Моя дорогая Кэтрин

Глава 2

Я основательно готовился к знакомству с семьей Морелли. Всю неделю после работы, представляя, мою с ними встречу, мысленно репетировал наш разговор, обдумывая, что скажу и как, тщательно заучивал легенду развития нашей любви и отношений. Моя обожаемая Кэтрин каждый вечер, ложась в постель, экзаменовала меня, а затем мы, забыв обо всем, любили друг друга, сгорая в огне обоюдной страсти. Я сходил с ума от ласк этой женщины, она предугадывала все мои желания, чем приводила в восторг. Почему-то ярким пятном в моей памяти осталось одна, особенная наша ночь, когда между нами не осталось больше никаких запретов и тайн.

Я только вышел из душа. Кэтрин сидела на пуфике у зеркала, рассматривая свое отражение. Наши взгляды встретились, и она, будто специально дразня меня, облизнула губы, и развернувшись ко мне лицом, поднялась. Подняв руки, вытащила заколку из волос, небрежно бросив ее тумбочку. Каштановые локоны тут же окутали ее, делая еще более притягательной и манящей. Шелковый халатик мягко соскользнул с плеч, упав на пол.

Кэтрин была похожа на большую грациозную кошку, завораживающую меня своим взглядом, в котором полыхал огонь желания. Подойдя ко мне, она рывком сдернула полотенце с моих бедер. Скользнув губами по моим губам, Кэтрин выдохнула:

– Хочу тебя…, – и опустилась передо мной на колени, обхватывая член свой ладошкой. Ласково проведя по нему языком, она обхватила его губами и стала медленно посасывать. Затем полностью вобрала плоть в рот, а потом, выпустив, пробежалась языком по всей длине ствола от головки до мошонки, и вновь обхватив губами, стала ласкать. Каждое движение приводило меня в экстаз. Сладко. Мучительно. Феерично.

Но я хотел большего… я желал эту женщину. Резко подняв ее, пробежался ладонями по ее бедрам, и подхватив край кружевной сорочки и потянул вверх. Ненужная вещь полетела в сторону. Окинув роскошное тело взглядом, усмехнулся. Кэтрин вновь удивила меня…трусиков на ней не было. Сжав ладонями ее упругую грудь, погладил соски, слегка сжимая их пальцами, возбуждая ее. Но моей выдержки надолго не хватило. Я толкнул Кэтрин на постель и ловким движением перевернул ее на живот. Довольно грубо раздвинув ей ноги, одним толчком вошел в нее до упора. Двигался быстро, резко, будто вбиваясь в податливое тело женщины. В спальне витал аромат секса и бешеного желания.

– Грег, – простонала Кэтрин. – Быстрей, еще… Хочу…

Волна наслаждение накрыла нас двоих одновременно. Оргазм был невероятным, сумасшедшим, умопомрачительным. Упав на постель, притянул к себе Кэтрин и, тяжело дыша, прошептал ей на ухо:

– Люблю тебя.

– Понравилось? – она, приподнявшись, бросила на меня хитрый взгляд.

Отвечать не стал. Просто притянул к себе и впился в ее губы поцелуем. Кэтрин ответила мне, и вскоре мы жадно целовались, будто между нами и не было фееричного секса несколько минут назад.

Руки, губы, откровенные ласки, заставляющие тела изнывать от желания, обоюдные стоны, вскрики… Кэтрин была похожа на тигрицу, оставляя ногтями кровавые следы на моей спине, и эта боль заводила меня еще сильнее. Страсть… страсть опаляла нас, заставляя сгорать до пепла и вновь возрождаться. Это была самая невероятная ночь в моей жизни.

Под утро, утомленные сексом, мы, обнявшись, лежали в объятиях друг друга. Так много хотелось сказать, и так мало было слов, чтобы выразить ту гамму эмоций, которую я испытывал к Кэтрин. Я не просто ее любил, она стала моим наваждением, моей путеводной звездой, смыслом жизни. Нам было безумно хорошо вдвоем, и я чувствовал себя самым счастливым человеком во вселенной.

***

Званый обед с семьей Кэтрин был назначен на ближайшую субботу. Я очень волновался, и всю дорогу мысленно, раз за разом повторял приветственную речь. Но вся заготовленная и тщательно заученная легенда, буквально «застряла у меня в зубах» когда я, выйдя из своей машины, увидел людей, стоявших у калитки небольшого, но очень красивого дома, утопающего в цветах и зелени. Просто невозможно было представить, что я смогу лгать таким милым и непосредственным людям. Думаю, только благодаря моей работе, которая связана с колоссальной выдержкой и умением концентрироваться, я смог взять себя в руки, иначе бы умер от страха и напряжения, еще тогда при знакомстве с семьей моей невесты. Мама и Кэтрин были словно сестры, только одна чуть младше другой. Голову Эвелин украшала копна светло-русых волос, и она была синеглазой, впрочем, как и все остальные члены семьи Морелли. Теперь я точно знал, в кого моя невеста, такая красавица. Эвелин была очень привлекательной и интересной женщиной, при этом ее глаза излучали доброту и внимание. Она так открыто радовалась нашему приезду, что казалось, просто невозможно не улыбнуться ей в ответ. Ее голос, журчащий как весенний ручей, лаская слух, вызывал какое-то умиротворение в душе. Отец Кэтрин – Гордон, слегка располневший блондин с располагающим лицом и внимательным, доброжелательным взглядом, был одет весьма просто, так же как и я – джинсы, рубашка, но, к моему удивлению, оказалось, что он тоже журналист, как и его дочь. Точнее, он был владельцем огромной сети журналов, связанных с модельным бизнесом, что было весьма неожиданно для меня. Мне всегда казалось, что акулы большого бизнеса должны выглядеть как-то по-другому…

Сам я редко читал такие журналы с парнями в боксерах и девушками в неглиже, но постарался выразить свое восхищение, чтобы, так сказать, не ударить в грязь лицом.

О стариках Морелли можно было говорить бесконечно. Бабушка Кэтрин – Сесилия, она просила так называть ее, просто являлась в их семье третьей, самой старшей сестрой. Такая шикарная белокурая леди, в безупречно синем костюме, в туфельках на каблуках – она выглядела просто как королева. Я был сражен напрочь её величием. Так и хотелось склонить голову в поклоне и галантно опуститься на колени, но я просто поцеловал протянутую мне руку и, не сдержавшись, выпалил:

– Я никогда не встречал, более прекрасной и достойной леди, чем вы.

Все стоявшие вокруг засмеялись, а Кэтрин, даже слегка стукнула кулаком по моей спине.

– Сесилия, непринужденно улыбнувшись, похлопала меня легонько по щеке, видимо, она знала, какое впечатление производит на людей и кокетливо проворковала:

– Ах, какие ваши годы, Грег.

– Андре, просто Андре, – представился стоявший рядом с ней, импозантный седой мужчина, довольно крепко пожимая мою руку. Готов был поспорить на что угодно, он ревновал свою жену ко всему миру и даже ко мне сейчас.

За обедом во время нашего непринужденного разговора я, выпив пару рюмок прекрасного выдержанного коньяка, только успел расслабиться, и словно удар под дых прозвучал вопрос Сесилии:

– Грег, а как давно вы знакомы?

Я, собравшись с духом, стараясь быть искренним, поведал заранее заготовленную нами легенду, по которой мы с Кэтрин уже более года работаем вместе, любим друг друга и вот, наконец-то, решили пожениться. Наше решение создать семью осознанно, и мы хотим сыграть свадьбу как можно скорее.

Каково же было мое удивление, когда Сесилия, вздохнув, с сожалением произнесла:

– Современная молодежь всегда так спешит, как жаль, что вы так мало знакомы…

Прижавшись к плечу мужа, кокетливо улыбнувшись, она спросила у него:

– А помнишь, Андре, как красиво ты ухаживал за мной, и только спустя десять лет после нашего знакомства, наконец-то решился сделать мне предложение.

– Помню, родная. Едва увидел тебя, я сразу решил, что ты будешь моей женой, и как видишь, добился своего.

В процессе разговора я узнал, что Эвелин и Гордон, родители Кэтрин, оказывается тоже были знакомы еще со школьной скамьи, с детства любили друг друга, но поженились только после получения высшего образования. Теперь я понял, почему моя дорогая невеста просила меня умолчать о некоторых, ну почти «незначительных» моментах в наших отношениях. Представляю себе их лица, если бы они узнали, что я сделал предложение Кэтрин после нескольких часов знакомства, и она моментально согласилась. А наша первая брачная ночь произошла в тот же вечер, за портьерами на балконе в фойе зала для заседаний.

Анита, младшая сестренка Кэтрин, к моему удивлению, оказалась маленькой девочкой лет двенадцати, этакий белокурый ангел с синими, как небо глазами. Она не сразу вышла, чтобы познакомиться со мной. Малышка была очень стеснительна, как объяснила Сесилия. Но после некоторого времени нашего общения Анита уже не отходила от меня, и все шутили, что я покорил сердца сразу двух сестер. Девочка не сводила с меня взгляда, наполненного обожания, буквально ловя каждое слово.

– Ну нет уж, извините, это все-таки, мой жених. Анита, я ревную, – пошутила Кэтрин, прижавшись к моему плечу. Малышка покраснела, но продолжала весь остаток вечера бросать украдкой на меня взгляды, думая, что я их не замечаю.

Я так старался всем понравиться, и кажется, мне это удалось. Ведь, несмотря на быстротечность наших отношений, мы с Кэтрин любили друг друга, наши сердца переполняли эмоции, а глаза горели от желания, но это не помешало семье Морелли приготовить для нас две отдельные спальни. Я с трудом сдержал разочарованный вздох, когда понял, что ночь нам придется провести отдельно. Нет, конечно, это все замечательно – семья, устои, правила хорошего тона, но я хотел Кэтрин сегодня и сейчас, и мне казалось, что сойду с ума, если мне придется спать на этом шикарном ложе одному…

Я нервно бродил по спальне, раздумывая, что мне делать – попытаться уснуть или тайком пробраться в комнату любимой женщины. Внезапно дверь в мою комнату тихонько скрипнула, обернувшись, я увидел Кэтрин, и тут же на моем лице появилась счастливая улыбка. Мгновение, и вот она уже скользнула в мои объятия.

– Дорогой, я подумала, что тебе будет неуютно в чужом доме, в чужой постели, одному. Вдруг тебе будет холодно и страшно, а рядом нет никого, кто может согреть и успокоить.

– Ах, какой я глупец, подумал, что ты и ночи не можешь провести без меня. А ты, оказывается, пришла, потому что подумала, что я могу умереть от холода. Знаешь, дорогая, я могу умереть только от одного – от любви, – прошептал я, накрывая губы Кэтрин своим страстным поцелуем … Я сам не понял, как мы оказались на постели. В одно мгновение она оседлала мои бедра. Ее руки порхали, как бабочки, а мягкие губы обжигали поцелуями.

– Не торопись, – попросил я, слегка прикусывая зубами ее ушко. Мне хотелось продлить удовольствие, как можно дольше. – Все только начинается.

Обхватил грудь невесты ладонью, и чувствуя, как её тело откликается на мою ласку мелкой дрожью, довольно зарычал и обхватил ртом сосок, сорвав с губ партнерши стон.

– Проказник, – прошептала она и, приподнявшись, уселась на мою плоть. Кэтрин стала медленно подниматься и вновь опускаться на член, постепенно ускоряясь. Ее движения были резкими, отрывистыми, а с губ то и дело срывались стоны. В какой-то момент она задрожала и обессиленно обняла меня. Обхватив ее за талию, стал резко двигаться в ней, будто вбиваясь, и долгожданный оргазм не заставил себя ждать.

Счастливый, я упал на спину, крепко прижимая к себе Кэтрин. Она стала моим безумием. Рядом с ней терял голову, забывая обо всем. Таких чувств раньше я никогда не испытывал, хотя очень редко проводил ночи один. Эта женщина была моей, а я ее, мы были двумя половинками одного целого. «Моя», – шептал я, и эхом слышал в ответ: «Мой… Люблю», и мое сердце замирало от счастья, унося меня в страну наслаждений…

***

Проснулся я рано, внезапно почувствовав, что нахожусь в постели один. Повернув голову, отметил, что простынь на другой половине кровати будто отутюжена, подушка взбита – ничего не напоминало о бурной и страстной ночи, и о том, что здесь ночевала Кэтрин. Да… Неужели мне все это приснилось?

Принимая душ, размышлял о том, что я даже не заметил, как Кэтрин покинула мою спальню. Чертовка! Интересно, как в такой благовоспитанной и соблюдающей традиции семье Морелли могла родиться такая бестия, как моя невеста? Вспомнив прошедшую ночь, предвкушающее улыбнулся. Сегодня мы возвращаемся домой, и Кэтрин снова будет полностью принадлежать мне…

Когда я поспешил к завтраку, вся семья, за исключением моей дорогой невесты, была уже за столом. Она спустилась через несколько минут, после меня.

– Всем доброе утро, – Кэтрин ослепительно улыбнулась и остановила свой взгляд на мне. – Как спалось дорогой?

– Прекрасно, – ответил я, при этом ничуть не лукавя.

Непринужденный разговор за завтраком внезапно прервал вопрос Гордона:

– Когда вы хотите назначить дату свадьбы?

Но тут, не дав, мне даже и рта открыть, первой заговорила Кэтрин:

– Мы, в общем-то хотели посоветоваться с вами. Мы немного затрудняемся, как сделать лучше. Хотим скромную церемонию, но при этом и я, и Грег довольно известные личности, и гостей конечно не избежать.

– Будет достаточно, если пригласим только самых близких друзей, – вмешался я, уже зная, что хочу только одного, жениться на Кэтрин как можно скорее. – Мне бы не хотелось провести в самый счастливый день своей жизни в толпе малознакомых людей.

– Я думаю, полгода нам на подготовку хватит, – выслушав нас, заверила Эвелин, но, видимо, мои глаза выдали меня, и она поправилась. – Ну, месяца три-четыре. Дата свадьбы была назначена, не так скоро, как бы мне этого хотелось. «Да черт с ним, – подумал я, – мы ведь все равно живем вместе». Но тут, как гром среди ясного неба раздался голос Сесилии:

– Не посчитайте меня старомодной, дорогие мои, но надеюсь, вы понимаете, что жених и невеста не могут жить вместе до свадьбы. Это дурной тон.

Я поджал губы, пытаясь сдержать свои эмоции, чтобы не ляпнуть что-нибудь лишнего, это уж слишком…

– Сесилия, я думаю, дети разберутся сами, – на помощь нам неожиданно пришел отец Кэтрин – Гордон. Видимо, главный редактор модных журналов, был уж не так и старомоден, а возможно, просто по-мужски поддержал меня.

В ответ почтенная леди промолчала, но по ее взгляду было понятно, что она совершенно не согласна с ним, и даже в мыслях не допускает, что я и Кэтрин можем нарушить традиции. После завтрака мы засобирались домой.

Долгое и трепетное прощание с родственниками слегка утомило. Именно тогда у меня промелькнула мысль о том, что большая семья – это замечательно, но я хочу жить с женой отдельно от всех, в своей квартире, ставшей для нас обителью уюта и любви. Когда мы сели в машину и отъехали совсем недалеко, Кэтрин, положив мне голову на плечо, проговорила:

– Я тебя предупреждала.

– Ничего страшного, – промолвил я, съезжая с основной дороги, на узкую просёлочную, уходящую куда-то в сторону.

– Куда мы? – с недоумением спросила Кэтрин, оглядываясь. – Мне кажется, нам в другую сторону.

– Я думаю, мне положена небольшая моральная компенсация, дорогая, – ответил я, читая в ее глазах согласие…

***

Три месяца до свадьбы для меня пролетели незаметно, ведь мы с Кэтрин все равно жили вместе. Нам редко удавалось пересекаться по работе, но зато у нас были прекрасные вечера и долгие, бесконечные ночи. Я был счастлив, по-настоящему счастлив, и ту гамму чувств, которую я испытывал, невозможно было описать словами. Мне казалось, что Кэтрин само совершенство. В ней были все то, что я так долго искал в других… И судьба смилостивилась надо мной, подарив мне такую долгожданную встречу с женщиной моей мечты.

И вот наконец-то настал день самого грандиозного события моей жизни. За неделю до этого мы провели прекрасный мальчишник в компании Андре и Гордона. За участие отца Кэтрин в нашей вечеринке я не переживал, но дед, который так долго и чопорно ухаживал за девушкой, до того, как сделать ей предложение, меня несколько смущал. Но все мои опасения оказались напрасными. Родственники Кэтрин очень плавно вписались в нашу дружную мужскую компанию.

Мы весь вечер пили, куролесили, смотрели видео, купались в бассейне. И девушки, появившиеся в полночь (в обалденных костюмах бабочек и стрекоз), летающих между нами, вызвали у присутствующих громкие и звучные эмоции. Я даже ни на секунду не усомнился, что это затея Сандры, и был искренне удивлен, узнав со временем, что девушки были приглашены Гордоном, отцом Кэтрин. Видимо, старинные традиции семьи Морелли, его тоже слегка напрягали. Каждый старался поймать свою бабочку, понравившуюся ему, заранее выданным сачком. Моя же бабочка подлетела сама и присела рядом. Красивая мулатка с шоколадными глазами, губами, как алая роза, и пышной грудью могла даже без своих крыльев заворожить кого угодно. Все смешалось… бабочки, стрекозы, мужчины.

Я, нежно взяв за руку свою бабочку, спросил:

– Выпьем?

– И только? – спросила она, удивленно приподняла брови и соблазнительно улыбнулась, при этом чуть повернувшись, демонстрируя себя. Девушка действительно была роскошно красивой – большая грудь, плоский животик, осиная талия и безумно длинные ноги. Просто искушение, для любого мужчины, но не для меня.

– Мне жаль, моя бабочка…, – я сделал глоток коньяка. – Но мое сердце похищено прекрасно нимфой, и боюсь, это уже навсегда. Поэтому единственное, что я могу тебе предложить, это выпить.

– Как скажешь. Сегодня только ты один правишь этим балом. Ну что же, мы будем пить и танцевать всю ночь, – промолвила «бабочка», под шелест своих импровизированных крыльев. – Меня зовут Эмили, а ты Грег?

– Да.

Эмили оказалась прекрасным собеседником, и черт побери, умела выпить… Во всяком случае при нашем прощании отметил, что я более пьян, чем она.

Старый Андре поразил меня. Он всю ночь выплясывал возле бассейна со своей стрекозой. Они смеялись, пили вино и даже иногда исчезали из поля моего зрения. Интересно, как далеко заходили их беседы? В воздухе витал запах секса, вина и желания. В общем, мальчишник прошел великолепно…

По истечении некоторого времени Кэтрин поведала мне, что девичник тоже не подкачал, и они славно повеселились. Мужской стриптиз был на высоте. И даже ее бабушка Сесилия отметила, что в ее молодости не было так отвязанных вечеринок, и ей очень жаль.

И вот наконец-то наступил день самого грандиозного события в моей жизни. Я не спал всю ночь. Во-первых, потому что за долгое время я впервые ночевал один, во-вторых, даже трудно представить это, но очень волновался. Поэтому утренний звонок меня не разбудил, и я сразу поднял трубку:

– Привет, Грег, это Сандр. Ты не спишь? – раздался бодрый голос друга.

– Нет.

– Я сейчас приеду. Чувствую, нам обоим не помешает выпить грамм по пятьдесят хорошего коньяка.

– С утра? – уточнил я, скептически бросая взгляд на часы, но, понимая, что он прав и выпить мне явно не помешает.

– С утра! – утвердительно ответил Сандр и отключился раньше, чем я успел что-то ответить.

Вскоре он приехал, и не один, а в компании наших близких друзей, которые решили меня поддержать в такой волнительный период моей жизни. Я, сидя с рюмкой коньяка в кресле, слушая болтовню приятелей, представлял, как сейчас, вокруг Кэтрин суетятся ее родные, и мне стало, даже немного жаль себя. Именно сейчас, как никогда, мне не хватало семьи – отца, который дал бы наставление, матери, поправляющей мне на шее галстук… Я постарался отмахнуться от этих грустных мыслей, ведь сегодня у меня был самый счастливый день в жизни, и омрачать его мне не хотелось.

К зданию регистрации браков мы подъехали чуть раньше, чем Кэтрин и ее родители.

Я стоял у машины и волновался, как мальчишка – нервно одёргивал пиджак, несколько раз задавал Сандру одни и те же вопросы, да и вообще, с каждой секундой мое сердце билось все сильнее.

Оглядываясь вокруг, я с удивлением отметил, как много друзей приехало поздравить меня. Со стороны Кэтрин же были только члены ее семьи и несколько незнакомых мужчин, видимо, сослуживцы.

Еще некоторое время назад при выборе подруги невесты, меня очень удивило, что Кэтрин попросила Тину, девушку Сандра исполнить эту роль. Я был крайне удивлен тому, что у моей Кэтрин, такой милой и общительной не было ни одной настоящей подруги.

– У тебя нет близких подружек? – удивился я.– А как же одноклассницы? Однокурсницы?

– Я дружу с работой, – ответила Кэтрин. – Двенадцать часов в сутки я провожу на ней, а остальное время посвящено тебе. Так сложилось, что ни с кем близко я не общаюсь, поэтому думаю, будет уместно, чтобы Тина стала моей подружкой, раз Сандр будет твоим шафером, тем более что их связывают определенные отношения.

Мне, всегда окруженному друзьями, готовыми в любой момент прийти на помощь было весьма странно это. Я хорошо общался с друзьями из детского дома, с бывшими однокурсниками, с коллегами по работе, а у моей Кэтрин не было никого. «Зато теперь у нее есть я», – подумал и улыбнулся, твердо зная, что буду своей жене прекрасным мужем и самым лучшим другом.

Зал дома бракосочетаний, поскольку мы жили и работали в космическом городке, был оформлен в соответствующем стиле. На стенах и потолке были изображены звезды и планеты, создавая неповторимый колорит космического неба. Для гостей были поставлены в несколько рядов удобные кресла. По центру зал располагался большой трехмерный экран, на котором виднелся млечный путь. Голографическое изображение было настолько реальным, что мне казалось я иду по нему. В центре перед экраном стояла небольшая белоснежная колонна – тумба, некоторая импровизация пульта управления кораблем. Вдоль стен располагалось несколько столов, уставленных фуршетными закусками. Сам зал был украшен голограммами разных цветов.