- -
- 100%
- +
– Не может быть!
– Может. Мои сотрудники семь раз проводили анализ. И я еще пять. Результаты идентичны. Погрешность составляет максимум три-пять лет, что, как ты понимаешь, несущественно. Таким образом, ошибка исключена!
– Погоди! – Профессор поднес руку ко лбу. – Тридцать лет? Не тридцать тысяч, а просто тридцать?
– Именно. Я тоже слегка, скажем так, удивился.
– Нет… Это какой-то бред… Не хочешь же ты сказать, что в джунглях Африки до сих пор обитает первобытная форма человека? В двадцатом веке?
– Да я вообще ничего не хочу сказать, Вань. – Григорий покачал головой. – Об этом говорят результаты. Делать какие-то выводы – это уже твоя работа. Я всего лишь химик.
– Черт! – Иван Петрович, покрываясь холодным потом и дрожа всем телом, опустился на тот же стул, с которого встал минуту назад. – Черт!
– И я того же мнения. Пойду налью тебе чаю!
***
19 мая 1987 года
ЮАР, Кейптаун
14:46
Юрий вышел из вестибюля отеля. Всего несколько шагов – и вместо приятного прохладного воздуха его окутала тяжелая духота в союзе с беспощадно палящим солнцем. На родине бытовала поговорка: «Лучше прилипнуть, чем примерзнуть». Он не был с этим согласен. Особенно сейчас, когда термометр показывал 38 градусов, а на голубом небе ни единого признака облаков.
Остановившись в нескольких шагах от входа в отель, Юрий цепким взглядом посмотрел по сторонам. В его обязанности входили охрана профессора Королева из Москвы и сопровождение его в Кейптаун, на конференцию ученых из дружественных Советам стран, потом в Киншасу, а уже из столицы Заира они должны были отправиться в городок Бута, к вертолету, который доставит их до лагеря археологов. Конференция в Кейптауне затянулась на три дня, чем профессор был явно недоволен. Последние слова заключительной сессии прозвучали несколько минут назад, а Иван Петрович уже потребовал, чтобы Юрий немедленно вызвал водителя. Он так и сделал.
И все же… Телохранитель поднес руку ко лбу, прикрывая глаза от солнца. С момента прилета в Кейптаун его не покидало тревожное предчувствие. И несмотря на то, что за прошедшие три дня никаких экстраординарных событий не произошло, оно лишь усиливалось. Разум ставил диагноз: беспочвенная паранойя. Профессор не являлся важным государственным деятелем, не был богат, знаменит, да и находился в данный момент среди себе подобных деятелей науки – кому нужно причинять вред ученому?
Тем не менее инстинкт предупреждал об опасности. За время, которое Юрий провел сначала в армии, а затем на службе у государства, обеспечивая безопасность важных лиц, он научился доверять чутью даже больше, чем имеющимся фактам.
Поправив плечевую кобуру, перед тем как зайти обратно в вестибюль отеля, он вновь окинул взглядом окрестности. Вроде все спокойно. Люди, прогуливающиеся по тротуару, негромкие разговоры, долетающие с террасы ресторана напротив, урчание проезжающих мимо автомобилей…
Так, стоп!
Юрий повернулся влево. На противоположной стороне улицы располагались книжный магазин с яркой, красочной вывеской и два бутика модной одежды, выглядевшие почти как близнецы, – интересно, это такой трюк конкурента или все дело в том, что они занимали две половины одного и того же дома? Далее шли пиццерия «Адамс» и ресторан с французским названием и уютной террасой, на которой в удобных мягких креслах разместились посетители. Он-то его и заинтересовал! Юрий почувствовал, как у него вспотели ладони. Не от жары.
В данный момент на террасе ресторана находились пять человек. В дальнем левом углу устроилась молодая пара, а справа, с противоположной стороны – трое мужчин. Один из них погрузился в чтение газеты, другой занимался поглощением какого-то блюда, третий, тот, что посередине, курил трубку, бесцельно глядя по сторонам. Хотя, может, не так уж и бесцельно? Телохранитель сощурился, пристально осматривая троицу. Дорогие костюмы, золотые часы, ухоженные волосы… Бизнесмены? Он сильно в этом сомневался. Нет, определенно не бизнесмены. Юрий кивнул сам себе. Теперь опасения, преследовавшие его все три дня, перестали быть беспочвенными.
Он уже видел эту троицу. В самый первый день. Сначала в аэропорту, затем у генерального консульства Китая. Совпадение? Юрий не верил в подобную чепуху, поскольку в его работе совпадений не случалось. Особенно если учитывать факт, что одного из троих, того, что посередине, он видел еще и сегодня, в вестибюле отеля. Теперь сомнений не оставалось. За ними велась слежка.
Телохранитель отвел взгляд от ресторана и посмотрел вправо. Скорее всего, у наблюдателей есть группа поддержки неподалеку. И конечно, с автомобилем – иначе как вести слежку, когда объект наблюдения «на колесах»?
Юрий проследил улицу, уходящую под небольшим уклоном вниз, до самого перекрестка. На первый взгляд ничего подозрительного, кроме… Ага! Прямо перед перекрестком у тротуара стоял припаркованный «Бьюик» темно-коричневого цвета. Все бы ничего, но он был единственным стоящим поблизости автомобилем. Юрий мог побиться об заклад, что в нем двое с биноклями в руках.
Что же все это значит? Слежка? Да, понятно, что они на прицеле. Непонятно другое: кому это надо? И, главное, зачем? Ну, кому – можно предположить, что, скорее всего американцам. Правда, могли быть задействованы англичане, французы или итальянцы. А может быть, и вовсе израильская разведка? Эти всюду суют свой нос. Нет, делать выводы слишком рано. Нужно собрать больше данных. Подпустить шпионов поближе и нанести сокрушительный удар.
Звук приближающегося справа автомобиля заставил телохранителя обернуться. К входу в отель подъехала черная «Волга». Плавно затормозив, она остановилась. Дверца водителя открылась, и из нее вылез подтянутый бритоголовый мужчина с устрашающей физиономией. Юрий не раз отмечал, как люди при виде их водителя съеживались, хотя на самом деле он был безобиден как божья коровка. Добродушный великан – только и всего.
Водитель обогнул автомобиль и протянул руку.
– Привет, Юра.
– Здорово, Виктор.
Рука великана была сухой, а рукопожатие крепким. Может, даже чересчур. Ощущение такое, словно ладонь поместили под гигантский пресс.
Виктор открыл заднюю дверцу автомобиля. В этот момент из вестибюля показался профессор, одетый в синий костюм с аккуратно завязанным красным с синими полосками галстуком. Он выглядел раздраженным.
– Ну наконец! – Это предназначалось водителю. – Тебя там что, черепаха укусила? Мы должны были выехать еще десять минут назад!
– Я…
– А, неважно! – Иван Петрович повернулся к телохранителю. – Нужно как можно скорей убраться из этого гадюшника!
Он уже взялся за дверцу, но Юрий положил ему руку на плечо.
– Постойте!
– В чем дело? – недовольно спросил профессор.
– Секунду!
Юрий поднял указательный палец. Здесь что-то было не так. Он буквально чувствовал это.
– Юра, что происходит?
Беспокойство, которое ощущал телохранитель, похоже, передалось водителю, поскольку он начал дико озираться по сторонам, ища причину задержки.
Юрий не ответил, а лишь сильнее сжал плечо профессора. Он увидел, как троица, ведущая за ними наблюдение, встала из-за стола, спустилась по ступеням ресторана на тротуар, даже не попрощавшись со стоящим у выхода администратором, и с явной спешкой начала удаляться в противоположную от ожидавшего их автомобиля сторону.
Юрий тряхнул головой, ничего не понимая. С них неожиданно сняли слежку? Весьма сомнительно. Он перевел взгляд вправо, где должен был находиться «Бьюик» с наблюдателями внутри. Автомобиль исчез.
Юрий почувствовал, как сердце внутри сжалось от тревоги. Он ощущал приближающуюся опасность, однако не мог понять, откуда она исходит, и данная слепота тревожила больше всего.
– Юра! – Иван Петрович дернул плечом, освобождаясь от хватки. – Нам нужно выдвигаться! Немедленно!
Юрий кивнул, но в сторону не отступил, загородив левой рукой проход.
– Хорошо. Буквально пару секунд. Я осмотрю «Волгу» – на всякий случай.
Иван Петрович раздраженно фыркнул, однако возражать не стал. Именно это и нравилось Юрию в его новом подопечном. Профессор не был дураком. А также никогда не мешал ему делать свою работу, в отличие от множества других персонажей, в особенности из Верховного Совета.
Телохранитель обошел автомобиль, заглянул внутрь, внимательно осмотрел салон. Наблюдатели за это время так и не появились. Может, вовсе и не было никаких «наблюдателей»? Может, у него и впрямь беспочвенная паранойя? Да, вполне возможно. Как ни хотел он себе в этом признаваться, такое могло иметь место. По приезде нужно поговорить с психиатром. Пусть выпишет какие-нибудь пилюли. Для спокойствия, так сказать.
– Ну? – спросил Иван Петрович, когда Юрий вернулся к по-прежнему открытой задней дверце автомобиля.
Телохранитель пожал плечами.
– Вроде порядок.
– Плюс потраченное время… – буркнул профессор.
Юрий опустил взгляд. И тут… Увидел! Красный мигающий отблеск на асфальте. Прямо под днищем автомобиля. Сомнений не оставалось. Это могло быть только…
– Назад!!! – истошно завопил телохранитель.
Схватив обеими руками профессора, он рывком развернул его, в два шага преодолел расстояние, отделяющее их от входа в отель, и с силой втолкнул того в вестибюль. От толчка Иван Петрович, не удержавшись на ногах, покатился по мраморному полу в одну сторону, а металлический кейс, который он держал все это время в правой руке, полетел в другую.
В следующее мгновение мир буквально разорвался. По ушам ударило гигантским молотом, спину обдало нестерпимым жаром, а чья-то невидимая рука подхватила его тело и, подняв в воздух, швырнула внутрь. Юрий даже не успел сгруппироваться для смягчения удара, когда его припечатало к мраморной колонне. Резкая боль пронзила правое плечо. В голове отдавалась яростная дробь безумного барабанщика, а глаза застилала красная пелена.
Телохранитель попытался приподняться. Он видел, как вокруг в панике бегают люди; охрана отеля уже сгруппировалась возле выхода, настороженно выглядывая наружу, откуда валил черный дым; где-то позади слышался плач ребенка, однако Юрий едва различал эти звуки, словно находился за огромным пуленепробиваемым стеклом.
Он приподнялся на локтях. Правое плечо тут же отозвалось огненной болью. Мужчина прикусил губу, сдерживая стон. Зрение постепенно возвращалось, но шум в голове вместе с пронзительным, режущим ультразвуком, при котором каждый удар пульса отзывался дикой агонией, никуда не делся. Юрий постарался не обращать на это внимания. Его главной задачей сейчас было понять, где находится объект его охраны. Телохранитель, продолжая лежать на мраморном полу вестибюля, медленно повернул голову, стараясь отыскать профессора. И нашел. Сквозь постепенно заволакивающий помещение дым он увидел, как Королев сидит на полу, прижимая руку к груди.
Похоже, без травмы не обошлось.
Юрий попытался встать. Мир вокруг тут же поплыл перед глазами, и ему пришлось ухватиться за колонну, чтобы не упасть. Задержав дыхание, мужчина шагнул вперед. Помещение вестибюля покачнулась сначала влево, потом вправо. Стараясь удержаться на ногах, телохранитель развел руки в стороны. Нет, конечно, он прекрасно знал, что «плывет» его сознание, а не то, что вокруг, но мозг воспринимал действительность по-другому.
– Юра!
Сквозь постепенно затихающий шум в голове мужчина услышал хриплый голос профессора:
– Юра!!!
– Я здесь! – Телохранитель мгновенно бросился на помощь.
Иван Петрович по-прежнему сидел на полу, морщась от боли. Лоб покрылся испариной, губы дрожали.
– Юра, что с Витей?
Юрий посмотрел через плечо назад. Сквозь выбитые окна и снесенные парадные двери был хорошо виден горящий остов автомобиля. При таком мощном взрыве от водителя вряд ли могло что-то остаться.
Вслух же телохранитель сказал:
– Не знаю. Времени на выяснение у нас нет. Те, кто устроил покушение, наверняка попытаются завершить работу. Думаю, чем дальше мы уберемся, тем лучше.
– Но… но… – Профессор выглядел растерянно. – Кому это надо?
– И на этот вопрос у меня нет ответа. У Советов много врагов. Отбоя нет от желающих нам навредить. А сейчас, – Юрий протянул ему левую руку; правая до сих пор болела, и восемьдесят килограмм профессора ей были не под силу, – уходим! Немедленно!
– Хорошо. – Иван Петрович ухватился за протянутую руку и поднялся на ноги.
Юрий уже полностью пришел в себя после столкновения с колонной и теперь сосредоточенно осматривал помещение. Выходить через парадный вход было бы большой глупостью – значит, остается запасной выход. Он подошел к стойке администратора. Девушка за ней судорожно сжимала крестик и бормотала молитву.
– Эй, мэм! – окликнул ее Юрий.
Администратор вздрогнула. По всей видимости, от неожиданности.
– Спокойно! – Телохранитель выставил вперед ладонь. – Где тут пожарный выход?
– Я… я…
– Выход! Запасной, – повторил он. – Где находится?
– Там… – Девушка указала дрожащей рукой влево. – По коридору, затем направо – и окажетесь перед металлической дверью. Она… она должна быть… быть открыта…
– Понял. И еще один момент…
Закончить свой вопрос телохранитель не успел. Раздался гулкий звук выстрела. Юрий почувствовал, как над его ухом что-то просвистело. В следующую секунду, или даже меньше того, из горла девушки за администраторской стойкой брызнул яркий фонтанчик крови. Не издав ни звука, она повалилась на пол.
Юрий отреагировал мгновенно. Отпрыгнув от стойки, он в два шага очутился рядом с профессором и, схватив его за плечи, повалил на пол.
Вовремя.
Серия автоматных очередей скосила стоящих у входа охранников. Юрий видел, как тела двоих, тех, что находились у небольшого фонтана, неестественно дернулись и рухнули как подкошенные. Грохот выстрелов смешался с криками отчаяния и страха. Полная женщина, забившаяся за выступ громадной декоративной вазы, в которой до самого потолка вздымалось невероятных размеров растение, что-то среднее между доисторическим папоротником и пальмой, неожиданно поднялась на ноги и с криком «О, Мария…» бросилась через вестибюль к лифтам. Юрий почувствовал, как его внутренность воспротивилась происходящему. Ему хотелось закричать: «Нет! Стой!» – однако это было бесполезно. Он знал, что сейчас произойдет. Женщина не успела пробежать и трех метров, как пуля раздробила ей колено. Истошно взвизгнув, беглянка рухнула на мраморный пол и, продолжая вопить, поползла в сторону стоящих слева диванов, желая укрыться за ними. Юрий скривился, предвидя развязку, но не имея ни единого шанса ее предотвратить.
Секунда, две, три…
Четыре…
БАБАХ!!!
Голова женщины разлетелась, забрызгав кровью и мозгом белый диван, до которого ей почти удалось добраться.
Продолжая укрывать своим телом профессора, Юрий посмотрел вбок. Как там сказала администратор? «По коридору, затем направо – и окажетесь перед металлической дверью». Что ж, главное – не повторить путь глупышки. Не говоря ни слова, он дернул Ивана Петровича за рукав и, поймав его взгляд, указал рукой на длинный холл в десяти метрах от них. Профессор кивнул. Он все понял. Вот и отлично. Юрий поблагодарил судьбу за то, что в этот раз охраняет человека разумного, а не хныкающей размазню в облике избалованного дитяти важного чиновника.
Молча изобразив пальцами обратный отсчет – три, два, один, – Юрий дернул профессора за руку и, не давая ему подняться на ноги, толкнул вперед, а сам, выхватив из плечевой кобуры пистолет, сделал несколько выстрелов и, не дожидаясь реакции противника, бросился вслед за профессором.
Метр.
Второй…
Пятый…
Позади он услышал металлический звук. Что-то упало на мраморный пол и покатилось по его гладкой поверхности. Затем еще…
Для осознания хватило мгновения.
– Граната!!! – завопил Юрий и, сделав сильный рывок, навалился на бежавшего впереди профессора.
Они буквально влетели в коридор и, не удержавшись на ногах, покатились по полу. Через секунду все вокруг содрогнулось от оглушительного грохота. Потом, практически сразу, раздался второй взрыв. Проход в вестибюль затянуло пылью и дымом. Юрий облизнул губы и тут же скривился, ощутив привкус мраморной крошки.
– Уходим! – повернулся телохранитель к профессору.
Тот покачал головой.
– Мой портфель…
– Не понял…
– Он остался там! – Дрожащей рукой Иван Петрович указал в сторону вестибюля, откуда то и дело доносились истошные крики, рыдания и мольбы о помощи. – Мы должны вернуться! Там он!
Юрий поморщился. Он знал: в кейсе важная находка, с которой его подопечный носился как курица с яйцом.
Профессор схватил его за руку.
– Я не могу оставить его! Это же… это…
Телохранитель остановил его, подняв руку.
– У нас нет на это времени!
И это было чистой правдой. Как ни парадоксально, но нападавшие оказали беглецам услугу, забросав вестибюль гранатами. Теперь у них есть фора в две-три минуты, пока те не поймут, что ловушка не захлопнулась и птички упорхнули. О том, чтобы тратить драгоценное время на вызволение утерянного кейса, не могло идти и речи. Кивнув своим мыслям, агент схватил профессора за руку и прошипел:
– Уходим!
Иван Петрович открыл было рот, чтобы возразить, но, увидев горящий взгляд своего спасителя, отказался от подобной идеи. Юрий мысленно усмехнулся: на это и был расчет.
Пробежав по бесконечному коридору, тянущемуся, казалось, через все здание, они свернули направо и сразу же очутились перед массивной металлической дверью. Сделав предостерегающий знак своему подопечному, Юрий шагнул вперед, очень надеясь, что девушка-администратор не ошиблась и дверь в самом деле не заперта. В противном случае проблем не избежать. Хотя, справедливости ради, им в любом случае никто не гарантировал рай и безмятежность.
Выставив перед собой «Макаров», телохранитель нажал на ручку и толкнул створку вперед. Та легко поддалась, словно весила не больше перышка. Отойдя вбок и указав рукой профессору сделать то же самое, Юрий замер, ожидая какой-либо реакции. Ее не последовало. Закусив от напряжения нижнюю губу, он, не отводя пистолет от образовавшейся щели, с силой ударил по двери ногой. Яркий солнечный свет, мгновенно ворвавшийся в темное пространство коридора, на мгновение ослепил, заставив отступить за стену.
Выждав несколько секунд, Юрий выглянул, наметанным взглядом пройдясь по периметру. Впереди возвышалось пятиэтажное строение – банк, насколько ему было известно из карты, изученной еще в самолете; между ними узкая улочка, которую, по правде, и улицей-то нельзя было назвать – скорее пространство для мусорных баков, сгрудившихся у стен как с одной, так и с другой стороны.
Юрий махнул профессору, давая знак, что путь свободен и они могут двигаться дальше. Спустившись по лестнице, они направились вправо, в противоположную сторону от улицы, где располагался вход в отель. Было бы глупостью возвращаться туда, откуда еще пару минут назад велся обстрел. Им нужно максимально отдалиться от этого места, выйти на связь с посольством и запросить эвакуацию, поскольку самостоятельно добираться до него не имело смысла. Юрий был более чем уверен, что за подходами к посольству следят. Масштаб нападения поражал и вызывал серьезные вопросы: кому это надо, а самое главное – зачем?
Резкий визг шин заставил его шарахнуться в сторону, за мусорный контейнер. На улице, перегородив выход из закоулка, где они находились, затормозил синий внедорожник. Рядом с ним остановился легко узнаваемый «Фольксваген Гольф». Из последнего выбрались трое. Двое мужчин и женщина. Сжимая в руках автоматы, они двинулись по проходу.
Юрий до судорог стиснул рукоять «Макарова». Их загнали в новую ловушку. Вступать в бой против троих профессионалов было бы самоубийством. Оставалось только повернуть назад. Но и этот вариант не казался выигрышным – там их ждали такие же автоматчики.
– Что будем делать? – прошептал на ухо Иван Петрович. Впервые Юрий уловил в его голосе неподдельный ужас.
Он не стал отвечать. Нужно абстрагироваться от всего и подумать. Сопоставить все переменные и найти выход с наилучшим дли них итогом.
Юрий видел, как вооруженная троица приближается к ним. Мужчина посередине держал на прицеле общий периметр, готовый в любой момент выпустить очередь. Его напарник обогнул очередной контейнер и прокричал:
– Справа чисто!
Женщина проделала аналогичную процедуру слева.
Оба говорили на английском. Кто бы сомневался. Англичане. Или, скорее, американцы, судя по произношению. Точно не европейцы. Он ненавидел обе эти нации. Первых – за манию величия, вторых – за манию величия в сотой степени. Однако сейчас не было времени для эмоций – между ними оставалось всего два контейнера. Пора было что-то предпринимать, иначе ночь придется провести в аду, а подобная перспектива совсем не прельщала.
Указав рукой Королеву отползти немного назад, Юрий осторожно опустился на землю.
Возглас раздался совсем рядом:
– Справа чисто!
И сразу же эхом женский голос:
– Слева чисто!
Так, значит, теперь между ними один контейнер. Тот самый, за которым они прячутся.
Юрий зажмурил глаза. Сделал глубокий вдох, затем выдох. Открыл глаза. У него только один шанс. Один.
Согнув ноги, он уперся в стену и, с силой оттолкнувшись, выскользнул из укрытия, оказавшись прямо посередине прохода.
Расчет был прост: неизвестные, кто бы они ни были, ожидали нападения из-за контейнера, из-за угла, откуда угодно, но не снизу. Ставка была на секундное замешательство – и она оправдалась: секунда при таких обстоятельствах решала всё.
Выкатившись противникам под ноги, Юрий первым делом выстрелил в мужчину, державшего на прицеле периметр. БАБАХ! Тело агента дернулось, и он, не издав ни звука, повалился на асфальт.
Телохранитель тут же направил оружие вправо.
БАБАХ! Пуля угодила женщине в голову. Взмахнув руками, та завалилась вбок и, гулко ударившись о металлическую поверхность мусорного контейнера, сползла на землю, оставив кровавый след.
БАБАХ! Теперь пули просвистели рядом с его ухом, ударившись в асфальт. Юрий перекатился влево и мгновенно оказался за таким же контейнером, только на другой стороне.
Пули звонко застрекотали о металлическую поверхность укрытия. В подобные минуты он обычно читал «Отче наш», моля того, кого, как утверждали Советы, нет, о защите, но сейчас Юрий сосредоточился на выстрелах. Стрелок уже был один. А значит, теперь они в равных условиях. Что, в свою очередь, означало расклад 80 на 20 в его пользу. Так бывало всегда, кроме одного-единственного случая в Будапеште. Однако это исключение. А исключения, как известно, лишь подтверждают правило.
Очередные выстрелы. Одна пуля ударилась о стену, выбив бетонную крошку.
Юрий удовлетворенно кивнул. Агент сместился, как он и рассчитывал. Телохранитель сильнее прижался к стенке контейнера. Ноги полусогнуты, мускулы напряжены до предела, готовые к решающему рывку. Еще несколько выстрелов, и…
Вот оно!
Щелчок!
Вдохнув, Юрий выбросил тело в открытый проход, краем глаза увидев, что Иван Петрович сделал то же самое. Но…
Телохранитель замер с поднятым пистолетом в руках. Переулок был пуст. Значит, агент решил поменяться с ним местами. Из охотника превратиться в жертву. Что ж, он не против.
– Юрий! – Профессор дернул его за пиджак. – Смотри!
Телохранитель перевел взгляд с ряда мусорных баков в сторону улицы, где по-прежнему стояли внедорожник и «Фольксваген Гольф». Вот только… Из люка в крыше внедорожника высунулась фигура, сжимая в руках…
Это что? Гранатомет?
Дерьмо!
Схватив профессора за руку, Юрий метнулся влево, уходя с траектории выстрела. В следующую секунду послышался свист, а затем яркая даже при свете солнечного дня вспышка озарила проход между двумя зданиями. Ближайший к ним мусорный контейнер подлетел в воздух и, перевернувшись, с грохотом покатился по асфальту. Юрий почувствовал жар, а затем взрывная волна с силой припечатала их к бетонной стене отеля.
– Ох! – Иван Петрович скривился от боли.
Не давая ему упасть, телохранитель подхватил Королева под руку и быстро глянул через плечо. Агент возился с гранатометом. Можно было не сомневаться, последуют следующие выстрелы.
– Нужно уйти из переулка! – прорычал Юрий на ухо профессору и, не дожидаясь реакции, потянул его за собой к выходу.
Им предстояло преодолеть двадцать метров. Правда, на этом проблемы не заканчивались. Скорее начинались.
Прогремел новый взрыв. Позади них. Послышались звон разбитого стекла, истошные крики, чей-то визг. Последнее Юрий услышал уже в воздухе. Невидимая рука подхватила его и швырнула на несколько метров вперед. В полете, не выпуская руки профессора, который издавал нечленораздельные звуки, Юрий сгруппировался, подогнув ноги. К сожалению, этого было мало, а правильно отработать руками ему мешали профессор и пистолет. Приземлившись на жесткую поверхность асфальта, он по инерции перекатился вперед. После того как закон физики прекратил свою работу, Юрий, не тратя ни секунды, вскочил на ноги, не обращая внимания на ноющую боль в правой лодыжке.