Туманный рассвет

— Странно. Для лета как-то быстро стемнело, — заметила Лена.

— Да ладно, чего только не бывает, — отозвался Коля, но по его лицу было видно, что он тоже удивился.

— Пошли по той же дорожке ко входу, через который мы вошли, — предложил он.

— Но тогда мы опять будем проходить мимо татар.

— Ну и что? Просто не будем останавливаться рядом с ними и все.

И они двинулись к выходу.

Скоро вдалеке они увидели очертания пляшущих людей и услышали восточную мелодию. Они поняли, что приближаются к месту празднования Иди Курбона.

— Отлично. Считай, полпути уже прошли. Только не обращай на них внимания, а то пристанут, потом не отвяжешься, — сказал Коля.

— Хорошо, — согласилась Лена и прищурила глаза, пытаясь в сумерках разглядеть танцующих.

С каждым шагом Лене становилось все больше не по себе. Ей даже стало казаться, что, чем ближе они приближались к празднику, тем больше сгущались тучи и темнее становилось вокруг. Лена прислушалась к их песнопениям и была готова поклясться, что среди этого непонятного ей бормотания они выкрикивают их имена: «Коля» и «Лена». Когда они подошли к веселящимся татарам, один из них отделился от группы соотечественников и подошел к ним.

— Что, все-таки решили посмотреть кульминацию нашего праздника? — с хитринкой в голосе спросил он.

— Нет! — решительно парировал Коля — Мы очень торопимся.

— Как знаете, — произнес татарин с безразличным видом и вернулся к остальным, которые, в свою очередь, потихоньку начали разводить костер.

— Разве здесь не запрещено разводить костры? — шепотом спросила Лена у Коли.

— Конечно, запрещено! И где менты, когда они так нужны? — возмутился Коля.

— Ладно, это не наше дело. Пойдем уже отсюда, — уставшим голосом произнесла Лена, и они ускорили шаг.

Глава 3.

Заблудились

— Тебе не кажется, что мы слишком долго идем? Мы давно должны были выйти из парка, — обратилась Лена к Коле.

— Да нет, ты просто устала, поэтому тебе так кажется.

— Ой! На меня что-то капнуло, — удивленно произнесла Лена.

— Блин! Дождь начинается, — озабоченно ответил Коля. После этих слов дождь полил как из ведра.

— Давай, спрячемся под тем деревом, — показал Коля на большой дуб неподалеку.

— Бежим! — закричала Лена, и они кинулись к дубу со всех ног.

Казалось, дуб совсем рядом, но пока они добежали до него, их одежда успела вымокнуть. Коля посмотрел на снимавшую рубашку и пытающуюся ее выжать Лену. Она была без лифчика, поэтому через мокрую, просвечивающую майку Коля мог видеть ее грудь. Это зрелище его немедленно возбудило. Он испытал непреодолимое желание овладеть ей здесь и сейчас. Но здравый смысл взял верх, и он понял, что в этой ситуации единственное, что он может, так это поцеловать ее так, как не целовал никогда в жизни. Он приблизился к ней, его руки заскользили по ее талии. Ни слова не говоря, они впились в губы друг друга. В его голове зазвучала песня группы «Эхо и человекозаяц» под названием «Убийственная луна». Все время, пока они целовались, он проигрывал в голове первые пятнадцать секунд этой мелодии снова и снова. Он считал, что это самая подходящая звуковая дорожка для такого момента. Ему казалось, что он мог бы простоять так целую вечность.

— Пойдем домой и закончим начатое, — прошептала ему в ухо Лена.

— Давай. Дождь как раз поутих.

Они вернулись на тропинку.

Минут через десять они свернули с тропинки на асфальтированную дорогу. Осмотревшись, Коля понял, что они уже совсем близко к выходу.

— Наконец-то. Сейчас рядом с картой парка повернем направо, и будет выход, — уверенно сказал Коля.

Но направо никакого выхода не оказалось. Дорога просто обрывалась, а дальше начинался густой лес, в глубине которого была только непроглядная тьма. Сексуальное желание как рукой сняло. Глаза Лены расширились от страха. Коля понял, что еще немного, и она разрыдается. Он хотел ее успокоить, но никакие слова не приходили на ум, так как то, что они видели, не поддавалось логическому объяснению. Куда делась дорога? Как на ее месте успел вырасти бескрайний лес? Коля отчетливо помнил, что они попали в «Коломенское» по этой самой дороге буквально несколько часов назад.

— Извини, Лен. Я не туда свернул. Это, наверное, старая, давно заброшенная дорога.

— Перестань! Мы выходили в этом месте из парка миллион раз. Не делай вид, что ты этого не помнишь!

— Чего ты на меня орешь? Я, что ли, виноват, что здесь нельзя пройти? Из этого парка сто входов и выходов. Выбирай любой другой и пошли.

— Пошли к Торговой улице. Рядом с ней через забор уже начинаются дома.

— Блин! Там же разводят костры эти татары, — занервничал Коля.

— Да мне уже все равно, кто там и что разводит. Я иду через Торговую площадь домой, — оборвала его Лена.

— Хорошо, хорошо, пошли, только не нервничай, — согласился Коля.

По дороге к Торговой улице они не проронили ни слова. Каждый думал об исчезнувшей дороге и пытался как-то это себе объяснить.

В небе из-за облаков начала выходить луна, а небо было усеяно звездами. Лена подняла голову вверх, потом огляделась по сторонам и подумала: «Как здесь жутко».

— Ты заметил, что за все время, пока мы идем до Торговой улицы, нам не попался ни один человек? — после долгого молчания наконец спросила Лена.

— Да, точно, — задумчиво произнес Коля.

— И? Тебе не кажется это странным? По-моему, в последний раз мы видели людей перед дождем.

— Нет, мне не кажется это странным. Хватит себя накручивать, мистик ты мой.

Лена достала мобильник, чтобы посмотреть, сколько времени. Она нажала на кнопку, но ничего не произошло. Она нажала еще раз — ничего. Потом еще и еще, но перед ней был только черный прямоугольник экрана, в котором она видела свое отражение.

— Коль, сколько времени? — неуверенно спросила она.

Коля посмотрел на циферблат своих стареньких casio, болтавшихся у него на руке. Обе стрелки замерли на цифре 7 и больше не двигались.

— Только этого не хватало! Часы сломались. Сейчас посмотрю на мобильнике. Он достал мобильный телефон из заднего кармана джинсов. Но какие бы кнопки он ни нажимал, экран оставался черным.

— Ну это уже ни в какие ворота! Сломались и мобильник, и часы в один день! Что за ерунда! — взбесился Коля.

Он достал сигареты и закурил. Горький дым, наполнявший легкие, немного его успокоил.

— Ладно. Торговая улица буквально за углом. А там уже забор, за которым дома начинаются, — старалась говорить спокойно Лена.

Когда они вернулись на Торговую улицу, у Коли возникло чувство, что они оттуда и не уходили. Те же самые татары под ту же музыку в тех же самых одеждах танцевали тот же танец. Как будто кто-то прокручивал одну пленку снова и снова. Единственное, что сменилось, это небесные декорации. День стал ночью.

— Вон забор! — радостно вскрикнул Коля.

Но за забором они не увидели ни домов, ни улиц. Там был только черный, непроходимый лес.

— Что за фигня! Такого не бывает, — с отчаянием заорал Коля.

— Полезли через забор. Попробуем пройти через лес, — решил он.

— Я туда не полезу! Ты видишь, какой он густой, через него не пробраться, — заскулила Лена.

— Ладно, стой здесь. Я полезу, посмотрю, что за ним.

— Ты оставишь меня здесь одну?

— Почему одну? Вот тебе татары. Иди, приобщись к их культуре. Ладно, я знаю, в чем дело, — подумав произнес он.

— И в чем же? —заинтересованно спросила Лена.

— Они нас отравили. Помнишь, они дали нам испить из чаши. Там, наверное, был какой-то галлюциноген. Например, Л. С. Д. Сейчас я поговорю с этими… празднующими!

И он решительно направился в их сторону. Он подбежал к ним и схватил ничего не успевшего понять татарина в самой яркой и красивой одежде (из этого он сделал вывод, что это главный) за грудки. Остальные перестали петь и танцевать, но останавливать Колю не стали, они просто встали вокруг них.

— Что было в той чашке? Чем ты нас отравил? Говори, тварь, пока я тебя не изуродовал, — заорал Коля, тряся татарина из стороны в сторону. Но тот не проронил ни слова.

— Отвечай мне! Что ты молчишь, проклятый ты шаман!?

После этих слов Коля с размаху дал красавцу правым кулаком в челюсть. Шаман рухнул на землю. Коля начал бить его ногами в живот и грудь.

— Дай нам противоядие, гад проклятый! Дай нам противоядие! — орал Коля, пиная татарина. В полумраке и в отблесках костра лицо Коли было похоже на жуткую резиновую маску. Такую, которую продают в сувенирных магазинчиках. Глаза Коли налились кровью, волосы растрепались, изо рта летели брызги. Обычно после пары Колиных ударов лица людей превращались в кровавое месиво и ставшими вмиг беззубыми ртами они просили его о пощаде. Но в случае с шаманом этого не произошло. На его лице и теле не оставалось никаких повреждений. Шаман даже не пытался сопротивляться. Он только немного покачивался от ударов Коли. Лицо шамана не выражало ни страха, ни боли. Оно было абсолютно спокойным. Лишь легкая ухмылка слегка искажала его. Коля заметил это и взбесился еще больше. «Как же так? — думал он. — Я, человек, прошедший Чечню, специально обученный убивать и причинять боль, не могу навредить дохлому татарину.

— Коля, остановись! Ты убьешь его! — закричала Лена, пытаясь протиснуться через кольцо татар. Но, как она ни старалась, она не могла добраться до Коли и шамана.

— Пропустите меня, иначе он его убьет, — кричала она в отчаянии.

Но никто не обращал на нее внимания. Татары стояли к ней спинами абсолютно неподвижно. Лена била и толкала их, но щуплые, на первый взгляд, татары будто вросли в землю.

Коля колотил шамана, пока полностью не выдохся. Кожа на костяшках его кулаков была стерта. По пальцам текла кровь. Коля сделал пару шагов назад. Шаман спокойно встал, отряхнулся, вытер грязь с неподвижного лица, попавшую туда с Колиных ботинок. Коля в изумлении таращился на него, шепча себе под нос:

— Этого не может быть! Это невозможно! Ты должен был сдохнуть! Кто же ты такой?

Лена, наконец-то, прорвалась через живую ограду, подбежала к Коле, схватила его за руку и, не дожидаясь ответа шамана, потащила прочь.

— Пойдем отсюда.

— Нет, я не уйду, пока не узнаю, что здесь происходит, — заартачился Коля.

Внезапно костер вспыхнул сильнее, затрещал, зашипел, во все стороны полетели искры. Они все как один упали на колени и что-то забормотали.

— Вот оно. Началось! — Неожиданно с радостью и трепетом в голосе произнес шаман.

Коля бросил взгляд на костер и увидел там силуэт.

— О, Боже! Они сжигают там человека! — понял он.

Вначале ему показалось, что в середине костра к огромному бревну привязан человек, стоящий в полный рост. В голове промелькнули образы ведьм, сожженных на кострах, из фильмов, которые он когда-то смотрел.

Но силуэт не был похож на человеческий. У него были руки и ноги, но это явно был не человек. Подойдя чуть ближе, Коля еще внимательнее стал всматриваться в пламя костра и с ужасом увидел, что существо ни к чему не привязано. Оно было живым. Оно стояло в самом сердце костра, внутри пламени, которое, по-видимому, не причиняло ему никакой боли. Странное существо только время от времени поворачивало голову то вправо, то влево озираясь вокруг.

— Уговорила. Уходим отсюда, — насколько мог, спокойно произнес Коля, схватил Лену за руку и побежал вместе с ней к берегу.

Они не пытались их остановить, они были словно в трансе. Они все задрали головы вверх и, улыбаясь, бормотали какие-то несвязные слова. Коля и Лена бежали, не оглядываясь. Они уже почти добежали до пристани, как вдруг за спиной раздался жуткий рев, который не мог принадлежать ни одному из известных им животных. Коля почувствовал непреодолимое желание посмотреть, что это. Он замедлил шаг и резко обернулся. Лена, вцепившаяся в его руку, при этом чуть не упала.

— Чего ты встал? Побежали! — крикнула Лена.

— Подожди. Врага надо знать в лицо, — процедил сквозь зубы Коля.

«Господи! Опять начались эти военные штучки», — подумала Лена.

Они остановились и стали вглядываться в горящий поодаль костер. Внутри костра по-прежнему стояло это существо. Оно вытянуло правую руку из огня. Она была черная, как смола, c длинными, тонкими, когтистыми пальцами. Через пару секунд существо с еще более жутким воплем, чем в первый раз, резко втянуло ее обратно в костер. Коле показалось, что нахождение вне огня доставляет этому существу невероятную боль.

— Ну что? Насмотрелся на своего врага? Бежим, — дрожащим голосом произнесла Лена.

И они побежали. Бежали до реки без единой остановки. Бежали так быстро, как только могли. Когда они, наконец, добежали до берега, Лена рухнула на траву и стала жадно хватать воздух ртом. Коля стоял, смотрел на другой берег, на котором виднелись огоньки домов, и думал, что делать дальше. Его мысли прервались всхлипыванием Лены. Он посмотрел в ее полные слез глаза. Лена плакала все сильнее. Коля, ни слова не говоря, сел рядом с ней и обнял ее за плечи. Он понял, что в таком состоянии она никуда идти не может и надо дать ей время, чтобы успокоиться. С каждой минутой Ленин плач становился все тише, а всхлипывания все реже. Когда Лена немного успокоилась, Коля сказал:

— Все будет хорошо, мы выберемся. Нам нужно только переплыть на тот берег. — И Коля показал рукой в сторону мигающих огней многоэтажек, которые виднелись на другой стороне реки.

— Ты говоришь это так, как будто это очень просто. До другого берега метров сто метро, не меньше. Я столько не проплыву.

— Конечно, проплывешь. Я же буду с тобой. Давай. Буквально пара минут, и все будет кончено.

Они встали и подошли к воде. Лена посмотрела на воду, но из-за того, что вода была очень темной, она не увидела там ничего, кроме своего отражения.

Лена огляделась по сторонам. Вокруг не было ничего, на чем они могли бы перебраться на другой берег. Она понимала, что единственный выход, это перебираться на тот берег вплавь.

Коля полез в воду первый. Там оказалось довольно мелко, вода доставала ему только до пояса.

— Давай, Лен. Теперь ты.

Коля помог ей спуститься. Несмотря на то, что на улице было жарко, вода Лене показалась очень холодной. Даже в кедах она чувствовала, какое рыхлое и вязкое здесь дно. Словно земля разверзается, чтобы поглотить их на радость безумным татарам-оккультистам.

— Поплыли. Если не будем двигаться в такой ледяной воде, нам скоро ноги сведет, — резонно заметил Коля.

Они плыли практически наравне. Лена держалась совсем чуть-чуть позади. Они плыли не спеша, брассом. Конечно, Коля мог бы плыть в два, а то и в три раза быстрее, но он специально плыл медленно, потому что Лена была не очень хорошей пловчихой. Пока они плыли, Лена время от времени касалась ногами дна, чтобы понять, насколько на данном участке глубоко. В одну из таких проверок Лена не смогла нащупать дно, и от этого ей стало еще страшнее. Да, дно здесь вязкое и противное наощупь, но, по крайней мере, если бы она устала плыть, то хотя бы на цыпочки смогла бы встать, чтобы передохнуть. А теперь она даже не знала, что там внизу, какая глубина у этой бездны. От этих мыслей она запаниковала и захлебнулась. Она стала лихорадочно дергать руками и ногами и от этого глотать еще больше воды. Коля молниеносно подплыл к ней, схватив ее обеими руками под мышки:

— Успокойся, Лен! Дыши. Дыши.

Пока он держал Лену, он продолжал плыть на спине. В объятиях Коли Лена довольно быстро смогла совладать со своим страхом. Вскоре она снова могла плыть без его помощи. Минуту они плыли нормально, но вдруг Коля резко погрузился под воду, как будто какая-то неведомая сила затащила его туда. Лена нырнула за ним. В этой черной, как смола, воде она ничего не могла разглядеть, поэтому ориентировалась на ощупь. Она была под водой, пока не начала задыхаться от нехватки воздуха. За это время она так и не смогла нащупать Колю. Она вынырнула, набрала воздуха и снова нырнула. Опять ничего. Она ныряла вновь и вновь. Она бы ныряла, пока сама не утонула, но тут Коля вынырнул в метре от нее.

— Плыви! Плыви назад сейчас же! — крикнул он.

— Но как же…

— Я плыву прямо за тобой. Давай!

Лена не сдвинулась с места. Она, оцепенев, смотрела на Колю. Коля пытался плыть, но оставался на месте. Как будто он зацепился за что-то ногами или… кто-то держал его за ноги. Лена подплыла к нему, одной рукой схватила его за руку, а свободной рукой и ногами пыталась плыть. Она тянула его что было сил. И тут, буквально в один момент, то, что держало его за ноги, вдруг отпустило. Они немедленно рванули назад, к берегу. Практически у самого берега Лена замедлилась и захотела нащупать дно.

— Не делай этого! Не касайся дна! — заорал Коля.

Лена удивилась, но послушалась его и, собрав оставшиеся силы, рванула еще быстрее к берегу. Доплыв и стараясь не касаться дна, она вылезла на берег. Вслед за ней вылез Коля. Ботинок на нем не оказалось, джинсы были разодраны, в некоторых местах из ног сочилась кровь.

— Что это было? За что ты там зацепился? — спросила Лена.

— Наверное, это была какая-нибудь коряга, но я готов поклясться, что я почувствовал руки, схватившие меня. Много ледяных рук с острыми, как лезвия когтями. Они хватали меня.

— Давай я сниму свою рубашку. Разорвем ее и перевяжем тебе раны.

— Да, давай. Но идею переплыть на другой берег придется откинуть.

— Что ты предлагаешь тогда? — спросила она, помогая Коле подняться.

— Есть у меня одна безумная идея, но в такой ситуации может и сработать, — задумчиво произнес он, прищуривая глаза и смотря куда-то в даль.

— Что за идея? — недоверчиво спросила Лена.

— Я где-то читал, что в храме Казанской Божией Матери есть подземный ход, который ведет на другой берег Москвы-реки до Николо-Перервенской обители. Мы сейчас пойдем в храм, благо он от нас в трех минутах ходьбы, и отыщем этот ход.

— Ты шутишь, да? Мы сейчас пойдем искать ход, о котором ты прочитал в желтой газетенке?

— Ты сама знаешь, я никогда особо не верил в подобные сказки, но в нашей ситуации я готов поверить во что угодно, тем более других вариантов я пока не вижу.

— Ладно, пошли, — согласилась Лена.

Глава 4.

Еще одна попытка

Они шли не спеша. У обоих почти не осталось сил. Лене хотелось очнуться от этого кошмара, по взмаху волшебной палочки очутиться дома, принять ванну, поесть, выпить и навсегда стереть из памяти события этого дня.

Впереди сквозь кроны деревьев виднелся храм.

— Давай прибавим шагу. Мы почти пришли, — подбодрил ее Коля.

Они оказались у величественного старинного храма из белого камня c золотыми куполами и железными решетками на окнах. За столько лет существования его, конечно, реставрировали, и не раз, но его вид по-прежнему захватывал дух и внушал трепет.

«Если дверь заперта, то это конец», — подумал Коля.

Они стояли у массивной деревянной двухстворчатой двери, на которой, к их удивлению, не висело никакого замка. Коля толкнул правую створку. Она была тяжелой, поэтому поддалась неохотно, но все же открылась.

Коля с Леной вошли в темное помещение храма.

— Странно. Сторож перед уходом даже не запер дверь. Как будто он просто исчез в одночасье, — удивилась Лена.

— Тебя за сегодняшний день еще что-то удивляет? — усмехнувшись, спросил Коля и подошел к огромному подсвечнику.

В медном подсвечнике было много маленьких свечек. Коля достал из кармана зажигалку и начал поджигать их одну за другой. Свечек было так много, что к тому моменту, как он поджег их все, железный обод зажигалки стал горячим. Коля поднял подсвечник, словно факел, и стал ходить с ним по залу в поисках потайного хода, освещая себе путь. Лена стояла в углу и смотрела, как Коля рыщет глазами, будто героиновый наркоман в поисках новой дозы. Коля шел не спеша, трогал каждый предмет, который казался ему подозрительным, каждый кирпичик в стенах.

— Неужели ты, и правда, надеешься отыскать его вот так? Этот храм стоит здесь больше двух веков. Если бы здесь был тайный ход, его бы давно нашли, — прошептала Лена.

— Нет. Не нашли бы. Люди того времени ни о каком тайном ходе даже не думали. Им это было не нужно. А с начала двадцатого века все изыскания здесь запрещены, потому что этот храм является памятником старины и находится под защитой государства.

— И все это ты прочитал в газете?

— Не. Увидел в передаче «Необъяснимо, но факт», — говорил Коля, не глядя на Лену.

Он смотрел на пол, выложенный камнем. «Странно. Вся комната выложена каменными глыбами вертикально, и только в одном месте кусок пола размером метр на метр выложен горизонтально. Хм. Почему бы и нет», — подумал он и начал бить нижней частью подсвечника в это место. Коля вкладывал всю силу, которая у него была, в каждый удар. Его начал прошибать пот. Ладони тоже вспотели и начали скользить вдоль основания подсвечника, отчего удары получались неточными. Наконец, после очередного удара камни начали потихоньку осыпаться вниз. С каждым ударом в темноту падало все больше и больше камней. Вскоре большая часть камней была выбита. Коля посветил подсвечником и увидел лестницу, ведущую во мрак. Лена буквально открыла рот от удивления.

— Не может этого быть! Ты нашел его! — изумилась она.

— Давай, пойдем, — не в силах скрыть гордости произнес Коля.

Лена вплотную прижалась к нему, и они двинулись в неизвестность по полуразвалившимся ступенькам, в темноту, где только подсвечник с маленькими свечками освещал им путь. Ступеньки закончились быстро. Затем они ступили на рыхлую почву. Воздух в подземелье был заметно холоднее. Проход был довольно узким, а для Коли, человека ростом в метр восемьдесят пять, он еще был и низким. Между Колиной головой и потолком оставался зазор всего в пару сантиметров.

Они двигались медленно, боясь наткнуться на что-нибудь, так как подсвечник позволял видеть только на пару шагов вперед. Лене было очень страшно. Коля буквально слышал, как колотится ее сердце. Он же, напротив, был настолько собран, настолько сосредоточен, что даже не думал о страхе. В этой ситуации страх для него был непозволительной роскошью. Он должен был вывести Лену отсюда, чего бы ему это ни стоило. Даже ценой собственной жизни.

Вдруг впереди они увидели маленький лучик света. Им показалось, что он был похож на свет от лампы или фонаря. Они подходили все ближе. Еще через несколько метров, когда глаза привыкли к темноте, они увидели очертания двери, через щели которой как раз пробивался этот свет. Лена не могла поверить своим глазам. «Неужели это выход?» — думала она.

Коля был не настолько воодушевлен. После всего, что они сегодня увидели, такое спасение казалось ему слишком простым. Да, конечно, он нашел тайный ход, о котором оккультисты, поклоняющиеся демону в огне, вероятнее всего, ничего не знали, но все произошедшее явно было делом не только их воли. За всем этим стояла какая-то сверхъестественная сила, зловещая и непостижимая для него. И эта сила явно не отпустит их так просто.

С каждым шагом дверь становилась все ближе, а очертания ее все отчетливее. Вдруг он увидел, как из темного угла навстречу ему выкатывается маленький камешек.

«Дежавю!» — Сразу промелькнуло у Коли в голове.

— Ты виноват. Ты виноват, — услышал он хриплый шепот.

В эту же секунду откуда-то из темноты на него выпрыгнула фигура, выбила из рук подсвечник и повалила на землю. Человек уселся на Колю cверху и принялся душить. Руки у него были холодные и шершавые, а мощь такая, что Коля, человек с не малой физической силой, просто не мог оторвать их от своей шеи. Пока Коля боролся с незнакомцем, он успел его разглядеть. Это был мужчина в старой, потертой и разорванной военной форме. Лицо его было обезображено. Как будто бы оно сгнило. Синюшная кожа висела лоскутами, половины зубов не было. Глаз был только один. Радужная оболочка и зрачок смешались в однородную массу, словно какой-то дикий коктейль, и переливались по белковому телу влево, вправо, вверх, вниз. Глаз незнакомца у Коли вызвал ассоциации с магма-лампой, которые покупают хиппи и подростки, чтобы казаться крутыми.