Связующий

Глава 4

Согласиться нельзя отказаться

Оказавшись в своей каюте, расположенной, вот сюрприз-то, по соседству с моей, капитан осмотрелся, не глядя швырнул полупустую сумку в шкаф и… морф неожиданно подал сигнал о полной блокировке всех систем наблюдения в каюте.

– Итак, лейт, – заговорил такт-капитан, но заметив моё беспокойство, ухмыльнулся. – Не напрягайся. Мне просто нужно кое-что тебе сообщить… без надзора со стороны безов или служб учебки. Так что перестань мандражировать и слушай внимательно.

– Есть не мандражировать, – откликнулся я.

– Парень, кончай дурака изображать. – Вздохнул такт-капитан, указывая на стул. – Садись. Вчера ты получил копию собственного досье. Прочёл?

Я кивнул. А что? Отрицать этот факт глупо. На моём месте так поступил бы любой орм.

– И на строки о мастер-коде не обратить внимания ты не мог. Твои выводы, Дрём?

– Меня выкинули в вечные лейты с минимальным индексом, чтобы прикрыть косяк… яйцеголовых.

– И полковника Зейда, разрешившего проведение эксперимента над курсантом. При удаче он мог бы рассчитывать на награду, но случившееся с твоим морфом и ментальными закладками удачей не назовёшь, согласись? – без намёка на веселье усмехнулся такт-капитан. – А ведь с твоими показателями в учёбе ты мог бы претендовать на очень неплохие места службы. Хороший старт – большое дело… Вот только тебе он уже не светит. Не с минимальным индексом, впаянным учебкой.

Стоп, мне не нравится, в какую сторону идёт наша беседа. Он что, хочет утопить полковника? Так меня уберут раньше, чем начнётся расследование. Такт-капитан покачал головой.

– Что ж ты такой нервный, лейт? Не собираюсь я играть против Зейда. Мы с этой старой задницей знаем друг друга не один десяток лет. Иначе бы он и не подумал приглашать меня для «покупки» такого «неликвида». Более того, я должен Зейду, сильно должен. И не деньги, а собственную жизнь. Полагаю, и остальные участники комиссии подбирались им по тому же принципу. Короче! Идея такова, как специалист по работе с кадрами, менталист и твой временный командир, я могу внести правку в досье в части, касающейся закладок и мастер-кода, последний же отдаю тебе, чтобы в случае проверки у «молчи-молчи» твой морф мог имитировать исполнение их приказов.

– А что взамен? – спросил я. В глазах такт-капитана мелькнуло веселье.

– Вза-амен, – протянул мой собеседник, но тут же посерьёзнел и жёстко договорил: – Взамен ты подписываешь прошение об уходе в запас… с открытой датой, отдаёшь его мне и тихо служишь там, куда я тебя отправлю. Пока не придёт приказ об удовлетворении твоего заявления.

– Там же пятимиллионная неустойка! – ошарашенно проговорил я. – И… мой морф, его обрежут!

Мало мне замаячившего рабского контракта… так я ещё и морфа лишусь?! Мне же потом никакой интеллон не установить, уничтоженная на девяносто процентов морф-система с ним законфликтует, а это верная смерть!

– Во-первых, для обрезки морфа нужно знать мастер-код, – заметил такт-капитан. – Что в твоём случае… Ну ты понял, да?

Я невольно улыбнулся. Забыл… совершенно забыл со всеми этими перипетиями! С такой новостью даже долг в пять миллионов кредов становится не так страшен. Хотя… рабский контракт… бежать от него во внешнее кольцо? Эх…

– А во-вторых? – спросил я, решив подождать с горестными воплями.

– Во-вторых… – Капитан Арно смерил меня взглядом. – Во-вторых, до ухода на гражданку у тебя будет года три-четыре. Немного, конечно, и до ценза не хватит лет шесть-семь, но учитывая предполагаемое место службы, думаю, к моменту подписания приказа ты сможешь накопить средства, достаточные для перевода долга в разряд ограниченных обязательств. Как ты понимаешь, дальнейшее не моя забота. Я всё-таки не благотворительная контора, так что о выплате остатка долга тебе придётся позаботиться самому.

Это не так уж и плохо. А если смотреть объективно… Ограниченные обязательства означают, что должнику никакой рабский контракт не грозит. Но для получения такого послабления нужно либо выслужить до ухода на гражданку ценз в десять лет, то есть половину срока военного контракта, либо выплатить не меньше пятой части долга сразу после получения приказа. Конечно, двадцать процентов годовых, которые будут капать по такому «ограниченному» долгу, это тоже не сахар. Но уж всяко не рабство, верно?

Пока я раздумывал над предложением такт-капитана, он молчал. Но, очевидно, терпение было не самой большой его добродетелью. Или капитан Арно решил, что пряников он выдал многовато и пора показать кнут.

– Ты, конечно, можешь попытаться искать правду в ССБ Корпуса, но как они отнесутся к человеку, который принёс им на блюдечке возможность безболезненно блокировать закладки на верность? – тихо спросил такт-капитан. – Как думаешь, долго ты проживешь в их исследовательских лабораториях?

– Где я буду служить? – Собственно, этот вопрос уже можно было считать ответом. Ну да, интересно же, где можно заработать миллион за три года! А именно столько мне нужно будет, чтобы перевести долг в разряд ограниченных обязательств. Учитывая, что жалованье лейта составляет чуть больше пятнадцати тысяч кредов в год со всеми надбавками, доплатами, отпускными и прочими премиями, вопрос немаловажный.

– Узнаешь по прилёту, – расслабленно улыбнулся такт-капитан. – Я рад, что ты согласился. А сейчас лови мастер-код и вали в свою каюту. До отлёта меньше часа.

Получив обещанный код, я кивнул и потопал к себе, размышляя на ходу над состоявшимся разговором.

Согласился… можно подумать, у меня была возможность отказаться? Выбор-то на самом деле невелик. Двадцать лет службы в заштатной дыре с маячащей перспективой разбирательства по поводу неудачной «обрезки» морфа по выходу на гражданку, если раньше не возьмут за горло в связи с косяком Зейда и не спишут в рабы. Или несколько лет службы в той же дыре, но с возможностью уйти на вольные хлеба без проблем, с целым морфом… и внушительным долгом за спиной.

Бояться, что такт-капитан меня банально кинет, пока не приходится. В этом случае под трибунал загремят и он сам, и полковник Зейд, поскольку молчать во время разбирательства я не стану. Они не идиоты, и тоже это понимают. Сомневаюсь, что такая перспектива им понравится.

Убийство? В этом случае ССБ начнёт рыть носом землю ещё больше и не угомонится, пока не перетряхнёт всё грязное бельё. Насколько Корпус Сервус наплевательски относится к жизням курсантов, настолько же он не любит терять в мирной обстановке своих действительных офицеров, к которым теперь отношусь и я. Так что копать в случае моей смерти на службе будут очень основательно. Конечно, случайности в Пустоте неизбежны, но случайность случайности рознь. И если смерть офицера Корпуса во время службы, скажем, на находящейся в боевом походе эскадре Шестого Флота может и не привлечь внимания ССБ, особенно если случится во время выхода означенного орма в поиск, то гибель того же орма в насквозь мирной обстановк совсем другое дело! Учитывая же, что к реальной работе меня никто не подпустит, с моим-то индексом лояльности, ха…

Остаётся денежный вопрос. Капитан Арно довольно прозрачно намекнул, что если я «буду хорошо себя вести», то есть все шансы выйти на гражданку с ограниченным долгом. Сильно сомневаюсь, что такт-капитан просто так, «за красивые глазки», отстегнёт мне миллион, нужный для снятия угрозы рабства. Взятки? Смешно. Запрет на подобные вещи прошит у всех офицеров Корпуса в тех же самых закладках. Да и какие взятки могут быть у орма?! За что ему платить? За пропущенную пиратскую эскадру? Так на них не написано, что они пиратские. И голова об этом болит не у Корпуса, а у безов.

Частные заказы? Хм, может быть. Очень даже может быть. Такая работа и на гражданке оплачивается очень даже прилично. А если учесть, что никто не озаботился тем, чтобы отобрать у меня Горина, хотя если постараться, то найти такую возможность для Зейда не составило бы труда… интересный вариант. И формально не подпадающий под запреты Корпуса. При условии, что работа не будет идти в ущерб исполнению непосредственных обязанностей офицера или будет осуществляться в ходе исполнения тех самых обязанностей, а полученные данные будут переданы в банки памяти Корпуса, конечно. Правда, насколько я помню, в правилах был ещё пункт о внесении амортизационных платежей за используемое в подобной «левой» работе оборудование и, при необходимости, ремонте его за свой счёт…

От размышлений меня отвлёк баззер, звуковая волна предупреждающего сигнала прокатилась по всем палубам и помещениям «Чудры». Затем последовала куда более тихая трель, и на морф пришло сообщение о взлёте. Учитывая отсутствие на корабле такой роскоши, как иллюминаторы… кто бы их ставил на пустотниках… в общем, пришлось довольствоваться стандартным текстовым предупреждением. От вывода на экран консоли изображения с доступных гостям оптических датчиков на корпусе «Чудры» я отказался. Ничего особенно интересного всё равно не увижу… если не считать прорыва плёнки защитного поля, накинутого на зев стартовой площадки, но и этот процесс я видел уже не раз и не два.

Окинув взглядом скудную обстановку каюты, я порылся в данных, полученных на входе в корабль, и, отыскав там пару подходящих кафетериев, расположенных неподалёку от нашей палубы, бегло просмотрел их меню. Цены… Мне, конечно, как и всякому новоиспечённому лейтенанту, выдали подъёмные в шестикратном размере от среднего жалованья за декаду. Но… без надбавок и прочих радостей, высчитывающихся по основному месту службы и напрямую зависящих от условий работы, два месячных жалованья это лишь чуть больше тысячи ста кредов, из которых у меня уже изъяли триста за билет на «Чудру».

Подъёмные, они подъёмные и есть. Так что платить за проезд к месту службы приходится самому. Крохоборы! А вот если бы я выпустился одновременно со своим курсом, то платить за перелёт не пришлось вовсе. Военный борт со «своих» денег не берёт.

Хорошо ещё, что за перевозку Горина платить не пришлось, да и то лишь потому, что силовая установка моего модуля уже включена в питание бортовых систем «Чудры». Иными словами, Горин сам оплачивает свою доставку к месту дальнейшей службы. И хорошо. Моих подъёмных не хватило бы даже на транспортировку машины в соседнюю систему. Если только своим ходом… Хм, кажется, жизнь на Агоре и тут оказывает своё влияние. До тех приключений я как-то не заморачивался над денежным вопросом. Вот что значат годы, проведённые в учебке на всём готовом.

Вздохнув, я выбрал заведение подешевле и вышел из каюты, на ходу формируя заказ. С завтраком я сегодня пролетел, так хоть пообедаю поплотнее.

Пятнадцать кредов небольшая сумма за хороший обед. Пусть даже готовит его синтезатор, а не живой человек. Конечно, до блюд Рома еда в недорогом кафетерии не дотягивает. Но, между прочим, она всё равно лучше, чем даже в столовой преподавателей учебки! Хотя, казалось бы, и там, и там готовит один и тот же синтезатор! Нет, ну я понимаю, когда речь идёт о курсантском пайке, там экономия на первом месте. Но ведь преподаватели и персонал станции оплачивают обеды в столовой из собственных средств! А вкус еды отличается так же, как вкус блюд в кафетерии от того, что готовил Ром…

Отвалившись от стола, я сыто вздохнул и, окинув ленивым взглядом довольно просторное, хотя и полупустое помещение кафетерия, нехотя поднялся со стула. Впрочем, пришедшая спустя несколько секунд идея заставила меня ускорить шаг. Пора наведаться к Горину!

Запрос интеллект-системе «Чудры» на допуск к пустотным слотам…

«Доступ на стартовую палубу разрешён. Доступ к слоту Дельта-два разрешён. Внимание! Запуск маршевых систем МКМ[5] “Горин” запрещён».

Ну и ладно. Я всё равно не планировал на нём куда-то лететь. Да и… надо быть идиотом, чтобы стартовать с уходящего в прыжок или уже прыгнувшего корабля!

На этот раз я не стал рыскать по палубам, пытаясь самостоятельно найти путь, а, как законопослушный пассажир, вызвал «поводок» и отправился петлять по отсекам.

Горин встретил меня, как пёс встречает хозяина. Был бы у него хвост, вилял бы, как сумасшедший, наверняка! Это так напомнило мне события на базе «Ревело», что я на миг замер от наплыва эмоций, только усугублявшихся пси-модулем машины. Помотав головой, я кое-как пришёл в себя и, сделав шаг к шершавому серому боку Горина, коснулся обшивки. Миг, и по стенке пробежал белоснежный луч, очертив прямоугольник входа, люк ушёл в сторону, и тёмный провал за ним осветился мягким светом. Поднявшись по ступеням, я прошёл по кольцевому коридору и, остановившись у одной из переборок секции, приложил к ней ладонь. Матовая поверхность на секунду сменила цвет с фисташкового на тёмно-зелёный и, вновь посветлев, мгновенно ушла в пол, открыв проход в полусферическую рубку с единственным креслом, установленным на небольшом возвышении в самом центре помещения. Вот я и дома…

У меня ушло немного времени на тестирование систем Горина, жутко довольного вниманием хозяина. А я был благодарен машине за то, что отвлекла меня от снедавшего беспокойства. Я сам не знаю, что хотел обнаружить, просматривая логи Горина. То ли надеялся найти какие-то подтверждения своему путешествию в будущее… то ли, наоборот, боялся обнаружить таковые. Но за время, потребовавшееся для проведения первичных тестов систем машины, я немного успокоился. А потому полное отсутствие в рабочих и технических журналах даже мало-мальских намёков на искомую информацию я встретил с явным облегчением… и ноткой разочарования. Проверку автодока я проводил уже без всяких надежд и опасений просто потому, что это часть стандартного теста машины. И тем больше было моё удивление, когда я обнаружил, что в боксах с бионанитами, являющимися основным рабочим инструментом медкапсулы, недостаёт как минимум четверти заряда кассеты.

Пролистав логи, я нахмурился. Работа медкапсулы там была зафиксирована… полгода назад. Помню, тогда после очередного тренажа «в поле» мне пришлось «чиниться» прямо на ходу, одновременно сбрасывая со следа «собачек» противника. Это был феерический опыт. Ни до, ни после мне не доводилось управлять Горином, находясь в медкапсуле. И не просто управлять, а вести бой, в то же самое время контролируя работу автодока, латающего моё продырявленное тело. Одно «но»! После возвращения в учебку машины ормов в обязательном порядке уходят на профилактику, где им, с той же обязательностью, не только проводят необходимый ремонт, но и пополняют все «расходники», к каковым относятся и кассеты с бионанитами.

Запрос вызвал у Горина недоумение, но неисполнение приказа просто не предусмотрено его интеллект-системами, так что мой напарник тут же закопался в первичные отчёты. А я решил взглянуть на расходники, так сказать, вживую, и отправился на обход.

Полчаса спустя Горин скинул сводный отчёт, и я смог сверить его с результатами своей инспекции. Без расхождений. Все расходники пополнены до установленного максимума. Жидкостные и газовые резервуары полны, продуктовое хранилище забито под завязку, вооружение в порядке, даже кассеты с «одноразовыми» мини-ботами, использующимися для «посева» инфополей в Пустоте, на месте, хотя почему-то именно эти простые устройства в нашей учебке были в жутком дефиците. А ведь классная вещь. Их и обнаружить-то можно только жёстким излучением, использовать которое сенсоры не любят. Ресурсы поисковых систем такой режим работы жрёт со страшной силой.

Итог меня успокоил, хотя и не объяснил непонятки с медкапсулой. Правда, оставался вариант, что кое-кто просто забыл заправить боксы новыми кассетами. Ничего странного, если учесть, что эта задача лежит на персонале медкрыла учебки, где в основном работает гражданский вольнонаёмный персонал, заслуженно называемый офицерами и нижними чинами Корпуса: «ШРС», то есть штатными раздолбаями станции. В общем, пришлось списать этот казус именно на них… больше-то всё равно не на кого.

Глава 5

Подарок – это сложно

– Дар полковник. – Арно привычно подобрался, хотя видеть этого Зейд, разумеется, не мог. Разговор шёл через морф и верхний Информаторий, так что вместо фигуры такт-капитана перед внутренним взором полковника маячило лишь его лицо. Правда, мимика, благодаря возможностям морфа, передавалась с потрясающей точностью… но лишь старшим по званию. В беседах с равными по званию и подчиненными носители интеллонов и морф-систем предпочитали отключать передачу мимики, на всякий случай.

– Расслабься, Сезар. – В «голосе» полковника Зейда послышалась лёгкая насмешка. – Ты уже давно не мой подчинённый.

– Полковник всегда старше капитана, – ровным тоном откликнулся Арно, тем самым исполнив приказ и подтверждая собственные же слова.

– Ладно-ладно. Как тебе мой подарок?

– А это был именно подарок? – уточнил Сезар. – Вроде бы потенциальных приобретателей было больше одного человека…

– Ну уж прости старику этот маленький спектакль. – Вот только в голосе полковника не было и намёка на извинение. – Между прочим, для тебя же старался! Мне пришлось целую декаду ждать, чтобы собрать такую представительную компанию. Парня за это время вусмерть замотали всякими проверками и тестами.

– Хотите сказать, что все они съехались в Центр только для того, чтобы вы могли вручить мне свой подарок? – неподдельно удивился капитан. – Не верю.

– И правильно делаешь. Они приехали по своим делам, а спектакль стал маленьким дополнением. К тому же… согласись, если бы не их участие, ты бы всеми силами отбрыкивался от моего дара.

– А если бы узнал о его проблемах заранее, то даже присутствие гостей не смогло бы заставить меня принять его, – с долей язвительности проговорил Арно. Но полковник даже не смутился.

– Вот-вот, – согласно покивал он. – Кстати, ты уже сделал юноше своё безотказное предложение?

– Полковник Зейд? – настороженно, с вопросом в голосе произнёс Арно.

– Да не волнуйся ты так. Мы оба находимся вне Центра, так что можно говорить спокойно, – всё тем же беззаботным тоном успокоил его собеседник. Чуть помолчал и добавил: – Или ты думал, что я не узнаю о вашей затее? Капитан, ты меня разочаровываешь.

Сезар еле удержал лицо.

– Извините, дар полковник, я не очень понимаю… – начал было он, но Зейд его перебил: