Вышедший из леса

Предисловие

Моё имя – Денис, некоторые зовут меня на английский манер – Дэн.

Родился я в одном из многочисленных городов Сибири во времена Советского Союза.

Воспоминания моего раннего детства начинаются где-то с пяти лет. Я помню, конечно, не всё чётко, что происходило в то время, но уже тогда я был не как все. Нет, я не был больным или каким-то ущербным. Я рос как и все дети: любил побегать, поиграть. Но уже тогда я ощущал мир по-особому. Я чувствовал, что есть нечто большее, чем просто то, что я видел вокруг себя. Это ощущалось как какая-то светлая, добрая энергия, которая наполняла меня, радуя каждый день.

Я был очень общительным для своего возраста, мог найти разговор с любым человеком. По этому у меня было очень много друзей, даже старше меня. И ещё я мог чувствовать эмоции других людей. Позже я узнал, что это называется эмпатией. Пользуясь этими способностями, я придумывал весёлые игры и розыгрыши, рассказывая взрослым разные, выдуманные мной истории, в которые они верили, за что не раз я был наказан родителями.

Учился я в первом классе на отлично, я впитывал информацию как губка. Все задания я делал быстро и легко, после чего на протяжении оставшегося времени до конца урока сидел, ничего не делая, пока другие ребята корпели над заданиями. Я мог во время урока поднять весь класс, призывая детей посмотреть в окно, как большая стая ворон, как будто по моему желанию, взлетала с деревьев, кружа в небе и создавая живой узор, из-за чего учительница не могла успокоить всех очень долго. И из-за этого меня отправили к детскому психологу, и он поставил мне диагноз – гиперактивность.

Летом, перед переходом во второй класс, мама сильно заболела, и мы по рекомендации врачей переехали в деревню на Алтай, на её родину. И у меня начался новый эпизод моей жизни. Я всё также бегал, играл и радовался жизни, но нет-нет, иногда возникало ощущение, что что-то невидимое, большое смотрит на меня с нежностью и добротой. Но скоро появилось чувство чего-то надвигающегося, плохого и враждебного. И вот это и произошло – пришла перестройка.

Жизнь, вроде бы, шла своим ходом. Но с каждым годом что-то чистое и светлое, что ощущалось в мире, стало тускнеть, истончаться. И это стало заполняться чем-то тёмным и плохим. От чего возникала какая-то грусть и тоска, словно кто-то очень близкий прощается с тобой. Светлые и добрые фильмы и сказки стали замещаться жестокими и злыми зарубежными фильмами, пропагандирующими насилие как норму жизни. Пределом желаний молодого поколения стали бандиты, которые ездили на крутых машинах и не знали проблем с деньгами. Люди, до этого добрые и честные, стали озлобленными и жестокими; нечто тёмное, что проникло в этот мир, изменяло их.

А так как я чувствовал всё это очень сильно, то у меня иногда возникала непонятная боль в середине груди, как будто какая-то ноющая пустота, которая вот-вот вырвётся из груди. И с каждым годом мне становилось всё больнее от негативных эмоций людей, которые я чувствовал очень сильно. И я стал притуплять, отстраняться от этих ощущений-эмоций, чтобы жить легче.

А жизнь в стране и на земле с каждым пройденным годом становилась хуже. Деньги и власть стали символом благополучия; люди отреклись от такого понятия, как доброта и сострадание, это казалось для них чем-то постыдным и ненужным. Появились олигархи, которые в союзе с властью захватили все ресурсы и основные отрасли страны и стали править некогда всеми любимой родиной. Бывшие воры и бандиты стали решать жизнь российского народа.

И на фоне всего этого у меня начали всплывать смутные воспоминания о прошлой жизни, где я жил и наслаждался жизнью, имел невероятные способности, недоступные в этом мире. Любил и был любимым…

Ещё подростком я открыл для себя мир книг жанра фантастика, и это стало моей отдушиной, которая помогала мне успокоить мои внутренние терзания.Я часто, читая о приключениях героев где-то внутри себя, ощущал, что-то, что происходит с ними, было мне очень близко. Но делало белой вороной, среди других людей, я не раз был избит толпой озверевших подростков, пытаясь объяснить им, что они ведут себя неправильно, не по-человечески.

Так, моя жизнь постепенно набирала обороты. Было армейское служение: вместо обещанной службы в МЧС – там, по словам призывной комисии, должна была быть помощь и спасение людей а— меня отправили служить в мотострелковые войска, в один из военных городов.

Хотя служба состояла из работ на полях, складах и ремонтов квартир и дач для начальства, отношение было как в рабовладельческом строе.

Дальше моя судьба меня тоже не радовала. Постоянные переезды с семьёй – в поисках лучшей жизни – не приносили результата. Потому что, чтобы стать богатым, нужно было обманывать, воровать, ставить себя выше других – а это было против моего внутреннего “я”.

Несмотря ни на что, я оставался верен тому светлому, чистому, что когда-то было во мне.

Так, жизнь постепенно набирала обороты. Была армия, где вместо обещанной в военкомате службы в МЧС, где, как мне рассказывали, была помощь и спасение людей в трудных ситуациях, меня отправили служить в мотострелковые войска, в один из военных городов нашей Родины. Хотя вся моя и моих сослуживцев служба состояла из работ на полях и складах, и ремонта квартир и дач для начальства, а отношение было такое, как в рабовладельческом строе.

Дальнейшая моя судьба меня тоже не радовала – переезды с семьёй с одного края страны в другой, в поисках лучшей жизни; работа в разных профессиях и организациях, пытаясь стать независимым и успешным. Но… я так и не достиг видимых результатов, потому что, чтобы быть успешным и богатым, нужно обманывать, воровать, ставить себя выше других. А это было против моего внутреннего «я». Ведь, несмотря ни на что, я оставался верен тому светлому, чистому, что когда-то было в моей жизни.

И… вот мне 47 лет, я с минусовым зрением, больными легкими (посаженными на работе в тяжелых и неблагоприятных условиях), диабетик, сидящий на ежедневных уколах инсулина, который не может долго физически работать, чувствуя невероятную слабость, граничащую с потерей сознания.

У меня нет ни жены, ни девушки, потому что, как ни старался, я не смог полностью заблокировать ощущения чужих эмоций. Поэтому я знал их настоящие чувства, которые не являлись чистыми и правдивыми. Поэтому я занимался с ними только сексом, предварительно выпив спиртного, когда естество требовало сброса возбуждения.

Я живу, можно сказать, на шее у родителей-пенсионеров, в селе, где нет работы и какого-либо заработка, так как все совхозы и фермы по всей стране планомерно уничтожили и так как все совхозы и фермы по всей стране планомерно уничтожили и разорили, а пенсия у родителей маленькая по сравнению с ежемесячными скачками цен на всё, этих денег едва хватает на жизнь. В стране полнейшее безумие: люди, желая заработать как можно больше денег, идут на всё. Безнаказанность и вседозволенность одних и выживание на грани полной нищеты других резко контрастировали на фоне общей жизни, разделив народ на бедных и богатых. Люди погрязли в негативе, как в трясине. И больше всех, почему-то, страдают от жизни те, у кого осталась что-то чистое внутри, сохранивших искорку света и доброты. Словно мир обернулся против них.

И на этом фоне всё моё существование, тупое и однообразное, казалось мне нереальным. А постоянные мысли и тоска о том, что когда-то, в другой жизни, было всё по-другому, заставляли меня в приступе непонятной боли в груди скрючиваться в потоке слёз и мольбы к чему-то неведомому, что должно быть выше всего этого и может в миг изменить мою жизнь.

И я часто ночами, во сне, воя и плача, желал вернуться туда, где я был по-настоящему счастлив.

И вот, в один из вечеров, после игры в компьютер – что стало моей отдушиной, когда не думаешь о бессмысленном существовании, – я засыпая, в очередной раз, мечтал о том, чтобы хоть что-то поменялось у меня в жизни.

И уже погружаясь в сон, на краю сознания, услышал очень знакомый, полный тепла голос.

– Мечты иногда сбываются… – и я провалился в сон.

Глава 1:Путешествие по лесу.

Я проснулся резко и, не открывая ещё глаз, понял: что-то не так. Углубившись в свои ощущения, я понял…

У меня ничего не болит, как было обычно в последнее время после пробуждения, когда что-нибудь болит или ноет. И ещё меня переполняла, можно сказать, бурлила во мне энергия, которую я помню только в детстве – в то время, когда ты просыпаешься и с радостью ожидаешь нового дня.

И нояющая, непонятная, фантомная боль, поселившаяся в моей груди, казалась, на постоянной основе в последнее время, исчезла, и вместо неё ощущался тёплый, нежный шарик тепла – словно ласковый, нежный котёнок.

Я открыл глаза и понял: я попал.

Да, я по-настоящему попал в другой мир.

Что-то, что я видел, не существовало в моей прошлой жизни. Меня окружал огромный лес с незнакомыми мне деревьями.

Своими длинными стволами они уходили далеко вверх и чем-то походили на тополя, но с более толстыми стволами, испещрёнными морщинистой корой, покрытые желтовато-зелёным мхом.

Листья имели продолговатую, чуть заострённую форму на конце и были шириной с две мои ладони, а деревья имели большую крону, сквозь которую слегка проникал свет утреннего солнца.

Трава, на которой я лежал, имела рыжеватый оттенок и была высотой не больше десяти сантиметров.

Я легко вскочил на ноги и понял, что чудеса не прекратились.

Взглянув на своё тело, я понял, что и оно претерпело кардинальные изменения.

Оно было стройным и мускулистым, не так, как у накачанных людей, которые всё время проводят в тренажёрах и пьют анаболики, – а перевитое узлами мышц, как у человека, долго занимающегося спортом.

Также присутствовал пресс, кубики были видны отчётливо.

Хотя я в своё время, по молодости, тягал железки и занимался в тайне от всех единоборствами, – это сделало моё тело на уровне спортивного человека, с хоть и не выступающими, но отчетливо видимыми мышцами по всему телу.

Я провёл языком по зубам и… все зубы были на месте и, по ходу дела, здоровыми.

Ведь у меня в прошлом здоровых зубов не было, а большинство вообще отсутствовало.

В восторге от того, что моя мечта попасть в другой мир и иметь здоровое тело сбылась, я на каком-то внутреннем ребячестве сделал сальто назад.

То ли моё новое тело было сильнее, то ли гравитация была тут меньше – оно у меня с лёгкостью получилось, без каких-либо трудностей.

Хотя раньше я такое и не пытался бы сделать.

И от переполнившей меня радости и жизненной энергии я от всей души закричал: “ДАААААААА!”

Не много выпустив из себя нахлынувшие эмоции, я осмотрелся более тщательно.

Лес, в котором я оказался, и насколько хватало моего зрения (а ведь и оно у меня стало идеальным, ведь даже в очках я плохо видел), был большим и без видимых просветов.

И так как я оказался совершенно голый, не ведомо где, и почувствовав себя не комфортно, как обычный цивилизованный человек, то, сломав с росшего рядом со мной кустарника веточки с ярко-зелёными и большими листьями, создал себе нечто на подобие набедренной повязки, частично прикрывшей мою наготу.

И я снова задумался о прочитанных мной книгах о попаданцах.

Все они начинали свой путь либо в попадании в какого-нибудь аристократа, имея время спокойно узнать окружающий мир, либо, как я, закинутым без всего, неизвестно куда, и испытывая первые трудности.

И я отнёс себя ко второй категории.

Я оказался не известно где, и какие животные или хищники, представляющие для меня угрозу, могут тут обитать, мне не известно.

Буду исходить из того, что они есть, и если я не хочу погибнуть от их клыков и когтей в качестве завтрака или обеда, то мне надо найти какое-нибудь оружие для самозащиты и искать разумных существ – жителей этого мира, которые, как я надеюсь, будут гуманоидной расы и похожи на людей.

Решив проверить ещё раз своё новое, теперь уже моё тело, я подошёл к дереву и с вертушки не сильно ударил по нему.

Я не много боялся, что отобью или поврежу ногу.

Но нет, удар получился быстрым и сильным, так что даже дерево отозвалось тихим гулом.

Да, я почувствовал удар, но как будто я ударил по мешку с песком, на котором я отрабатывал в своё время удары.

Я также провёл серию ударов кулаками, убедившись, что и тут всё отлично, тело мне досталось как для меня идеальное.

Какие силы сделали это всё для меня, мне не известно, но внутри я знал, что всё идёт как и должно быть.

А пока я не буду об этом думать, сначала нужно адаптироваться в этом новом для меня мире.

Осторожно ступая по земле, так как на мне не было обуви, я естественно был босым.

Хотя мои стопы не сильно чувствовали боль при наступлении на веточку или сухую – твёрдую траву (в прошлой жизни, когда я пробовал походить босоногим, было довольно больно наступать на любые твёрдости), я через некоторое время, видно, имея в наличии ещё одну способность, стал двигаться как кошка, мягкой, стелющейся походкой.

Словно очень долгое время тренировался так ходить.

Медленно продвигаясь по этому величавому лесу, я приметил, что он неуловимо, но отличается от обычного.

Он был живой, но в нём отсутствовали звуки, как в обычном лесу.

Когда ходишь по земному лесу, он наполнен стрекотом и шуршанием насекомых, а также пением и щебетанием разных птиц.

Но здесь эти звуки отсутствовали.

Некая напряжённая атмосфера наполняла всё пространство, и чувствовалась разлитая вокруг энергия, которая неким образом влияла на мой источник внутри груди.

Я, конечно, понял: что-то, что я раньше чувствовал как сосущую боль в груди, сейчас было наполнено некой энергией, стало, как я надеюсь, моим магическим источником.

Ведь из многочисленных прочитанных мной книг о попаданцах, ничем другим это быть не могло.

Хотя, может быть, я от всех переживаний сошёл с ума и нахожусь где-нибудь в психушке, обколотый лекарствами и вижу прекрасные глюки.

Но даже если это и так, хотя я всё отчётливо и ясно понимаю, – это всё равно лучше, чем моё бывшее, бессмысленное существование.

Неторопливо двигаясь в выбранном мной направлении в сторону юга (с детства я мог попасть в незнакомое мне место без проблем и найти правильный путь), я оглядывал окружающее, выглядывая возможные опасности.

Неожиданно, в метрах двадцати от себя, я увидел некое свечение, исходящее из-под земли.

Подойдя к нему и опустившись на корточки, я стал руками копать землю в этом месте, не переставая сканировать окружающее пространство.

Выкопав сантиметров двадцать в глубину, мои руки наткнулись на какой-то твёрдый предмет.

Ещё немного повозившись, я вытащил чью-то сломанную кость, около метра длиной, заострённую в обломанном месте с одной стороны и с массивным утолщением на другой.

Что это – не человеческая кость, я понял сразу, хоть я и не знаток биологии, но в советское время не плохо учили, и строение человеческого скелета я знал.

Она была толщиной в обхват моей ладони и имела не плохой вес, по ощущениям, – килограмм пять.

От неё исходило некое серое свечение, которое, по моим ощущениям, не представляло для меня угрозу.

Значит, тут обитают крупные животные, и надо быть в двойне осторожнее.

Хм… Вот и оружие, подумал я.

Подойдя к ближайшему дереву, я с размаха ударил по стволу.

Удар получился сильным, так что от ствола полетели щепки, а кость осталась невредимой.

И я продолжил свой путь.

По моим ощущениям, я шёл уже часов шесть.

Хотя моё тело, как я выяснил, было очень выносливым, но я постепенно захотел пить, и появилось чувство небольшого голода.

И я начал шарить взглядом по сторонам, ища что-нибудь съедобное на вид.

И через некоторое время мой взгляд зацепил какую-то странность справа от меня.

Присмотревшись внимательно, я увидел небольшое марево над землёй, как будто искажение воздуха, как от сильной жары.

Подойдя поближе, я сквозь это марево увидел небольшой куст, обсыпанный крупными, ярко-красными ягодами, чем-то похожими на малину, но только размером с небольшое яблоко.

Осторожно протянув руку к колеблющемуся воздуху, я прикоснулся к нему, в любой момент, если что-то будет не так, – отдёрнуть её.

Но рука без сопротивления прошла сквозь неё, без каких-либо неприятных ощущений.

И я сделал уверенный шаг внутрь, оказавшись на небольшой полянке.

И я сразу, как оказался внутри этой полянки, метров десяти окружности, почувствовал, как говорится, благоприятную энергетику.

Напряжение, в котором я находился всё это время, идя по лесу и опасаясь внезапного нападения неведомых существ, меня отпустило, и я почувствовал, что здесь и сейчас мне ничего не угрожает.

Сам куст и ягоды на нём излучали лёгкий радужный свет, а невероятный аромат, исходящий от них, заставил мой желудок заурчать, как голодный зверь.

Сорвав одну ягоду, я откусил от неё кусочек, захлёбываясь слюной.

Это было невероятно вкусно – как если бы все самые изысканные фрукты земли соединить в одно, и всё равно это бы померкло на фоне этого вкуса.

Каждый кусочек давал новый вкусовой оргазм.

Но помимо этого, я почувствовал невероятный прилив сил; усталость мгновенно исчезла, и тело, как и мой источник, наполнились огромным количеством энергии.

Да, это явно были не простые ягоды, и уже после второй съеденной мной вкусняшки я понял, что насытился и больше не чувствую голода и жажды.

Немного подумав, я решил, что такую вещь стоит взять с собой.

Сорвав тут же на полянке высокую, крепкую траву, я, как умел, сплёл нечто вроде корзины, хотя это убогое творение вряд ли кто, увидев со стороны, назвал бы корзиной.

Ну, не плёл я раньше ничего, а только по телевизору видел, как это делается, и попытался повторить.

Что вышло, то вышло.

По внутренним часам в этом мире, как я оказался, проснулся, прошло часов 6–7, – солнце только начало приближаться к зениту, – из этого я сделал заключение, что день здесь длится дольше, чем на Земле, и перед поиском места для ночёвки я смогу ещё несколько часов двигаться дальше.

Сложив ягоды десять в свою корзину, я подхватил свою кость-дубинку – своё нынешнее оружие – и двинулся в дальнейший путь.

Двигаясь по лесу, я уже начал думать, что напрасно я переживаю на счёт опасностей, когда до меня донёсся сильный, тяжёлый аромат, чем-то напоминавший запах сосны.

И вскоре я увидел то, что мне показалось знакомым.

Да, это дерево напоминало сосну, но имело гладкий ствол ярко-жёлтого цвета и имело иголки на ветках, но более редкие, чем у сосны, и длиной и толщиной были размером с огурец, также заострённые на конце.

Это дерево источало густую, рыжую смолу, которая обильно покрывала ствол.

В одном из кусков смолы я заметил какой-то предмет, и, решив лучше его рассмотреть, я подошёл ближе.

То, что я увидел, заставило зашевелиться волосы на голове.

Тварь, находившуюся в смоле, по-другому назвать нельзя.

Это было существо, похожее на паука, размером с мой кулак, оно имело брюшко, покрытое чешуей, из которого торчали щетинки ядовито-жёлтого цвета, которое крепилось к туловищу с шестью суставчатыми лапами, заострёнными на конце.

А голова была похожа на человеческий череп, с четырьмя фасетчатыми глазами и с мощными четырьмя жвалами, а в большой пасти, на пол головы, виднелись мелкие зубы в большом количестве.

Да, ужастики отдыхают нервно, куря в сторонке.

Когда смотришь фильмы ужасов, где показывают разных монстров, ты понимаешь, что это всё вымысел, и этого в реальности не существует.

А когда ты своими глазами видишь такую страшилу в реальности, то не волей пробирает дрожь.

Передёрнувшись от отвращения, я понял, что вот они – и первые существа этого мира, которых я увидел.

И если тут обитают такие хищные монстры, то ничего хорошего меня по ходу не ждёт.

Сколько прошло времени с момента, как я обнаружил местную живность, – не знаю, но солнце начало клониться к закату, и я решил найти место для ночёвки.

Понимая, что ночевать на земле было бы с моей стороны большой глупостью, – ведь я не хотел бы проснуться у какого-нибудь монстра в желудке, – я приметил дерево с раскидистыми ветками, расходящимися веером в разные стороны, что создавало прямо природную лежанку двухметровой ширины.

Так что я мог без опасения провести там ночь, не боясь упасть на землю.

Ветки находились на высоте трёх метров, так что любые хищники, бродящие ночью в поисках добычи, вряд ли достанут меня.

Конечно, нельзя было исключать, что местные обитатели могут спокойно лазить и по деревьям, но с этим ничего поделать не мог.

Сплетя из сорванной травы подобие верёвки, я привязал один её конец к корзине и моей дубинке, закинул другой на ветки, чтобы потом затащить это всё наверх.

Не много отойдя, я разбежался и прыгнул вверх, схватившись за ветки, подтянулся и залез в своё место ночлега.

Да, это тело не переставало меня радовать, – такой прыжок на земле я бы вряд ли сделал.

Затащив свои вещи на верх, я перекусил ягодой, которая опять полностью насытила меня и наполнила энергией.

Удобно устроившись на лежанке – благо мох, которым были покрыты ветки, создавал ощущение мягкой постели – я задумался.

Какие силы услышали мои мольбы? Что за голос со мной говорил, ведь он был мне смутно знаком?

И по чему, и как я оказался в этом мире?

А что я оказался здесь не просто так, – в этом я был уверен.

Изучая разные темы по интернету, я, как тот, нашёл одну статью, в которой говорилось, что на Земле ежегодно исчезает бесследно около трёх тысяч человек.

И автор утверждал, что, проведя исследования, он выяснил, что многие люди попадали в так называемые блуждающие порталы, которые переносили в другие измерения.

Что другие измерения есть, я в этом уверен.

Увлекшись эзотерикой в поисках смысла жизни, я понял – и, наверное, мне это было как ни странно, – понять, что существует бесконечное множество миров, как в самой Вселенной, так и в параллельных, где могут быть любые законы физики, и может происходить что угодно, даже то, на что человеческого воображения не хватит.

Так мои мысли о мироздании перешли на мою прошлую жизнь.

Что с моим бывшим телом? Я умер там, или вся моя сущность трансформировалась в это новое?

А как же мои родители? Ведь если я там умер, они наверно горюют.

И у меня на глазах навернулись слёзы.

Мама, как я видел, сильно переживала за меня, что я один, больной и без работы.

Да и жизнь на грани выживания в этом олигархическом правительственном правлении, где люди стали как рабы – все в кредитах, – без нормальной работы и медицины.

Где каждый, кто идет во власть, – не чтобы помогать людям, а чтобы набрать больше денег.

С нищенской пенсией, на фоне лжи со всех экранов, где наше правительство говорит, как у нас всё хорошо и отлично.

И мы идём семимильными шагами в светлое будущее.

Как же это всё так произошло? Ведь мы жили в советское время счастливо и без злобы.

А разговоры о деньгах считались постыдным делом.

Так в раздумьях о бытие жизни я не заметил, как уснул.

Я проснулся внезапно, почувствовав, что кто-то смотрит на меня, изучающе. Открыв глаза, сначала не понял, где я нахожусь – это была не моя комната. Но вскоре воспоминания ворвались в мою память, и я осознал своё положение. Чувство постороннего взгляда никуда не исчезало, и я, приподнявшись на локтях, попытался понять, что происходит. Взгляд, направленный на меня, исходил из глубины леса, но по ощущениям он не был враждебным. Кто или что это было, во тьме ночи было невозможно разобрать.

Вдруг где-то не вдалеке раздался жуткий вой, от которого по спине побежали мурашки. Он напоминал волчье завывание, но со скрежещущими нотками – вой хищника, вставшего на след добычи и оповещающего обо всех в округе: «Это моя добыча». Я схватил своё оружие, которое продолжало излучать тусклый, равномерный свет, и приготовился к бою.

Под деревом, где я находился, раздались звуки движения и тихое, грозное рычание. Я услышал, как кто-то глубоко втянул воздух – явно принюхиваясь. Чёрт, подумал я, все животные обладают отличным обонянием, и ничего удивительного, что хищник, а я в этом не сомневался, взял мой след и нашёл меня. В темноте было трудно понять, кто это, но при внимательном взгляде начал различать светящиеся неясные контуры существа. Оно попыталось прыгнуть ко мне, но не дотянулось – я находился высоко, и хищник грозно рыкнул. Я мысленно похвалил свою предусмотрительность, которая заставила меня искать безопасное убежище.

И тут в голове пронеслась мысль: а вдруг оно умеет лазить по деревьям? В тот же миг вторглись мои опасения – хищник начал карабкаться вверх. Я крепко сжал оружие и стал ждать, когда он появится в поле зрения для удара. За свою жизнь я был готов биться до последнего.