись к нему спиной, заснула. Каштановые волосы обрамляли ее кукольное лицо. «Ей не больше шестнадцати», – подумал Дрейвен. Его взгляд скользнул ниже, к вырезу теплой рубашки, что он дал ей. «Нет, – пронеслась мысль в голове молодого лорда. – Она старше… Сколько же ей лет?» Спящая Зара недовольно поежилась, потерев замерзший нос. Дрейвен стянул со своих плеч меховую накидку и осторожно укрыл ее. Улыбнувшись, Зара приоткрыла глаза.

– Спасибо, – проговорила она.

– Спи, – сказал он, и Зара, кивнув, снова заснула.

Их путь был очень долгим и утомительным. Лишь пару раз сделав короткий привал, чтобы дать лошадям передохнуть, отряд снова отправлялся в путь. Вскоре дорога стала расширяться, пока не перешла в пологое русло заледеневшей горной реки. Остановившись там, Дрейвен приказал ставить палатки на каменистом берегу. Пока он помогал Заре спуститься, Николь, с удивлением заметила, как Люциан, угрюмо сдвинув брови, беспрестанно за ними наблюдает. Укол ревности неприятно задел ее сердце, к ее собственному удивлению. Отогнав от себя эти мысли, Николь стала растирать затекшие пальцы.

– Замерзла? – услышала она над ухом тихий голос и отрицательно покачала головой. Люциан рассмеялся и взял ее ладони в свои. Поднеся их ко рту, он подышал на них, согревая дыханием.

– Ты выглядишь обиженной, – сказал он. – Все в порядке?

– Да, – поспешно ответила она.

– Это из-за поцелуя? Ты все еще обижаешься?

– Что? Нет, я не обижаюсь!

– Значит, я могу поцеловать тебя еще раз?

Раскрыв от удивления рот, Николь смотрела на него. К ним подошли солдаты и обмотали веревкой, привязав к вколоченному в каменную землю столбу. Люциан, смотрел на нее, не отрываясь, но вдруг его внимания привлек смех Зары. Повернувшись, он увидел, как она и Дрейвен о чем-то говорят, поглаживая гнедую кобылу, пока солдаты ставили его палатку. Девушка улыбалась, глядя на своего недавнего мучителя. Люциан нахмурился. Николь, удивленная столь резкой сменой в его настроении, села на брошенный на землю кусок меховой шкуры, не проронив ни слова. Словно почувствовав чужой взгляд, Зара посмотрела на них, когда Дрейвен, взяв ее за локоть, повел к палатке, попутно раздавая приказы. Через некоторое время, девушка вышла наружу, держа в руках две кружки с дымящимся чаем. Ловко ступая меж присыпанных снегом камней, она подошла к Николь.

– Держи, чай поможет согреться, – сказала она, отдав ей чай.

Протянув вторую кружку Люциану, она нахмурилась. Он смотрел на нее с немым укором, осуждая, будто она сделала что-то плохое.

– Это тебе, – сказала Зара, снова протянув ему чай. Внезапно, Люциан выбил чашку из ее рук, схватил за рубашку и притянул ближе.

– Какого черта ты делаешь?! – гневно произнес он, сверкая потемневшими глазами.

– Отпусти меня! – попыталась оттолкнуть его девушка.

– Люциан, прекрати! – вмешалась Николь, опасливо оглядываясь по сторонам. Солдаты были заняты своими делами, и, казалось, совершенно не обращали внимания на пленников.

– Мы договорились, что ты уйдешь отсюда при первой же возможности, – произнес Люциан.

– Извини, мои попытки успехом не увенчались, – сказала Зара,

– Думаешь, я не вижу, что происходит? – спросил Люциан. – Ты флиртуешь с ним!

– Какое твое дело?!

– Зара, он опасный и жестокий человек!

– О, я это знаю. Но тебя это не касается. Делай свою работу, солдат, и доставь драгоценную леди Стардис туда, где ей следует быть, а со своей жизнью я разберусь сама!

Отбросив его руки, она выпрямилась и ушла прочь.

– Упрямая девчонка! – крикнул Люциан ей вслед, но она даже не обернулась, заходя внутрь палатки северного лорда. Стоя у входа со скрещенными на груди руками, Дрейвен усмехнулся, глядя на Люциана. Тряхнув черными волосами, он вошел внутрь следом за девушкой. Люциан глубоко вдохнул холодный воздух, закрыв глаза, возвращая контроль над собой. Николь нервно поежилась. Мягкий и спокойный Люциан ей нравился куда больше, чем этот рассерженный незнакомец. В его поведении было нечто странное, отчего ей становилось не по себе.

– О чем еще вы договорились? – спросила она, и Люциан удивленно открыл глаза.

– Что?

– Я спрашиваю, что за договор был у тебя с Зарой?

Люциан взглянул на нее.

– Я не понимаю, о чем ты, Николь, – сказал он.

– Не надо делать из меня дуру, – рассердилась девушка. – Я не глухая и не слепая!

Люциан вздохнул осматриваясь.

– Мы договорились, что она исчезнет сразу, как достанет нам ключи, – сказал он тихо. – Но она, видимо, бежать не собирается.

– Ты ведь знаком с ней, верно?

– С чего ты взяла?

– Ты ее ревнуешь.

Внезапно, Люциан рассмеялся.

– Ревную? Нет, это не так, – сказал он, ласково глядя на девушку. – Зара слишком молода, и поступает опрометчиво, заигрывая с Гертом. Она не знает, во что ввязывается. Вся их семья пропитана злом, коварством и жестокостью. Я боюсь, что она поймет это, когда будет слишком поздно.

– Ты всегда так заботлив к незнакомкам? – спросила Николь, ставя чашку на снег.

– Только к тем, кто мне нравится, – ответил он, взяв ее за руку. – А мне нравишься ты.

От его слов у девушки перехватило дыхание. Как можно так бросаться словами, не думая о последствиях?

– Это невозможно, – покачала она головой, пытаясь не выдать своего волнения. – Ты ведь совершенно меня не знаешь.

– Тебя зовут Николь Стардис, – сказал Люциан. – Ты младшая дочь герцога Рубинового замка, Риза Стардиса. Когда тебе исполнилось пять, твои родители оправили тебя к твоей тете, которая долгое время выдавала тебя за свою дочь. Твой любимый цвет красный, ты любишь лошадей и кошек, дома у тебя жил белый кот, ты звала его Барон, но пару лет назад его не стало. В обучении тебе тяжело давалась география, и, скорей всего, ты до сих пор не знаешь, где кончаются границы нашего королевства. У тебя ужасный почерк, но ты прекрасно владеешь математикой, складывая в уме любые цифры. Твое любимое время года – лето, хотя там, где ты выросла, его практически нет. Когда тебе исполнилось девятнадцать, твоя тетя пыталась выдать тебя замуж за ее знакомого, но ты отказалась, в весьма грубой форме. И позже несколько раз к тебе сватались молодые люди, среди них даже был герцог из соседнего королевства, но ты снова воспротивилась и ушла с головой в работу в ювелирной лавке, по пути в которую я тебя и встретил. Если бы не это приключение, ты и сейчас бы сидела на работе, рассматривая драгоценные металлы и камни.

– Откуда ты…? – опешила девушка, и Люциан пожал плечами.

– Это моя работа, – сказал он тихо. – Я наблюдал за тобой долгое время чужими глазами, надеясь, что слухи не врут, и ты действительно окажешься тем Рубиновым Щитом, который так нужен королеве. Когда ты вернула себе свое имя и надела рубиновое кольцо, отказавшись от очередного замужества, я понял, что пришло время забирать тебя в столицу. Но я и представить не мог, как много терял, отправляя следить за тобой других людей. Любоваться тобой, твоей красотой – высшая награда за годы службы. И я клянусь, я сделаю все, чтобы освободить тебя из этого плена.

Притянув ее к себе, Люциан снова ее поцеловал. Сердце девушки предательски замерло, отдаваясь необъяснимому чувству, охватывающему ее с ног до головы. «Нет, остановись! – услышала она голос разума. – Одумайся! Он опасен, он – слуга королевы, он бросит тебя, если она прикажет!» Резко отпрянув, Николь размахнулась, со звоном влепив ему пощечину.

– Никогда больше так не делай, – услышала она свой голос и отвернулась, не веря тому, что сделала. Краем глаза, Николь заметила, как Люциан медленно потер покрасневшую от удара щеку и, нахмурившись, облокотился на столб, ни сказав ни слова. Николь закрыла глаза. «Что я наделала?» – мысленно спросила она себя, положив голову на колени. На этот раз голос разума молчал.

Прижимая к груди рубашку, Зара терпеливо ждала, когда Дрейвен закончит обрабатывать ее раны.

– Удивительно, – произнес он. – Почти все зажило. Мне этот бальзам приносил облегчение не раньше, чем за неделю.

– На морозе все заживает быстрее, – сказала Зара.

– Не могу с этим согласиться, – произнес Дрейвен. – Как – то раз меня ранили мечом, и рана затягивалась семь месяцев. Она то воспалялась, то заживала.

– И часто тебя ранили?

– Нет.

Закончив, он отвернулся, чтобы она оделась. Взяв в руки книгу, он углубился в чтение.

– Что ты читаешь? – спросила Зара, сев напротив.

– Тебе это будет не интересно, – сказал он, не отрывая глаз.

– Великие полководцы мира? – удивилась Зара, прочтя название. – Занятная, должно быть, книга.

– Ты умеешь читать? – не меньше удивился Дрейвен, взглянув на нее. – Очень неожиданно для девчонки с улицы.

– У меня много скрытых талантов, – ответила она. – И тебе правда это интересно?

– Мне пригодится их опыт, когда я взойду на трон, – ответил Дрейвен.

– На трон? Вместо королевы Цезарии?

Дрейвен кивнул.

– И как ты собираешься это сделать? – спросила Зара, с интересом глядя на него. – У нее огромная армия, союзники, бессмертие в конце концов! Стоит ли рисковать жизнью ради нелепого желания владеть короной?

– Это не желание, это судьба, – ответил Дрейвен, вздохнув. – При рождении мне было предсказано стать королем. Отец не устает мне напоминать об этом. Но все наши прежние попытки были безуспешны. Теперь же, у нас есть Стардис, которая может поведать, как снять бессмертие с королевы.

– Чем она вам не угодила? – спросила Зара, глядя на него.

– Королева? – удивленно подняв бровь, переспросил Дрейвен.

– Да, – кивнула Зара. – Я знаю о ней много хорошего. Она открывает школы для бедных, приюты для сирот и одиноких стариков. Торговля с другими королевствами идет полным ходом, урожаи обильны и долго хранятся, обеспечивая даже самые неблагополучные части королевства пищей. Там, где я выросла, очень любят и уважают Цезарию. Почему вы хотите ее убить?

Ее вопрос застал Дрейвена врасплох.

– Мы считаем, – нахмурившись, он пытался найти достойный ответ, – ей давно пора на покой. Она слишком долго правит.

– Вы завидуете ее бессмертию, так что ли? – ухмыльнулась Зара. – Убить королеву только за то, что она не похожа на других людей, это бесчеловечно и глупо! Допустим, ее не стало, и ты взошел на трон. Что ты будешь делать для своего народа? Я говорю не о севере, а обо всем королевстве. Что ты хочешь внести в свое правление, чтобы сделать жизнь людей лучше?

Дрейвен удивленно смотрел на нее. Внезапно, он осознал, что совершенно не знает, что ей ответить. Словно прочитав его мысли, Зара покачала головой.

– Выходит, вы поднимаете мятеж, совершенно не думая о последствиях? – спросила она, поднимаясь на ноги. – А еще меня называешь глупой! Вот поэтому, вы и проигрываете столько лет. У вас нет иной цели, кроме как убийство королевы. А у нее есть. Вы боретесь за себя, а она за других. Если намереваешься быть королем, подумай, для чего ты нужен королевству и его народу. Иначе очень быстро отправишься вслед за Цезарией.

Развернувшись, она вышла наружу, и, встав в проеме палатки, потянулась, вдыхая холодный воздух. Удивленный, Дрейвен не сводил с нее глаз. Еще никто не говорил с ним так откровенно, бессовестно задевая тайные глубины его души, заставляя чувствовать себя наивным неопытным юнцом. Чтение его больше не интересовало. Отложив книгу в сторону, он вышел вслед за ней, внимательно изучая ее силуэт. Зара обернулась и замерла под его взглядом. Прикоснувшись к ее щеке, Дрейвен осторожно провел рукой по гладкой коже, дотронувшись до губ.

– Откуда ты взялась на мою голову? – прошептал он. Зеленые глаза с беспокойством смотрели на него. Словно почувствовав ее напряжение, Дрейвен несколько раз моргнул и убрал руку. Холодный промозглый ветер неприятно ударил в лицо. Подняв голову, Дрейвен посмотрел на ночное небо, по которому медленно ползли тяжелые серые тучи. Мелкий и колкий снег редкими крупинками падал на землю и нёсся по ее поверхности, подхватываемый беспокойным вездесущим ветром.

– Проклятье, – произнес он сквозь зубы и быстрым шагом направился к караульному, вытянувшемуся в струну при виде его. – Джонатан! Поднимай всех. Вьюга уже на подходе. Нужно уходить, иначе мы здесь застрянем.

Он обернулся к Заре. Она стояла, все также не шевелясь, и испуганно смотрела на него.

Вернувшись к ней, Дрейвен обеспокоенно взял ее за руки.

– Все в порядке? – спросил он. – Не волнуйся, мы успеем пройти перевал до того, как разразится буря.

– Да, – моргнув, кивнула девушка, приходя в себя. – Я… я подготовлю лошадей.

Кивнув, Дрейвен отпустил ее. Проводив ее взглядом, он еще некоторое время смотрел, как ловко она подтягивает подпругу и надевает сбрую на лошадь. Она была не так проста и безрассудна, как ему показалось вначале. Ветер снова ударил ему в лицо, и он недовольно поморщился. Оглядевшись, он направился к командиру отряда, чтобы обсудить с ним дальнейший путь.

Услышав шум, Николь резко открыла глаза. Люциан не спал, напряженно наблюдая за происходящим.

– Что происходит? – спросила Николь, поежившись. – Мы уезжаем? Еще же ночь.

Люциан не ответил. Он, нахмурившись, наблюдал за Зарой, крутившейся вокруг их лошадей. Очередной укол ревности пронзил сердце леди Стардис. «Ты сама виновата в его холодности! – отругала она себя мысленно. – Теперь он и знать меня не захочет». Ужаснувшись собственным мыслям, Николь послушно пошла вслед за отвязавшим их солдатом, по-прежнему скрепленная оковами с Люцианом. Взглянув на него исподтишка, Николь поджала губу. Он был настолько отчужден, что ей внезапно стало одиноко. Когда она успела так привязаться к нему? Почему ей так больно видеть его безразличие? Как теперь пережить эту поездку? Она не знала ответов на эти вопросы.

Вздохнув, она позволила Люциану посадить ее в седло. Осторожно, не прикасаясь к ней, он запрыгнул следом, крепко сжав поводья. Николь подавлено закрыла глаза. Она сама, своими руками, лишила себя единственного человека, который мог ей помочь избежать свадьбы с лордом Гертом. Но, что хуже всего, она вдруг поняла, что до дрожи боится потерять этого невероятного, пугающе красивого и загадочного мужчину, чей взгляд чернее ночи, а прикосновения пьянят сильней вина.

– Держать темп! – услышала она приказ Дрейвена. – Из строя не выходить! Впереди снежная тропа, будьте начеку и ведите себя тихо! Если кони испугаются и понесут, мы можем умереть.

Стеганув лошадь, он помчался вперед, ведя отряд к самой узкой и опасной части их пути.

Глава 5

Густой снег хлопьями падал на землю, укрывая горные вершины белоснежным покрывалом. С трудом перешагивая сугробы, лошади друг за другом плелись по заснеженному перевалу. Дрейвен напряженно смотрел вперед, тщательно выбирая дорогу, стараясь не упустить из виду малейший выступ, способный в любой момент рухнуть вниз под их весом. Время близилось к вечеру. Несколько раз они останавливались, чтобы дать лошадям отдохнуть и самим размять ноги, а затем снова продолжали путь.

– Мы прошли уже половину дороги, – сказал Дрейвен Заре, перекидывая ей через плечо дорожную сумку. – Впереди самая узкая часть тропы, как только мы ее преодолеем, можно будет считать, что мы прибыли в Северный Замок.

Зара кивнула, задумчиво оглянувшись на Люциана. Заметив ее взгляд, Николь нахмурилась, но удержалась, чтобы не повернуться к нему. Всю дорогу леди Стардис сидела, выпрямив спину, всеми силами стараясь не прикасаться к Люциану. Ее тело ныло, холодный воздух пробирал до костей, плащ и платье были мокрыми от снега, но она упрямо гнала от себя мысли о его теплой груди, о возможности согреться всего лишь прижавшись к нему. В течение всего пути он не проявлял к ней никакого интереса. Николь было больно и обидно, но она понимала, что сама виновата в этом. Несмотря на обиду, она считала свой опрометчивый поступок справедливым, и только эта мысль ее успокаивала. Вздохнув, Николь потерла закоченевшие ладони, пытаясь унять дрожь в теле. «Скорей бы эта поездка закончилась», – подумала она. От этого холода даже предстоящее замужество с Гертом уже казалось не таким ужасным, как раньше. Вдруг, она почувствовала дыхание Люциана на своей щеке и обернулась.

– Тише, – прошептал он. – Николь, это наш шанс. Тропа сужается, если мы не уйдем сейчас, то не уйдем никогда.

– Но, – Николь облизнула внезапно пересохшие губы. – Мы же привязаны к Герту!

Люциан покачал головой, кивнув вниз. Николь опустила глаза. Веревка, которой были связаны кони, тащилась по снегу, вслед за лошадью северного лорда.

– Я не понимаю, – прошептала Николь.

– Зара, – коротко ответил Люциан, выпрямляясь. – Она ослабила узел и он развязался. Будь готова, держись крепче и доверься мне.