- -
- 100%
- +
Даша бодрой рысью прошлась вдоль коротеньких очередей к кассам, продающим билеты на внутренние направления, но и здесь Луниной не оказалось. Оставалась надежда, что та отошла в туалет, или решила выпить кофе, или звонит, но она где-то здесь, на вокзале, и надо просто подождать…
Однако через полтора часа нервного кружения среди чемоданов, бомжей и продавцов сосисок Даша поняла, что Светки здесь нет и не будет.
Ее всю затрясло от злости, и она едва не вцепилась в горло зазевавшемуся англичанину, нечаянно наступившему ей на ногу, до смерти напугав последнего лихорадочным блеском глаз и знанием английского мата.
Тут же, как из-под земли, выросли два полицейских, давно наблюдающих за рыжеволосой молодой женщиной без видимой цели слоняющейся по вокзалу с перекошенным лицом.
– Ваши документы, пожалуйста, – вежливо обратились они к ней.
Увидев перед собой представителей закона, Даша невероятным усилием воли подавила очередное ругательство и, скрипя зубами, полезла было в сумку, но сразу вспомнила, что документы остались дома.
– У меня нет документов, – нехотя произнесла она, – я их выложила перед тем, как выйти на улицу.
– Вы выкладываете документы перед тем, как идти на улицу? – с любопытством осведомился один из блюстителей порядка. – Интересно. В таком случае мне очень жаль, но нам придется проехать в полицию для иностранцев.
У Даши потемнело в глазах. Такого позора она не испытывала с детского сада, когда ее публично обвинили в краже двух килограммов мандаринов.
8
Это была давняя история. Пятилетняя Даша должна была играть Снегурочку на Новогодней елке. В маленькой комнате, заставленной подарками, она ждала своего выхода, но внезапно незнакомый дразнящий запах привлек внимание любопытного ребенка. Открыв одну из картонных коробок, девочка обнаружила загадочные оранжевые фрукты. Справедливо рассудив, что один из подарков принадлежит и ей, достала мандарин и с удовольствием его съела. К несчастью, поздравление задерживалось, и через некоторое время от фруктов из чужих коробок осталась лишь гора шкурок и упоительный цитрусовый запах. С тех пор мандарины у нее всегда ассоциировались с Новым годом, чувством стыда и жутким диатезом.
Однако сейчас запахло кое-чем похуже мандаринов. Ее, почтенную мать семейства, запрут в камере с бомжами и проститутками, и все из-за этой сволочи! По веснушчатому лицу снова пробежала судорога, полицейские невольно отшатнулись.
– Вы хорошо себя чувствуете?
– Отлично, – прорычала она.
– Тогда проедем. – Тот, который был покрупнее, с опаской, но твердо взял ее под руку.
– Да подождите же! – в отчаянии вскричала Даша, пытаясь вырваться, – я позвоню мужу, он привезет документы.
– Не волнуйтесь, мы сейчас все проедем в полицию, это здесь рядом, а оттуда вы сможете позвонить кому хотите. – Видно было, что полицейские ее побаиваются.
В зарешеченной комнате, ожидая, пока решится ее судьба, Даша отрешенно курила в обществе двух потрепанных девиц с Украины.
– На вокзале взяли? – хрипловато осведомилась одна из них. – Чего-то я тебя там не видела. Новенькая, что ли? Смотри, ноги переломают…
Молодая женщина хотела выругаться, но в последний момент передумала – не хватало вернуться домой с синяком под глазом. Наконец появился полицейский.
– Пани Быстрова, выходите, пожалуйста. За вами приехали.
Сергей, сидя за столом, заполнял какие-то формуляры. Кинув на супругу холодный взгляд, он утвердительно кивнул головой.
– Да, это моя жена. Вот документы. Мы можем идти?
– Можете. И примите наши извинения, но такая работа, – полицейский забрал бумаги.
– Ничего страшного. Бывает, – с неожиданным великодушием супруг махнул рукой. – Жена все жаловалась на недостаток приключений, так что все к лучшему, в следующий раз будет внимательнее.
Мужчины рассмеялись.
«Ну и скотина, – подумала Даша. – Тебя бы, паразита, самого посадить в камеру», – и с неожиданной радостью представила раскормленного, самодовольного мужа в каталажке, но тут же устыдилась: он же не виноват, что не имеет таких знакомых, как Лунина.
9
– Ну, что у нас будет следующим шагом в стремлении к развлечениям? – осведомился супруг, заводя машину. – Воровство в супермаркетах?
Даша подавленно молчала. Рассказать о том, что она, развесив уши, кинулась помогать человеку, которого даже мать Тереза не вынесла бы из огня? Нет, пусть лучше считает ее авантюристкой, чем умалишенной.
– Я отвезу тебя домой, – он поправил зеркало заднего вида. – Пришлось из-за твоих похождений менять планы. Я уже полчаса как должен был быть во Франтишковых Лазнях. Обещал, что осмотрю их гольф-клуб сегодня… Теперь придется нестись туда сломя голову.
– Тогда, может, перенести на завтра?
– Нет. Они предложили тридцать процентов, лишь бы мы включили их клуб в наше летнее предложение. Хочу успеть подготовить все материалы к концу недели, иначе не успеем с каталогом. Теперь понимаешь, какую мне свинью подложила?
Бледные щеки слегка порозовели:
– Не надо, останови здесь, я доберусь на метро, – обида, смешанная с угрызениями переплелись в истерзанной душе.
– Сиди, арестантка, – супруг неожиданно улыбнулся. – Ты бы видела, как вытянулись лица моих сотрудников, когда позвонили из полиции и сказали, что ты задержана!
– А как ты все объяснил? – съежившись, она смотрела на пролетавшие мимо дома.
– Почему я должен им что-то объяснять? Они получают зарплату, выполняют свою работу, а остальное не их собакино дело, – от мужа, как всегда, веяло силой и уверенностью.
Остаток пути они молчали, каждый думая о своем.
– Все, приехали. Иди домой и не вздумай Ксюшке рассказывать. – с этими словами Сергей развернулся, и вскоре черный «Мерседес» плавно скрылся за поворотом.
10
Даша прошла в спальню и упала на кровать, распластав руки. Злость прошла, уступив место апатии.
«Подумаешь, развод, – меланхолично размышляла она, – не я первая, не я последняя».
На столе заверещал телефон. Тяжело вздохнув, обреченная мать-одиночка подняла трубку:
– Слушаю вас.
– Привет, Рыжая!
– Сол? – Даша искренне обрадовалась и приподнялась на локте. – Привет, ты откуда?
Соломон Ольсен был ее старым приятелем, восемь лет назад он эмигрировал в Швецию, сменил фамилию Ольхович на Ольсен и устроился работать в журнале мод. Обычно они переписывались через Интернет, Сол много путешествовал, посылая ей изо всех стран мира интересные веселые письма, фотографии, отрывки статей. Звонил же прижимистый Ольхович-Ольсен в крайне редких, экстренных случаях.
– Я из Австрии, из Линца, но не в этом дело. Скажи, ты получила от меня письмо? Утром отправил.
– Нет. Я еще почту не читала. А что случилось?
– Тогда бегом к компьютеру. Если все, как я думаю, то твоих 50 процентов.
– За что? – изумилась Даша. – Там что-то отредактировать надо?
Соломон как-то странно хрюкнул.
– Я попрошу тебя редактировать свои статьи, когда лишусь обеих рук, оглохну, ослепну, онемею и отупею. Меньше слов, открывай почту. Я жду.
«Да что сегодня за день такой, сплошные унижения и оскорбления, – мрачно размышляла молодая женщина, ожидая, пока загрузится почта. – Надо было гороскоп посмотреть, наверняка это не мой день». Вспоминая, куда она засунула газету с гороскопом на эту неделю, Даша выбрала из пришедшей почты нужное письмо. Волосы зашевелились на рыжей голове, когда на экране компьютера неожиданно возникло смеющееся Светкино лицо. Даша хотела протереть глаза, но, вспомнив, что накрашена, просто протерла экран монитора. Видение не исчезло.
Лунина по-прежнему нагло ухмылялась с экрана. Под фотографией шел текст:
"Привет, Рыжая! Знакома ли тебе эта девушка? Если да, то напиши все, что о ней знаешь, напрягись, посиди, подумай, но не очень долго. Ответь ASAP.
Из груди вырвался тихий стон.
– Что ты там крякаешь? – занервничал Ольсен. – Знаешь или нет?
«Неужели эта выдра и правда влипла в историю?» – с восторгом думала Даша, максимально увеличив фотографию. Сомнений не было, это точно Лунина.
– Знаю, а что?
– Достань мне всю информацию о ней и пришли как можно быстрее. Через час я выезжаю в Париж, постарайся к завтрашнему вечеру уже что-нибудь раздобыть.
– А зачем тебе? Что она сделала? Сначала…
– Подожди, – прервал ее Сол, – по телефону слишком дорого, я напишу все в письме. Но ты начни собирать о ней сведения прямо сейчас. Договорились?
– Договорились, – разочарованно произнесла Даша и повесила трубку.
11
«Сол в Линце. Так может и Лунина приперлась из Австрии?..» – это, кстати, походило на правду. Первый поезд из Москвы, варшавский, приходит в шесть утра, а второй, киевский, в девять. Светка же звонила около половины восьмого. Если предположить, что она приехала в Прагу в шесть, варшавским, то чем тогда занималась целых полтора часа? Поезда сегодня пришли вовремя: слоняясь по вокзалу, она мимоходом узнала и это. Да и вряд ли Лунина два дня тряслась бы в поезде, скорее прилетела самолетом… А вот из Австрии приехать могла запросто – всего несколько часов в пути.
Она снова проверила входящие. От Ольсена больше писем не приходило.
«Вот жучара, не хочет рассказывать. Наверное, и правда что-то серьезное. Ну ничего, понадобится информация, куда ж ты денешься!»
Даша была слегка раздосадована, словно посередине интересной книжки отобрали конфету. Да и книжку тоже отобрали. В тягостном ожидании прошло еще полчаса.
«Что за день дурацкий, – она снова начала заводится, – все словно сговорились надо мной издеваться».
Светло-ореховые, с зеленоватыми прожилками глаза, с нарастающим нетерпением поглядывали на компьютер. Час ожидания истерзал ее больше, чем пребывание в полиции. Наконец, не выдержав, Даша бросилась к письменному столу и в ярости принялась перетряхивать визитки в поисках номера мобильного телефона Сола. Сотни карточек разлетались из-под рассерженных ручек и с тихим, беспомощным шуршанием опадали на пол. Осмотрев последний выдвижной шкафчик, Даша вырвала его с корнем из стола, перевернула и грохнула по фанерному дну изо всех сил. К карточкам прибавилось немного мусора, но нужный телефон так и не был найден.
«Ну хорошо, пусть только еще кто-нибудь позвонит – загрызу».
И в это время действительно раздался звонок. В дверь.
Глава 2
1
Даша озадаченно смотрела в сторону двери. Если по телефону она уже настроилась облаять и папу римского, то сказать то же самое, глядя понтифику в глаза, все же не рискнула бы.
Звонок тренькнул снова. Делать нечего, придется открывать.
Ольга внеслась в дом как торнадо. Не поздоровавшись, заглянула во все комнаты, пометила углы крепким запахом экзотических духов и с разочарованным видом уселась на кухне.
– Одна. А я уж подумала, что мужика прячешь. Чего так долго не открывала?
– Отстань ты со своими глупостями, – Даша вяло махнула рукой, – меня полицейские сегодня на вокзале забрали…
– Хорошенькие? – деловито осведомилась подруга.
Невинно пострадавшую передернуло от подобного бездушия.
– Ты можешь думать о чем-нибудь другом, кроме мужиков?
– А зачем? – подруга пожала круглыми белыми плечами. – Все остальное суета сует и всяческое ненужное томление духа. Вот ты думаешь о душе. Подойди к зеркалу и посмотри на свое, так сказать, лицо. Разве удивительно, что к тебе клеятся только полицейские, которые от скуки готовы снимать даже игровой автомат? И куда вы ходили?
– Куда, куда… В тюрьму, – зло буркнула Даша.
Ольга широко распахнула накрашенные глаза.
– В каком смысле? Тебя что, забрали в полицию, в смысле посадили?
– Представь себе.
– Господи, да за что?
– За глупость, – она уже пожалела, что поделилась с подругой печальной новостью.
– Вот видишь, – удовлетворенно заметила Ольга, доставая сигарету, – тебя даже полицейские не снимают. Дай пепельницу. Нужно срочно тобой заняться. Вот скажи, когда в последний раз ты покупала себе какую-нибудь шмотку?
Даша устало провела рукой по волосам:
– Зачем? У меня и так целый шкаф барахла…
– Господи! – гостью аж передернуло от подобной постановки вопроса. – Одно слово – корова. И как Серега на тебе женился? Во сне, что ли? Запомни: женщина ходит по магазинам не потому, что ей носить нечего, а чтобы поднять себе настроение. Собирайся, пойдем.
Даша закинула голову и захныкала:
– Может, лучше завтра? Сегодня точно не мой день… Если я выйду на улицу еще раз, вот увидишь, меня переедет трамвай. И потом скоро в садик идти…
– Время двенадцать! Во сколько тебе Ксюшку забирать?
– В четыре, полпятого.
– И ты собираешься до этого времени валяться в постели как баклажан? Я не удивляюсь, что муж от тебя морду воротит. Поехали, говорю! – она потушила сигарету. – Хватит воду варить.
2
Как ни странно, но Ольга оказалась права. Без вопящего ребенка и ноющего за спиной мужа прогулка по магазинам превратилась в приятное развлечение. Даша притащила в кабинку ворох коротких коктейльных платьев, юбок, костюмов и прочей милой чепухи. Ей шло практически все. Лицо порозовело, глаза заблестели, она с удивлением обнаруживала у себя все больше достоинств. Наконец, отобрав несколько наиболее подходящих нарядов, молодая женщина подошла к кассе.
– С вас девять тысяч семьсот, – дежурно произнесла девушка за кассой.
Даша открыла кошелек и похолодела. Выложив все деньги пред встречей со Светкой, она забыла положить их обратно.
– Что-то не так? – переспросила кассирша.
– Нет… Все в порядке, – незадачливая покупательница готова была провалиться сквозь землю, – просто… У меня с собой только валюта. Я быстро разменяю и вернусь.
– Хорошо, – кассирша равнодушно отодвинула покупки в сторону, – я отложу.
Сунув кошелек в сумку, Даша кинулась искать Ольгу и нашла ту, оживленно болтающую с продавщицей в отделе женского белья.
– Послушай, у тебя есть деньги? – сдавленно прошептала Даша, стараясь, чтобы никто больше не услышал.
Ольга посмотрела удивленно.
– Нет. Я взяла всего двадцать тысяч, – и кивнула головой на стоящие рядом с ней пакеты.
– Ты потратила на белье шестьсот долларов?!
– Представь себе, – та жеманно улыбнулась и огладила пышное бедро. – Вкладываю деньги в то, что приносит максимальную прибыль.
– Да, но…
Не желая посвящать окружающих в нюансы личной жизни, Ольга ухватила приятельницу под локоть и отвела в сторону.
– Только не говори мне, что покупаешь новые трусы только тогда, когда протрутся старые, – недовольно произнесла она. – Хочу испытывать по отношению к тебе хоть какие-нибудь иллюзии. Зачем тебе деньги?
– Дома забыла.
– Ну так что? Сходи к автомату и сними с карточки.
Но настроение было испорчено окончательно.
– Нет уж. Там меня ограбят или изнасилуют. Тем более что кредитку я тоже выложила. Вот не надо было тебя слушать, сидела бы спокойно дома… Хотя бы обед приготовила.
Ольга закатила глаза:
– Да какой дурак тебя изнасилует? Фантазерка. Ладно, беги, потроши свою курицу, я вечером позвоню, подумаем, что дальше с тобой делать.
– Спасибо, не надо. Со мной и так уже все сделали.
Стараясь не попасться кассирше на глаза, Даша пробралась к лифту и, с сожалением по так и не приобретенным вещам, нажала кнопку вызова.
3
«Ну и денек сегодня, – тоскливо размышляла она, бредя по улице, – сплошной позор. Да еще погода портится, с Ксюшкой так и не погуляем…»
И правда, легкие утренние облачка сменили довольно мрачного вида тучи, не предвещая ничего хорошего. Но домой ехать не хотелось.
«Пока дождь не начался, пройдусь пешком», – решила она и свернула в узкий, покрытый брусчаткой переулок.
Старую Прагу Даша любила безмерно, ее пленяли, казалось, совсем простые вещи: неспешный трамвайный перезвон, узкие костелы и потемневший от времени каменный парапет Карлова моста… Здесь, словно в театральных декорациях, она переносилась на сотни лет назад и настроение сразу поднималось. Удивительно, но в этих кривых тесных улочках, наполненных туристами и запахом шкворчащих колбасок, время текло совсем по-другому – реальность сменялась ощущением чего-то волшебного, сказочного, а все житейские проблемы уходили на второй план, становясь чем-то совсем незначительным.
Вдыхая запах еды с террас многочисленных ресторанчиков, она вышла к набережной. Солнечный свет, отражаясь от широкой глади Влтавы, образовывал легкую мерцающую дымку в которой таяли и островки посередине реки, и старинные деревянные сваи ледорезов, и снующие под мостом лодки. За лодками неторопливо следовали незнающие чем заняться лебеди. Время от времени, гогоча и недовольно хлопая крыльями, ленивые птицы пытались приподнять порядком откормленную тушку над водой, но, так и не решившись, снова пристраивались в фарватер прогулочных лодок в надежде выклянчить кусочек свежей булочки.
Карлов мост, без малого шесть сотен лет соединяющий Старый город с королевским дворцом, привычно объединял каменных святых, скорбно застывших по обеим его сторонам, и вполне себе живых грешников: бродячих музыкантов, художников, туристов и щипачей-карманников. Жарким летним днем, в шумной толпе здесь можно было встретить человека практически любой национальности: неспешных якающих немцев; темпераментно жестикулирующих итальянцев, вечно приценивающихся русских, ну и, конечно, шумных желтых братьев, обвешанных камерами, фотоаппаратами, с неизменно вежливыми улыбками.
Вечером же, когда жара спадала, а туристы разбредались по многочисленным ресторанчикам пить пиво и поедать свинину с тушеной капустой и кнедликами, именно в этот миг, в этот чарующий миг сгустившихся сумерек, под нежные звуки скрипки, рожденные рукой уличного музыканта, на высоком правом берегу Влтавы вспыхивали прожектора, и с утомленного дневной суетой Карлова моста потрясенным зрителям открывался восхитительный вид королевского дворца, как бы парящего в воздухе над древним городом и его рекой.
Даша невольно сглотнула слюну, сегодня от созерцания готических красот ее беззастенчиво отвлекали дразнящие ароматы уличных кафе. Пересчитав скудную наличность, она с удовлетворением обнаружила, что денег хватит как раз на колбаску, кофе и билет до дома. Раздумывая в какую сторону лучше пойти, она огляделась и вдруг неожиданно поймала на себе пристальный взгляд высокого молодого человека, стоящего в тени у цветочного киоска. Встретившись с Дашей глазами, незнакомец заметно смешался, но тут же улыбнулся и, после небольшого колебания, сделал шаг вперед.
– Простите, вы русская? – с едва уловимым акцентом спросил он.
– Допустим – да.
Молодой человек рассмеялся.
– Все симпатичные девушки за границей в конце концов оказываются русскими.
– Вы так думаете? – с сомнением переспросила самая симпатичная девушка и кивнула в сторону модного магазина, витрины которого украшали фотографии экзотических красоток. – Эти тоже наши?
– Кому что нравится, – широко улыбнулся собеседник. – Длинноногие сисястые блондинки хороши только для американских боевиков. Лично мне больше нравятся такие, как вы.
– В смысле, коротколапые и плоские? – мрачно, вполголоса поинтересовалась Даша.
– Господи, разумеется, я не это имел в виду! – в ужасе вскричал молодой человек. – Как вы могли подумать такое? У вас просто совсем другой тип, очень индивидуальный, этакая зеленоглазая, рыжеволосая… – он замялся.
– Брунгильда?
– Ну, какая Брунгильда, почему Брунгильда? – совсем растерялся незнакомец.
– А кто? – Даша неожиданно решила выместить на случайном прохожем все сегодняшнее раздражение.
Но тот лишь вздохнул и развел руками.
– Сдаюсь. В другой раз я и сам бы с удовольствием поспорил с вами. Люблю ругаться с хорошенькими женщинами. Но сегодня, прошу, пожалейте бедного странника. Я уже час кружу по центру, никак не могу запарковаться, а за спиной пятьсот километров и пустой желудок… Помогите, будьте милосердны.
Даша смутилась. Ей стало ужасно стыдно за то, что она набросилась на незнакомого человека со своими проблемами. Кроме того, этот самый человек был чертовски привлекательным: при своем почти двухметровом росте незнакомец был прекрасно сложен и, в отличие от большинства своих собратьев, по улицам мог ходить как в одежде, так и без оной. Помимо фигуры, безусловного внимания заслуживало и все остальное: чувственный рот, черные, страстные и манящие черт знает в какие дали глаза, ну а темным вьющимся волосам позавидовала бы любая красотка, стричь такие волосы было бы преступлением. Впрочем, молодой человек об этом догадывался и стричься не собирался – роскошные локоны были заботливо заколоты замысловатой серебряной заколкой.
«Вот оно, гадское Ольгино влияние», – подумала Даша, невольно отводя взгляд в сторону.
– Извините. Сегодня у меня был тяжелый день.
– Я понял, – он улыбнулся, сверкнув ровными белыми зубами, – это означает, что вы мне поможете?
– Почему бы и нет, – улыбка вышла вежливой, но вымученной.
– Тогда еще одна просьба. Я безумно устал от дороги, и, если это не слишком нахально, могу попросить вас сесть за руль? Не хочу больше плутать в этих чертовых улицах! В ответ обещаю угостить вас самым вкусным обедом, даже если придется делать его самому.
Смущенная дама снова улыбнулась. Но на этот раз искренне:
– Ну что вы… Кроме того, я никогда в жизни не водила мотоциклы – угроблю и его, и вас, и себя…
– Мотоцикл? – незнакомец удивленно огляделся. – Какой мотоцикл?
– Ну… – начала было Даша и выразительно посмотрела на его кожаную куртку, узкие джинсы и техасские башмаки с крошечными серебряными шпорами, – а разве нет?
– Просто вы находитесь во власти стереотипов, – молодой человек снова засверкал зубами, – раз в кожаной куртке, да еще с хвостом, значит, где-то рядом «Харлей». Нет, нет, я обыкновенный, скромный человек, и езжу на вполне традиционной, если не сказать консервативной технике. Вон стоит, проклятый, – он указал в сторону темно-зеленого «Мерседеса»-кабриолета с венскими номерами.
Молодая женщина с подозрением посмотрела на машину, потом перевела взгляд на нового знакомого, не шутит ли? В душе зашевелилось нехорошее предчувствие. Принимая во внимание бурное начало дня, не станет ли этот красавчик продолжением неприятностей? А вдруг он просто решил угнать чужую машину? Она сейчас сядет за руль, отвезет «Мерседес» на стоянку, и, если все будет в порядке, он купит ей бутерброд с сыром и пошлет воздушный поцелуй. А если операция сорвется, то разъяренный хозяин отлупит ее огнетушителем, а в полицейской камере повесят табличку с ее именем.
Не зная, что предпринять, Даша растерянно молчала.
– А ты чего тут крутишься? – неожиданно раздался за спиной знакомый голос.
Никогда еще появление шумной подруги не доставляло такой радости.
– Привет! Как хорошо, что ты здесь!
– Для кого хорошо? – жеманно протянула Ольга, окидывая кудрявого брюнета профессиональным взглядом. – Не знала, что у тебя могут быть такие знакомые.
– А мы и не знакомы. Просто случайно встретились, разговорились.
– Случайно? С тобой? – в голосе прозвучало неподдельное удивление.
– А почему бы и нет? – разозлилась Даша. – Я что, лошадь Пржевальского? – и покосилась в сторону молодого человека, словно ища поддержки.
Однако взгляд незнакомца вдруг оказался прикованным к Ольгиной груди, он даже в лице изменился.
– Что-то не так? – низким вибрирующим голосом произнесла подлая подруга и плавно провела указательным пальцем от шеи вниз, к вырезу глубокого декольте.
Однако незнакомец отреагировал на призывный жест весьма странным образом: максимально наклонившись, он буквально носом уткнулся в пышный бюст.
– Не может быть, – бормотал он. – Это просто невероятно…
– Почему же не может? – Ольга поначалу даже растерялась, но тут же гордо выпрямилась. – Полагаешь, что такая грудь может быть только искусственной?
– Что? – брюнет взглянул так, как будто впервые увидел хозяйку груди. – Что вы сказали? – На узком лице застыло странное выражение.
Ольга окончательно смешалась. Даша тем более не знала, как вести себя в подобных случаях. Наконец загадочный молодой человек с видимым сожалением оторвался от созерцания декольте.
– Даже не представляете, как был счастлив с вами познакомиться! Обязательно позвоню, буду рад увидеть вас вновь. А сейчас, если не возражаете, мы удалимся и завершим кое-какие дела, – с этими словами он подхватил Дашу под руку и буквально поволок ее к машине.
«Нет, он не угонщик, – промелькнула в рыжей голове судорожная мысль, – а сексуальный маньяк. Или того хуже – убийца!» – воображение тут же услужливо нарисовало картину, как ее будут насиловать в открытой машине, посередине улицы, при большом стечении любопытствующих…