И краткое как йод
- -
- 100%
- +
Она морочила Сереже голову, и мне было искренне непонятно, почему он не переключит свое внимание на меня: я ведь была в драных штанах, с белыми губами, посеребренными веками и такими же, как у него, музыкальными пристрастиями. Я даже челку «ставить» научилась: Нина помогла.
Сам Сережа Дерновой в итоге переехал в город побольше, подцепил парочку венерических заболеваний и так испугался, что, вылечившись, немедленно женился. Только дети у пары никак не получались, скандалы участились, и через пару лет они разошлись. А потом Сережа уехал за границу, вроде бы, сначала в Италию, а потом в Испанию. О его дальнейшей судьбе никто ничего не знает.
О моей тайной любви к Дерновому знала только Юля. Волос красивее, чем у нее, я больше никогда в своей жизни ни у кого не видела. Да и вообще девушек милее не встречала. Отец мечтал отправить Юлю учиться в Санкт-Петербург, и я ей завидовала, говорила, что наконец-то она выберется из этой дыры. Но дырой Юля ту деревню не считала, и когда после окончания школы пришло время делать выбор, девушка никуда не уехала. Со своей золотой медалью, здоровым румянцем и длинными густыми черными ресницами, обрамляющими большие голубые глаза, Юленька осталась жить там, где на тротуарах можно вляпаться в коровье дерьмо. Она отрезала и осветлила волосы, вышла замуж за сантехника на пять лет ее младше и ходит на работу по тропинке тридцать минут в одну сторону, пятьдесят в другую – с заходом в сельский магазин «Светлана».
Последний выкрашен в розовый цвет и считается центром жизни: детки тут ждут, когда подвезут мороженое (ванильные или шоколадные стаканчики безо всякой обертки с налепленным лишь бумажным кругляшком поверх выпячивающегося из вафли мороженого), все остальные – алкахи, спрашивают, не паленая ли водка. Она стабильно, пару раз в год, оказывалась-таки паленой: кто-то травился, кто-то становился инвалидом, кто-то пропадал. Как моя одноклассница Настя.
Был чей-то день рождения, стоял октябрь, нам по пятнадцать лет – поехали в клуб в соседнее селение. Пьяные девки визжали, красно-белый грязный уазик заваливался на поворотах набок; Настя, видимо, вышла поблевать на одной из остановок, а никто и не заметил. Хватились только в понедельник в школе: пропала девочка. Нашли мертвую и изнасилованную далеко за телевышкой. Школа пребывала в шоке. Кто-то засунул под стекло с расписанием стихотворение, строки которого спустя столько лет так и не выветрились из моей памяти:
«Верил в твои я ладони, верил в твои глаза, Только слишком поздно тебе об этом сказал».
Ссылка наша тем временем подошла к концу – российская страница давно перевернута. Столько же не самых лучших лет мы провели на просторах исторической родины, сколько крыс нашли тогда на балконе по заезде. Вот ирония судьбы: столько же отбыл в сибирской ссылке мой покойный дед Иван, который умер задолго до моего рождения.
Странное дело, но в критические моменты жизни мои мысли то и дело обращались к судьбе этого по сути незнакомого мне человека: думая о том, как ему было страшно быть брошенным в вагон для скота, направлявшийся в Сибирь, а потом, пройдя все кошмары, умирать в одиночестве от гангрены, я находила в себе силы утирать слезы и идти дальше.
2008. Италия, Неаполь
Обычно Он был одет в бордовые джинсы, подпоясанные салатным шнурком вместо ремня, слегка потную серую майку, открывающую крепкие плечи, а на ногах были спортивные тапки Vans в черно-белую клетку, с толстой подошвой. На одной руке —татуировка Love, на другой – японские иероглифы. Хорош. Как Ева Лонгория. Только мужчина.
Иногда Он забегал к нам на работу: как выяснилось, со мной вместе трудился его знакомый. Он приносил ему и «как бы заодно всем остальным» пирожные собственного приготовления. Потом, когда я жадно втихаря доедала оставшийся кусочек какого-нибудь тирамису, то не уставала удивляться тому, что такой молодой парень так отменно стряпает. Знал бы он, что на первом курсе института я спросила у подруги: «А полчаса хватит, чтобы сварить яйцо?».
Когда я чувствовала, что он готов со мной заговорить, то быстренько ретировалась, потому что сердце стояло в горле, ноги буквально подкашивались, воздуха не хватало, а краска заливала даже уши. Мне казалось, что они увеличивались в размере. Я сидела в туалете, беспрестанно щупая их, ровно десять минут: знала, что за это время он уйдет и мне не придется, заикаясь, отвечать на вопросы о состоянии моей головы.
Нас свел несчастный случай, связанный как раз с головой: на меня упало окно, а в приемном покое тем, кто вез меня на каталке на томографию, оказался он (его взяли сюда на неофициальную подработку: выносить утки, драить туалеты и перекладывать неподъемных пациентов). Да, в Италии, а точнее в Неаполе, возможно и не такое: окна в гостинице падают при открытии, в больницах за нал по-тихому моют пол иммигранты. In Italia ci sono cose che nessuno ti dirà4. Кстати, томографию мне так и не сделали: веселый доктор велел закрыть глаза, представить перед собой прямую линию и прошагать по ней.
– Ой, ну какая тут томография! Шагаешь прямо, так что давай, bella5, просто винца да поспать.
Такому предложению я и не удивилась, потому как с компетентностью персонала столкнулась уже в приемной, когда администратор, рассматривая мой документ, спросила: «Эстония – это часть Румынии?»
Если возвращаться с работы дорогой, что на минут семь длиннее обычной, то пройдешь мимо скейт-парка, куда Он частенько заглядывал после больницы. Вот и сейчас я как бы случайно иду мимо. Сегодня его здесь нет, думаю я, и тут чувствую шлейф знакомого запаха, на который немедленно реагируют мои уши.
– Приглашаю вас на ужин, мисс. Сейчас.
Мне поставили стул посередине комнаты: вокруг сидят его мама, бабушка, две сестры, их мужья, племянник с племянницей – последним лет двенадцать-тринадцать. Я заметила, что у детей страшные шрамы: у девочки на руках, а у мальчика на ногах. Как будто их покусал какой-то дикий зверь. Я заставила себя отвести взгляд, хотя тайно надеялась, что его кто-то заметит и все объяснит. Но ничего подобного не последовало, а Он так на меня посмотрел, что стало ясно: любопытство тут неуместно.
Пока Он готовил на ужин карбонару, семья с берегов Амазонии с интересом меня разглядывала. Ах, vaffanculo6, я не могла и предположить, что трапеза на первом же свидании пройдет в полном родственников доме. Он, кстати, был маловат для этой толпы: девять человек, кот и кролик располагались от силы на семидесяти «квадратах». Но что интересно: они, казалось, были абсолютно довольны и условиями, и обществом друг друга.
Допрашивать меня на сплаве испанского, итальянского и английского они прекратили в ту секунду, когда по телевизору начался футбольный матч с участием Мексики: мою шутку о том, что нужно немедленно всем организовать по сомбреро и «Маргарите», никто не оценил.
Я примолкла и стала наблюдать за якобы спящим котом, который наслаждался вниманием кролика: тот мельтешил вокруг, а когда подошел слишком близко, усатый открыл глаза, медленно вытянул лапу и резко вдарил ею по ушам кролика. Тот бросился бежать – кот за ним. Я рассмеялась, а потом поняла, что единственная была свидетелем сцены: все остальные смотрели футбол и увлеченно что-то обсуждали. Я отметила про себя, что в русскоязычной компании люди никогда бы не оставили гостя вот так, без внимания.
Потом мы с Ним долго целовались на улице, и когда я вернулась домой в два часа ночи, то перемыла все кружки с содой (так я делаю всегда в начале отношений: отмываю застаревшие следы чая, чтобы меня не посчитали свиньей) и сделала уборку. Я уже была готова к продолжению, но не на его территории: там я чувствовала себя чужой.
Все-таки в наших краях гостя принято всячески развлекать, здесь же никто даже не пытался: мое смущение отзеркалило недоверием обитателей того дома. На фоне Его упитанных сочных сестер со здоровым румянцем я смотрелась больным анорексиком. Говоря с его матерью, я почувствовала, что меня принимают за глупышку, не знающую жизни. Зачем работать волонтером? Затем, чтобы бесплатно путешествовать. А зачем вообще путешествовать?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
«Красотка» (исп.). Guapo – красавец. Это в Испания очень распространенная форма людей обращения друг к другу.
2
«Дерьмо» (исп.)
3
Любая закуска, подаваемая в баре к пиву или вину в Испании.
4
Из известной песни популярного рэпера Италии Фабри Фибра: «В Италии есть то, о чем тебе никто не расскажет». https://www.youtube.com/watch?v=BRMNR7LwXGU
5
красивая (итал.)
6
«Иди на *уй» (итал.)