Космический пират Иван. Куб Вечности. Юмористическая космическая авантюра

и Тайна Куба Вечности

Этот рассказ посвящён всем, кто когда-либо выбирал

бешеную жизнь полёта перед скучной жизнью на земле.

Всем пиратам, революционерам и мечтателям,

которые знают, что подлинная свобода стоит дороже любого золота.

И особенно котам, которые в самый критический момент жизни

просто вспоминают, что им скучно, и решают всё за нас.

С уважением к тем, кто танцует в лабиринте лазеров

и побеждает, не имея права на победу.

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

Космос никогда не спрашивает вас, готовы ли вы. Он просто открывает бездну перед вами и смотрит, как вы на неё смотрите.

В этой истории вы познакомитесь с капитаном Иваном — человеком, который когда-то мечтал быть простым сантехником, но судьба (и его собственное безумие) привели его к чему-то гораздо большему. Вы встретитесь с его командой: Анной, боевой девушкой, которая устала спасать капитана, но продолжает это делать; РЖ-17, роботом из прошлого, который говорит больше, чем нужно, но делает ровно столько, сколько требуется; и Баксиком, рыжим котом, который, похоже, понимает суть жизни лучше, чем все они вместе взятые.

Вместе они совершат невозможное. Они обманут системы безопасности, которые создавались столетиями. Они пройдут через лазерные лабиринты, в которых погибли сотни. Они поговорят с машиной так, как машины не должны разговаривать. И в конце они сделают выбор, который изменит не только их жизнь, но и весь ход истории.

Но это не история о победе в обычном смысле. Это история о выборе. О выборе между безопасностью и свободой. О выборе между порядком, который убивает, и хаосом, который живёт.

Добро пожаловать в космос капитана Ивана.

Где всё возможно, даже если математика говорит обратное.

Где кот может спасти вселенную просто потому, что ему было скучно.

Утро на ржавом корыте

Космос пах озоном, пригоревшим машинным маслом и, почему-то, жареной картошкой. Хотя последнее, скорее всего, было заслугой вентиляции старой, потрёпанной яхты «Селёдка в вакууме», которая снова затягивала воздух прямиком из камбуза на капитанский мостик.

На капитанском мостике царила напряжённая тишина, нарушаемая лишь мерным поскрипыванием робота РЖ-17. Старый андроид сидел в углу, методично смазывая свой локтевой шарнир из масленки с длинным носиком.

— Р-р-ржавчина не дремлет, — прожужжал он своим динамиком, который явно нуждался в настройке басов. — Статистическая вероятность заклинивания сустава в боевой ситуации повысилась на 0,04 процента. Требуется техобслуживание. И, возможно, полировка эго.

— Никто не спрашивал про твоё эго, железяка, — ответила Анна, не глядя на робота. Она сидела в кресле пилота и разбирала свой бластер с закрытыми глазами — привычка, оставшаяся со времён службы в десанте.

— А я и не жалуюсь! — возмутился РЖ-17. — Я просто информирую. Информирование — это моя обязанность.

— Информирование — это твоя склонность к нытью, — пробормотала Анна, вставляя в ствол очередную деталь. — РЖ, ты целый день говоришь о своих суставах, своём масле, своей гарантии. Может, займёшься чем-нибудь полезным?

— Я восемь часов сегодня чинил тостер, — обиженно проскрипел робот. — Который сломала ТЫ, когда готовила завтрак.

— Я не ломала тостер. Тостер развалился потому, что ему сто лет и он сделан из ржавого космического хлама, — парировала Анна.

Рыжий кот Баксик, официальный талисман команды и неофициальный повелитель продовольственного склада, игнорировал экзистенциальные кризисы робота. Он сидел на приборной панели, обвив хвостом кружку с остывшим кофе капитана, и гипнотизировал жирную космическую муху, ползущую по экрану радара. Муха, судя по её наглости, тоже была членом экипажа.

В этот момент в дверь мостика влетел капитан Иван, размахивая треуголкой с неоновым черепом, который, судя по моргающему левому глазу, был на половине батарейки.

— Товарищи! Новости! — взволнованно объявил он. — Я видел сон! Вещий сон! Мне приснилось, что мы грабим самую охраняемую станцию в секторе и становимся баснословно богаты!

Анна закатила глаза.

— Иван, ты спал два часа в машинном отделении, прижимаясь к батарее. Это была не вещая мечта. Это была галлюцинация от угарного газа.

— Неважно! — махнул рукой Иван. — Идея хорошая! РЖ, включи основной экран! Вижу цель!

Робот нехотя отложил масленку.

— Капитан, я только что стирал пятна со второго экрана. Мне нужно минут пять, чтобы инициализировать систему…

— Нет времени на инициализацию! — Иван уже бежал к пульту. — Включай, что ли!

РЖ-17 издал звук, похожий на вздох.

— Да, да, конечно. Времени никогда нет. Зато всегда есть время для безумных планов.

Иван разложил на столе мятый кусок туалетной бумаги. На нём карандашом была нарисована кривая спираль с подписью: «Центр Галактики. Рой спит. Куб разбудит».

— Смотрите, — Иван ткнул пальцем в центр спирали. — Это не просто чертёж из закусочной. Это карта. Настоящая. Древние оставили её на салфетке, потому что знали: бумага переживёт звёзды.

Анна скрестила руки:

— И зачем нам Центр Галактики? Там чёрные дыры жрут корабли быстрее, чем ты жрёшь пиццу.

— Потому что там Рой, — Иван понизил голос. — Миллионы кораблей Первых, спящих три тысячи лет. Один из них — Титан. Легенда говорит: у него бесконечный реактор. Топливо на вечность. Мы заберём Куб, расшифруем точные координаты, найдём Титан — и станем королями космоса. Больше не будем клянчить топливо у контрабандистов.

РЖ-17 просканировал салфетку:

— Вероятность подлинности: 0,0001%. Это уровень «случайные каракули старого инопланетянина».

— Вот поэтому мы и крадём Куб, — подмигнул Иван. — Чтобы доказать, что я не псих.

Баксик лизнул салфетку и чихнул. Все замерли. Кот сплюнул бумагу и ушёл.

— Видите? — торжественно заявил Иван. — Даже Баксик одобряет!

На экране появилась станция «Орбита-7» — гигантский металлический пончик, утыканный антеннами, пушками и шлюзами.

— Самая охраняемая точка в радиусе пятисот парсеков, — мечтательно протянул Иван, крутя колёсико кибер-монокля. — Там лежит Куб Вечности. Легендарный артефакт. Говорят, с его помощью можно управлять реальностью.

Анна отложила детали бластера и посмотрела на капитана.

— Иван, давай поговорим серьёзно. Когда ты в последний раз слышал что-то разумное из собственного рта?

— Вчера? — предложил Иван, задумавшись.

— Неправильно. Ответ: никогда, — ответила Анна, поднимаясь с кресла. — Давай по пунктам. Пункт первый: откуда ты знаешь, что там находится Куб Вечности? Пункт второй: почему ты думаешь, что мы это вообще можем украсть?

Иван показал ей старую салфетку.

— Карта! Нашёл среди обломков древнего корабля на Марсе-7. А украсть можно потому, что… потому что мы пираты! Нам всё по плечу! Мы прошли сквозь ледяные поля Плутона, мы спасались от флота Синдиката, мы даже отбились от космических кальмаров!

— Да, мы всё это пережили, но половину времени нам просто повезло, — ответила Анна. — Иван, на этой станции три полка дроидов класса «Цербер». Три полка! Это не кальмары, которых можно обойти хитростью. Это боевые машины.

РЖ-17 решил вмешаться в обсуждение.

— Для справки: наши щиты держатся на честном слове и половине рулона изоленты. Левый маневровый двигатель не работает уже пятнадцать дней. Наш реактор выпускает дым, который я пытаюсь скрывать от капитана, но безуспешно.

— Спасибо, РЖ! Очень мотивирующе! — саркастично заметил Иван.

— Я здесь, чтобы информировать, а не мотивировать, — пробурчал робот.

Баксик, почувствовав напряжение, спрыгнул с панели и потёрся о ноги Анны, громко замурлыкав. Девушка вздохнула и погладила кота.

— Ладно, Иван, давай ещё раз. Расскажи свой план. Полностью. Без прыжков логики и без «потому что это будет круто».

Иван сел в кресло командира и поправил треуголку.

— Слушай. На станции сидит куча охраны, да. Но охрана — это просто люди. Люди думают по определённым схемам. Если прийти туда как служба проверки вентиляции, охрана даже не посмотрит на нас. Психология, Анна. Люди видят не того, кто стоит перед ними. Люди видят то, что ожидают увидеть.

— Мебель? — переспросила Анна.

— Мебель, которая работает, — кивнул Иван. — Психология. Поэтому мы взломаем их системы.

— Невозможно, — возразил РЖ-17. — Я не могу взломать современную защиту. У меня старая модель. Мой процессор работает на алгоритмах двухсотлетней давности.

— Ты говоришь это так, будто это проблема, — ответил Иван. — А это, на самом деле, твоё главное преимущество. Современные системы защиты не ожидают атак от древних технологий. Твой мозг — это не вирус. Ты просто давно вышедшее из моды.

РЖ-17 молчал несколько секунд.

— Капитан, это либо самый умный план, который я когда-либо слышал, либо ты просто красиво переформулировал слово «невозможно». Я не уверен, какой из этих вариантов меня больше беспокоит.

Анна прислонилась к панели и смотрела на Ивана исподлобья.

— Ладно, Иван, допустим, я согласна. Единственное, что я требую: если это провалится, ты во всём признаешься охране и скажешь, что всё это твоя идея.

— Договор, — кивнул Иван. — РЖ, ты с нами?

Робот издал звук, похожий на страдальческий вздох.

— Капитан, я с вами уже две тысячи часов полёта. Почему-то я уверен, что моя жизнь была бы намного скучнее без ваших планов. Но также она была бы намного дольше. Однако, да. Я с вами.

— Вот видишь, Анна? Даже РЖ верит в нас! — засиял Иван.

— РЖ не верит. РЖ просто устал спорить, — ответил робот.

Иван поправил треуголку и улыбнулся своей фирменной, немного безумной улыбкой.

— Готовы? Тогда идём в трюм. Нам надо найти оранжевые жилеты и лестницу. А потом начнётся самое интересное.

Анна встала и направилась к двери.

— Интересное? Иван, единственное, что интересует меня прямо сейчас — это как мы будем мёртвыми выглядеть красивее, чем живыми.

— Стекловидная глазурь? — предложил Иван.

— Я тебя ненавижу, — ответила Анна, но смех звучал в её голосе.

Искусство маскировки

Грузовой трюм «Селёдки в вакууме» был похож на музей забытых вещей, в который попала бомба. Здесь пахло пылью, старой резиной, маслом и чем-то, что Иван предпочитал не называть.

Анна чихнула три раза подряд.

— Иван, в последний раз спрашиваю: почему мы храним это в трюме? Это же биологическая опасность!

— Биологическая опасность — это мой предыдущий план, — ответил Иван, роясь в контейнере. — Этот трюм хранит мечты.

— Мечты о том, как мы умрём? — вспыхнула Анна.

Иван поднял над головой ярко-оранжевый жилет, который, похоже, видел лучшие времена. Ткань была грязной, на нём были пятна, и от него пахло так, будто его последний владелец работал на Юпитере в выгребной яме.

— Вот, нашёл! Это наш пропуск в мир богатства!

— Это пропуск в мир болезней, — ответила Анна, отступая назад. — Иван, на нём пятно от машинного масла в форме кляксы. Это выглядит как символ из какого-то древнего заклинания!

— Это знак отличия! — возмутился Иван. — Настоящий космический волк должен уметь мимикрировать. Сегодня мы не пираты. Сегодня мы — скромные герои канализации и вентиляции.