Александрит для нага

– Это твоя спальня. Располагайся. Еду скоро принесут.

Я нажала на ручку и вошла в комнату. Тут же раздался характерный щелчок. Обернувшись, увидела закрытую дверь и сразу поняла, что меня заперли. Ну что же это было вполне ожидаемо, поэтому проверять так ли это или нет, даже не стала.

Комнатка по размерам оказалась не больше моей темницы у каматов, правда здесь было довольно чисто и светло, даже можно сказать, что уютно. Узкая кровать застелена светло-голубым покрывалом, на столе лежала клеенка с пестрым рисунком, но больше всего удивило трюмо в углу и пуф-сидение. Я подошла к встроенному шкафу и, распахнув дверь, увидела, что на полках лежат какие-то вещи в прозрачной вакуумной упаковке, а вот отделение для одежды оказалось абсолютно пустым.

Закрыв шкаф, поняла, что в комнате есть еще одна дверь, за которой находилась самая настоящая душевая. Да она казалась совсем крохотной, но тем не менее, здесь было все необходимое – полотенца, халат, всякие средства во флакончиках, расческа, зубная щетка, паста, и самое главное, белый блестящий «фаянсовый» предмет, имеющийся в каждой квартире. Это ли не счастье?

Похоже, эти жуткие страшные наги, действительно проявляют заботу о своих пленницах, а значит, меня никто убивать не будет, по крайней мере, сегодня. На душе стало легче. Последние события мне ясно показали, что надо радоваться каждому прожитому дню, потому что будущее неясно и может быть весьма переменчивым. Раньше я этого не понимала, строила планы, загадывала наперед, откладывала что-то важное на потом, считая, что еще успею. А ведь на самом деле это самое завтра может никогда и не наступить…

Я подошла к единственному узкому окошку. Моя комната располагалась на невероятной высоте. Что находилось внизу, рассмотреть было невозможно, зато общий панорамный вид выглядел достаточно обширным. Новый мир оказался весьма необычным. Небо обладало насыщенным темно-лазурным цветом. Солнца почему-то было два. Одно привычное – яркое, ослепительное, на которое невозможно смотреть, потому что тут же начинали слезиться глаза. А вот другое светло-зеленое имело овальную форму и от него по небу «рассыпались» перламутровые лучи.

Чуть в стороне виднелась большая площадка. На нее то и дело опускались прозрачные круглые шары, из которых выходили люди, вернее, наги. Видимо, здесь пользовались исключительно воздушным «транспортом». Это было так необычно, что я буквально прилипла к окну, пытаясь рассмотреть то, что в принципе из-за расстояния рассмотреть было нельзя, и так увлеклась, что совершенно не заметила, как дверь в комнату открылась.

– Эй! С тобой все в порядке?

От неожиданности буквально подпрыгнув, испуганно обернулась. Раффин вопросительно смотрел на меня:

– Ты чего застыла у окна?

– Смотрю на площадку. Вы передвигаетесь по воздуху?

– Возьми, – наг протянул мне поднос. В комнату он входить он не стал. Да и понятное дело, такая махина здесь бы просто не поместилась. – Это твой ужин.

Я перехватила поднос и едва не ахнула от его тяжести. На нем было множество контейнеров, наполненных чем-то ярким и разноцветным.

– Мне столько не съесть, – поставив все на стол, предупредила я.

– Тут всего понемногу. Попробуй, потом скажешь, что для тебя неприемлемо, – Раффин кивнул на шкаф. – Там некоторые вещи, остальное подберем завтра. А сейчас ешь и ложись спать.

– Спасибо, – поблагодарила я нага, чувствуя голод.

Раффин кивнул и стал закрывать дверь, а потом внезапно спросил:

– Александрит, а ты с какой ты планеты?

– Земля, – не задумываясь, ответила я.

Змей растерянно кивнул, явно не зная, где находится мой дом и закрыл дверь, оставляя меня в одиночестве.

***

– Как с-с-спалось? – прошипел Арлен, не сводя с меня пристального взгляда. Он в своем истинном облике развалился на странном удлиненном диване, идеально подходящем для его необычного змеиного тела, вернее, хвоста. Под пронзительным взглядом темных глаз мне было не по себе, и я едва сдерживалась, что не показать своего панического страха. – Ты какая-то бледная… Плохо спала?

– Все нормально, – выдавила я, автоматически бросив взгляд на кончик гибкого черно-желтого хвоста, который, казалось, двигался сам по себе, и поэтому бил об пол то в одном месте, то в другом. Чешуя с перламутровым окаймлением на змеиной коже переливалась в свете ламп искусственного освещения, и иногда приобретала матовый оттенок.

Я смотрела на подвижную конечность, и внутри все сжималось от неприязни. Никогда не любила змей, и террариумы всегда обходила стороной, а теперь один из них стал моим «пристанищем». Змеюшник, по-другому это место я и назвать не могла.

Хотелось, чтобы все происходящее было кошмаром, но, увы… Ожившее чудовище сейчас находилось напротив меня и сверлило строгим пронзительным взглядом.

– Перестань дрожать, – рявкнул Арлен, грозно щелкнув хвостом. – Я же сказал тебе нечего бояться, пока ты послушна. Что непонятного?

Если он хотел меня успокоить, то у него вышло с точностью наоборот. Сама, не понимая, что творю, я развернулась и бросилась прочь из зала. Куда? Не знаю … Просто моей выдержке наступил предел, и сейчас мне было все равно, что будет. Просто хотелось оказаться как можно дальше от этого ужасного монстра.

За спиной послышалось недовольное шипение, и уже через мгновение Арлен преградил мне дорогу своим хвостом. Я автоматически обернулась.

– Алек-с-с-андрит, мне казалос-с-сь мы договорилис-с-сь?

Его голос был наполнен дикой необузданной яростью.

– Опять молчиш-ш-шь? Я же тебя предупреждал!

Я смотрела на него как кролик на удава и в ответ не могла произнести ни слова. Навалилось тяжелое чувство обреченности. Я поняла, что уже никогда не вернусь домой, не увижу свою семью, а будущего у меня здесь просто нет. Не знаю, что змей увидел в моих глазах, но внезапно махнул рукой.

– Тьфу, – выругался наг. – Эмоционально устойчивая… Так я еще не ош-ш-шибался. В следующий раз, прежде чем купить у каматов самку неизвестного происхождения, сто раз подумаю. Хвостатые уроды обманули…

Шипя в сторону обезьяноподобных всякие ругательства и проклятья Арлен быстро, словно шелковая лента, метнулся к выходу, оставляя меня в большом зале в одиночестве. От грохота двери я невольно присела, а потом на трясущихся ногах буквально доползла до «дивана» и рухнула на него. На огромном ложе я чувствовала себя мелкой букашкой и слезы сами по себе покатились по щекам. В прошлой жизни у меня были семья, работа, друзья и право на свое мнение, а в этой… ничего у меня не осталось, ничего, кроме змей, такова была моя сегодняшняя реальность. Я плакала, безумно жалея себя, и со слезами уходило все внутреннее напряжение, скопившееся за последнее время и ко мне, пришло осознание того, что, несмотря на все что случилось, у меня осталось самое ценное… жизнь. Я поднялась и решительно вытерла слезы со щек. Жива, и это главное. Моя судьба в моих руках, и только от меня зависит, что и как сложится в дальнейшем.

Арлен хочет эмоционально устойчивую пленницу? Он ее получит. Если надо привыкнуть к змеелюдям, значит, придется это сделать, иначе не выжить.

– У-с-спокоилась? – раздался шепот. – Хм, я думал, что ты будешь дольше реветь…

Повернувшись на шипение, увидела у входа Раффина, который покачивался на хвосте из стороны в сторону.

– Интерес-с-сно с чего такие выводы? – передразнила его я, вставая с дивана.

– Да просто самочки, купленные вмес-с-сте с тобой, рыдают и причитают уже несколько часов, – цокнул наг. – Утомили всех. Арлен с-с-сказал, что ес-с-сли до вечернего выс-с-с-тупления не прекратят, завтра же всех выставить на продажу в радужном с-секторе. Глупые, они еще не знают, что их ожидает.

– Что? – чуть наклонив голову, поинтересовалась я.

– Арлен с-содержит игорный городок, куда наши мужчины прилетают отдохнуть. Азартные игры, тотализаторы, рос-с-скошные бассейны, массажистки, танцы… Здес-с-сь каждый найдет с-с-себе занятия по душе. Но Арлен никому не позволяет обижать своих с-с-самочек, не завис-с-симо от того, какие они обязанности выполняют. А в радужном с-с-секторе их, скорее всего, купят для постельных утех и им придетс-с-ся обслуживать мужчин всех рас. Одни каматы, эти хвостатые обезьяны, чего только с-с-стоят, а тирацепты… Глупые самки будут умирать каждую ночь от боли или наслаждения, а утром вновь возрождаться, чтобы вечером с-с-нова дарить свою любовь и ласку очередному путнику, приземлившему свой корабль на планете.

Я слушала нага, который с явным безразличием рассуждал о будущем девушек, и понимала – эти змеи абсолютно бездушные. Несладкую судьбу они уготовили новеньким, и стать одной из них я не желала. А потом у меня мелькнула догадка.

– Раффин, а зачем ты мне об этом рассказываешь? Тебе подослал Арлен, чтобы ты уговорил меня смириться с моим положением и принять его, как своего господина? – пристально посмотрела нага, который внезапно рассмеялся. – Что смешного я сказала?

– Такая забавная, – он покачал головой. – А еще необычная, очень красивая, и в тебе есть внутренний стержень, ведь ты единственная кто всю ночь не проливала горькие слезы, а просто спала. Жалко, если из-за своей глупости, ты попадешь на растерзание жадных самцов.

– Не попаду, – покачала головой и чуть улыбнувшись, поблагодарила нага. – Спасибо!

– Арлен велел отвести тебя в комнату, – сообщил Раффин.

– Я хочу поговорить с ним.

– Ты уверена?

– Да.

– Ну с-с-смотри, он с-с-сейчас зол, – предупредил наг. – И в ярос-с-сти он может с-с-сделать опрометчивый шаг, который потом невозможно будет ис-с-справить.

– Все равно идем, – сказала я, опасаясь, что моя решимость может исчезнуть.

– Идем, – наг, лентой скользнул по коридору, и я поспешила за ним.

– Раффин, скажи, а Арлен купил рыжеволосую девушку? Ее зовут Аля. Мы вместе с ней были на корабле каматов, – осторожно спросила я.

– С-с-самочкам запрещено общаться между собой, – ответил змей явно заученной фразой.

– Я же не прошу с ней встречи, а лишь интересуюсь, ее Арлен тоже купил?

– Рыжеволос-с-сая? – Раффин чуть прищурившись, посмотрел на меня.

– Да, – закивала головой. – Мы были вместе на корабле каматов. Она тоже с земли.

– Знаешь, Арлен купил несколько с-с-самочек, но я пока видел не всех, так что не могу ответить на твой вопрос.

– Раффин, если увидишь, скажи ей, что я тоже здесь, – взмолилась я.

– Зачем?

Наг явно был удивлен.

– Затем, что если она узнает, что я рядом, может, ей будет хоть капельку легче.

– С-с-странная ты. Тебе с-с-сейчас бы подумать о себе, а ты беспокоишься о подруге.

В ответ я просто развела руками. Мне и самой было бы легче, если бы я знала, что где-то рядом есть «подруга по несчастью».

– Иди, – змей подтолкнул меня вперед. – Арлен там.

Я решительно вздохнула и постучала в дверь.  Ответом мне была тишина.  Бросила вопросительный взгляд на Раффина:

– Хозяин думает, что это пришел я, поэтому игнорирует. Мне лучше уйти, – и прежде, чем успела хоть что-то сказать, блестящая лента промелькнула мимо и скрылась из глаз.

«Вот гад, – подумала я. – Просто бросил меня тут одну».

Деваться мне было некуда, и я вновь постучала.

Сначала была тишина, а потом дверь резко распахнулась. От неожиданности автоматически буквально отпрыгнула в сторону. Арлен уже сменил облик, и теперь передо мной стоял широкоплечий мускулистый мужчина в черном шелковом халате.

– Чего тебе? – рявкнул он.

Я молча смотрела на него, не сводя настороженного взгляда. Вся моя решимость испарилась куда-то без следа.

– Ты зачем пришла? Перепутала этажи? Разве тебя не должны были проводить в твою комнату?

Мое молчание Арлен понял по-своему. Со злостью ударив кулаком в косяк, он заявил:

– Твой с-с-страх порождает во мне все с-с-самое темное. Просыпается инстинкт охотника, который хочет поймать и окончательно с-с-сломить с-с-вою жертву. Уходи, немедленно! Сегодня вечером я выс-с-стсавлю тебя на торги, и пусть новый хозяин разбирается с тобой.

Осознав, о чем говорит это наг, решительно заявила:

– Я не боюсь вас!

– Да?! – мужчина захохотал. – Ты истончаешь запах ужаса, он окутывает тебя с ног до головы и с-с-водит с ума мою вторую с-с-сущность.

– Я вас не боюсь, а вот вашу вторую сущность – да, – выразительно посмотрела на Арлена. Он задумчиво потер двумя пальцами подбородок и промолвил:

– Ну, раз так, заходи. Поговорим.

Я проскользнула между ним и косяком, на котором осталась вмятина размером в мою голову, и подумала, что никогда бы не хотела увидеть драку нагов. В ней, наверное, выживших просто нет, да и быть не может с их-то силищей.

Апартаменты Арлена оказались большими, нет, просто огромными. Потолок был так высок, что приходилось задирать голову. В комнате горел камин, вернее, даже полыхал. Возле него стояло большое кресло, рядом с которым располагался журнальный столик с одиноким бокалом … вина, ну мне так показалось. Дальше шла вторая комната, наверное, спальня.

Тем временем, Арлен пододвинул к камину еще одно кресло и как-то вот совсем по-человечески спросил:

– Вино будешь?

– Буду, – ответила я, подумав, что перед непростым разговором мне совсем не помешает хоть чуточку расслабиться.