Приключения Азии

─ Гроссмейстеры, нужно отнести в лабораторию. Время ─ пятнадцать тридцать, место ─ у левого борта, глубина ─ пять метров. Да не перепутайте!

─ Отнесу, сейчас только… ─ согласился Берёзкин.

─ Получит мат в три хода, ─ перебил его Смышляев.

─ Откуда вдруг! Всё защищено.

Смышляев взял ладьёй слона белых, указывая раскрытой ладонью на доску.

─ Ошибочный психологический настрой. Пешка в связке со слоном не всегда его защитница. Так что, иди, иди… в лабораторию.

Березкин задумался, отвернулся в сторону океана, поднял вверх палец, поддерживая сказанную следом фразу.

─ Точно! Связка не всегда одно целое! Я про нашу гипотезу… Кажется, догадываюсь, в чем мы ошибаемся.

Послышался голос Азии, откуда-то с правого борта. Трое собеседников и другие сотрудники и матросы, находящиеся в поле зрения, прислушались. Азия пела.

Она шла медленной, легкой походкой, словно танцуя – так грациозно выглядела. Азия глядела на небо, на океан, на лица смотрящих на нее людей и пела свою песню.

Михаил направлялся в сторону носа корабля, когда услышал голос Азии, впереди рубки повернул к правому борту. За ним, отстав метров на двадцать, следовал капитан. Друг за другом присоединились к Лепешкину, который стоял и смотрел вниз на Азию. Алексей повернулся к начальству и произнёс воодушевлённо:

─ Красиво поёт! Только вот не знаю, что это за песня. Нигде её не слышал, лишь от Азии. ─ Лепёшкин замолчал и все прислушались, наслаждаясь дивным голосом. Азия продолжала петь.

─ Эту песню написала она сама, когда ей было лет пятнадцать-шестнадцать, ─ объяснил Михаил Васильевич. ─ Мы тогда отдыхали на море. И название дала: «Моя песня»… Теперь о деле. Пробы по графику?

─ Да, конечно! ─ доложил Лепёшкин. ─ Повышение активности планктона. Внешних раздражителей нет. Сейсмическое поле, электромагнитные излучения ─ всё на прежнем уровне.

─ Аквалангисты на связи? Они ничего необычного не обнаруживают?

─ Доложили бы уже! Куртов опытен, как никто…

На ремне Лепешкина трубка рации издала сигнал. Лепешкин взял аппарат в руку, посмотрел на дисплей и поднёс к уху.

─ А вот и он, легок на помине… ─ прокомментировал Алексей и ответил Василию: ─ Да, на связи. ─ Лепешкин молча выслушал собеседника, затем передал трубку Михаилу. ─ Спрашивает: продолжать работу или сворачиваться, а то погода портится.

─ Ребята, еще немного, ─ сказал Михаил по рации, замолк, увидев Азию на носу корабля. Сориентировался и добавил: ─ Поработайте с полчасика. Успеете выбраться до шторма, если он и будет ещё.

Михаил держал трубку так, словно собирался немедленно сообщить что-то важное, но молчал и продолжал смотреть на Азию. Она стояла на носу, вдруг резво расправила руки в стороны, словно изогнутые крылья птицы и, оттолкнувшись, прыгнула в воду.

─ У вас никогда не возникает чувство опасения за Азию? ─ тактично спросил Юрий Денисович. ─ Она порой чересчур смело… я бы даже сказал ─ рискованно…

─ Да уж говорите прямо ─ безрассудно.

─ Нет, я так не думаю. Просто… очень… смело, ─ подбирал слова капитан, не сводя глаз с водной поверхности.

Азия вынырнула из воды с полным задора и восторга лицом. Посмотрела в сторону судна, махнула рукой.

─ Э-ге-гей! ─ крикнула она и поплыла в сторону наиболее удаленных от судна пловцов.

Михаил, капитан и Лепешкин перешли на левый борт, наблюдая за Азией. Носов нажал кнопку передатчика на трубке:

─ Куртов, Вася, проследите за Азией. Она, кажется, плывет в вашу сторону.

Несколько человек стояли у борта на верхней палубе и тоже наблюдали за Азией. Берёзкин обратился к Валерию:

─ Валера, а теперь ты свою спой.

Тот шумно вдохнул, картинно расправил широко грудь. Запел на простенькую мелодию:

─ И только свежий ветер с Бенгальского залива освежает мне взволнованную грудь…

К певцу повернулся бритоголовый, подёргал его за рукав.

─ Простите великодушно, Бенгальский залив у побережья Индостана. И ветер оттуда… ─ Бритоголовый развёл руками, изображая «дохлый номер».

─ Да, дядя, ничего-то ты не понимаешь… А, собственно, кто вы такой, почему не доложили?! ─ начал новое выступление Валерий в привычном для многих амплуа балагура.

Азия уже среди группы аквалангистов. Нырнула с открытыми глазами, наблюдая тела пловцов, рыбёшек, других морских обитателей, оборудование, плавающее на поверхности. Куртов ожидал её появление из воды. Она вынырнула совсем рядом и опередила возможные его наставления о безопасности, ведь этот, мужественного вида сорокалетний человек, работал спасателем.

─ Ребята, помощь не нужна? Кого поймать или напугать?

─ Азия, мы скоро закругляемся, и ты, пожалуйста, тоже плыви поближе к судну.

─ Я серьёзно хочу чем-то помочь. Скучно на палубе. Не прогоняйте.

─ Мы знаем, что ты отличный пловец. Как-нибудь попрошу помочь, даю слово. А сейчас, правда, заканчиваем.

Азия не успела ничего сказать. Вынырнул аквалангист, сдёрнул маску, показал рукой вдаль от судна, где метрах в пятидесяти от них на волнах качался металлический ящик с оборудованием, и произнёс встревоженно:

─ Василий! Там…

Все трое повернулись в сторону указанного ящика. Через мгновение вода вместе с ящиком словно вздыбилась и крутой волной двинулась на них…

Бритоголовый с борта заметил происходящее и изменившимся тоном перебил весельчака Валеру:

─ Смотрите! У них что-то происходит. Надо доложить наверх. Вон стоят капитан и Михаил Васильевич, ─ показал он на навесную палубу…

Куртов быстро сориентировался и выкрикнул:

─ Ныряй к судну!

Волна стремительно настигла их, разбросала по сторонам. Под водой виднелись судорожные движения тел людей…

Компания на верхней палубе продолжала внимательно смотреть на бешенный водоворот там, где находились Азия, Куртов и аквалангисты. Мелькали руки, головы, то выныривая, то скрываясь под водой. Из воды периодически показывались плавники непонятного животного. Берёзкин не выдержал напряжённое зрелище, пронзительно вскрикнул:

─ Да это ж акула!.. Наверное.

─ Надо что-то делать, ─ добавил Смышляев, затем громко прокричал: ─ Эй! Помощь нужна!

Несколько матросов уже бежали к шлюпкам. Лепёшкин с навесной палубы посмотрел на них и обратился к Сомову, который вместе с Михаилом встревоженно следили за круговоротом людей и непонятного объекта, напоминающего акулу.

─ Капитан, что вы намерены делать?

─ А что тут сделаешь. Спасательная команда своё дело знает и через минуту будет на воде.

─ Успеют ли, ─ с тягостным надрывом произнёс Михаил Васильевич.

Сомов кратко потребовал:

─ Спросите, Алексей, по рации: что происходит?!

─ Им не до рации… Что или кто там разбуянился?! Не отвечают они, ─ спокойно и уверенно ответил Лепёшкин.

─ Незнакомое животное. Подкралось и наблюдает, ─ вполголоса пробормотал Михаил Васильевич. Капитан и Лепёшкин недоуменно глянули на него.

Две шлюпки опустились на воду у борта. В воду заранее спрыгнули шесть человек; теперь они забрались в шлюпки, отцепили тросы и принялись энергично грести. Михаил и Лепешкин нетерпеливо вглядывались то на шлюпки, то на группу Куртова. Капитан оставался более спокойным, лишь тёр рукой подбородок. Подошли матрос Пухов и с ним сотрудник, который и начал говорить:

─ Подсказывают, может, пушкой пальнуть ─ напугать, если там… акула, пока не поздно. А то скоро шлюпки туда придут.

Лепешкин посмотрел поочередно на капитана и на Михаила.

─ А что?! Смысл есть. Решайте, капитан.

─ Вам решать, Михаил Васильевич, ─ твёрдо заявил Сомов. ─ Всё-таки есть опасность для… людей.

Михаил несколько секунд мучительно раздумывал, затем от безысходности кивнул.

─ А-а-а, согласен.

Юрий Денисович тут же обратился к Пухову:

─ Давай, братишка, поточнее прицелься, чтобы не задеть кого-нибудь. Быстрей!

Матрос побежал к пушке…

Виктор держался за только что пристегнутый трос швартовки, повернув голову в сторону океана. Решительно отцепил трос и почти бегом заскочил в вертолет. Вскоре винт начал вращаться. Через минуту вертолет поднялся в воздух. Виктор в кабине с высоты десять метров смотрел вниз на воду, одновременно выходя на связь.

─ Рубка, я ─ Стриж.

─ Стриж, я ─ рубка, наблюдаю вас. Буду в режиме ожидания, ─ раздался в наушниках голос старшего помощника.

─ Посмотрю сверху, вдруг помощь потребуется…

Игорь выглядывал из окна рубки, когда раздался выстрел пушки. Следом послышался звук негромкого взрыва. Матрос Пухов очень долго, как казалось ему, смотрел в оптический прицел пушки, не в силах оторвать взгляд от сотворённой им картины, словно опасаясь увидеть напрямую, без оптики, безрадостный финал. Фонтан брызг медленно осел. Видны были взмахи рук одного пловца. Пухов поднял глаза, посмотрел по сторонам: голова старпома в рубке, группа рядом с капитаном, одиночные сотрудники и матросы ─ все смотрели на него…

Шлюпки одна за другой подошли слева и справа к месту взрыва. Спасатели по одному остались в шлюпках, остальные прыгнули в воду. Вынырнул аквалангист, снял маску, начал рассказывать заплетающимся языком, периодически выплёвывая попадающую в рот солёную воду:

─ Ничего в воде не разобрать, мутно… На акулу не похоже и оно ушло, это существо… Здесь были Азия, Куртов и еще двое. Ищем!

Некоторые спасатели смотрели вверх на зависший над ними вертолет, затем погрузились в воду. В воде мутно, расползается кровяное пятно, мечутся рыбёшки. Плывущий аквалангист увидел трудно различимое движение людей. Вблизи уже различалось тело женщины с безвольно опущенными руками. Рядом двое поднимали её к поверхности.

Из воды вынырнул Куртов, у него кровь на щеке. Судорожно глотая воздух сказал:

─ Помогите поднять, здесь Азия.

Подплыли два спасателя, помогли приподнять голову Азии над водой. У неё на голове рана, на волосах «месиво», напоминающее частицы тела животного, возможно, и самой Азии. Подошла шлюпка. Спасатель опустил на воду носилки в виде корытца с бортами и спросил:

─ Как будем поднимать? У неё из раны мозг виден. И вот это мясо. Упадёт ведь.

─ Это останки животного, ─ возразил Василий.

─ Зверюга ушел. Значит, это от Азии, ─ не согласился второй спасатель.

─ Да она цела. Вот только рана в голове, ─ настаивал Куртов.

─ Как знать! ─ продолжал гнуть свою линию спасатель в шлюпке. ─ Всё содержимое аккуратно поднять. Подведите поддон снизу, приподнимите. Затем выпустим воду. Можно будет как лодочку буксировать.

Трое человек поддерживали Азию на плаву. Остальные погрузили в воду носилки, подвели их под Азию…

Михаил продолжал держать в руках трубку рации, обратился к стоящему рядом Лепёшкину:

─ Куртов не отвечает. Не видел куда капитан исчез?

─ Юрий Денисович в рубку побежал. Дайте-ка трубку.

Лепёшкин забрал рацию из руки собеседника, посмотрел на рубку, на вертолет.

─ Стриж, я шестой… Витя, ответь.

─ Слышу, Лёша. Я над ними. Азия, похоже, без сознания. Её помещают в носилки. На воде кровавый след уходит вдаль. Значит, не от Азии, ─ прозвучал по рации ответ Виктора. ─ Алексей глянул на Михаила Васильевича. ─ Да, оповестите врачей, пусть готовятся. У меня сигнал вызова от капитана. Вам до связи.

─ Я всё понял, ─ произнёс Михаил и побежал к трапу, запрыгал по ступеням вниз…

Азия лежала в носилках, которые полностью затоплены водой. Один человек держал её голову над поверхностью. Несколько человек пытались приподнять носилки выше, чтобы слить воду. У них явно не хватало сил.

Василий Куртов подсказал спасателю в шлюпке:

─ Свяжись с вертолётом. У него есть лебёдка. И быстрее надо. Времени в обрез!

Спасатель отцепил от пояса трубку рации, бросил взгляд на носилки с Азией, как бы оценивая, поднял голову к вертолёту.

─ Стриж, я «четвёртый»?

─ На связи. Наблюдаю. Что у вас?

─ Нужна лебёдка, приподнять носилки из воды, чтобы слить воду.

─ Понял!

Из-под порога двери вертолёта начал опускаться трос. Одновременно вертолет сместился и остановился точно над носилками на высоте метров десять. Две шлюпки встали по бокам носилок, в каждой стояли по два человека, каждый из них держался одной рукой за кольцо на рукоятке носилок, вторая рука поднята навстречу тросу. Чтобы шлюпки не опрокинулись, с противоположной стороны на бортах повисли пловцы. На конце трос разделён на четыре куска, метра по три, с замками крепления. Спасатели поймали эти тросы и зацепили за носилки. Один сделал отмашку руками на подъём. Спасатель с рацией подал команду Виктору:

─ Готово! Поднимай легонько.

Трос натянулся, носилки медленно вышли из воды, слегка покачиваясь, и зависли в полуметре от воды. Один из стоящих в шлюпке нажал рукой на клапан в дне носилок. Сосредоточенные взгляды моряков напряжённо ждали, пока вода с шумом выливалась.

Вертолет, не дожидаясь сигнала, плавно тронулся в сторону судна, постепенно увеличивая скорость. Спасатели в шлюпках, вопросительно подняли руки в немом вопросе. Один из спасателей не вытерпел и крикнул:

─ Э! Куда это он?

─ Всё правильно! ─ одобрил действия лётчика Куртов. ─ Пока шлюпка доплывёт ─ поздно будет.

Спасатель с рацией громко оповестил:

─ Все по шлюпкам. Направляемся к кораблю. Василий, ваши все здесь?

─ Все. Вы плывите, а мы проверим кое-что.

Спасатели забрались в шлюпки, двинулись к судну. Куртов и ещё два аквалангиста сблизились, образовав «круг».

─ Посмотрим, что с оборудованием. И, я думаю, надо пройти по следу акулы, будем её так называть, пока не поймём, что это за животное, ─ озадачил Куртов.

Один из аквалангистов засомневался в целесообразности:

─ Она уже могла уйти далеко.

─ Вообще-то акула ранена. Виктор подтверждает кровавый след, ─ подсказал второй.

─ Ребята, кровавое месиво возле головы Азии ─ от акулы, уверяю. Не уйдет она далеко. Нам надо увидеть её, ─ настоял Василий.

Второй аквалангист напомнил:

─ Рация у нас есть? Надо ж сообщить.

─ Рация где-то на дне, ─ констатировал Василий. ─ Пройдём метров сто, потом посмотрим.

Надели маски и ушли под воду…

По левому борту верхней палубы группа людей наблюдала за подлетающим вертолётом. Михаил стоял чуть в стороне, тёр рукой лоб, поворачивая голову влево-вправо. К нему подошёл капитан.

─ Михаил Васильевич, вам, наверное, лучше уйти… куда-нибудь. ─ ободряюще потрогал учёного за предплечье и отошёл к группе встречающих.

─ Юрий Денисович, ─ обратился к капитану Голик, ─ давайте я буду руководить приёмом пострадавшей, как врач.

Действуйте, ─ коротко ответил капитан.

Из прохода вышли Надежда Ивановна с Петей. Михаил заметил их и резко окрикнул:

─ Вы зачем здесь?! Уведите ребёнка.

Надежда от неожиданного обращения вздрогнула и попятилась назад, обнимая рукой Петю за плечо, крепче прижимая к себе. С испуганным выражение лица оглядела скопление людей.

─ Да что случилось?

Многие из присутствующих оглянулись на неё. Лепешкин подошёл к ней.

─ Надежда Ивановна, дорогая! Мальчика, действительно, надо увести отсюда. ─

Надежда молча с тревогой глядела на вертолет. ─ Беда случилась.

Надежда Ивановна заметила удручённый вид Михаила, со слезами на глазах увела Петю. Михаил, опустив голову, поплёлся вдоль борта, прочь от остальных.

Голик громко и чётко отдавал команды:

─ Готовимся принимать! У борта ─ четверо назначенных, остальные ─ в сторону, наготове. Проход освободить. Носилки с Азией замерли, чуть покачиваясь, метрах в десяти от борта и выше метра на два, затем начали медленно приближаться к борту, одновременно опускаясь вниз. Сотрудник с рацией подсказывал Виктору:

─ Ниже и ближе.

Вертолет сместился к судну. Он ненамного выше навесной палубы. Из кабины видна голова Виктора. Он попеременно смотрел то на судно, то внутрь кабины.

Носилки слегка раскачивались. Руки встречающих потянулись к рукояткам. Неожиданно порыв ветра сильно качнул носилки. Один человек, потянувшись за борт, словил рукоятку и потянул носилки на себя. Следом второй ухватился за другую рукоятку. Одну сторону завели вперед, поперек борта. Третий человек потянулся к дальней рукоятке.

Михаил Васильевич подбежал к носилкам. Его придерживали за плечо, не давая подойти ближе. Он увидел лицо Азии. Его глаза округлились: в них боль и ужас.

Сотрудник с рацией сообщил Виктору:

─ Держим! Ещё чуть ослабь.

Трос сместился на полметра. Носилки теперь большей частью над палубой.

Виктор выглянул из кабины вниз, сказал по рации:

─ Всё. Больше не могу.

─ Достаточно. Сейчас отцепим.

Четверо матросов подняли носилки выше и трос провис. Помощники быстро отцепили тросы от носилок.

─ Быстро в реанимацию, ─ скомандовал Голик. Люди с носилками исчезли в проходе. Голик взглянул на часы. ─ Минуты две на спуск, пусть минута на подлёт, и там… не знаю сколько. Должны успеть! Реанимацией займётся Анастасия Семёновна. Там пока без меня справятся. Юрий Денисович, соберитесь все в моем кабинете.

Голик очень быстро поспешил туда, где скрылись люди с носилками…

Вертолет коснулся палубы, двигатель выключился. Лопасти ещё вращались, а Виктор стремительно выскочил и бегом к трапу…

Чуть дальше общей группы людей на верхней палубе стоял Зарми, а метрах в трёх от него ─ Смышляев. Зарми нервно пытался закурить. Смышляев заметил это и почти в прыжке оказался перед ним.

─ Что за безобразие! Не курить!

─ Так ведь… пострадавшего унесли.

─ Здесь вообще не курят!

─ Excuse me. А где тогда курят?

─ Здесь ─ это значит: на корабле, везде на корабле не курят!

─ Извинять меня, ─ поспешно признал неосознанную вину гость, дополнил слова жестами и быстро бросил сигарету за борт. Смышляев инстинктивно потянулся руку вслед за исчезнувшей сигаретой, словно пытаясь поймать её.

─ Океан ─ это вам не урна для мусора!

─ А, боитесь обитателей отравить?! ─ с долей ехидности заметил Зарми.

Смышляев промолчал, не хотелось распространяться о чистоте эксперимента в их исследованиях.

Сомов приблизился к борту, посмотрел вниз и увидит подходящие к борту шлюпки с вернувшимися спасателями.

─ А Куртов… что?

─ Он и ещё двое пошли по следу акулы, от неё тянется кровавый след, ─ ответили капитану со шлюпки

─ Так всё-таки акула? Откуда ж она здесь?!

─ Они не уверены. Не успели разобрать. Похожа, но не совсем, ─ уточнил старший из спасателей.

─ Вот что: двое на одной шлюпке отправляйтесь к нему, для страховки; впятером вместитесь. Вторую шлюпку поднять.

К капитану тут же обратился подошедший Зарми:

─ Господин капитан, ─ Сомов поморщился от непривычного обращения, ─ что я могу уже сейчас сообщить моим читателям о трагедии.

─ О чём, о чём?!

─ Я успел заметить израненную женщину.

─ Главное вы не успели заметить: это беда, но не трагедия. И, как репортёр, должны понимать, что сообщать следует лишь достоверную, информацию!

Капитан, не дожидаясь ответа, отвернулся и ушёл. Зарми последовал туда, где стоял прежде ─ к Смышляеву, и заговорил с ним.

─ Раз уж курить здесь нельзя, то уж виски, надеюсь, найдётся? Где у вас бар?

─ Виски не держим.

─ А водка, русское достояние, точно должна быть. Как же без неё.

─ И водку терпеть не можем.

─ Но коньяк непременно есть. Его все обожают.

Смышляев смотрит по сторонам ─ разговор ему не интересен.

─ Коньяк, видимо, есть… у капитана: для важных гостей. А вот бара точно нет.

─ Черт возьми! После напряженного дня надо же как-то расслабиться. Как вы расслабляетесь?

─ А мы не напрягаемся, вот и весь сек-рет. ─ Смышляев пристально смотрел в сторону, его что-то заинтересовало, и он рассеянно приставил палец к груди Зарми. ─

А фамилия ваша как?

Зарми открыл рот, моргая глазами.

─ Фэмили? Почему вас интересует моя семья…

Смышляев увидел матроса из спасательной команды и устремился за ним, догнал, ухватился рукой за плечо, развернул к себе лицом.

─ Постой, ты был там. Расскажи!

─ Нам всем нужна выдержка! Всему свое время, ─ сказал устало спасатель и пошёл с понуро опущенными плечами…

В каюте судового врача собрались руководители и ответственные сотрудники.

Голик стоит у двери, ведущей в другие помещения медико-санитарной части. Михаил, Лепёшкин, штурман Львов и ещё двое моряков сидели. Открылась дверь, вошли Виктор и, через пару секунд, капитан.

Анатолий Павлович с серьёзным озабоченным лицом начал своё сообщение.

─ Анастасия Семёновна, как терапевт, руководит реанимацией. Будем надеяться на успех и поведём разговор с этой позиции… потом приступлю я со своими помощниками… То, что требуется операция ─ несомненно. И проводить её нужно здесь, потому что нет времени и, главное, возможности транспортировать пострадавшую куда-то. Да и куда?! В дальнейшем, вполне возможно, надо будет везти Азию для полноценной помощи. Стоит уже сейчас продумывать все возможные варианты. ─ Голик задумался, разминая пальцы рук.

Виктор изложил свои соображения:

─ Вдруг волнение усилится, тогда проведение операции осложнится. Может, уже сейчас идти к ближайшему острову с хорошей бухтой?

Михаил Васильевич не выдержал, встал и решительно взялся за ручку двери в следующее помещение медицинской части. Голик положил руку поверх его руки.

─ Не сейчас. Ждите, надейтесь…

Некоторое время все молчали. Капитан выглянул из каюты, взмахом руки обратил внимание матроса на себя.

─ Вахтенный, сходи в радиорубку, узнай погоду.

Сомов закрыл дверь, штурман Львов встал, показал Юрию Денисовичу на стул.

─ Товарищ капитан, я пойду посмотрю лоции ближайших островов. Буду искать бухту.

─ Действуй… Виктор, по твоей части: выяснить в какие страны и города летают самолеты с ближайшего аэропорта. Ещё…

В это мгновение медленно открылась дверь из медицинской части. Вошла обессиленная, с каплями пота на лбу Анастасия Семёновна. Все замерли в напряженном ожидании. Михаил встал. Голик, сдвинув брови и затаив дыхание, глядел в глаза терапевта и вдруг заулыбался, выдохнул.

─ Дышит, ─ объявила Анастасия. ─ Она без сознания, но состояние стабильное. Прогнозы не делаю. Анатолий Павлович, можете осматривать.

Анастасия присела на место Михаила Васильевича. Голик шагнул в открытую дверь процедурной ─ следующей каюты медчасти, обернулся, бросил взгляд на Михаила Васильевича

─ Никому не входить. ─ Анастасия Семёновна, передохните и присоединяйтесь.

─ Переходим все в рубку, ─ заявил капитан. ─ Я пришлю сюда кого-нибудь для связи и помощи, если потребуется…

Один за другим вынырнули Куртов и двое аквалангистов.

─ Рацию без толку искать, ─ начал первый. Я видел поврежденный ящик, он затонул. Больше ничего.

─ Покажешь мне ящик, ─ сказал Василий, ─ потом пройдёмся за акулой. Держаться на виду. Если нужно сообщить что ─ сигнал на всплытие.

Моряки погрузились, оставляя пузырьки на поверхности с пока ещё слабым волнением. Куртов махнул рукой «за мной», и напарники вслед за ним уходили глубже и в сторону. Достигли дна. Виднелся мутно обрисованный куб. Вблизи он оказался ящиком. Двое осмотрели его со всех сторон. Один отошёл и разглядывал дно поблизости. Куртов присел и, приблизив лицо почти вплотную, изучал угол ящика, тёр пальцем. Затем Василий встал в полный рост, подал сигнал следовать за ним. Все трое поднялись ближе к поверхности и поплыли друг за другом. Ничего, что могло заинтересовать их внимание, не обнаруживалось, и Куртов показал «наверх». Три головы появились над поверхностью. Маски сняты. Начал Василий.

─ На углу ящика следы крови. Возможно, Азия ударилась об этот угол.

─ Возле головы Азии видели, что было? А на дне и в воде ничего нет, ─ продолжил аквалангист, тот, который постоянно выдвигал противоречащие версии.

Второй напарник пояснил:

─ Точнее, ничего не осталось. Рыбы! Ну что, есть ли смысл идти по следу? Тем более нет корректировки с воздуха. Можем уйти в сторону. Да и след размывается.

─ Это чудовище либо где-то рядом, если серьёзно ранено, либо ищи-свищи её, ─ рассуждал Куртов. Подумал и решил: ─ Ещё пройдем.

Трое плыли под водой: Куртов ─ посередине, двое ─ по бокам в нескольких метрах. Послышались глухие удары. Аквалангисты собрались вместе, вертя головами по сторонам. Куртов знаками изобразил человека, который гребёт вёслами и затем ударяет веслом по воде. Двое кивнули головой. Василий показал рукой вверх. Вынырнули и увидели невдалеке шлюпку с двумя матросами. Они призывно махали «сюда». Аквалангисты подплыли. Спасатель в лодке проинформировал:

─ Приказ возвращаться. Только что передали: готовятся идти к острову в бухту.

─ Надо, значит надо! ─ проворчал Куртов. ─ Жаль, конечно: если уйдём отсюда, то ничего позже не посмотришь.

─ Сейчас все думают об Азии.

─ Понятное дело! ─ согласился Василий и закивали его напарники.

Аквалангисты забрались в шлюпку. Отяжелевшая «посудина» направилась к судну.