Предприниматели Всея Руси, почему нас так «любят»

В XIX веке появились специальные наставления для деловых людей. Одним из таких изданий стала книга И. Е. Зегимеля 1881 года. В ней перечислялись правила поведения для купцов, банкиров, комиссионеров и прочих людей дела. Там говорилось о необходимости держать слово, работать самому, не полагаться целиком на помощников, избегать сомнительных сделок ради больших барышей, быть экономным, соблюдать порядок и добиваться доверия честностью и добросовестностью.

Особенно важным было правило о данном слове. Его смысл можно передать так: лучше не обещать вовсе, чем пообещать и не исполнить. Для купца обещание было не фразой, а обязательством.

Зегимель писал в XIX веке, но сами эти правила выросли из ещё более старой традиции. Русское предпринимательство долго существовало в мире, где не всегда можно было быстро обратиться в суд, где партнёр мог быть из другого города, где сделка заключалась на ярмарке, где дорога занимала недели, а то и месяцы. Поэтому честное слово было не пережитком, а практическим инструментом торговли. Оно снижало риски. Оно ускоряло сделки. Оно заменяло сложную юридическую систему договоров. Оно позволяло торговать там, где бумага была бессильна, а доверие решало всё.

Как купеческая честь работала на практике? Кредит под слово был обычным явлением. Опытный купец мог дать начинающему деньги или товар с условием, что тот рассчитается после завершения ярмарки. В описаниях купеческих практик упоминается и «судный ярмарочный день» — срок, когда должник должен был вернуться и рассчитаться. Если он не приезжал и не объяснял причину, слух о нём быстро разлетался в торговой среде. Так работала внутренняя дисциплина купеческого мира.

Государство тоже опиралось на репутацию. При вступлении в купеческую гильдию человек объявлял размер своего капитала. Это имело значение не только для статуса, но и для налогов и повинностей. Обман в таком вопросе мог привести к исключению из гильдии, что фактически означало потерю деловой репутации и тяжёлый удар по бизнесу.

Даже споры решались быстро и устно. В купеческой среде существовал так называемый словесный суд по небольшим делам: решение принималось без долгой бумажной процедуры, и его невыполнение било прежде всего по чести купца. Здесь важно понять главное: купеческая честь была жёстким механизмом саморегуляции. Современный человек может сказать: «Ну что такое слово? Сегодня дал, завтра передумал». Для купца старой школы это было невозможно. Передумать можно было до уговора. После уговора ты уже обязан его исполнить.

Краткий итог главы

Купцы Древней Руси были первыми русскими предпринимателями: они рисковали, торговали, договаривались, строили связи и соединяли территории.

И уже тогда предпринимательству были присущи риск, неопределённость, зависимость от репутации и необходимость держать слово.

Историческая справка

Древнейшим представителем предпринимательства на Руси был купец. На раннем этапе торговлей занимались князья, дружинники и состоятельные горожане, которых называли «гостями». «Гость» — это приезжий или дальний купец, человек, который ездил с товарами по чужим землям. От этого слова происходила «гостьба» (торговля на вывоз) и «погост» (место торгового обмена).

Первые русские торговцы часто были купцами-воинами: они участвовали в походах, сборе дани и торговле. Постепенно, с середины XI века, купечество оформилось в профессиональную городскую группу. Её костяк составляли посадские люди, связанные с ремёслами, рынком, кредитами и дальними торговыми путями. Важнейшими были Балтийско-Волжский путь и путь «из варяг в греки», связывавший Новгород, Киев и Византию.

В Новгороде особенно заметны были ранние купеческие объединения. Самое известное — «Ивановское сто», купеческая корпорация при церкви Иоанна Предтечи на Опоках. Её участников называли «пошлыми купцами» (от слова «пошлина», которую нужно было заплатить для вступления в союз). Такие объединения напоминали западноевропейские гильдии: они защищали интересы торговцев, контролировали меры веса и участвовали в торговом суде.

Сам термин «купец» известен с 907 года — оно указано в договоре князя Олега с греками. С тех пор этим словом именовался всякий, кто занимался торговлей. Но лишь с XI века купечество окончательно оформляется как профессиональная и социальная группа населения.

В XI—XII веках торговые люди — гости и купцы — постепенно обособились в привилегированную группу городского населения, выделявшуюся имущественным положением и поддержкой княжеской власти. В крупных городах возникли первые купеческие сообщества. Например, в Новгороде в XII веке была основана торговая корпорация, которая объединяла крупных оптовых торговцев воском и владела монопольным правом взвешивать и мерить некоторые товары.

В XIV—XV века богатые московские купцы объединились в две корпорации — гостей-сурожан (торговали в основном шёлком) и «суконников» (закупали шерстяные ткани на Западе).

Обособление торгового сословия в России началось с конца XVI века, когда Русское царство для ведения своих торговых дел и для взимания различного рода сборов, не доверяя приказным, обратилось к обязательной службе «лучших» торговых людей. Из них создавались в Москве особые сотни: гостиная и суконная.

Интересный факт: сбор налогов в Московском государстве ложился на купцов. Так на рубеже XVI—XVII веков государство действительно перекладывало часть фискальных функций на состоятельных торговых людей — прежде всего через систему откупов и через «гостиные службы» купеческой верхушки. Откуп — это когда государство передавало частному лицу, то есть откупщику, право собирать определённые налоги, пошлины или государственные доходы за заранее оговорённую плату. Откупщик гарантировал казне определённую сумму, а всё, что собирал сверх неё, становилось его прибылью. В России откупа появились в конце XV — начале XVI века, а позднее они применялись к разным сборам: лавочным, конским, извозным, мостовым пошлинам, сборам с бань, мельниц, рыбных ловель, а также к питейным и таможенным доходам. Если сказать современным языком: государство отдавало сбор части налогов на аутсорсинг частному предпринимателю. Но это был опасный бизнес: если откупщик не собирал нужную сумму, он сам оставался должен казне.

Как это работало на практике

В XVII веке существовало два основных способа сбора таможенных и питейных доходов: откупной и верный. При откупном способе таможенные или кабацкие сборы передавались частному лицу в аренду: он вносил в казну заранее установленную сумму, а избыток оставлял себе. При верном способе сборы поручались выборным людям — головам и целовальникам, которые приносили присягу и должны были собирать деньги «в правду», без корысти.

Почему государству это было выгодно? Потому что при откупе казна получала гарантированный доход и перекладывала риск недобора на откупщика. Исследователь А. И. Раздорский прямо пишет, что откупной способ был для правительства предпочтительнее именно потому, что давал гарантированный доход и защищал казну от колебаний торговли и внезапных неприятностей.

Где здесь купцы

Главными кандидатами на такие функции были не случайные люди, а состоятельные торговые люди: гости, люди гостиной сотни, суконной сотни, богатые посадские люди. У них были деньги, связи, опыт торговли, умение вести счёт, приказчики и доверие государства.

Большая российская энциклопедия указывает, что у гостей — элитной купеческой группы — одним из направлений деятельности были подряды и откупа. Им отдавались казённые заведения, промыслы и сборы налогов. Кроме того, на гостей возлагалось руководство таможенной службой в крупных городах и портах, управление казёнными промыслами, оценка мехов и товаров, хранение казённых ценностей, а также раскладка и сбор налогов с посадов.

То есть богатый купец в Московской Руси мог быть не только торговцем, но и немного чиновником.

На рубеже XVI—XVII веков русский купец всё чаще становился участником государственного финансового механизма. Государство не имело современной налоговой службы и потому опиралось на тех, у кого были капитал, счёт, связи и способность отвечать имуществом. Так возникала система откупов: купец или другой состоятельный человек заранее обещал казне определённую сумму, получал право собирать пошлины или иные доходы, а всё сверх установленного платежа оставлял себе. Но за этим стояла не только возможность наживы, но и огромный риск: не собрал — отвечай перед государем своим добром. Поэтому откупщик был одновременно предпринимателем, государственным агентом и заложником казённого интереса.

Русский купец XVI—XVII веков жил между рынком и государством. Он торговал солью, мехом, железом, хлебом, но в любой момент мог быть призван к государеву делу: собрать пошлины, возглавить таможню, взять на откуп кабак или промысел, выполнить казённый подряд. Власть давала ему возможность подняться, но вместе с возможностью вручала и ответственность. Купец отвечал не словами, а имуществом. Поэтому близость к казне одних делала богачами, а других разоряла. Так, в Московской Руси предприниматель постепенно превращался в человека, на котором держалась не только торговля, но и часть государственной финансовой системы.

Для заметок

______________________________________________________________________

______________________________________________________________________

______________________________________________________________________

______________________________________________________________________

______________________________________________________________________

______________________________________________________________________

______________________________________________________________________

Глава 2. Те, кто строил Империю

Краткое содержание главы

Эта глава посвящена предпринимателям Российской империи — людям, которые строили заводы, фабрики, банки, торговые дома, города и культурные институции. Здесь речь идёт о купеческих и промышленных династиях, старообрядцах, меценатстве и южном предпринимательском феномене Ростова-на-Дону.

Глава показывает, что дореволюционный предприниматель был не только человеком прибыли, но и созидателем деловой среды.

Есть странная историческая несправедливость. Когда говорят о развитии России, обычно вспоминают царей, реформаторов, полководцев, войны, революции. Реже вспоминают людей, которые строили экономический фундамент страны. Тех, кто открывал заводы, прокладывал железные дороги, создавал банки, развивал торговлю, запускал производства, строил города. Предпринимателей.

Российская империя конца XIX — начала XX века — это период, когда страна переживала промышленный рывок. Появлялись фабрики, металлургические заводы, железные дороги, новые производства, банки, торговые дома. И за всем этим всегда стояли конкретные люди. Не абстрактная «экономика». Не государственная машина. А предприниматели, которые рисковали, вкладывались, ошибались, снова строили. Очень важно понимать: тогдашний бизнес не сравнить с современным. Сегодня у предпринимателя есть интернет, банки, логистика, связь, относительно понятные законы. Тогда этого не существовало. Строить производство в огромной стране — уже был подвиг. Но именно в этот период появляются люди, которые фактически создают новую промышленную Россию.

Морозовы

Семья Морозовых — одна из самых ярких представителей русского предпринимательства. Началось всё с крепостного крестьянина Саввы Морозова, который сумел выкупить себя и семью из крепостной зависимости. Сам этот факт уже невероятный. Человек без титула, власти, знатного происхождения создаёт огромную промышленную династию.

Представители всех четырех ветвей морозовского рода. Слева направо: Абрам Абрамович, Тимофей Саввич, Иван Захарович и Викула Елисеевич Морозовы. Начало 1860-х годов

Но история предпринимательства часто начинается именно так: не с привилегий, а с внутреннего ощущения: «Я не хочу жить так, как мне предписано». Позже Морозовы построят текстильные мануфактуры, фабрики, огромные производства. Но самое интересное даже не это. Они строили школы, больницы, жильё для рабочих, создавали культурные проекты. То есть предпринимательство было не только способом заработать, но и означало ответственность за пространство вокруг себя.

Третьяков

Есть очень показательная история. Павел Третьяков был предпринимателем. Но большинство людей сегодня знает его не как бизнесмена, а как создателя Третьяковской галереи.

Павел Михайлович Третьяков

И это очень символично. Потому что многие предприниматели Российской империи оставляли после себя культурный след. Предприниматели финансировали искусство, поддерживали образование, строили театры, открывали библиотеки, вкладывались в науку. Богатый русский предприниматель XIX века хотел что-то оставить после себя.

Рябушинские

Михаил Павлович Рябушинский

История семьи Рябушинских — пример предпринимателей нового типа. Очень современных по мышлению. Они инвестировали в промышленность, банки, технологии, автомобилестроение, авиацию. То есть видели Россию не аграрной, а индустриальной державой будущего.

Предприниматели почти всегда смотрят в будущее дальше, чем государство. Потому что государство по своей природе осторожное, медленное, забюрократизированное. А предприниматель вынужден видеть возможности раньше других, замечать изменения быстрее, реагировать и рисковать первым. Именно поэтому бизнес часто становится двигателем перемен.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.