Рыжая 3. Сон в руку
- -
- 100%
- +
Кровавое марево застилало глаза, мысль о смерти снова вызвала приступ удушья.
– Замолчи!!! Ты жалкий лжец, безумец! Убирайся вон…
Не помня себя от ярости, Агасфер вытолкнул обреченного за порог и рухнул на свое дурно пахнущее ложе…»
2
Евгений Иванович развернулся и взглянул своей собеседнице прямо в глаза:
– Вы знаете, что существуют бессмертные?
Миссис Харрис сдержанно улыбнулась:
– Конечно. Я же смотрю кино.
– Я говорю серьезно.
– В самом деле? – она поправила складки на юбке. – Если это шутка, то не очень удачная. Мне не смешно.
Кержич взял стул и придвинул максимально близко к креслу хозяйки.
– Послушайте, Элиза, я хочу открыть вам одну тайну…
– Одну? Да мне кажется, что вы полностью сотканы из тайн, – миссис Харрис все еще пыталась отшучиваться, но голос уже звучал не так уверенно. – Так о чем речь?
– Нам пора объясниться.
Тонкие пальцы на мгновенье застыли.
– Ах вот вы о чем… Эвжен, я безусловно ценю ваше ко мне отношение, но буду откровенна: пока я не уверена, что готова к новым отношениям.
Кержич смотрел холодно. От былой любезности не осталось и следа.
– Элиза, вы безусловно являетесь очень привлекательной женщиной, но речь о другом.
Миссис Харрис смешалась.
– О другом? Не понимаю…
– Я являюсь Хранителем секретов Бессмертия. Мои возможности и власть безграничны. Своей рекламной компанией вы начали опасную игру. Вы пытаетесь вторгнуться в область, закрытую для простых смертных.
Прекрасное лицо исказила судорога:
– Вы… это серьезно?
– Более чем.
Кержич встал и принялся прохаживаться по комнате.
– Люди глупы и ограничены. Они верят в начало и конец сказки, но почему-то подвергают сомнению ее середину. Вот вы, добропорядочная христианка, верите в приход и спасение Христа, но почему-то не верите в его могущество.
Миссис Харрис невольно перекрестилась:
– Прекратите! Я запрещаю вам ТАК говорить в моем доме.
Развернувшись на каблуках, Кержич вновь приблизился к хозяйке вплотную:
– Почему?
– Потому что… Вы богохульствуете!
Евгений Иванович медленно покачал головой:
– Напротив, я пытаюсь выступить в Его защиту.
– Он не нуждается ни в чьей защите. И уж тем более в вашей! – запальчиво воскликнула миссис Харрис.
– Почему же именно в моей?
– Потому что… потому что вы неверующий! – Элиза с трудом находила подходящие слова.
Евгений Иванович рассмеялся:
– Я один из немногих, кто по-настоящему верует в Него! – Он схватил растерянную хозяйку за руку и почти силком подтащил к окну. – Идите сюда… Представьте, что перед вами весь мир. Как вы думаете, сколько людей верят, что Агасфер жив? Что он до сих пор среди нас? Я вам отвечу: ни одного.
Миссис Харрис выдернула руку и устремилась к выходу. Кержич настиг ее у самой двери:
– Постойте! Прежде чем вы отдадите прислуге приказ никогда меня больше сюда не впускать, прошу вас, выслушайте до конца.
Элиза демонстративно закрыла уши ладонями:
– Я не стану этого слушать.
– Станете, – жестко произнес Кержич и усадил ее на кушетку.
Присев рядом, он продолжил уже несколько спокойнее:
– Хотите, я вам расскажу середину из этой истории? То, о чем знает лишь горстка посвященных?
Миссис Харрис отсутствующим взглядом смотрела на противоположенную стену.
– Мне абсолютно все равно, что вы скажете. В этом доме вы больше никогда не появитесь.
– Хорошо. – Евгений Иванович, казалось, даже обрадовался. – Будем считать, что я осужден на казнь. Но вы же не станете вести себя, как Агасфер, вы не откажете обреченному в последней просьбе?
Несколько секунд Элиза молчала, затем кивнула:
– Хорошо. Говорите. Но это будут ваши последние слова в моем доме.
– Вот и прекрасно. – Кержич устроился поудобнее. – Итак, начнем с того самого момента, когда, изнемогая от непосильной ноши и жажды, Иисус упал на пороге дома торговца. Ему требовалась самая малость – немного сочувствия и глоток воды. Это почти ничего не стоило, но Агасфер отказал ему. Знаете почему?
Миссис Харрис оставалась безмолвной.
– Он, как и все, не верил в спасение, как и все живое на Земле, страшился небытия. Смерть пугала Агасфера до животного отупения, до рвоты… Его пугало даже само упоминание о ней. Любую мелочь торговец принимал за ее дыханье, ведь мимо его окон проходила дорога на Голгофу. Под его окнами проходила сама Смерть, – гость с силой сжал сухие пальцы. – И однажды она заглянула в его дом.
– Что за глупости вы мне рассказываете, – попыталась возразить Элиза, но Кержич прижал палец к губам.
– К нему с просьбой обратился фактически мертвец, тот, кто через несколько минут будет медленно умирать, задыхаясь под тяжестью собственного тела и истекая кровью. Можете представить его состояние? – черные глаза полыхнули зловещим огнем. – Конечно, сейчас несчастным торговцем занималась бы целая армия психоаналитиков, но в те времена Агасферу оставалось лишь тихо сходить с ума, не рассчитывая на поддержку. В то мгновение он не думал ни о чем, кроме одного – немедленно избавиться от страшного гостя, вестника смерти. Только поэтому Агасфер отказал в глотке воды приговоренному.
– Зачем вы все это мне рассказываете? – спросила миссис Харрис, не разжимая губ. – Хотите оправдать Агасфера?
– О, нет. Разумеется, нет! Лишь пытаюсь объяснить, что он был простым смертным, несчастным, который заслуживал сочувствия и прощения. – В голосе гостя неожиданно зазвучали иронические ноты. – Не удивительно, что Он оказался единственным, кто понял, что на самом деле страшит торговца. А поняв это, испытал сострадание – всякий человек слаб и нуждается в помощи. Вместе с тем, торговцу следовало преподать урок – отказ в последней просьбе это грех. Даже преступнику. «Просящему дай». И тогда Агасферу было даровано бессмертие. Кому-то это покажется странным, но дело в том, что вечная жизнь ему была дана для вечных мук совести. Чтобы душа его не нашла успокоения.
– Удивительно, как вы все вывернули! – Элиза всплеснула руками.
Слова по-прежнему звучали недовольно, но в лице уже появилась та заинтересованность, которая обычно предвещает прощение.
Евгений Иванович если и почувствовал это, то виду не подал.
– Нет, я лишь утверждаю, что истинно верующий человек должен верить в то, что Сын Божий всемогущ, поэтому нам ничего не остается, как признать существование бессмертия. Вы согласны со мной?
Миссис Харрис упрямо поджала губы:
– Я не желаю обсуждать эту тему.
Гость, казалось, был огорчен ее упрямством:
– Понимаю. Возможно, мне не стоило быть настолько прямолинейным, но, как Хранитель секрета Бессмертия, я отвечаю за его сохранность. А вас никогда не было среди посвященных. Я бы запомнил женщину с такими глазами. Следовательно, тайна вам была доверена третьим лицом или… – Он вдруг угрожающе качнулся вперед и резко повысил голос: – Признавайтесь: как вам удалось ее раскрыть?!
Не сказав ни слова, Элиза Харрис рухнула на пол.
Глава 14
1
Едва Даша переступила порог собственной квартиры, как с двух сторон на нее набросились два маленьких одинаковых чудища:
– Рыжая приехала!
– Рыжик, любимая!
Выскочившая на детский визг Катя, автоматически сделала детям замечание:
– Не Рыжая, а тетя Даша…
– Да ладно тебе, – растроганная тетя промокнула глаза, – пусть зовут как хотят. К тому же какая я тетя, так, одно название.
– Ну, привет. – Двоюродная сестра обняла гостью и расцеловала. – Я уже и не надеялась тебя увидеть – три дня бог весть где пропадала. Видишь, как мои бандиты выросли.
– Вижу. – Даша расцеловала племянников. – А ну-ка, детеныши, забирайте сумки и ищите себе подарки, только, смотрите, родительские не испортите.
– Все балуешь.
– А кого мне еще баловать? – Даша грустно улыбнулась.
– Замуж тебе надо выйти и своих завести.
– А за кого замуж-то? Если б знала, давно бы вышла…
– Ты уже раз вышла! Тебе активность надо поумерить. Ладно, проходи, Гошка тебя заждался. Кстати, у меня для тебя тоже кое-какой сюрприз есть.
Даша устремилась на кухню, не ожидая ничего особо экстравагантного от своей сдержанной кузины. А стоило.
На кухне, у окошка с кружевной занавеской, сидел молодой незнакомый мужчина и читал журнал. Даша еще держала улыбку на лице и на всякий случай обежала кухню глазами – не притаилось ли еще чего интересного. Однако все, кроме мужчины, было хорошо знакомо. Ясно. Этого сюрприза можно было ожидать с самого начала. Очередной «интересный вариант».
Сзади напирала сестра, и Даше ничего не оставалось, как войти в кухню.
– Добрый день, – сдержанно поздоровалась она.
Мужчина опустил журнал, и Даша приятно удивилась: вариант нельзя было назвать неинтересным. Она даже немного повеселела. «Где это его Катька откопала?» Неожиданно мужчина вскочил со стула:
– Дашка, привет! – и распахнул объятья.
Даша невольно отступила назад и широко раскрыла глаза:
– Мы знакомы?
Мужчина рассмеялся. В его лице было что-то необычное, демоническое. Глубоко посаженные карие глаза, густые ровные брови, длинный, немного мясистый нос, чуть загнутый на конце, четко очерченная линия губ и какой-то дьявольский огонек, бьющий изнутри… Вряд ли такое лицо можно было назвать красивым, но завораживающим – безусловно.
Незнакомец словно не замечал ее растерянности:
– Рыжик, неужели не узнала? А ты прямо расцвела. Была таким пацаненком, а теперь – самая настоящая дама.
Даша, смущаясь, присела на свободный стул.
– Скажешь тоже – дама. Постарела, как медуза. Недостаток молодости прикрываю избытком шарма.
– Да ладно, не скромничай. – У мужчины был чуть заметный армянский акцент. – Скажи честно, не узнала?
И хоть неловко признавать такие вещи, но все же пришлось:
– Честно говоря, нет.
– Бессовестная! Хотя… – Он добродушно рассмеялся. – Это же я в тебя был влюблен. Ты-то меня просто не замечала.
Даша обескуражено развела руками. Час от часу не легче! Либо она действительно не замечала такого экзотического ухажера, либо полетаевские таблетки отбили у нее последние остатки памяти.
– Я тут немного переутомилась, – попробовала оправдаться она, – и мне дали лекарство, а от него возникают кое-какие проблемы с памятью. Так что ты извини, но некоторое время я…
– Артур. Артур Деланян. Неужели не помнишь? Мы с тобой ходили в один детский садик.
Тут у Даши глаза на лоб полезли. Причем в прямом смысле этого слова. Не то чтобы у нее в свое время была слишком большая толпа поклонников, но помнить романы двадцатипятилетней давности, согласитесь, это уже слишком.
– Уф! – Она не могла подобрать слов, соответствующих обстоятельству. – Артур, я, конечно, очень тронута, но… Спишем все на таблетки. А ты вообще откуда?
Деланян обнял за плечи хозяйку:
– Да вот, повезло Катюшку случайно встретить. Можно сказать, шел, шел, да и нашел.
– Шел… – вполголоса произнесла Катя, ставя на стол блюдо с бутербродами. – Артур – спонсор нашей школы.
Даша смотрела на Деланяна во все глаза.
– Это как?
– Вот так. Приходит человек в школу и говорит: «Хочу поддерживать вашу школу. Для начала – пять тысяч долларов». Мы в учительской чуть со стульев не попадали…
– Катюша, ты ставишь меня в неудобное положение. – Лицо у Деланяна тем не менее было весьма довольным. – Как говорится, пусть левая рука не знает, что делает правая.
– Это только у моего мужа так, – вздохнула Катя, пытаясь завинтить капающий кран. – Просила ведь…
– Чем же ты таким занимаешься, что деньги тыщами раздаешь? – поинтересовалась Даша, наливая себе чай.
– Дарья! – возмутилась кузина. – Как тебе не стыдно!
Деланян, напротив, добродушно рассмеялся:
– Просто я богатый человек.
– Надеюсь. – Даша хмыкнула. – В жизни бедного армянина не видела…
– Дарья!
– Катька, дай поговорить со старым знакомым. Наша детская дружба позволяет мне некоторую фривольность.
– Разумеется! Как известно, чего хочет женщина, того хочет Бог…
– Ты все время афоризмами говоришь? – Даша с любопытством рассматривала друга детства.
– Почти. – Деланян снова не обиделся. – Мудрость древних только дурака раздражает, умному – помогает.
– Очень надеюсь, ты ею не торгуешь.
– Ошибаешься. Именно ею я и торгую.
Даша, подносившая ко рту бутерброд, застыла.
– У тебя книжный магазин?
– Я торгую собственной мудростью, – важно ответил Деланян.
– Ах вот оно как. – Некоторое время Даша жевала молча. – М-да… Изобретательности армянам не занимать. Слушай, Катька, может нам с тобой тоже скинуться по паре извилин да и загнать по сходной цене?
– Хватит болтать. Артур просто образно выразился. На самом деле он независимый эксперт.
– Здорово. Чего экспертируешь?
– Такого слова нет в русском языке, – автоматически поправила кузина и добавила вполголоса: – Как все-таки за границей человек теряет чувство языка.
– Это ты в своей школе мхом покрылась, – парировала Даша. – Спорим, ты не знаешь и половины слов, которыми пользуются твои ученики?
– Да я горжусь этим! – возмутилась Катя.
– Все вы, учителя, такие! Вас никогда не интересовал внутренний мир ребенка.
– Рыжик, ты несправедлива, – мягко перебил Деланян. – Екатерина Юрьевна очень талантливый и внимательный педагог. Дети от нее без ума.
– А чего это тебя школы спонсировать понесло?
Артур сделал грустное лицо:
– Я снимаю квартиру неподалеку от этой школы. И меня очень расстраивало, что у детей нет хорошей спортивной площадки. Я решил хоть что-нибудь для них сделать.
Даша облизнула ложку:
– Вот. А у нас все новых русских ругают…
– Эй-эй, я не русский! – Деланян намеренно усилил акцент.
– Какая разница! Все равно очень благородный поступок. Горжусь тем, что сидела с тобой на одном горшке. И как люди приходят к такой душевной чуткости?..
Даша хотела пошутить, но Деланян внезапно посерьезнел.
– У меня чакры открылись, – торжественно произнес он.
Даша, только было обрадовавшаяся приятному и вменяемому собеседнику, невольно напряглась:
– Чего-чего у тебя открылось?
– Чакры…
– Язва, что ли?
Деланян пронзил ее испепеляющим взглядом:
– Поверь, это не повод для шуток. Существуют силы, которые непосвященный человек просто не в силах понять. Они находятся как бы вне его разума, в иной плоскости.
Даша невольно поежилась и посмотрела на кузину. Та сделала ей непонятный знак, который можно было расценить как предложение выслушать рассказчика не перебивая.
– Ты только представь, – Деланян взял в руки журнал, который перед тем читал, – представь муравья, который живет внутри этой плоскости: он существует как бы только в двойном измерении – он не может ни подняться вверх, ни опуститься вниз. Но однажды у избранных муравьев вырастают крылья, и тогда они…
Молодая женщина медленно, словно в оцепенении, опустила подбородок на ладонь и принялась мысленно считать до ста. Все ясно. То-то было непонятно, отчего такого интересного мужчину еще никто не захомутал, а наоборот, сватать приходится.
– …природа – вот единственная сила, дающая нам истинные и сокровенные знания. Многое кажется нам непонятным и непреодолимым: Космос и Вселенная, Время и Пространство… Но все это не более чем детское любопытство, сдерживаемое разумом взрослых. Мы – дети, а природа, всевышнее Божество – добрый и мудрый отец. Да, он подчас бывает жесток, но лишь ради нашего же собственного блага…
Даша перешла на вторую сотню.
– …первый шаг был не прост, но необходим – я перестал есть внемлющих.
– Что?! – Даша почувствовала, как волосы на затылке потихоньку начинают шевелиться. – Кого ты перестал есть?
– Внемлющих. Всех, у кого есть уши. Для меня это была первая ступень, и, поверь, очень непростая…
Незаметно переведя дыхание, Даша принялась представлять, как Деланян, прежде чем заказать в ресторане бифштекс, требует отрезать у коровы уши. Она кивала и, как могла, пыталась изобразить понимание. Однако за всем этим угадывалась такая тоска, что хозяйке дома стало неловко.
– Артур, не рассказывай свои замечательные истории походя. Тем более без моего мужа, он мне потом никогда в жизни не простит. Гоша сейчас вернется из магазина, сядем, откроем вина…
Даша почувствовала, что наступила удачная минута улизнуть.
– Кстати, о вине. Совсем забыла, что сегодня вечером иду на день рождения и надо еще подарок купить. Так что, Катька, спасибо тебе большое за сюрприз – Артура повидала, словно в детство вернулась. К вечеру буду, тогда поговорим.
Даша решительно поднялась. Часа три она погуляет на свежем воздухе, пока этот Махатма Ганди на минималках не уйдет.
– Нет, Рыженький, это еще не весь сюрприз. – Катя заговорщически подмигнула. – Сюрприз заключается в том, что мы решили пойти в поход!
– Куда? – не поняла Даша.
– Куда, куда… Да в Чехию, конечно.
– Ну… и что? – Она по-прежнему не понимала, в чем здесь для нее заключается сюрприз.
– А сопровождать нас будешь ты!
Даша медленно опустилась на стул:
– Да уж… сюрприз, так сюрприз.
– Да погоди ты! И это еще не сюрприз.
Даша испуганно глянула снизу вверх:
– Что еще?
– Артур едет с нами!
И сестра с улыбкой развела руки в стороны, ожидая, когда Даша от радости бросится в ее объятия.
Но гостья словно примерзла к табуретке: с Деланяном ей было все понятно – помешательство на почве повышенного экономического благосостояния, но что случилось с ее всегда такой благоразумной двоюродной сестрой? Неужели она действительно ничего не замечает и не понимает, что ее дети будут находиться две недели в непосредственной близости с человеком, мягко говоря, психически неустойчивым?
– Что это на тебя нашло? – осторожно спросила Даша.
– Ты не рада? – Катя принялась демонстративно перетирать и без того сухую посуду. – Я думала, ты обрадуешься. Понимаешь, у меня подозрение, что мы с покупкой квартиры всю жизнь проморгаем. Все откладываем и откладываем, а сами-то не живем… До поездки в Америку я этого просто не осознавала.
– В Америку? – удивилась Даша. – Ты была в Америке? Когда?
– Да перед твоим приездом.
– А что там делала?
Катя поставила тарелку:
– Ездила на конференцию «Особенности изучения американского английского». Им не хватало простого преподавателя из простой школы. Пригласили меня. – В голосе кузины звучала гордость. – Конечно, всего три дня, но ощущения на всю жизнь. Если бы ты знала, как у них организован семейный досуг! Люди не просто живут, а наслаждаются жизнью. Мне даже обидно стало. Ну что мы, хуже их, что ли? Меньше работаем? Лично я в отпуске не была со времени моих последних студенческих каникул. Дети, кроме Подмосковья, ничего не видели. Надоело все это. Вот я и решила – либо этим летом едем отдыхать хоть к черту на рога, либо… не знаю, что сделаю! Но если ты против…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.