Я – другой. Книга 1

– Никак, потому что… вот! – Парень указал на подножие башни.

Оттуда к ним что-то приближалось. И приближалось это под землей. Как крот, кто-то прокладывал тоннель, оставляя наверху кучу земли. Но крот этот был величиной с теленка и рыл свой ход явно под амфетаминами, потому что приближался он со скоростью курьерского поезда.

– Стой, не шевелись!

Они замерли, и ком вырытой земли остановился в пяти шагах от них.

– Что это?! – сдавленно прошептал Гвоздь.

– Пни и узнаешь, – ответил ему тип в плаще, коснувшись пластины на затылке своего головного убора.

Раздалось шипение, незнакомец снял шлем.

Вроде бы на Гвоздева свалилось столько всего, что он должен был отучиться удивляться раз и навсегда. Но баба! Его держала в плену баба! Вернее, молодая девушка. Тонкая длинная шейка торчит над воротником пуленепробиваемого плаща. Затылок и виски выбриты, на правом виске татуировка в виде хорька, несущего в зубах мышь. Волосы белые, как только что выпавший снег, только кончик забранного на затылке хвоста черен, как уголь.

– Лекто-о-ор! Ты дома? – Девушка бесстрашно шагнула к куче застывшей земли.

Зажегся прожектор, высветив их и больно резанув по глазам. На верхушке башни откинулся люк, и из него выехала платформа с установленной на ней автоматической пушкой. Орудие повело хоботом из стороны в сторону и вперилось точно в Гвоздя.

– Он маньяк во всем, что касается безопасности, – обернулась, улыбаясь, девушка.

Гвоздю отметил широкие скулы, придававшие лицу девушки немного жесткое выражение. И большие зеленые глаза, с лисьим прищуром издевательски глядевшие на безопасника.

Со скрипом, раздирающим душу и барабанные перепонки, отворились железные ворота, и из них выбралось нечто, напоминающее жука-скарабея, вставшего на задние лапы. Жук с грохотом и лязгом пошел навстречу, и Гвоздь заметил на его верхней правой лапе зловещего вида излучатель. Левая же была украшена пусковой установкой четырех ракет. Брюхо жука закрывали мощные полосы брони, голову защищала цельная металлическая полусфера. Гвоздеву до одури захотелось для беседы с жуком иметь под рукой противотанковое орудие.

– Привет! – Девушка как ни в чем не бывало замахала рукой приближающемуся чудовищу.

Чудовище остановилось, печально выдохнуло и раскрыло свое брюхо. Полосы металла в шахматном порядке разъехались в стороны, и из образовавшейся щели выпрыгнул старик с всклокоченными волосами в замызганном медицинском халате.

– Ласка! – крикнул старик, истерически потрясая разукрашенными разноцветными кляксами кулачками. – Сколько раз я тебе говорил – не приводи сюда чужих! А? Сколько это можно повторять?!

Значит, вот как зовут эту дерзкую налетчицу. И Лаской ее скорее всего прозвали не за ласку и нежность, а за ее характерец, напоминающий повадки мелкого, но едва ли не самого отважного хищника на Земле.

– Я не чужой, я ее брат, – решил помочь девушке выкрутиться из неудобной ситуации Гвоздь. В конце концов, от переговоров с этим вздорным стариком зависело и его будущее.

– Какой еще брат? – недоверчиво поглядел на него старик.

– Какой, какой… единоутробный! – поставила точку в своей родословной Ласка.

– Что-то ты не говорила, что у тебя родственники есть. Сиротой всегда прикидывалась. – Дед прищурил глаз.

– Не рассказывала – значит, не надо было. Хабар лучше принимай. – Ласка подошла к кузову своего броневичка и начала выкидывать на землю части бандитов.

Лектор окинул взглядом жиденькую кучку:

– И это всё? Где ты этот хлам нашла – свалку ограбила?

– Добыла в честном бою!

– В честном? Вальнула пару нубов из засады, – проворчал дед. – И зачем ты мне это привезла? Продать?

– Подарить! – Девушка ослепительно улыбнулась. – За три дозы мути.

– Муть? За этот мусор? У меня что, богадельня для убогих?

– Две дозы! – Девушка продолжила улыбаться, но улыбка приобрела хищные очертания.

– Одну! И только потому, что я коллекционирую рухлядь!

– Но…

– Или забирай это барахло с моей лужайки и езжай искать другого дурака! – настоял на своем Лектор.

– Грабишь ведь, – произнесла девушка, и старик довольно кивнул. – Хорошо, забирай.

Старик повернулся к башне и надтреснутым голосом крикнул:

– Рома! Бездельник! Тащи свою задницу сюда.

Потом подошел к «выпотрошенному» жуку, засунул руку в экзоскелет и достал ампулу с бирюзовой жидкостью. Бросил муть Ласке, та поймала ампулу и убрала в карман плаща. Из башни выбежал худощавый, долговязый подросток, катя перед собой жестяную тележку.

– Это забери, – Лектор показал на кучу запчастей от «Франкенштейнов».

Парнишка мотнул гривой длинных волос и начал укладывать отрубленные конечности в тачку.

– Мне бы еще подзарядиться…

– Ага, а еще поесть и переночевать! – оборвал девушку старик. – Многовато ты хочешь за этот хлам.

– Там два сердца исправных есть! И потом, есть у меня к тебе одно предложение…

– Предложение?! – протянул старик. – Из-за твоего последнего предложения мне из Громовой Кузни сюда бежать пришлось!

– Там ты сам виноват был, не надо было пытаться меня кинуть, – возразила Ласка, и старик опустил глаза. – А здесь куш в сто раз больше будет!

– Сотое сердце нашла? – ухмыльнулся Лектор.

– Самолет. Который до орбиты подняться может.

– Таких не бывает. Поверь, в чем, в чем, а в технике я соображаю, – недоверчиво сказал Лектор.

– Во-во, представляешь, сколько стоит то, чего ни у кого нет?

– И откуда он у тебя?

– Он… – кивнула Ласка на Гвоздя, – в смысле брат пригнал.

Старик перевел взгляд на Гвоздева:

– У тебя правда есть орбитальный самолет?

– Челнок. Это называется «челнок».

– Ты не умничай! – завелся дед. – Есть или нет?

– Прямо сейчас нет, но знаю, где взять, – осклабился Гвоздь.

– Ну как это… ну это же невозможно! И стоит кучу бонов, наверное! – Лектор начал расхаживать перед экзоскелетом-жуком, возбужденно размахивая руками. – Но откуда он взялся? Откуда, а?

Рассказывать про полет к другой звездной системе и исследование похожей на Землю планеты Гвоздь не стал. Аборигены еще толком в орбитальный челнок не поверили, а от межзвездного перелета у них вообще мозги закипят.

– Я с группой мирных исследователей высадился на старом заброшенном космодроме…

– А откуда вы прилетели? – тут же задал неудобный вопрос Лектор.

– Секрет, – отрубил Гвоздь.

– Но…

– Да какая тебе разница, откуда столько счастья прилетело! – поумерила любопытство старика Ласка. – Главное, он водить этот челнок умеет! И приведет туда, куда мы скажем!

Лектор вроде бы заткнулся, но когда Гвоздь дошел в своем рассказе до появления солдат в серой броне, он снова встрепенулся:

– Что у них на доспехах намалевано было?

– Доспехи особо рассматривать у меня времени не было. Но на их вертолете весы были. С мечом.

– Чего?! Арбитры?! Да ну вас на хрен вместе с вашим челноком! – Старик полез в экзоскелет. – И не говорите никому, что вы ко мне приезжали. Знать вас не знаю! И не видел ни разу!

Ласка тоже стояла столбом, потрясенная новостью об Арбитрах. Вот, девочка, тебе урок: сначала узнавай все подробности дела, за которое собираешься взяться. А то можно взвалить на себя столько, что хребет с хрустом сломается.

– Лектор! Стой! Подумай сам – если бы этот челнок так Арбитрам нужен был, они бы его под охраной охламонов Падлика оставили бы?

Старик задумался, потом тряхнул головой:

– Надо, не надо – мне это неизвестно. Какие они, – он кивнул на Гвоздева, – к чертовой матери, исследователи? Ты хоть раз слышала, чтобы Арбитры интересовались учеными?

– Нет, но…

– Арбитры ловят самых отвязанных отморозков! Ты хочешь попасть в их число?!

– Это понятно…

– А раз понятно, то валите отсюда на все четыре стороны!

– Да ты подумай! – Ласка подскочила к уже забравшемуся в экзоскелет старику. – У тебя сейчас какой уровень? Пятьдесят шестой?

– Пятьдесят пятый.

– А жить сколько тебе осталось? Десять лет? Пятнадцать?

Лектор, надув губы, промолчал.

– Вот то-то! Успеешь ты за десять лет до сотки дойти? Вряд ли. А тут шанс… шанс, который раз в жизни бывает! На челноке мина сорок пятого уровня. Тебе ее вскрыть – все равно что высморкаться. Перегоним челнок…

– Куда?

– А кто даст за него хорошую цену? Конечно же Шершень!

– Все веселее и веселее, – взгрустнул Лектор. – То Арбитры, то Шершень.

– Зато в конце этого веселья тебе не надо будет думать о старости. И о смерти, – с нажимом произнесла Ласка.

Глаза старика забегали, губы что-то беззвучно шептали.

– Бомба сорок пятого уровня? – вдруг влез в разговор подросток, который загрузил тележку и стоял, слушая разговор с открытым ртом. – Я могу попробовать ее обезвредить.

– У тебя какой уровень, мальчик? И какая специализация? – мягко спросила его Ласка.

– Инженер я. И уровень десятый.

Ласка звонко рассмеялась:

– Тебе еще рано умирать! Но мальчишка дело говорит. Слышишь, Лектор? Ты откажешься, и я найду кого-нибудь другого. А когда будешь подыхать, то отчетливо себе представишь себе этот момент и…

– Ладно! Я согласен! – не выдержал красочных описаний своего будущего Лектор. – Согласен, будь оно все проклято! Как добычу делить будем? Пятьдесят на пятьдесят?

– Минуточку, – влез в разговор Гвоздь. Он вообще не понимал, за что ведется торг последние пять минут. Все эти уровни, специализации – что они вообще обсуждают? Но хлопать ушами и смотреть, как эти двое делят его челнок, он не собирался. – А давайте и мою долю обсудим?

– Тебе двадцать, нам по сорок, – быстро сориентировалась Ласка. – И больше просить не стоит.

Девушка похлопала себя по шее, намекая, что на Гвоздева у нее имеется особый рычаг давления.

– А мне тогда сколько? – выискался еще один любитель халявного добра. – Я же тоже помочь могу…

– Рома, заткнись, – по-отечески попросил пацана Лектор.

Погрузились в броневик Ласки они шустро, только подвеска машины жалобно скрипнула, когда в кузов в экзоскелете забрался Лектор. Рома тоже напросился ехать вместе с ними, а старик согласился его взять, обосновав свое решение тем, что всяких бед будет меньше, если «этот балбес» будет под присмотром. Как ближайшему родственнику Гвоздю досталось место в кабине, а парня отправили вслед за его боссом в кузов.

Безопасник, зная манеру вождения Ласки, предполагал, что Рома доедет либо в виде отбивной, либо, того хуже, – в виде фарша. Но, к его удивлению, возле челнока парнишка выбрался из кузова единым куском, даже без синяков и ссадин. И пока старик восторженно рассматривал космический аппарат, Рома сразу бросился к входному люку.

– Охранная мина, «Консьерж», семисотая серия. Уровень и правда сорок пятый.

– Все верно, только серия девятисотая, – поправил парня Лектор.

Рома наклонился над миной:

– Разницы почти никакой, я могу попробовать…

– Рома, отойди! – хором крикнули Лектор, Ласка и Гвоздь.

А потом переглянулись – это же надо было так быстро достичь полной спаянности и взаимопонимания в коллективе.

– Но у меня получится, я про них читал…

– Если он протянет к бомбе лапу, отстрели ее к чертям! – Гвоздеву было совсем нерадостно лишиться единственного шанса на спасение экипажа «Пилигрима» из-за ошибки косорукого ботана, который что-то там читал.

– Отстрелю, – Ласка подняла свою винтовку, – причем вместе с головой.

Рома изобразил оскорбленного гения.

– Очень трезвая мысль, малыш, – отойди от челнока, – раздался незнакомый голос из темноты.

Гвоздь резко обернулся. На взлетной полосе шагах в двадцати от челнока сгрудилась толпа из десятка темных силуэтов. Повинуясь беззвучной команде Ласки, броневик зажег прожектор, высветивший группу уже знакомых Гвоздю «Франкенштейнов» с железными ногами, руками и даже головами. В своих протезах они сжимали разнообразное оружие, а их натуральные и искусственные очи так и светились злобой. Во главе этих механизированных уродцев стоял, сложив руки на груди, высокий чернявый красавец.

Сколько бы медалей и орденов не висело на груди Гвоздя, а женщины героем будут всегда считать вот такого вот альфа-самца. Голубые глаза с блеском, черная бородка клинышком, серьга с крупным камнем в ухе. Плечи его красной с золотом кирасы были просто необъятных размеров, да и вся броня смотрелась очень внушительно. Но при этом красавчик оставлял открытой голову, шлем он сжимал в кулаке, что говорило о его глупости и склонности к бахвальству и самолюбованию.

– Разрешите мне как хозяину Зоны тринадцать поинтересоваться, какого, собственно, хрена здесь происходит?

Вперед красавчика выскочил мелкий тип с двумя пистолетами в руках. У типа ниже пояса был сплошной металл, две тоненькие ножки крепились к тазу, напоминавшему стальной памперс.

– Чего молчите, шакалы?! Патрис вас, ушлепков, спрашивает – что вы делаете на его земле, а?!

С тихим шелестом поднялся дрон из кузова броневика Ласки. Девушка поудобнее перехватила винтовку и ответила:

– Да нашли мы тут кое-что. Пробуем открыть.

– Нашли они! – Железноногий завертел головой, глядя то на своих подельников, то на Ласку. – Стоял наш самолет под охраной, а они опа – и нашли его, ага! Еще и внутрь залезть хотят! Крысы!

– Да! Крысы! Хватай их! – заголосила толпа бандитов.

– Кажется, вышло недоразумение… – попыталась оправдаться Ласка.

– Недоразумение?! – задохнулся от негодования железноногий. – Ах недоразумение! А если мы сейчас вас грохнем, это тоже будет недоразумением?

Шакал заводил себя и остальных членов банды, Гвоздь чувствовал по исходящим от них волнам агрессии, что эта стая на грани. Один неверный жест, один лишний взгляд – и бандиты кинутся рвать их на части.

– И с кого начнем это недоразумение решать? С тебя? А может, со щенка, который руки тянет куда не надо? – Шакал-провокатор вскинул пистолеты и прицелился в Рому.

Бах! Красная с золотом перчатка врезалась в челюсть шакала. Да так, что свернула эту самую челюсть аж до уха.

– Ты прав, Бабан. Это моя земля, и мне решать, кому жить, а кому умереть, – поставил своего шныря на место Патрис.

Ага, мы любим дешевые эффекты – бьем своих, чтобы чужие боялись. Гвоздь утвердился в мысли, что главарь банды – позер. Но позер опасный. Достойное сопротивление шайке могли оказать только Ласка и Лектор. Гвоздев безоружен, а Рома… этот паренек будет только под ногами путаться.

– Вот мое решение. Вы в добровольно-принудительном порядке снимаете с себя моды. И оставляете их нам. Еще мы заберем в качестве отступных машину и дрон.

У Ласки опасно сузились глаза: расставаться со своим имуществом она просто так не собиралась.

– Лектор, – продолжил озвучивать свою волю Патрис, – ты можешь не волноваться. Как и договорились – с тебя я ничего не возьму. Спасибо за звонок.

Зашибись! Их ряды редеют. Старик как-то из своего костюма умудрился связаться с Патрисом и их сдать.

– Трус и дурак! – сквозь зубы бросила Ласка.

– Зато живой. Ты меня возрастом недавно попрекала, так вот – ты со своими авантюрами и до моих лет не доживешь, – ответил старик и потопал к шайке.

– Ну, – притворно зевнул Патрис, – будем модули снимать? Или умирать?

– Погоди! Зачем тебе это? – Она махнула рукой в сторону челнока. – Что ты с этим делать будешь? Сгноишь здесь, на полосе? А у меня покупатель есть. И пилот. Перегоним, продадим. И деньги поделим.

– Прости, но у меня контракт на эту штуку с Арбитрами. Сама понимаешь, давши слово – держись.

Ласка зло ругнулась. Она знала, чего стоит слово Патриса, более известного под прозвищем «Падлик». Ничего. Полный ноль. Падлик кидал кого хотел и как хотел, когда был уверен, что за это ему ничего не будет. Такого беспринципного сукиного сына еще надо было поискать. А сейчас он банально боится Арбитров и прячется за красивыми словами о чести.

– О! А вот и они! – Патрис поднял палец, и Гвоздев услышал шум авиационных турбин. – Везут мои премиальные.

На какую сумму Патрис договаривался с Арбитрами, неизвестно. Но они вдруг решили заплатить ему не деньгами. Откуда-то сверху раздался закладывающий уши визг, и ряды шайки прошили заряды ярко-оранжевой плазмы. Эти шарики легко пробивали кости, плоть и механические конечности и с шипением впивались в бетон, оставляя в нем глянцевые воронки.

Большинство бандитов заметалось, пытаясь скрыться, и только трое из них начали палить в ответ, ориентируясь на звук двигателей. Лектор тоже поднял правый манипулятор своего «жука» и залпом выпустил сразу четыре ракеты. Не успели их огненные хвосты отлететь на несколько метров, как «жука» буквально разрезало пополам плазменной очередью. Карма – дама непредсказуемая, может и десять лет ждать, а может и сразу награду за трусость и предательство выписать. Наводчики Арбитров четко отслеживали самые опасные цели и оперативно переносили огонь на них. Экзоскелет грузно завалился на безнадежно вскинувшего руки Патриса.

С самого начала перестрелки Гвоздев ничком плюхнулся на землю. Когда говорят большие пушки, голову лучше высоко не поднимать. Но и лежать, притворяясь деталью ландшафта, долго не получится. Воздушное судно Арбитров перемололо уже почти всю шайку, и следующим блюдом будет он.

– Бегите! – вдруг пронесся мимо Гвоздя Рома, швыряя на землю продолговатый предмет.

Жаль парнишку, сейчас на резкое движение среагируют наводчики орудия, и от него останется лишь облачко пара.

«Та-дам!» – взорвался брошенный Ромой предмет, осветив полнеба белесой вспышкой и выпустив в воздух облако мельчайших, переливающихся серебром частичек. Для Гвоздя двух сигналов, что пора стартовать, не требовалось. Но куда бежать?! Спрятаться под огромным брюхом челнока или…

Сама судьба указала ему направление – Гвоздь заметил метнувшуюся в сторону Ласку и с ужасом отметил быстроту ног этой рисковой девицы. А ведь у него есть запас всего в каких-то жалких сто метров! Отстань он, задержись на пару секунд, и его голова с красочным фейерверком отлетит от тела.

– Ласка-а-а! Стой! – прокричал в спину удаляющейся девушке рванувший следом Гвоздь.

Но та даже не обернулась.