День шестой

Рита была на год старше Руслана, они познакомились в электричке совершенно банальным образом. Она возвращалась от родственников, а он с ребятами из художественного училища – с очередной вылазки на природу. Нагруженные рюкзаками и мольбертами, они шумно расположились кучкой на четырех скамейках пустынного вагона и, уже тепленькие, под гитару скрашивали недолгий путь в наступающей ночи. Сидящий с краю Руслан заметил, как к девушке почти на противоположенном конце вагона стал домогаться пьяный мужик. Понаблюдав за ситуацией минуту, он подошел к мужику и поинтересовался в чем дело?

– А тебе какого хрена? – зло взглянул на докучливого рыцаря мужик, по всей видимости, не в первый раз сталкивающийся с подобными препятствиями.

– Я – муж, – простецки ответил Руслан, кося под дурочка.

– А-а! – протянул мужик, изрядно добрея. – Ну, извини! Я тут просто… Хорошая у тебя баба. Давай выпьем?

– Не, я и так сегодня принял – теща взбеленится, мне больше нельзя, – ответил Руслан, присаживаясь на место обидчика поближе к Рите.

– А-а! Теща!.. – понимающе кивнул мужик, забрал свою сумку с соседней скамейки и побрел в другой вагон.

Потом они изредка встречались, слишком редко, как того хотелось бы Руслану, потом стали вместе жить. Они привыкли друг к другу, устраивали друг друга, и Руслану от этого становилось тошно. Ему нужны были жертвы, по крайней мере что-то, что щекотало бы чувства и ум, как оно было в самом начале их знакомства, а Рита вновь впала в сомнамбулическое состояние, успокоилась, разнежилась… Не то, чтобы с ней было скучно, наоборот, но теперь уж слишком легко и предсказуемо. Даже искусственная трудность вроде той, что она отказалась сегодня придти к нему, была просто докучной, отбивающий всякий энтузиазм. Руслан знал, что прояви он страстность, попроси чуть более напористо, и Рита согласилась бы, но он так же знал, что она хочет навестить крестников, а потом отдохнуть дома, просто отдохнуть с книгой в руке или за телевизором, поменять воду у рыбок и мало ли чем еще заняться своим! И на этом фоне его ночь любви становилась мелкой и малозначимой, и он уже сам видел её такой, выбирал между нею и прогулкой на велосипеде, все чаще отдавая предпочтение велосипеду.

Руслан не заметил, как оказался на странице службы знакомств. Удивленно приподняв брови, он, по привычке, скопировал URL понравившегося сайта в “избранное” и отключился от Интернета. “К черту! – подумал он. – Сегодня все равно никакой работы”, – а в слух крикнул:

– Денис, я ухожу!

– Подожди минуточку, – раздалось за дверью, – помоги мне перевернуть макет!..

– Не нравится мне это, – говорила Юлия, просматривая в анкеты сайта знакомств.

– Уж не струсила ли? – отозвалась подруга в телефонную трубку.

– Просто не нравится.

– Я тебе говорю: там ты можешь делать что угодно, писать все, что захочешь и никаких последствий!

– Вот это-то и не нравится – анонимность. Да и обманывать не хочу.

– Приехали!

– Яночка, прости, я не знаю, что делать! – взмолилась Юлия.

– Если не знаешь, тогда ничего не делай, а то, правда, натворишь глупостей.

– И зачем мне это нужно?

– Действительно? Зачем нам нужно ощущать рядом чьё-то сердце, бьющееся в такт с нашим?

– Ну, опять ты за свое!

– Просто завтра я снова стану тебя утешать, и вновь безуспешно. Лучше щелкни по кнопке “отправить” – поверь, это не страшно.

– Хорошо, – ответила Юлия, развернув на дисплее ноутбука свою анкету, – но ты уверена, что все в порядке?

– Если станешь улучшать, получится только хуже – здесь, как в рекламе, главное первое впечатление, надо остановить человека. Вот только зря ты написала, что замужем. И я бы добавила в конце надежду – человек должен хотя бы надеяться, что может встретиться с тобой, если отношения зайдут далеко, а то ему будет лень отвечать тебе. А в остальном все замечательно – ты прямо загадка, которую многим захочется разгадать.

– А что делать с фотографией?

– Без неё лучше – ты достаточно себя описала, пусть придумывают сказочную королеву.

– Ладно, я тогда отправляю.

– Отправляй, завтра расскажешь, что получилось, или лучше сделай распечатки.

– Хорошо.

– Ну, пока!

– Пока!

Юлия положила трубку телефона. Она все еще сомневалась, наведя курсор на заветную кнопку, способную изменить дальнейшую жизнь. “Стоит или нет? – думала она и если бы не яркий солнечный день, то начала бы наверняка беспокоиться, а затем приняла бы решение, избавляющее от неприятных мыслей; но веселый свет, играющий зайчиками на натяжном потолке, и дурманящая жара, зовущая на подвиги сделали свое дело. – Ерунда! Сколько мне лет, в конце концов? Двадцать три? Всего двадцать три! – заиграло в ней детдомовское озорство. – Нет, надо посмотреть, что твориться в мире, вскружить кому-нибудь голову, хотя бы виртуально, – указательный палец напрягся совершить последнее действие, как тут она заметила строчку о своем замужестве и исправила её. – Если играть, то по-крупному, если врать, так уж чтоб поверили! Стану другой, милой шизофреничкой, – ведь это ни к чему не приведет… Надеюсь”. Юлия щелкнула по кнопке “зарегистрироваться”, потом получила письмо с паролем и подтвердила анкету. Оставалось ждать.

Она прошла на кухню, включила телевизор и принялась готовить ужин, необыкновенный, праздничный ужин, хотела порадовать мужа маленьким сюрпризом, и не потому, чтобы загладить перед ним вину “измены”, а просто вдруг осознала, как она его любит! “Как здорово, что я решилась! – думала она. – Все наполнилось яркими красками! Милый мой Сережка, тебе должно быть приятно, что ты первый в моем сердце!” Единственный уже куда-то пропал.

Звонок телефона прервал её ожидание:

– Котенок, я немножко задержусь на работе.

– А я тебя жду, сюрприз приготовила, – обижено отозвалась Юлия.

– Мы же предохранялись! – улыбнулся Сергей.

– Вы что – опять там пьяные? – еще более разочаровано произнесла Юлия.

– Прости, я, как всегда, неудачно пошутил, – пробормотал Сергей. – Да, мы тут немножко приняли на радостях, но ради твоего сюрприза я задержусь на девять десятых меньше чем рассчитывал.

– Так, когда ждать?

– Через часик-полтора, не сердись.

– Целую тебя.

– И я тебя сильно-сильно!

Юлия, улыбнувшись, положила трубку. Какой же он все-таки безобидный, её милый Сережка! Она вновь подключилась к Outlook, – за последние три часа пятый раз – опять ничего. Это начинало раздражать: неужели она, такая замечательная, никому совершенно не интересна?! Чтобы окончательно не расстраиваться она поклялась сегодня не подходить к компьютеру: “Обо всем забыть! Ведь не я же должна за ними гоняться, а они за мной! Сегодняшний вечер я подарю Сережке и обо всем забуду!” Она отключила ноутбук от сети и спрятала его глубоко в шкаф.

Руслан лихо выделывал виражи на каменных дорожках парка Победы, прыгая на новом велосипеде с небольших лестниц и шокируя молодые парочки неожиданным молниеносным появлением из-за их спин. В свои двадцать пять лет он вновь впал в детство. Как в старом добром, когда он жил в монументальном здании на Бережковской набережной, где во внутреннем дворе был разливочный цех дешевого портвейна, а напротив – футбольная площадка… Почему-то сейчас ему вспомнилось именно это время, бесконечно счастливое, когда на первое мая полусонные демонстранты, получившие в профкоме по десять рублей и запылившиеся транспаранты, шли по пустынной набережной, а он летел им навстречу на своем новеньком железном коне ядовито-синего цвета, ибо там, в маленькой колонне, шагали его отец и мать…

Руслан взглянул вверх, на парящую Нику, над которой вчера глумился Денис с сотоварищами, утверждая, что это крайне символичное произведение в честь языческого бога Приапа, – Ника издали действительно могла напоминать женщину в гинекологическом кресле (или того хуже), если за её ноги принять маленьких трубачей ангелочков. Но почему-то сейчас Руслан совсем не оценил аналогий Дениса, его ностальгическое настроение требовало видеть в этой девственной богине воплощение почти всех своих мечтаний и побед, своей беззаботно-насыщенной жизни, посвященной любимому творчеству, любимым женщинам, друзьям, да и себе любимому тоже не в последней степени. Все, о чем он мечтал раньше сбывалось: он спокойно работал в мастерской, поддерживаемой за счет союза художников, жил в отдельной квартире, был любим женщинами, творил! Он даже прослезился, смотря на железную стелу, то ли от чувств, то ли от рыжей драконьей морды, которая выглядывала из-за колоннады музея Великой Отечественной войны, наполняя площадь рельефными очертаниями теней.

Ехать домой не хотелось. Руслан оттолкнулся от гранитного бордюра фонтанов, подъехал к близлежащей палатке, купил две двухлитровые бутылки пива и поколесил назад в мастерскую.

Денис обрадовался его возвращению – надо было остановиться – целый день на ногах, без обеда, а теперь еще один в мастерской он мог проработать до поздней ночи, а наутро опять оказаться разбитым и плохо себя чувствовать. Уж лучше пиво с куриным бульончиком и нормальным сном! В одиннадцать вечера он, как человек, лег отсыпаться за последние три дня, а Руслан отправился к компьютеру желая еще раз взглянуть на страничку, которую откопал в Интернете сегодня днем.

“Missing Heart”. Руслан улыбнулся названию, насколько оно не соответствовало в данную минуту его состоянию. Хотя оформление сайта сразу понравилось, – он вообще трепетно относился к прекрасному, а последнее время, из-за рекламных заказов, это отношение преломлялось через призму public relations. Сам того не желая он начинал видеть вещи в их коммерческом измерении, в их общественной привлекательности, в идеях, которые должны быть способны побудить людей к действию, он стал получать удовольствие от рекламных щитов и роликов, ибо видел их подноготную, понимал их язык.

Предвкушая интересное, он побродил по сайту вокруг заветной кнопки “поиск” и, наконец, со всем более-менее ознакомившись, кликнул по ней. Проставил возраст поиска от 21 до 26 лет, отметил цель от “переписки” до “интимных отношений”, выбрал свой город и проник в интимный мир женских грез, надежд и просто деловых предложений…

Первые полчаса Руслан утонул в этом мире с головой, потом вынырнул, отдышался, стал более разборчивым, обращая внимание на фотографии и на короткие “девизы”, говорящие ему слишком о многом. Хотя, признаться, из великого разнообразия этих сконцентрированных в одну фразу жизней были два ответа, подходить к которым следовало осторожно: многие отписывались шаблоном “предпочитаю жить без девизов” и “любить и быть любимой”. Первое говорило либо о самодостаточности и уверенности в себе либо о глупости, а второе – о нежности и подлинно осознанном смысле, либо же опять о глупости. Конечно, о многом можно было догадаться по построенной фразе, как, например, “девиз еще не придумала” или “до сих пор без него не плохо жила”, но лучше убедиться, взглянув на анкету целиком. Был там и беспробудный оптимизм, казалось убеждающий самое себя, что “все хорошо”, и на его фоне тихая, живая фраза “ты справишься”. Она показалась Руслану откровением. Он скопировал анкету девушки на диск.

Спустя еще час Руслан, уставший до отвращения от мерцающих лиц и слов, в преобладающем большинстве своем напоминавших рекламные слоганы, отключился от Интернета. “Посмотрю завтра, что скачал” – подумал он, поднимаясь со стула и потягиваясь. Рука потянулась к кнопке отключения питания компьютера. Шум вращающегося все медленнее жесткого диска постепенно стих. Руслан закрыл вторую дверь в мастерскую, выключил свет и прошел в комнату, где стоял огромный театральный, отреставрированный Денисом диван. Достав из старинного комода постельное белье, он кое-как постелил его, лег, но заснуть так и не получилось.

“Черт! – произнес вслух Руслан, откидывая одеяло. – Надо взять ручку!” Уже несколько минут сочиняя письмо в полной темноте, он начал понимать, что придуманные фразы и красивые обороты к завтрашнему утру исчезнут, если сегодня он их не запишет на бумагу. К тому же ему остро понадобилось взглянуть еще раз на анкету заинтересовавшей девушки.

Пробежав по застеленным кое-где линолеумом и ковриками доскам пола, он включил компьютер, затем сорвал с какой-то художественной композиции запылившийся от времени плед, и уселся в полутьме перед экраном монитора…

“Рада приветствовать Вас у себя в гостях! Давайте знакомиться.

Меня зовут Оксана, мне 25 лет, живу я в городе, а может, и целой стране, под названием Москва.

По гороскопу я: Овен.

Мое телосложение: хрупкое, изящное.

Мои глаза: зелёные.

Мои волосы: шатенка.

Рост: 172.

Семейное положение: не замужем.

Дети: нет.

Тип темперамента: холерический.

Основные черты характера: коммуникабельность, романтизм.

Мечта жизни: найти хорошего парня.

Образ жизни: сова.

Предпочитаю компанию или уединение: it depends.

Ценю в людях: ум и чуткость.

Ненавижу в людях: деспотизм.

Девиз моей жизни: ты справишься.

Несколько слов обо мне: Обаятельная, ужасно замерзшая девочка с грустными глазами и мягким сердцем, ищущая и не теряющая надежды…

Отношение к курению: нет.

Отношение к спиртному: когда как.

Любимая еда: украинская кухня.

Любимый напиток: dubonnete.

Люблю ли я готовить: очень.

Любимый вид отдыха: люблю активный отдых.

Предпочитаю в литературе: Шекспир, Камю, etc.

Предпочитаю в кино: Коппола, Феллини, Хичкок.

Любимое время года: золотая осень.

Работаю/учусь: работаю.

Отношение к домашним животным: с симпатией.

О моих интересах: ПК, пул, покер, иногда – танцы до упаду, импрессионизм, общение с людьми.

Хочу найти: Мудрость, надежность, взаимопонимание…”

Руслан все глубже кутался в плед, подбирая босые ноги, пальцы стали набивать на клавиатуре ответ: “"Камю?! Хм… Забавно. Да еще в комбинации с Шекспиром…" Мышка на мгновение сползла с полосы прокрутки и глаза, прежде полные усталого интереса, стали вчитываться в остальной текст, пытаясь понять загадочную, но уверенную в себе душу… настолько, что позволившую обнажиться с поразительной, шокирующей откровенностью перед многомиллионными завсегдатаями Интернета. Нет, нет – здесь тихо и хорошо, пахнет жаренным салом (прости за столь натуральные образы), варениками…

Я скопировал эту страничку в блокнот, выключил компьютер и хотел было лечь спать, как тут же начал думать о тебе, сочиняя письмо, что напишу утром…

Никогда раньше не думал, что серьезно отнесусь к службе знакомств, а тут, совершенно случайно, попадаю по ссылке на страницу "цветочков" и ради любопытства выполняю небольшую экскурсию. Затянуло.

Здравствуй милая!

Прошу, воспринимай это обращение шутя – мои друзья давно привыкли к безобидной пылкой фамильярности, с которой я проявляю свои чувства. Если я отношусь к людям тепло (а к тебе я отношусь именно так, не знаю почему, может просто сейчас мне хочется к кому-нибудь так относиться – снова включить компьютер и набивать в чужое сердце свою нежность), то не боюсь показать это. Все тот же Камю говорил (не люблю делать кумиров и обещаю, по крайней мере сегодня, больше не упоминать этого замечательного человека), что научился относиться к подлости и предательству, как к обыденной повседневности, на фоне которой любовь и верность представляются сказочными жемчужинами, за которые он каждый раз благодарит небо. Так и я – уж лучше пусть ты сегодня станешь милой феей, богиней с зелеными глазами, любящей Френсиса Форда и импрессионизм, знающей свои силы и способной справиться со всем своим счастьем!

Пора кое-что рассказать о себе, пожалуй, я изберу ту же анкетную форму, что и ты:

Руслан, 24 года, Москва…” В этот день Руслан лег спать только под утро.

На утро следующего дня, когда Сергей упорно отказывался уходить на работу раньше обычного, а Юлии необходимо было попасть в институт, она так и не смогла просмотреть почту, поэтому взяла компьютер с собой.

– Неужели ты обзавелась ноутбуком? – удивился Сергей, когда жена достала из зеркального шкафа черную узкую коробочку.

– Для учебы… порекомендовали, – запнувшись, ответила Юля, нервно запихивая компьютер в портфель.

– Дай мне взглянуть, – протянул руку Сергей, растворившись в улыбке и искренне радуясь за жену: он давно хотел приучить её “к технике”.

– Я спешу… – совершенно растерялась Юлия, понимая насколько нелепы будут все её отговорки, стоящей в одной блузке перед бывшим инженером ВНИИНС.

– Я посмотрю, что за машинка, что тебе в магазине наставили…

– Серёжка, – обижено-виновато надула губки Юлия, присаживаясь на угол кровати, – я ведь все равно в программах не разбираюсь.

– Ну хорошо, я только посмотрю, что ты купила… Обещаю не досаждать тебе рекомендациями.

Юлия с обреченным видом оставила радующегося, словно ребенок мужа наедине с любимой игрушкой, а сама пошла одеваться. Она понимала, что огонек, горящий в Сережкиных глазах, относился скорее к ней, чем к главной страсти его жизни (если вообще можно сравнивать страсть к любимой женщине и любимому делу), и оттого загрустила еще больше. Если бы Серёжка знал, для чего она приобрела компьютер! Ведь совсем не оттого, что эта машина вдруг стала понятной и интересной. И узнать это для него было проще простого!

Юлия с беспокойством следила за сияющим лицом мужа, опершемся спиной о подушку и обеими руками стучащему по клавиатуре. “Идиотка, идиотка! – кидала она в зеркало гневные взгляды. – Остренького захотелось! Вот сейчас он войдет в почтовую службу и конец моему безоблачному счастью!” Положив туш в косметичку, она оторвалась от зеркала и прыгнула в кровать к мужу:

– Я хочу, чтобы ты мне кое-что пообещал, – произнесла она, выключая компьютер, так если совершая немыслимое святотатство по меркам Сережки, который в это время настраивал что-то в командных файлах, – я и так тебя редко вижу без компьютера, к которому пока только ревную, но еще без ненависти, как видишь, поэтому хочу, чтобы ты пообещал не притрагиваться хотя бы к моему ноутбуку, и это время подарить мне, бедной, заброшенной женушке, одичавшей без любви и внимания своего супруга.

Естественно Сергей не мог ответить иначе, кроме как утвердительно. Он и сам понимал, что зачастую убегает от своей пылкой жены, предпочитая ей компанию друзей, коллег, или даже клиентов, с которыми мог говорить о вещах в которых разбирался, которыми жил… Да, ко всему прочему, в мужской компании он чувствовал себя комфортней, чем с женщинами. Даже с женой на деловом приеме, в дорогом магазине, ресторане или под пальмами Карибского курорта (прогуливаться под ручку по паркам теперь им приходилось крайне редко), Сергей испытывал острое чувство неловкости, терялся, паниковал и переставал быть похожим на самого себя. Друзья часто подшучивали над его неспособностью пофлиртовать с новой сотрудницей, и над его поистине стоическими решениями ситуаций, где любой другой давно закончил бы постелью. “Я люблю свою жену”, – отвечал он на ехидные замечания, и его слова казались каким-то странным и неестественным оправданием чего-то еще более странного и неестественного.

Старые приятели знали, что Сергей еще до жены старался как можно реже появляться в женском обществе, а если это не удавалось, то вел себя чрезвычайно замкнуто. Даже с Юлией он познакомился благодаря другу, который завязал с ней легкий роман.

– Давай сегодня поужинаем в ресторане? – предложил Сергей с трагическим видом.

– Хорошо, – ответила Юлия, придавая бровям умопомрачительно театральный изгиб. – Ты меня удивляешь.

– Я тебя люблю!..

– Я тоже, мой милый!..

– Правда?

– Конечно!

Спустя час Юлия наконец-то получила возможность подключиться к Интернету. Яна, которая находилась поблизости, заметив, что индикатор принимаемых сообщений не вздумал даже показываться, постаралась сразу перевести тему:

– Пойдем сегодня в клуб, – предложила она, – потанцуем?

– Подожди, я не понимаю, – дернула её за край легкого голубого платья Юлия, – ты же говорила, что сообщения стали приходить сразу, спустя пару часов?

– Может быть, у них с сервером неполадки, или…

– Или я такая дурнушка, которая никого не интересует?!

Яна наклонилась перед сидящей за партой в одиноком классе Юлией, и внимательно посмотрела ей в лицо. Её нависшие черные волосы, стали препятствием ослепительному солнечному свету, врывавшемуся в окна школьного кабинета, который, среди прочих, арендовал их институт. Юлия попыталась было бросить вызов взгляду подруги, которая вместо того, чтобы разделить её жалость к себе вздумала смотреть нежно осуждающе, как бы повторяя уже знакомую фразу: “Кто бы говорил!” – и не будучи способной противостоять Яниному очарованию, призывающему быть честной с собой, Юлия улыбнулась и ответила на приглашение в ночной клуб:

– Сережка меня в ресторан сегодня пригласил.

– Да ну! – улыбнулась в ответ Яна, откидывая свои волосы за спину и присаживаясь напротив на край стола.

– Ага! Так что в клуб как-нибудь потом… А что с этим делать? – спросила она брезгливо-презрительно, указывая на сиротливо пустующий in box.

– Забудь о нем на время. Лучше на долгое – если хватит мужества – на недельку. Ведь ты раскрасить этим развлечением свою жизнь хотела, а не усложнять.

– Да. И знаешь – получается! У нас с Сережкой как-то получше стало, и я не такая ворчливая…

– Хм, еще ни одного письма, а уже результаты!.. Я сегодня на бейсбол иду в МГУ.

– Опять к…

– Угу, – улыбнулась Яна, – но ты не переживай – там все в порядке.

Девушки рассмеялись.

– Пойдем, а то пропустим все интересное, – сказала Юлия, поднимаясь со стула, – наверное, уже началось…

В пятницу, когда Руслан на утро не объявился, как обычно перед поездкой на дачу, у неё дома, Рита позвонила в мастерскую и вместо бодрых оправданий услышала доброжелательный, как всегда, голос Дениса, предложившего загладить не пунктуальность приятеля одолженным на выходные микроавтобусом, которым он обзавелся после удавшейся выставки в Японии. Рита, почувствовав преимущества комфортного “Mitsubishi” перед потным и грязным междугородним автобусом (на электричке она вообще ехать не решалась, ибо в пятницу, даже утром, да еще с поклажей, такой поступок выглядел бы крайне неблагоразумным), сразу сменила девятый вал возмущения на тихую благодарность:

– Ты – душка! Но Руслан мог бы меня вчера предупредить, что поедем на машине, – Денис тактично согласился с этим утверждением. – Можно его услышать?

– Он, кажется, еще спит.

– Как спит? Уже десять утра!.. – и ничего не услышав в ответ, Рита добавила. – Я сейчас приеду!

Последние слова оказались похожими на правду, ибо уже через десять минут Денис услышал в домофоне Ритин голос.

– Где мой хахаль? – спросила она, очаровательно улыбнувшись, когда Денис отпер высокую металлическую дверь.

– Умывается, – все так же доброжелательно отозвался хозяин мастерской.

– Уже умывается? А жаль!

– Что-то случилось? Ты сегодня на себя не похожа, – заметил Денис, спускаясь за Ритой в подвал.

– Ты вчера рано спать лег?

– Ну, где-то в одиннадцать.

– Я так и знала: с этого времени твой номер телефона и номер моей подруги были беспрерывно одинаково заняты до поздней ночи…

– Доброе утро, мисс Марпул, – отозвался Руслан, выходя в трусах с полотенцем из небольшого закутка, служившего в мастерской санузлом, – я вечером в Интернете висел – можешь проверить, – но тут же осекся, ибо Рита действительно могла проверить в “журнале” не только время посещения, но и страницы, которые Руслан посещал, а это было куда хуже телефонного разговора с подругой. – Или позвони Светке, прикинься дурочкой и расспроси о вчерашнем, – попытался он как можно спокойнее отвести тему разговора от компьютерного предательства событий прошлой ночи: ведь Рита могла не только посмотреть “журнал” браузера, но и “отправленные сообщения” в Outlook, а это означало полностью разрушить отношения, по крайней мере, на этот уик-энд.

– Господи, что ты этой ночью делал? – прервала его паникерские умопостроения Рита. – Ты весь серый, круги под глазами, смотреть жутко!

– Пива, наверное, перепил с крекерами и шпиком, – Руслан окончательно сгорбился, схватился за живот, и присел на край отреставрированного дивана.