Под покровом тьмы. Легенды Эруада. Книга первая

Флаури и Джорджио поспешили поскорее убраться с места убийства, дабы кто-нибудь не заметил их рядом с трупом. Доказывай потом, что проезжал мимо и ни в чём не виноват. Люди здесь впечатлительные да недоверчивые. Скрутят и сдадут патрулю близ Даллор-Кура. Но сообщить о находке братья всё же сочли необходимым.

Они осторожно вышли из леса, предварительно оглядев окрестности в поисках нежелательных свидетелей. К счастью, вокруг оказалось пусто. Отвязав коней, братья задумчиво переглянулись. Джорджио насыпал возле края дороги небольшую кучку ломаных веток, чтобы легче было заметить место трагедии. После они вскочили в сёдла и галопом понеслись дальше.

Тем временем потоки воды, изливаемые небесами, поутихли, превратившись в обыкновенный монотонный дождь, который, ясное дело, прекратится очень нескоро. По весне такие дожди на севере королевства – не редкость, и могли продолжаться неделю-две, затапливая поля и размывая дороги. Впереди пора, когда торговцы станут опаздывать на рынок Даллор-Кура и возвращаться домой заполночь, застревая в глиняной жиже.

Острые шпили серых сторожевых башен медленно поднимались из-за зеленеющих холмов, словно вырастая на глазах из-под земли. Это означало, что ехать до города оставалось ещё минут двадцать пять-тридцать. Дорога круто уходила вверх, заставляя коней перейти на рысь. Обычно в этом месте торговые обозы тянулись лениво, ещё больше скрипя колёсами под тяжестью наваленных грузов, а торговцы то и дело вытягивали шеи, следя за тем, не упало ли что-нибудь с их телеги.

Флаури, очутившись на вершине, легонько натянул поводья. Давненько он не ездил этой дорогой. Обводя взглядом раскинувшуюся перед ним картину, он внутренне восхищался невообразимыми красотами здешних мест. Даже густая пелена дождя не могла затмить блещущие жизнью равнины.

Сам Даллор-Кур находился под защитой горных цепей, окружавших город с севера и запада. Словно накрытый каменным капюшоном, он существовал беззаботно, жизнь в нём текла спокойно и размеренно. Ограждённый белыми стенами и ощетинившийся множеством смотровых и замковых башен как огромный еж, Даллор-Кур являлся неприступной крепостью для завоевателей, поэтому за своё полувековое существование не знал горечи разрушений и грабежей. Через горы пробраться к нему вряд ли сумел бы даже самый ловкий эльф. В южных лесах повсюду расставлены тайные сторожевые посты, по тракту до развилки на Эйрдалл и Къёрденфелл непрерывно ездили патрули, так что кочевые племена, широко заселившие земли на востоке, недолго пытались пробиться через пограничье Алакорна.

– В другой раз будешь любоваться! – оторвал от размышлений брата Джорджио.

Он кивнул в сторону Второй столицы, поторапливая Флаури, и тот пришпорил Сириуса.

Вблизи города они наткнулись на выезжающий в караул патруль. Сообщив о месте преступления, братья надеялись продолжить путь, но старший патруля потребовал удостовериться в личности докладчика. Изучив пропуск Джорджио, выданный ему в академии, патрульный записал что-то себе в небольшую книжку в тёмно-коричневой кожаной обложке. Предупредив о возможном вызове к капитану стражи Даллор-Кура в ближайшее время, он отпустил ребят.

На посту у сторожевых башен их задержали ненадолго. Джорджио вновь предъявил пропуск, и стражник, сонный и недовольный тем, что приходится так рано вылезать из своей будки, да ещё и в дождь, молча махнул рукой, разрешая путникам проехать.

– Не успел ещё глаза продрать, что ли? – возмущённо заявил Джорджио, когда они отъехали от поста. – Обычно без пропуска пускают, а тут… Забыл, что ли, моё лицо?

– Посмотрите, какая важная персона! Тебя, может, и наместник без разговоров вином потчует? – улыбнувшись, ткнул брата кулаком в бок Флаури.

– Когда ты в последний раз здесь был-то? Тебя же никто не знает! Ехал бы один! Только пришлось бы тебе с полчаса объяснять этому стражнику, что ты не варган какой-нибудь!

– Я что, похож на варгана?! – возмутился Флаури, не восприняв шутку.

– Ты – нет, но…

– Тогда в чем проблема? – прервал младший брат и хотел что-то ещё сказать, но увидел, как на следующем посту – перед самыми городскими воротами – зашевелились стражники. На этот раз останавливать их не стали. Здесь Тимбертона старшего узнали. Солдат еле заметно кивнул. Джорджио ответил тем же.

– Варгана вот поймал, везу к наместнику! – деловито вскинув подбородок, резко выпалил он.

– Похож, похож… – подыграл ему стражник, и весь пост разразился громким смехом.

– Ты, конечно, не похож, – продолжил разговор Джорджио и заулыбался: – Но так считаю только я.

Флаури саркастично скорчил гримасу радости, показывая таким образом, что благодарен за столь «добродушное» отношение.

Копыта застучали по подъёмному деревянному мосту, который был опущен в ожидании торгового каравана. Его огромные цепи тянулись высоко к вершине крепостной стены, где находились механизмы управления. Ворота венчала геральдическая эмблема королевства – уже знакомый золотой дракон на чёрном щите, раскинувший величественные крылья, словно лучи солнца над землями королевства. На сторожевых башнях неподвижно, словно статуи, стояли стражники.

Серая громада арки городских ворот проплыла над головой. Братья проехали небольшой коридор и очутились во внешнем кольце города – самом обширном районе, где проживали все простые подданные, располагались таверны, рынок и различные мелкие мастерские. Всё здесь жило простой, незамысловатой, но, в то же время, интересной жизнью. Дорога, вымощенная тем же белым камнем, видимо, была центральной. От неё лишь расходились в разные стороны неширокие песчаные тропинки, ведущие в переулки между домами.

Братья направили коней по главной улице к внутреннему кольцу. На первый взгляд здесь оказалось довольно трудно проехать. Разодетый в цветные кафтаны и платья народ вываливал из домов с корзинами, полными разнообразной выпечки, постиранного белья и специй, с телегами, набитыми тюками и мешками; кто-то вёл с собой скотину, кто-то спешил уладить повседневные дела. Казалось, вот-вот, и сейчас все разом столкнутся – такой нескончаемый и насыщенный поток людей и животных заполнял городские улицы. Но, к удивлению Флаури, никто даже и локтем никого не задел. Будто бы здесь каждый имел свою собственную дорогу, что шла в обход остальных.

Весьма невысокие, хоть и двухэтажные, каменные домики стояли, плотно прижавшись друг к другу, словно чёткий строй королевского полка. И лишь когда дорога уходила вверх, они образовывали подобие огромной лестницы, ведущей, казалось, в небеса. Справа от дороги за домами высилась стена внутреннего административного кольца, где располагались и замок наместника, и академия, и королевские мастерские, а также дома наиболее известных и занимающих высокие должности на службе господ.

У Флаури глаза слепило от сверкающей белизны города и пестроты красок в людских одеяниях. Да, здесь одевались довольно прилично даже не богатые слои населения, поскольку работали все, кто имел руки и ноги. Шелка, бархат и меха были, конечно, уделом высших сословий, но даже простой лесоруб мог себе позволить обзавестись праздничным костюмом, отличавшимся качественным шитьём.

Помимо мастерских, люди работали во фруктовых садах, в полях, занимались промыслом; не обделённые силой и здоровьем трудились в каменоломнях и шахтах, где человеческий труд ценился очень высоко, и также высоко оплачивался. Даллор-Кур славился мехами и кожами на весь Алакорн. Ближайшие леса буквально трещали от наводнявшей их пушнины. И те, кто достойно обучился охотничьему мастерству, уже давно обустроились во внутреннем кольце города, обвешав стены своих домов причудливыми трофеями.

Город не замолкал ни на секунду. Людские голоса и крики, детский смех, конское ржание и стук копыт, лязганье металла, удары кузнечного молота и жар мехов. А запахи! Даже из проулка, ведущего к городскому рынку, доносилась невероятная смесь пряностей, выпечки и жареного мяса. В желудке предательски заурчало.

– Почти пришли, – сказал Джорджио, отвлекая брата от восхищения городскими изяществами. Невдалеке показались чёрные железные ворота внутреннего квартала.

– Времени у меня почти нет, так что к наместнику пойдёшь сам. Расскажешь всё, как есть, и попытайся выяснить, что же случилось с Мадо, – доставая пропуск в академию, произнёс Джорджио. – Потом мигом домой!

– Предъявите ваши бумаги! – чётко заговорил вытянутый, как струна, стражник.

Флаури протянул свёрток. Во внутреннее кольцо пускали только по документам, отмечая каждого прибывшего в книгу учёта. Джорджио, как курсант академии, проезжал по пропуску, а его брат мог попасть туда только по бумаге, удостоверяющей его рождение.

Записав путников, стражник сделал шаг в сторону, позволяя им проехать.

Внутренний квартал города отличался как своим архитектурным содержанием, так и статусом людей. Богатые кафтаны, украшенные причудливым шитьём и шелками, говорили о знатном происхождении гражданина; блестящие серебром кирасы, высокие геральдические щиты и синие плащи с золочёными фибулами на груди свидетельствовали о принадлежности воина к королевскому полку; а уже знакомые братьям чёрные одеяния всё с тем же драконом на груди и плаще позволяли отличить в толпе человека, имевшего здесь власть. Они занимались самыми различными делами: от торгового и дипломатического представительства до выполнения судебных полномочий. Таких было всего десять. Их называли Королевскими Мастерами, и назначались они лишь по указу самого короля Фаррогота.

Миновав ворота, братья очутились на центральной площади Даллор-Кура, по центру которой, раскинув исполинские крылья, строго встречал их каменный дракон. Его глаза внимательно вглядывались в каждого, кто проходил мимо, безмолвно предупреждая о том, что их обладатель пристально следит как за поступками, так и за мыслями.

– Всегда хотел спросить, – начал Флаури, проезжая мимо каменного гиганта, – остались ли ещё в Эруаде вьорны?

– Чего? – буркнул Джорджио, отвлечённый от размышлений.

– Ну, по легенде…

– Нашёл, о чём думать! Ну, прячутся где-то в Срединных землях! – фыркнул Джорджио.

– Интересно, просто…

– Мне нет до этого дела! Ты не о том думаешь! Вспомни, зачем мы приехали! – дерзко ответил Джорджио.

Флаури от досады сжал кулаки.

– Я помню! Только не мы, а я! Ты сейчас пойдёшь палкой махать, а я – к наместнику…

– И не палкой, а…

– Всё равно, – махнул рукой Флаури, не сводя глаз с дракона.

– Ладно-ладно. Успокойся. Не одному тебе сейчас тяжело, – с горечью отозвался Джорджио.

Слева тянулись многочисленные мастерские, где ковались королевские мечи и доспехи, шились дорогие и яркие одежды, выделывались кожи и пеклись хлеба. Справа раскинулись крытые королевские сады, пестрящие разнообразием плодов, да источавшие такие великолепные запахи, что хотелось просто пробраться внутрь, нырнуть в заросли и остаться там навсегда. Даже в условиях суровой северной зимы люди умудрялись растить там причудливые фрукты, держа в секрете технологию производства.

Джорджио и Флаури двинулись вдоль городской красоты к академии, что находилась прямо возле замка наместника. Хоть по размерам она практически не уступала главному строению города, но по статусу, несомненно, была ниже. Огромное здание с четырьмя конусообразными башнями по углам и двумя большими в центре, увенчанными крышами с множеством маленьких шпилей, с высоченными колоннами у входа, источало ауру могущества и непобедимости, заставляющую каждого трепетать в изумлении. Наверное, только сам замок короля в Хлаубене выглядит более величественным.

– Как только всё узнаешь, возвращайся домой! – напомнил Джорджио, выразительно помахивая указательным пальцем.

– Ладно-ладно, заботливый братец. Можешь быть за меня спокоен, – улыбнувшись, заверил его Флаури.

– Знаю я! Как только один остаёшься, к тебе сразу же липнут всяческие неприятности, какие только могут существовать в нашем мире, – покачал головой Джорджио.

– Да тут делов-то! Зайти, спросить и уйти. Не так уж и сложно! – хлопнул по плечу брата Тимбертон-младший, и тот, недоверчиво покосившись, скрылся в потоке прибывающих в академию рекрутов.

Стражник у ворот замка, по знаку на серебристой кирасе – часовой караула, попросил предъявить документы и назвать цель визита.

– Мне необходимо поговорить со Вторым наместником короля Фаррогота Дорвеном. Есть очень важное дело! – выпалил Флаури.

– Вынужден тебя огорчить, – с наигранной вежливостью произнёс тот, – но наместника Дорвена сейчас в замке нет.

– А где же он? – Флаури разговаривал так, будто перед ним стоит его брат, а не представитель королевской армии.

– Около часа назад выехал из города с отрядом, – не меняя спокойного тона разговора, ответил стражник.

– А могу я поговорить с кем-нибудь из его приближённых? С кем-то, кто знаком с делом Варнора из Веорны.

– Сейчас не могу тебя никому представить. А с этим случаем даже я знаком, более или менее. А кто ты есть-то? – часовой, видимо, заинтересовался незнакомцем.

– Я – сын Варнора, – вдруг опустил глаза Флаури, но тут же выпалил: – А вы не знаете, о чём разговаривали наместник и наш деревенский староста Мадо?

– Покажи-ка документы, малыш, – недоверчиво бросил стражник.

Сын Варнора снова достал бумагу с королевской печатью и протянул часовому. Тот, внимательно изучив её, сунул обратно.

– Да ни о чём! Тот и слова вымолвить не смог, бубнил что-то всё время. Его спрашивали, где тела наших Мастеров, а он только руками размахивал. Ничего непонятно было, – поморщился часовой.

– Что значит «где тела»? – такого поворота событий Флаури не ожидал. У него даже волосы дыбом встали от услышанного.

– Ну как, что значит? То и значит. Пропали тела наших представителей, которые ездили к вам на суд! Мадо должен был их привезти, но приехал с пустой телегой. Объяснить, как я уже сказал, ничего не мог. Только потом наши патрули доложили, что видели двух человек в чёрных одеждах с королевской геральдикой на спине, что втихую пробирались краем леса на лошадях на юго-запад. Вот и собрал тут же наместник отряд и выступил вслед за ними.

– Вы хотите сказать, что мёртвые встали с телег, взяли откуда-то лошадей и направились, как ни в чем не бывало, на юг? А потом приезжает Мадо и слова вымолвить не может? Мы тоже не смогли из него ничего вытянуть. Не находите это чересчур странным? – вскинулся Флаури.

Но стражник тут же поставил его на место:

– Слушай, юнец, – сдвинув брови, пробасил он, – не тебе соваться в дела, которыми занимаются приближённые короля! Я вообще не должен с тобой тут болтать! Главный советник наместника Дорвена сейчас в замке, но я не пущу тебя к нему. Сиди лучше дома, у себя в деревне… В огороде ковыряйся, свиней корми. А сюда не лезь! Если у тебя всё, не задерживай меня больше.

– Убили моего отца! – несмотря на рассердившегося стражника, продолжал Флаури. – И это как раз моё дело…

– Тогда все свои вопросы задавай наместнику Дорвену, если тебя кто-нибудь к нему пустит! Или если найдёшь его по пути на юг. А я на службе, и в мои обязанности не входит болтать с кем попало и о чём попало. Ну, если ты хочешь дождаться приёма у Дорвена в тюремной камере, то можешь продолжать. Хотя я сомневаюсь в том, что он примет тебя в твоих «роскошных палатах», – ехидно улыбнулся солдат, но потом взял нарушителя спокойствия за плечо и слегка толкнул в сторону ворот внутреннего кольца.

Флаури не хотелось уходить. Он вдруг понял, что ему нужно бежать прочь из города, наполненного бессовестным равнодушием и бесчестием живущих в нём созданий. Разве это тот, кто в силу божественного назначения исполняет волю Великого Фар-Фалиена: совестью и честью защищать королевство и населяющих его жителей от безудержного зла, оказывать помощь каждому, кто в ней нуждается, независимо от того, король ты или наместник, офицер или простой часовой?

«Безразличие служителей бога, покровительствующего над ними, породит безразличие к богу», – так вроде было записано в Священном Послании шести богов.

Но что эти легенды сейчас? Сказки, не более. Туман, растворившийся в потоке времени. Развеянный ветром прах. Кажется, никому теперь нет дела не то что до легенд, но и до живых людей, простых подданных Алакорна, которые не знают иных защитников.

«Что же теперь делать? Ждать наместника в городе? Неизвестно, когда он вернётся. Ехать домой? Тогда в чём смысл сегодняшней поездки? Попробовать настигнуть отряд Дорвена? Опять же неизвестно, далеко ли он уехал, и не свернул ли куда», – кувыркались в голове Тимбертона разные мысли.

Он взял Сириуса за поводья и безнадёжно поплёлся через центральную площадь к выходу. Каменный дракон проводил его тем же строгим взглядом. Сын Варнора шёл по белой мощёной улице, отчаянно опустив голову и шаркая ногами.

Стражник у ворот сделал отметку об убытии и уныло вернулся в свою будку. Исчезли запахи… Растворились звуки…

Конь ткнулся мордой Флаури в ухо, и тот, улыбнувшись, потрепал его по загривку. Он метался в сомнениях. Обычно сердце, если ум вдруг оказывался неспособным направлять дальнейшие действия, показывало дорогу во тьме неизвестности. Но сейчас его насторожило абсолютное безразличие его внутреннего голоса.

Выйдя из главных ворот, юноша остановил коня и взглянул на скрывающуюся за холмами дорогу в Веорну. Он еле заметно покачал головой и направил Сириуса домой.

Дувший всё это время на северо-восток ветер, постепенно меняя направление, как бы огибая Флаури, засвистел ему в лицо, да так сильно, что тот невольно зажмурился. Но через пару мгновений странный ветер резко вернулся в свое прежнее направление, растрепав волосы у Тимбертона на затылке.

Что-то вдруг переменилось у него в душе. Он словно поверил неведомому знаку, данному ему свыше, и рванул поводья на себя. Сириус с ржанием вскочил на задние ноги. Развернув коня, наездник ударил его в бока и помчался навстречу воздушному потоку.