«Дом, который помнит. Том 1: Символы на стенах»

Глава

Глава 1. Дом, которого нет (от лица Артёма)

Я не помню, как мы сюда попали. В голове остался только кусочек: парк, солнце, Лиза болтала про какую-то игрушку, которую ей подарили на день рождения. Потом тень стала слишком длинной, воздух — слишком густым, и вот мы стоим перед этим зданием.

Оно не вписывалось в мир. Ни дороги к нему, ни тропинки, ни даже следов на земле. Просто пустота вокруг и этот дом — ровный, серый, будто нарисованный одной линией, без изъянов. Как будто его специально поставили туда, где не должно быть ничего.

— Это что, шутка? — Кирилл пнул невидимую кочку, словно хотел вернуть себе ощущение реальности. Его голос прозвучал слишком громко и сразу утонул в тишине.

Вика крепче сжала руку Лизы. Двенадцатилетняя сестра дрожала, но не от холода — здесь вообще не чувствовалось ни тепла, ни ветра. Только эта странная, давящая тишина, в которой даже дыхание казалось слишком громким.

Соня достала свой блокнот и торопливо записала: «Нет дороги назад. Дом стоит сам по себе». Её пальцы дрожали, и буквы получались кривыми.

Дана хмыкнула, но в этом звуке не было веселья:

— Ну, если это квест, то у организаторов явно проблемы с гостеприимством. Где хотя бы табличка «Добро пожаловать»?

Марк ничего не сказал. Он подошёл к двери, приложил ладонь к ручке и замер. Потом тихо произнёс:

— Тёплая. Будто кто-то только что её трогал.

Я посмотрел на дверь и вдруг понял, что не помню, как мы сюда попали. В голове был только парк, солнце и Лиза. А потом — это.

— Может, постучим? — предложил Кирилл, уже занося кулак, но я его остановил.

— Подожди.

Не мог объяснить почему, но мне казалось, что стучать — значит просить разрешения войти туда, где никто не должен был нас ждать.

Дверь открылась сама.

Не со скрипом, не с хлопком — просто плавно, будто её и не держали на петлях. За ней был коридор: длинный, пустой, с одинаковыми дверями по обе стороны. И ни одного окна.

Лиза тихо всхлипнула:

— Я не хочу туда.

Вика притянула её к себе:

— Мы вместе. Никого не оставим.

Мы шагнули внутрь, и дверь за нами закрылась так же бесшумно, как и открылась.

В этот момент я заметил на стене у самой двери мелом выведенные цифры: «3–2–1». И под ними — короткое слово, будто стёртое наполовину: «Выбирай».

Кирилл первым подошёл к развилке, где коридор упирался в три двери.

— Ладно. Раз уж мы тут, надо двигаться. Кто за какую?

— Никто никуда не идёт поодиночке, — резко сказала Вика, но голос её дрогнул.

Соня снова что-то черкнула в блокноте, потом подняла глаза:

— А если… если каждая дверь — это ловушка? Что, если дом хочет, чтобы мы разделились?

Дана хотела отпустить очередную шутку, но не смогла. Вместо этого она тихо сказала:

— Тогда главное — не потерять друг друга.

Марк встал так, чтобы видеть все три двери сразу. Как будто готовился ловить того, кто сорвётся и побежит.

Я смотрел на цифры на стене и чувствовал, как внутри всё сжимается. «Выбирай». Не «выбирайте», а именно «выбирай». Как будто дом обращался к каждому по отдельности.

Кирилл уже тянулся к третьей двери.

— Стой, — снова сказал я, но на этот раз меня никто не услышал.

Ручка повернулась. Дверь открылась.

И из комнаты пахнуло чем-то холодным, чужим и очень старым.

Глава 2. Три двери (от лица Кирилла)

Я открыл третью дверь не потому, что был смелее всех. Просто если бы я не сделал этого, страх бы меня задушил. Лучше увидеть что-то страшное, чем стоять и ждать, пока оно само тебя найдёт.

За дверью была комната. Обычная, почти пустая. В центре — небольшой столик, на нём что-то лежало, но я не успел разглядеть. Стены были гладкими, без единой трещины, а в дальнем углу виднелись ещё три двери. Как будто этот дом состоял только из дверей.

Но стоило мне сделать шаг, как воздух стал тяжелее. Я чувствовал это кожей: будто кто-то стоял прямо за моей спиной и дышал мне в затылок.

Я обернулся.

Никого.

Только тишина, которая давила сильнее крика.

Я хотел крикнуть: «Тут ничего нет!» — чтобы успокоить остальных, но слова застряли в горле. Потому что краем глаза я заметил что-то бледное, мелькающее у дальней стены. Оно двигалось не как человек. Не как живое.

А потом я увидел его.

Оно стояло у одной из трёх дверей и смотрело на меня. Или, скорее, сквозь меня. Бледное, вытянутое, с глазами, которых будто не должно было быть.

Я выбежал обратно, громко захлопнув за собой дверь. Дыхание сбилось, грудь сдавило, и я не мог выдавить ни слова. В ушах звенело, а перед глазами всё ещё стояло это бледное лицо.

— Что там? — голос Вики звучал откуда-то издалека. — Кирилл, что ты видел?

Я пытался вдохнуть, пытался собрать слова, но они рассыпались, как песок.

Наконец, я смог выдавить:

— Не ходите туда.

Это было всё, что я мог сказать. Но по моему лицу они поняли: туда действительно нельзя.

Глава 3. Тишина, которая кричит (от лица Лизы)

Я держалась за руку Вики так крепко, что пальцы болели. Но если я отпущу, я потеряюсь. Здесь всё было одинаковым: двери, стены, даже воздух. Казалось, что если я закрою глаза, дом поменяет всё местами, и когда я открою их, Вика будет уже не рядом.

Когда Кирилл выбежал из комнаты, я не поняла, что случилось. Я только видела, как он задыхается, как у него трясутся руки, и как все смотрят на него с ужасом.

Потом мы пошли во вторую дверь. Там было пусто, но всё казалось настоящим. Стул, стол, даже чашка на подоконнике. Но никто не осмеливался ничего трогать. Как будто если мы коснёмся чего-то, дом поймёт, что мы здесь, и сделает что-то плохое.

Мы долго стояли и смотрели друг на друга, будто ждали, что кто-то скажет: «Всё, мы можем идти домой». Но никто не говорил.

Потом мы пошли в левую дверь. Там свет был тусклым, как будто лампочка вот-вот перегорит. На полке лежали три фонаря. Марк проверил их, и они оказались рабочими. Мы взяли их, чтобы осветить тёмные углы.

И тут раздался звук.

Это была детская игрушка. Смешной, звонкий звук, который в обычной жизни заставил бы меня улыбнуться. Но здесь он прозвучал как крик.

Мы побежали. Не разбирая дороги, не думая, куда бежим. Просто прочь от этого звука.

Мы вбежали в первую попавшуюся дверь и оказались в коридоре. Напротив была единственная дверь, которая вела в большой зал, уставленный мебелью.

Здесь было страшно. Не потому что что-то двигалось или кричало, а потому что всё было слишком правильным. Как будто кто-то специально расставил эту мебель, чтобы мы её заметили.

А потом загорелся луч.

Он полз по стенам медленно, как змея. И голос из громкоговорителя произнёс:

— Я иду искать. Кто не спрятался — я не виновата.

Глава 4. Следы на полу (от лица Марка)

Я не люблю говорить много. Слова в таких местах будто делают тишину громче. Но я люблю смотреть. Замечать, как лежит пыль, как блестит металл, где пол чуть просел. В этом доме всё было слишком ровным — и от этого становилось ещё страшнее.

Когда Кирилл вылетел из той комнаты, я сразу понял: спорить бесполезно. Страх у него был настоящий, не напускной. Я встал так, чтобы видеть все три двери сразу. Если кто-то сорвётся и побежит — поймаю.

Потом мы пошли во вторую дверь. Там было пусто, но всё казалось… слишком правильным. Как будто кто-то специально расставил эту мебель, чтобы мы её заметили. Никто не трогал ничего. Будто боялись, что дом примет прикосновение за согласие.

В левой комнате на полке лежали три фонаря. Я проверил их один за другим. Все рабочие. Это было странно: в таком месте не бывает ничего просто так. Фонари будто ждали нас.

И тут раздался звук.

Детская игрушка. Звонкий, резкий, как щелчок по нервам. От него хотелось закрыть уши и кричать одновременно. Мы побежали, не разбирая дороги. Влетели в первую попавшуюся дверь, оказались в коридоре. Напротив — единственная дверь в большой зал, уставленный мебелью.

А потом загорелся луч.

Он полз по стенам медленно, как змея, оставляя после себя едва заметный серебристый след. Я присел, провёл пальцем по полу, где луч только что прошёл. След был тёплым. И он не исчезал сразу, как должно было быть у обычного света. Он таял по миллиметру, будто свет здесь был чем-то материальным.

Голос из громкоговорителя произнёс: «Я иду искать. Кто не спрятался — я не виновата».

Вика прижимала к себе Лизу так крепко, что у девочки побелели костяшки пальцев. Соня что-то бормотала, листая блокнот. Дана пыталась держаться прямо, но её плечи вздрагивали. Артём смотрел не на луч, а на эти следы. Кирилл стоял, сжав кулаки, будто готовился драться с самим воздухом.

Луч добрался до одного из нас. Не знаю, кого именно. Просто в какой-то момент я увидел, как фигура на секунду стала ярче, будто вспыхнула изнутри, а потом исчезла. Остался только этот тёплый след на полу. И тишина.

Никто не кричал. Не мог. Мы просто смотрели на пустое место, где секунду назад стоял человек.

Луч погас. Дверь напротив открылась.

На телефон Кирилла пришло сообщение. С задержкой. Будто сигнал пробивался сквозь толщу воды.

«Будьте осторожны и не верьте никому. Люся».

Кирилл поднял голову, посмотрел на нас, и в его глазах был не только страх. Там была растерянность. Как будто земля ушла из-под ног, а он даже не понял, в какой момент это случилось.

— Сети нет, — прошептал он. — Стены не пропускают сигнал. Окон нет. Как это пришло?

Артём шагнул к нему, взял телефон, всмотрелся в сообщение.

— Значит, дом сам решает, что нам показать, — тихо сказал он. — И что скрыть.

Я посмотрел на следы луча. Они почти исчезли. Но я запомнил, где они были. И я запомнил, как они таяли.

Дом не просто играл с нами. Он оставлял подсказки. Надо было только научиться их видеть.

Глава 5. «Я иду искать» (от лица Вики)

Я старшая. Значит, я должна держать всё под контролем. Даже когда внутри всё дрожит, а голос срывается, я должна говорить твёрдо. Должна быть стеной между Лизой и всем этим кошмаром.

Но когда луч забрал того, кто стоял рядом, я поняла: никакая стена не спасёт.

Сообщение от Люси ударило сильнее, чем любой крик. Люся была самой доброй учительницей. Она всегда знала, как успокоить, как найти нужные слова. И теперь она писала: «Не верьте никому».

Это было хуже любой угрозы.

Мы стояли, прижавшись друг к другу, как будто тепло наших тел могло защитить от этого дома.

— Надо двигаться, — сказал Кирилл, и голос его звучал хрипло, будто он долго кричал и сорвал связки. — Стоять на месте — значит ждать, пока он снова придёт за нами.

— Куда? — спросила Дана, и в её попытке пошутить не было ни капли веселья. — Тут везде двери. И каждая, наверное, хуже предыдущей.

Соня листала блокнот, бормоча что-то себе под нос. Я не слушала. Мне было важно только одно: держать Лизу рядом.

— Туда, — я указала на дверь, которая вела в зал. — Если там мебель, значит, это хотя бы похоже на нормальное место.

— Нормальное? — Артём посмотрел на меня так, будто я сказала что-то нелепое. — Здесь нет ничего нормального.

— Зато там можно спрятаться, — ответила я резко, потому что мне нужно было хоть за что-то держаться. Хоть за какую-то иллюзию безопасности.

Марк кивнул, будто понял. Он не спорил. Просто встал впереди, готовый принять удар первым, если понадобится.

Мы вошли в зал.

Мебель стояла рядами, как в старом актовом зале. Стулья, столы, даже пианино в углу. Всё было покрыто тонким слоем пыли, но не той, что копится годами. Эта пыль была свежей, будто её только что рассыпали, чтобы создать видимость заброшенности.

Лиза потянула меня за рукав:

— Вика, я хочу домой.

Я обняла её, прижала к себе.

— Мы найдём выход. Обязательно.

И в этот момент из темноты коридора донёсся тихий, едва слышный звук. Кто-то медленно, нарочно громко шагал по полу. Раз-два. Раз-два. Как будто хотел, чтобы мы его услышали.

«Я иду искать».

Соня всхлипнула и закрыла блокнот обеими руками, будто он мог защитить её. Дана замерла, сжав кулаки. Кирилл сделал шаг вперёд, будто собирался встретить опасность лицом к лицу. Артём смотрел по сторонам, будто искал выход, который ещё не появился. Марк встал рядом со мной и Лизой, закрывая нас собой.

Шаги приближались.

И я поняла: спрятаться в этом зале невозможно. Здесь слишком много открытых мест. Слишком много углов, из которых может появиться то, что ищет нас.

— За пианино, — сказала я тихо, почти шёпотом. — Там есть пространство сзади. Мы сможем там укрыться.

Мы метнулись к инструменту, втиснулись в узкое пространство между ним и стеной. Лиза закрыла глаза и прижала ладони к ушам. Соня уткнулась лицом в колени. Дана смотрела вперёд, не моргая, будто если она моргнёт, то пропустит что-то важное.

Шаги остановились прямо перед залом.

Тишина повисла в воздухе, густая и тяжёлая, как дым.

А потом голос произнёс прямо над нашими головами, будто динамик был встроен в потолок:

— Нашла.

Глава 6. Луч (от лица Сони)

Я всегда всё записываю. Мама говорила, что это моя привычка, от которой я никогда не избавлюсь. Раньше я думала, что это просто способ не забыть что-то важное: расписание, дни рождения, любимые песни. Теперь я поняла: это способ не сойти с ума. Пока я пишу, мир остаётся на своих местах. Буквы держат реальность.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.